Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






В) КАКОГО ТИПА ОРГАНИЗАЦИЯ НАМ НУЖНА? 11 часть




______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 335

свободы, пока положение крестьянства будет питать недовольство во всей почти массе образованного буржуазного общества (как это мы видим в России), а не питать в этой массе чувство консервативного самодовольства по поводу «неразрушимости» самого мощного якобы оплота против социализма (как это мы видим на Западе, где указанное самодовольство замечается у всех партий порядка, начиная с аграриев и консерваторов pur sang , продолжая либеральными и свободомыслящими буржуа и кончая даже... не во гнев будь сказано господам Черновым и «Вестнику Русской Революции»!., кончая даже модными «критиками марксизма» в аграрном вопросе). Ну, а затем еще «запозда­ли», конечно, те русские социал-демократы, которые по принципу тащатся в хвосте движения и занимаются только вопросами, «сулящими осязательные результаты»: сво­им запозданием дать определенную директиву и в аграрном вопросе эти «хвостисты» дают только сильнейшее и вернейшее оружие в руки революционных не социал-демократических направлений.

Что касается (в) до «неосуществимости» в практическом смысле требования вернуть отрезки, то это возражение (особенно подчеркнутое Мартыновым) — одно из самых слабых. С вопросом о том, в каких именно случаях и как именно произвести экспро­приацию, выкуп, обмен, размежевание и т. п., крестьянские комитеты справились бы, при политической свободе, вдесятеро легче, чем составленные из представителей меньшинства и действовавшие в интересах меньшинства дворянские комитеты. Прида­вать значение этому возражению могут только люди, которые привыкли к слишком низкой оценке революционной активности масс.

Тут выдвигается четвертое и последнее возражение. Если уже рассчитывать на рево­люционную активность крестьянства и выдвигать для него не программу-минимум, а программу-максимум, тогда надо быть последовательным и требовать либо крестьян­ского «черного передела», либо буржуазной национализации земли!

— чистой крови. Ред.


336__________________________ В. И. ЛЕНИН



«Если бы мы захотели, — пишет Мартынов, — найти настоящий (sic! ) классовый ло­зунг для массы малоземельного крестьянства, мы должны были бы идти дальше — мы должны были бы выставить требование «черного передела», но тогда нам пришлось бы распроститься с социал-демократической программой».

Это рассуждение замечательно рельефно выдает «экономиста» и приводит на память пословицу о людях, которые лоб себе разбивают, ежели их заставить богу молиться.

Вы высказались за одно из требований, осуществляющих известные интересы из­вестного слоя мелких производителей: значит, вы должны покинуть свою точку зрения и перейти на точку зрения этого слоя! ! — Вовсе это не значит; так рассуждают только «хвостисты», смешивающие выработку программы, соответствующей широко понятым интересам класса, с прислужничеством этому классу. Будучи представителями проле­тариата, мы тем не менее прямо осудим тот предрассудок неразвитых пролетариев, будто бороться надо только за требования, «сулящие осязательные результаты». Под­держивая прогрессивные интересы и требования крестьянства, мы решительно откло­ним его реакционные требования. А «черный передел», этот один из самых рельефных лозунгов старого народничества, содержит в себе именно сплетение революционного и реакционного моментов. И социал-демократы десятки раз твердили, что они вовсе не выкидывают за борт все народничество с прямолинейностью одной неумной птицы, а выделяют из него и признают своими его революционные, его общедемократические элементы. В требовании черного передела реакционна утопия обобщить и увековечить мелкое крестьянское производство, но в нем есть (кроме утопии, будто «крестьянство» может быть носителем социалистического переворота) и революционная сторона, именно: желание смести посредством крестьянского восстания все остатки крепостного строя. По нашему мнению, требование вернуть отрезки



- так! Ред.


______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 337

выделяет изо всех двуличных и противоречивых требований крестьянина именно то, что может действовать революционно только в направлении всего общественного раз­вития и что заслуживает поэтому поддержки пролетариата. Приглашение Мартынова «идти дальше» на самом деле ведет только к той бессмыслице, чтобы «настоящий» классовый лозунг крестьянства мы определяли с точки зрения настоящих предрассуд­ков крестьянства, а не настоящим образом понятых интересов пролетариата.

Другое дело — национализация земли. Это требование (если понимать его в буржу­азном, а не в социалистическом смысле) действительно «идет дальше» требования вер­нуть отрезки, и в принципе мы вполне разделяем это требование. В известный револю­ционный момент мы не откажемся, разумеется, его выдвинуть. Но теперешнюю свою программу мы составляем не только и даже не столько для эпохи революционного вос­стания, сколько для эпохи политического рабства, для эпохи, предшествующей поли­тической свободе. А в такую эпоху требование национализации земли гораздо слабее выражает непосредственные задачи демократического движения в смысле борьбы с крепостничеством. Требование учредить крестьянские комитеты и вернуть отрезки не­посредственно разжигает данную классовую борьбу в деревне, и потому оно не может подать повода ни к какому эксперименту в духе государственного социализма. Наобо­рот, требование национализации земли отвлекает, до известной степени, внимание от самых рельефных проявлений и самых сильных переживаний крепостничества. Поэто­му наша аграрная программа может и должна быть выдвинута сейчас же, как одно из средств подтолкнуть демократическое движение в крестьянстве. Требование же нацио­нализации выдвигать не только при самодержавии, но и при полуконституционной мо­нархии было бы прямо неправильно, ибо при отсутствии вполне уже упрочившихся, глубоко укоренившихся демократических политических учреждений это требование гораздо скорее отвлечет мысль к нелепым экспериментам государственного




338__________________________ В. И. ЛЕНИН

социализма, чем даст толчок «свободному развитию классовой борьбы в деревне» .

Вот почему мы думаем, что максимум нашей аграрной программы на базисе совре­менного общественного строя не должен идти дальше демократического пересмотра крестьянской реформы. Требование национализации земли, будучи вполне правильным с принципиальной точки зрения и вполне пригодным для известных моментов, являет­ся нецелесообразным политически в данный момент.

Интересно отметить, что Надеждин, в своем стремлении дойти именно до такого максимума, как национализация земли, сбился с пути (отчасти под влиянием его реше­ния ограничиться в программе «требованиями, понятными и нужными мужику»). На­деждин формулирует требование национализации следующим образом: «превращение государственной, удельной, церковной, помещичьей земли в народную собственность, в национальный фонд для раздачи в долгосрочную аренду трудящемуся крестьянству на самых льготных условиях». «Мужику» это требование, несомненно, будет понятно,

— но социал-демократу, наверное, нет. Требование национализации земли является
принципиально правильным требованием социал-демократической программы лишь в
качестве буржуазной меры, а не социалистической, ибо в социалистическом смысле мы
требуем национализации всех средств производства. Оставаясь же на базисе буржуаз­
ного общества, мы можем требовать только передачи государству поземельной ренты,

— передачи, которая сама по себе не только не задержала, а, напротив, даже ускорила
бы капиталистическую эволюцию земледелия. Поэтому социал-демократ, поддерживая
буржуазную национализацию

Очень верно заметил Каутский в одной из своих статей против Фольмара: «В Англии передовые ра­бочие могут требовать национализации земли. Но к чему бы это привело, если бы вся земля такого воен­ного и полицейского государства, как Германия, сделалась собственностью государства (eine Domäne)? Осуществление государственного социализма такого сорта мы находим, по крайней мере, в значитель­ной степени — в Мекленбурге» («Vollmar und der Staatssozialismus», «Neue Zeit», 1891 — 1892, X, 2, S. 710) («Фольмар и государственный социализм», «Новое Время», 1891 —1892, X, 2, стр. 710. Ред.).


______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 339

земли, должен был бы, во-первых, отнюдь не исключать крестьянские земли, как это сделал Надеждин. Если мы сохраняем частное хозяйство на земле, уничтожая только частную собственность на землю, то было бы прямо реакционно делать в этом отно­шении изъятие для мелкого собственника. Во-вторых, при такой национализации соци­ал-демократ был бы решительно против того, чтобы отдавать национальную землю в аренду «трудящемуся крестьянству» предпочтительно перед капиталистами-предпринимателями в земледелии. Это предпочтение было бы опять-таки реакционно, при условии господства или сохранения капиталистического способа производства. Ес­ли бы нашлась такая демократическая страна, которая предприняла бы буржуазную на­ционализацию земли, то пролетариат этой страны не должен был бы давать предпочте­ние ни мелким, ни крупным арендаторам, а требовать безусловно, чтобы всякий арен­датор соблюдал законом установленные правила об охране труда (о максимальном ра­бочем дне, о соблюдении санитарных постановлений и пр. и пр.), а также о рациональ­ном обращении с землей и со скотом. Фактически, разумеется, такое поведение проле­тариата при буржуазной национализации было бы равносильно ускорению победы крупного производства над мелким (как ускоряет эту победу в промышленности фаб­ричное законодательство).

Стремление быть во что бы то ни стало «понятным мужику» завело здесь Надежди­на в дебри реакционной мелкобуржуазной утопии .

После обсуждения статьи на цюрихском совещании редакции «Искры» В. И. Ленин опустил два по­следних абзаца, заменив этот текст следующим подстрочным примечанием: «Что касается до Надежди­на, то он в своем наброске аграрной программы впал, по нашему мнению, в большую непоследователь­ность, требуя превращения «в народную собственность» всех и всяких земель кроме крестьянских и раз­дачи «национального (земельного) фонда» «в долгосрочную аренду трудящемуся крестьянству». Соци­ал-демократ из общей национализации земли не мог бы исключить и крестьянских земель, это во-первых. А, во-вторых, он стал бы пропагандировать национализацию земли лишь как переход к крупно­му коммунистическому, а не к мелкому индивидуалистическому хозяйству. Ошибка Надеждина вызвана, вероятно, его решением ограничиться в программе «требованиями, понятными (курсив мой) и нужными мужику»». Ред.


340__________________________ В. И. ЛЕНИН

Итак, разбор возражений против требования возвращения отрезков убеждает нас в несостоятельности этих возражений. Мы должны выступить с требованием демократи­ческого пересмотра крестьянской реформы, и именно ее аграрных преобразований. А чтобы точно определить и характер, и пределы, и способ произведения этого пересмот­ра, мы должны выдвинуть учреждение крестьянских комитетов с правом экспроприа­ции, выкупа, обмена и пр. тех «отрезков», посредством которых держатся переживания крепостного хозяйства.

VIII

В тесной связи с четвертым пунктом проекта нашей аграрной программы находится пятый пункт, который требует «предоставления судам права понижать непомерно вы­сокие арендные платы и объявлять недействительными сделки, имеющие кабальный характер». Подобно 4-ому пункту, и этот направлен против кабалы; в отличие от 4-ого пункта он требует не единовременного пересмотра и преобразования аграрных поряд­ков, а постоянного пересмотра гражданских правоотношений. Предоставляется этот пересмотр «судам», причем имеется в виду, разумеется, не та жалкая пародия на суд, какой является «институт» земских начальников (или хотя бы даже мировых судей, вы­бираемых имущими классами из имущих лиц), а те суды, о которых говорит § 16 пре­дыдущего отдела нашего проекта программы. Этот § 16 требует «учреждения промы­словых судов во всех отраслях народного хозяйства...» (значит, и в земледелии) «... из представителей от рабочих и предпринимателей поровну». Такой состав суда обеспе­чивал бы и демократизм его и свободное выражение различным классовым интересам различных слоев сельского населения. Классовый антагонизм не прикрывался бы фиго­выми листочками гнилого бюрократизма — этого крашеного гроба для останков на­родной свободы, — а выступал открыто и ясно пред лицом всех и каждого, встряхивая тем самым деревенских жителей из их патриархального прозябания. Полное


______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 341

знакомство с аграрным бытом вообще и местными его особенностями в частности было бы вполне обеспечено выборностью судей из местных же жителей. Для массы кресть­ян, которых невозможно было бы отнести в разряд только «рабочих» или только «предпринимателей», были бы установлены, естественно, особые правила для обеспе­чения равномерного представительства всех элементов сельского населения, причем мы, социал-демократы, безусловно настаивали бы при всяких обстоятельствах, во-первых, на особом представительстве сельскохозяйственных наемных рабочих, как бы их мало ни было, и, во-вторых, на том, чтобы по возможности отдельно было представ­лено маломощное и зажиточное крестьянство (ибо смешение этих разрядов не только в статистике приводит к фальши, но и во всех областях жизни приводит к угнетению и оттеснению первого разряда вторым).

Компетенция этих судов предположена двоякая: во-первых, они имели бы право по­нижать арендные платы, если они «непомерно высоки». Уже самые эти слова про­граммы выражают косвенное признание широкой распространенности этого явления. Гласное и состязательное разбирательство на судах вопроса о высоте аренды приноси­ло бы громадную пользу даже независимо от решения судов. Понижения арендной пла­ты (хотя бы эти понижения были и не часты) сыграли бы свою роль в деле устранения остатков крепостничества: известно, что в нашей деревне аренда носит чаще крепост­нический, чем буржуазный характер, и арендная плата является гораздо более «денеж­ной» (т. е. преобразованной феодальной), чем капиталистической рентой (т. е. избыт­ком над прибылью предпринимателя). Понижение арендной платы, следовательно, не­посредственно содействовало бы замене крепостнических форм хозяйства капитали­стическими.

Далее, во-вторых, суды имели бы право «объявлять недействительными сделки, имеющие кабальный характер». Понятие «кабалы» здесь не определяется, ибо стеснять выборных судей в применении такого пункта было бы вовсе нежелательно. Что такое кабала, — русский


342__________________________ В. И. ЛЕНИН

мужик слишком хорошо знает! С научной же точки зрения это понятие объемлет все те сделки, в которых есть элемент ростовщичества (зимняя наемка и т. п.) или крепост­ничества (отработки за потравы и проч.).

Несколько иной характер носит 3-ий пункт о возвращении народу выкупных плате­жей. Здесь не возбуждается тех сомнений насчет мелкой собственности, которые вызы­вает 4-ый пункт, но зато возражатели указывают и на практическую неосуществимость этого требования и на отсутствие логической связи между ним и общей частью нашей аграрной программы (= «устранение остатков крепостного права и свободное развитие классовой борьбы в деревне»). Однако никто же не станет отрицать, что именно остат­ки крепостного права, во всей их совокупности, обусловливают те постоянные голо­довки миллионов крестьян, которые сразу выделяют Россию из числа всех цивилизо­ванных наций. Даже самодержавие вынуждено поэтому создавать все чаще и чаще осо­бый (совершенно жалкий, разумеется, и более расхищаемый казнокрадами и бюрокра­тами, чем идущий на пользу голодающих) «фонд для культурных и благотворительных нужд сельских обществ». Не можем и мы не потребовать, в числе прочих демократиче­ских преобразований, создания такого фонда. Против этого вряд ли можно спорить.

Теперь спрашивается, из какого источника взять суммы для образования этого фон­да? Насколько мы можем судить, здесь могли бы указать нам на прогрессивно-подоходный налог: повысить специально те ставки, которые падают на доходы богатых людей, и употребить эти суммы на указанный фонд. Было бы вполне справедливо, что­бы наиболее имущие члены государства больше всего участвовали в содержании голо­дающих и в расходах на возможное исправление бедствий, причиненных голодовками. — Мы ничего не имели бы и против такой меры, о которой нет надобности особо гово­рить в программе, ибо она всецело подходит под требование прогрессивно-подоходного налога, упомянутого в программе особо. Но зачем же ограничиваться этим источником? Почему не попробо-


______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 343

вать, помимо него, возвратить народу хотя бы часть той дани, которую взимали и про­должают взимать вчерашние рабовладельцы с крестьян при помощи полицейского го­сударства? Разве эта дань не стоит в самой тесной связи с современными голодовками? И разве требование вернуть эту дань не сослужит нам самой полезной службы в деле расширения и углубления революционного возмущения крестьян против всех крепост­ников и всяческого крепостничества?

Но ведь этой дани нельзя вернуть целиком, — возражают нам. — Справедливо (как нельзя целиком вернуть и отрезков). Но если нельзя уже вытребовать весь долг, — от­чего бы не взять и части его? Что можно возразить против особого налога на земли тех крупных дворян-землевладельцев, которые воспользовались выкупной ссудой? Число таких владельцев латифундий (иногда превращенных даже в заповедные имения) очень значительно в России, и их справедливо было бы привлечь к специальной ответствен­ности за крестьянские голодовки. Еще более справедлива будет полная конфискация монастырских имуществ и удельных имений, как такой собственности, которая всего более пропитана традициями крепостничества, которая служит обогащению самых ре­акционных и самых вредных для общества тунеядцев, изъемля в то же время немалое количество земли из гражданского и торгового оборота. Конфискация таких имений лежала бы, следовательно, всецело в интересах всего общественного развития ; она бы­ла бы именно такого рода частичной буржуазной национализацией земли, которая без­условно не могла бы вести к фокус-покусам «государственного социализма»; она имела бы непосредственное и громадное политическое значение для укрепления демократи­ческих учреждений новой России; а вместе с тем она дала бы также и добавочные сред­ства на помощь голодающим.

При сдаче в аренду этих конфискованных имений социал-демократия должна была бы теперь же проводить отнюдь не специфически крестьянскую, а именно ту политику, которую мы обрисовали выше, возражая Надеждину.


344__________________________ В. И. ЛЕНИН

IX

Что касается, наконец, до первых двух пунктов нашей аграрной программы, то на них долго останавливаться не приходится. «Отмена выкупных и оброчных платежей, а также всяких повинностей, падающих в настоящее время на крестьянство, как на по­датное сословие» (п. 1) — есть нечто, подразумевающееся само собою для всякого со­циал-демократа. Никаких недоумений относительно практического осуществления этой меры тоже не возникает, — насколько мы можем судить. Второй пункт требует: «отме­ны круговой поруки и всех законов, стесняющих крестьянина...» (заметьте: «крестья­нина», а не «крестьян») «... в распоряжении его землей». Здесь надо сказать несколько слов по поводу пресловутой и приснопамятной «общины». Фактически, разумеется, от­мена круговой поруки (эту-то реформу г. Витте успеет, пожалуй, осуществить еще до революции), уничтожение сословных делений, свобода передвижения и свобода распо­ряжения землей для каждого отдельного крестьянина поведут к неизбежному и быст­рому уничтожению той фискально-крепостнической обузы, каковой является, на три четверти, современная поземельная община. Но такой результат докажет только пра­вильность наших взглядов на общину, докажет несовместимость ее со всем обществен­но-экономическим развитием капитализма. Этот результат отнюдь не будет вызван ка­кой-либо мерой «против общины», рекомендованной нами, ибо ни единой меры, на­правленной непосредственно против той или иной системы крестьянских поземельных распорядков, мы никогда не защищали и не будем защищать. Более того: общину, как демократическую организацию местного управления, как товарищеский или соседский союз, мы безусловно будем защищать от всякого посягательства бюрократов, — пося­гательства, столь излюбленного врагами общины из лагеря «Московских Ведомостей». Никому и никогда не будем мы помогать «разрушать общину», но отмены всех учреж­дений, противоречащих демократизму, мы будем добиваться


______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 345

безусловно, какое бы влияние эта отмена ни оказала на коренные и частные переделы земли и т. п.: в этом наше коренное отличие от явных и тайных, последовательных и непоследовательных, робких и смелых народников, которые, с одной стороны, являют­ся, «конечно», демократами, а с другой стороны, боятся определить решительно и не­двусмысленно свое отношение к таким элементарно демократическим требованиям, как полная свобода передвижения, полное уничтожение сословности крестьянской об­щины, а следовательно, и полная отмена круговой поруки, отмена всех законов, стес­няющих крестьянина в распоряжении его землей . Нам возразят: именно последняя ме­ра, освящающая индивидуальную волю каждого отдельного крестьянина, и разрушает общину не только как систему переделов и т. п., а прямо даже как товарищеский сосед­ский союз. Каждый отдельный крестьянин, вопреки воле большинства, вправе будет потребовать выдела его земли в особый участок. Не противоречит ли это общей тен­денции всех социалистов содействовать расширению, а не сужению прав коллективно­сти по отношению к индивидууму?

Мы ответим на это: право каждого крестьянина требовать выдела земли непременно в особый участок из нашей формулировки еще не вытекает. Из нее вытекает только свобода продажи земли, причем и этой свободе не противоречит право предпочтитель­ной покупки продаваемой земли сообщинниками. Отмена круговой поруки должна превратить всех наличных членов крестьянской общины в свободных совладельцев из­вестного участка земли, — а там, как уже они будут распоряжаться этим участком, это их дело, это будет зависеть от общих гражданских законов и от их специальных дого­воров между собою. Что же касается до расширения прав коллективности по отноше­нию к индивидууму, то социалисты защищают его только тогда, когда это расширение лежит в интересах

На этом именно оселке следует испытывать тех многочисленных в России радикалов (и даже рево­люционеров — из «Вестника Русской Революции»), которые склонны сидеть в данном вопросе между двух стульев.


346__________________________ В. И. ЛЕНИН

технического и социального прогресса . В такой форме, разумеется, и мы защищали бы всякий соответствующий закон, лишь бы он относился не к одним только мелким соб­ственникам, не к одним только крестьянам, а ко всем землевладельцам вообще.

X

В заключение, резюмируем те основные положения, которые легли в основание на­шей аграрной программы. Всякий, кому случалось работать над составлением про­граммы или знакомиться с деталями ее составления в других странах, знает, что одну и ту же мысль можно формулировать самыми различными способами, — нам важно, чтобы все товарищи, на суд которых мы отдаем теперь наш проект, вполне спелись бы прежде всего и больше всего относительно основных принципов. А там уже те или иные частные особенности формулировки не имеют решающего значения.

Центральным фактом и в области аграрных порядков России мы признаем классо­вую борьбу. Мы строим всю свою аграрную политику (а следовательно, и аграрную программу) на неуклонном признании этого факта со всеми последствиями, вытекаю­щими из него. Наша главная ближайшая цель — расчистить дорогу для свободного развития классовой борьбы в деревне, классовой борьбы пролетариата, направленной к осуществлению конечной цели всемирной социал-демократии, к завоеванию политиче­ской власти пролетариатом и к созданию основ социалистического общества. Объявляя классовую борьбу своей руководящей нитью во всех «аграрных вопросах», мы тем са­мым решительно и бесповоротно отделяем себя от столь многочисленных в России сторонников половинчатых и расплывчатых теорий: «народнической», «этико-социологической», «кри-

Напр., Каутский признает справедливым требовать «ограничения прав частной поземельной собст­венности в интересах: 1) размежевания, уничтожения чересполосицы; 2) повышения сельскохозяйствен­ной культуры; 3) предупреждения эпидемий» («Die Agrarfrage», S. 437) («Аграрный вопрос», стр. 437. Ред.). Подобного рода, совершенно основательные, требования отнюдь не связаны и не должны быть связываемы с крестьянской общиной.


______________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА РУССКОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ_____________ 347

тической», социал-реформаторской и как их там еще звать!

Чтобы расчистить дорогу для свободного развития классовой борьбы в деревне, не­обходимо устранить все остатки крепостного порядка, которые теперь прикрывают за­чатки капиталистических антагонизмов внутри сельского населения, не дают им раз­виться. И мы делаем последнюю попытку помочь крестьянству смести одним реши­тельным ударом все эти остатки, — «последнюю» потому, что и сам развивающийся русский капитализм стихийно творит ту же работу, идет к той же цели, но идет свойст­венным ему путем насилия и гнета, разорения и голодной смерти. Переход крепостни­ческой эксплуатации в капиталистическую неизбежен, и было бы вредной, реакцион­ной иллюзией пытаться задержать или «обойти» его. Но этот переход мыслим также и в форме насильственного свержения тех крепостников-последышей, которые, опираясь не на «власть денег», а на традиции прежней власти рабовладения, высасывают теперь последние соки из патриархального крестьянства. Это патриархальное крестьянство, живущее трудами рук своих при системе натурального хозяйства, осуждено на исчез­новение, но вовсе не «обязательно», не «имманентным» законом общественно-экономической эволюции осуждено на пытки «выколачивания податей» и розги, на му­ки затяжного, ужасающего своей длительностью вымирания голодною смертью.

И вот, не делая себе иллюзий насчет возможности процветания или даже сносного существования мелких производителей в капиталистическом обществе (каковым все более и более становится Россия), мы требуем полной и безусловной, не реформатор­ской, а революционной отмены и уничтожения пережитков крепостничества, мы при­знаем крестьянскими те земли, которые отрезало у них дворянское правительство и ко­торые по сю пору продолжают держать их в фактическом рабстве. Мы становимся та­ким образом — в виде исключения и в силу особых исторических обстоятельств — за­щитниками мелкой собственности, но мы защищаем ее лишь в ее борьбе против того, что уцелело


348__________________________ В. И. ЛЕНИН

от «старого режима», и лишь под условием отмены тех учреждений, которые задержи­вают преобразование патриархальной, застывшей в своей неподвижности, забитости и оброшенности обломовки: под условием создания полной свободы передвижения, сво­боды обращения земли, полного уничтожения сословных делений. Демократический пересмотр государственных и гражданских законов России мы хотим дополнить демо­кратическим, революционным пересмотром пресловутой «крестьянской реформы».

Руководимый такими принципами аграрной политики, русский социал-демократ, попадая в деревню, сумеет разобраться в сложной сети тамошних отношений, сумеет «приспособить» к ним свою строго выдержанную революционную пропаганду и агита­цию. Его не застанет тогда врасплох возможное движение крестьянства (кое-где уже как будто и начинающееся). Он не ограничится теми требованиями в защиту сельско­хозяйственных наемных рабочих, которые подробно изложены в отделе ближайших «рабочих» требований нашей программы и которые, разумеется, он будет выдвигать всегда и повсюду. Он будет в состоянии также и в крестьянстве подтолкнуть вперед то общедемократическое движение, которое (если суждено ему будет в нашей деревне выйти за пределы зародышевого состояния) начнется борьбой с деревенскими крепост­никами, а кончится — восстанием против того могущественнейшего и гнуснейшего ос­татка крепостничества, который зовется царским самодержавием.

* * *

P. S. Предлагаемая статья была написана до начала крестьянских восстаний на юге России весной текущего года . Принципиальные положения статьи вполне подтвер­дились этими событиями. А о тех тактических задачах, которые с особенной силой вы­двигаются теперь пред нашей партией в ее «деревенской» работе, мы надеемся погово­рить в следующий раз.


Просмотров 246

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!