Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Почему большевики отказались от участия в Предпарламенте?



Отношение к Предпарламенту ещё в период работы Демократического совещания разделило большевиков на «правых» и «левых»: первые во главе с Л. Б. Каменевым искали в нём возможности мирного развития революции; вторые во главе с Л. Д. Троцким считали, что это подобранное сверху представительство, не отражающее реальное соотношение сил, призвано подменить собою действительное волеизъявление народа, создать опору правительству, неспособному проводить необходимые реформы и не желающему покончить с войной, и участие большевиков в Предпарламенте означало бы не что иное, как поддержку Временного правительства. В ЦК голоса разделились примерно поровну; 20 сентября (3 октября) вопрос был вынесен на решение фракции большевиков в Демократическом совещании с участием членов Петроградского комитета РСДРП(б), где сторонники бойкота Предпарламента оказались в меньшинстве (50 против 77). Однако соотношение сил изменилось после того, как Троцкого поддержал скрывавшийся в подполье В. И. Ленин (о том, что вопрос о бойкоте обсуждался, лидер большевиков узнал лишь 23 сентября). Произведённое правительством изменение состава Предпарламента добавило аргументов сторонникам его бойкота.

В день открытия, 7 (20) октября, Троцкий от имени фракции большевиков огласил декларацию, объяснявшую, почему большевики не считают возможным участвовать в этом предприятии. Речь Троцкого постоянно прерывалась негодующими криками со стороны правых и центра, когда же, после оглашения декларации, большевики покидали зал, большинство, по свидетельству Н. Н. Суханова, махало им вслед руками: «Скатертью дорога!», — полагая, что ничего серьёзного не произошло: для предпарламентского большинства это была «кучка, которую можно было ликвидировать путём репрессий». Левые же были удручены происшедшим: для них, по словам Суханова, это была «подавляющая часть рвущегося в бой, пышущего классовой ненавистью пролетариата, а также истерзанной солдатчины, а также отчаявшихся в революции крестьянских низов», — левые понимали, что большевики уходят «на баррикады».



Во второй половине октября Предпарламент будоражили слухи о грядущем выступлении большевиков; правые обвиняли министра-председателя в нерешительности, — Военно-революционный комитет Петроградского совета, в свою очередь, ждал провокации со стороны правительства. Наконец, 23 октября А. Ф. Керенский созвал совещание министров, на котором было решено признать самочинное образование Военно-революционного комитета преступным деянием. В ночь на 24 октября правительством были закрыты газеты большевиков, а также издания тех правых течений, которые Керенский квалифицировал как «правый большевизм».

Выступая 24 октября в Предпарламенте, министр-председатель констатировал в городе «состояние восстания» и сообщил, что уже предложил «произвести соответствующие аресты»[13]. В то же время правительство изъявило готовность по-своему исполнить то, за что боролись левые социалисты: решить вопрос о «передаче временно, до Учредительного собрания, земель в распоряжение и управление земельных комитетов», на предстоящей конференции поставить перед союзниками «вопрос о необходимости решительно и точно определить задачи и цели войны, то есть вопрос о мире». Предложив, наконец, Совету республики ответить на вопрос, «может ли Временное правительство исполнить свой долг с уверенностью в поддержке этого высокого собрания», Керенский удалился, не дожидаясь голосования.

Объявленный перерыв для совещания фракций затянулся на несколько часов; П. Н. Милюков утверждает, что правая часть Предпарламента была единодушна: «необходимо тотчас же, без прений, вынести, по возможности значительным большинством, требуемый правительством решительный вотум осуждения восстания и поддержки правительства»; в левой части собрания о безоговорочной поддержке не могло быть и речи. По свидетельству Суханова, Мартов предлагал предъявить правительству ультимативные требования, правые меньшевики и эсеры настаивали на «условной поддержке» — в той мере, в какой правительство будет исполнять свои обещания; сам Суханов считал, что если и можно ещё изменить ход событий, то лишь одним-единственным способом: отказать в доверии и отправить правительство в отставку раньше, чем его свергнет Военно-революционный комитет. Тем более не желали поддерживать кабинет Керенского левые эсеры, фактически представлявшие в Предпарламенте ВРК: когда заседание возобновилось, Б. Д. Камков от имени левых эсеров потребовал немедленной отставки правительства и формирования демократической власти. Но во избежание победы правых даже самым решительным противникам правительства пришлось голосовать за «условную поддержку», с выдвижением ряда требований. Небольшим большинством голосов эта формула и была принята; правительство такое голосование расценило как вотум недоверия.



Утром 25 октября, когда переворот был уже свершившимся фактом, Авксентьев собрал членов президиума Совета для обсуждения создавшегося положения. После полудня, когда стали собираться другие члены Предпарламента, Мариинский дворец был уже оцеплен, а президиуму был передан приказ немедленно разойтись.


Просмотров 979

Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2020 год. Все права принадлежат их авторам!