Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






УКАЗАТЕЛЬ ЛИТЕРАТУРНЫХ РАБОТ И ИСТОЧНИКОВ 27 часть. Сегодня у нас продолжается еще приподнятое настроение, которое вызвала вчерашняя почта



10 M. И. УЛЬЯНОВОЙ

Il/Xi. 98 г.

Сегодня у нас продолжается еще приподнятое настроение, которое вызвала вчерашняя почта. Смот­рим вчера — лезет через забор мальчишка из волости с каким-то громадным тюком. Оказалось, что наша почта оказалась таких громадных размеров, что понадобилось взять из волости тулуп, чтобы доставить нам в целости все имущество. Конечно, это были не письма, а только книги, но иногда и книги бывает удивительно приятно получать. Как ты себя чувствуешь? Много ли завела знакомств, вообще продолжа­ет ли правиться в Брюсселе? Когда-то я получала восторженные письма от Мещерякова, который страш­но увлекался бельгийской жизнью. Бывало, читаешь его письмо и так захочется посмотреть, как люди на белом свете живут. Между прочим, тебе, верно, немалое удовольствие доставят всякие народные хоры. В Бельгии ведь, говорят, славно поют. К нам приезжал Глеб, и один вечер они с Володей пели немного, я тебя тогда вспомнила, как ты там теперь бельгийцев слушаешь. Глеб у нас прогостил 4 дня, был без Зи­ны, так как Эльвира Эрнестовна была больна, и она не могла ее оставить. Ходили на охоту, а больше Глеб читал первые две главы «рынков». Ты думаешь «рынки» кончены? Вовсе нет. Будут кончены со­всем только к февралю. Володя с утра до вечера пишет все, на другое что у него почти совсем и времени не остается.

Крепко тебя целую. Мама тоже. Всего хорошего.

Твоя Надя

Послано из с. Шушенского в Брюссель

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале Печатается по рукописи

«Пролетарская Революция» № 5

11 А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

22-го ноября.

А. И.

Что-то я давно уже не писала «домой», как я выражаюсь. Сегодня, по обыкновению, собираюсь на­болтать всякой всячины, только не знаю, с чего начать, забыла уж, о чем писала последний


404________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

раз. Самым крупным событием в нашей жизни за последнее время было, конечно, прибытие «этюдов и статей». Ждали мы их ждали, потом поставили крест, и Володя накануне почты пессимистически заме­чал: что особенного может принести почта? Наконец в одно серенькое утро — видим лезет через забор мальчишка из волости с каким-то громадным тюком: оказались бесконечные «этюды», завернутые в во­лостной тулуп... Настроение быстро изменилось. На радостях Володя чуть было не согласился пойти на свадьбу к Матовым (здешним лавочникам — евреям, к которым Володя питает особенную антипатию за их навязчивость) ... Но все это было уже давно. Теперь Володя ушел уже решительно и окончательно в свои «рынки», жадничает на время страшно, у Проминских мы не были уже несколько месяцев, по утрам Володя просит будить его в 8 часов и даже 7V2, но мое бужение, конечно, обыкновенно оканчивается ничем, помычит-помычит, закроется с головой и заснет опять. Сегодня ночью во сне толковал что-то о г-не Н. —оне и натуральном хозяйстве... Кроме «рынков» — еще занятие — каток. Около нашего дома на речке по инициативе Володи и Оскара сооружен каток, помогали учитель и еще кое-кто из обывате­лей. Володя катается отлично и даже закладывает руки в карманы своей серой куртки, как самый заправ­ский спортсмен, Оскар катается плохо и очень неосторожно, так что падает без конца, я вовсе кататься не умею; для меня соорудили кресло, около которого я и стараюсь (впрочем, я только 2 раза каталась и де­лаю уже некоторые успехи), учитель ждет еще коньков. Для местной публики мы представляем даровое зрелище: дивятся на Володю, потешаются надо мной и Оскаром и немилосердно грызут орехи и кидают шелуху на наш знаменитый каток. Дженни очень неодобрительно относится к катку, она предпочитала бы носиться по поскотине, совать морду в снег и приносить Володе всякие редкости вроде старых лоша­диных подков. Мама катка побаивается. Был как-то славный денек, мы и вытащили ее погулять, лед по реке был тогда такой славный, прозрачный, мы и пошли по льду, мама как-то поскользнулась и расшибла голову в кровь, с тех пор она еще больше катка боится. Володей мама недовольна: он недавно самым добросовестным образом принял тетерку за гуся, ел и хвалил: хороший гусь, не жирный. Да, еще есть развлечение. На рождество мы собираемся в город, и Володя к тому времени






ПИСЬМА Η. К. КРУПСКОЙ



шахматы приготовляет, собирается сразиться не на живот, а на смерть с Лепешинским. Шахматы Володя режет из коры, обыкновенно по вечерам, когда уже окончательно «упишется». Иногда меня призывает на совет: какую голову соорудить королю или талию какую сделать королеве. У меня о шахматах представ­ление самое слабое, лошадь путаю со слоном, но советы даю храбро, и шахматы выходят удивительные. Однако я вовсе вздор стала болтать. Крепко целую тебя и Марью Александровну, а мужскому персоналу шлю свои поклоны. Мама всем очень кланяется.

Солнце сегодня так и светит с прекрасного голубого неба, важно будет кататься на коньках. До сви­дания, однако.

Надя


Написано 22 ноября 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале «Пролетарская Революция» № 5


Печатается по рукописи


1899 г.

12 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

10-го января 1899 г.

Дорогая Марья Александровна, большое спасибо за письмо и за посылку. Мы ее еще не получили, т. к. у нас новый почтарь, и с заказными письмами вышла заминка. Почтарь было принял недоступный вид и отказался взять доверенность на получение корреспонденции, но теперь все обошлось благополучно. Праздники мы провели в Минусе отлично, встряхнулись надолго. На рождество в город съехался почти весь округ, так что Новый год встретили большой компанией и встретили очень весело. Разъезжаясь, все говорили: «А славно мы встретили Новый год!». Главное, настроение было отличное. Сварили глинт­вейн; когда он был готов, поставили стрелку на 12 часов и проводили старый год с честью, пели все, кто во что горазд, провозглашали всякие хорошие тосты: «за матерей», «за отсутствующих товарищей» и т. д., а в конце концов плясали под гитару. Один из товарищей отлично рисует, он обещал нарисовать некоторые




406________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

выдающиеся моменты встречи Нового года. Вот если он исполнит свое обещание, Вы получите ясное представление о нашей встрече Нового года. Вообще время провели по-праздничному, Володя с утра до вечера сражался в шахматы и... всех победил, конечно; катались на коньках (Володе прислали из Красно­ярска в подарок коньки Меркурий, на которых можно «гиганить» и всякие штуки делать. У меня тоже новые коньки, но и на новых, как и на старых коньках, я так же плохо катаюсь или, вернее, не катаюсь, а переступаю по-куриному, мудрена для меня эта наука!), пели хором, даже катались на тройке! Зато и умаяли же мы хозяев! Они сами признавались, что, если бы еще один такой день, они все бы полегли. Э. Э. выглядит много лучше, чем в Питере, несмотря на свою болезнь (она совершенно не может есть мяса и хлеба), очень довольна тем, как сложилась их семья и только побаивается возвращения в Россию. Ос­тальных похвалить нельзя. Особенно плохо выглядит Тонечка, которую донимает малокровие и экзема. Даже Зина похудела и нервничает. Над нашим здоровым деревенским видом все охали и ахали, а Э. Э. даже заявила, что я гораздо толще Зиночки. Мама не ездила на праздники и проскучала порядком. На масленице все собирались к нам в Шушу. Все мы, шушенские обыватели, с Оскаром и Проминским включительно, мечтаем о приезде гостей и уже распределяем, кого куда положить, чем бы получше их угостить и т. д.

Ну, до масленицы еще далеко, пока мы принялись за наши обыденные занятия, чистили каток, Воло­дя торопится с «рынками». Получила я и Анино письмо от 24/ХП, отдельно не пишу ей, потому что при­дется писать то же самое, одно только маленькое замечание по ее адресу. Она возмущается, что я даю свои письма «на редакцию» Володе, но я в большинстве случаев описываю нашу шушенскую жизнь в шутливом тоне, и в них немало достается и Володе, ну а таких писем я не стала бы писать, не дав их ему предварительно прочитать.

От жены écrivain'a получила как-то письмо, из которого выяснилось, что два ее письма к нам пропа­ли. Досадно! Относительно моей карточки. Я весной еще просила выслать Вам ту мою домашнюю кар­точку, которая Вам понравилась. Очевидно, моя просьба не была исполнена. Теперь напишу, чтобы зака­зали мои последние карточки и переслали в Подольск. Не знаю,

* Речь идет об Н. А. Струве. Ред.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ___________________________ 407

узнала бы ли и я Д. И., если бы встретила на улице, в другой соответствующей обстановке, может, и уз­нала бы. Кстати, Блоса взял читать Василий Васильевич и увез его на завод, просил оставить у него на время, а Зинаида Павловна написать хотела сестре в Тулу, чтобы та переслала своего Блоса в Подольск. Вот. Ну, буду кончать. Крепко обнимаю Вас и Аню, всем кланяюсь. Мама также.

Ваша Надя

Послано из с. Шушенского в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале Печатается по рукописи

«Пролетарская Революция» № б

13 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна! большое спасибо за посылку, только это уж чрезмерное баловство. Вообще-то говоря, я сладкогрызка порядочная, в оправдание себя я говорю, что это «потребность орга­низма», надо же что-нибудь сказать. Впрочем, теперь я и Володю перевожу в свою веру, хронически пи­таю его сладким каждое послеобеда и послеужина, каждый раз он заявляет, что это «возмутительно», но все же ест, и с удовольствием. Хотя мы и обладаем в достаточной мере поедательными способностями, но часть сластей собираемся оставить до масленой, когда к нам гости приедут, и у нас будет пир на весь мир. Однако надо кончать. Крепко обнимаю. Аню целую, всем кланяюсь.

Ваша Надя

Написано 17 января 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1931 г. „

г Печатается по рукописи

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным»

14 М. И. УЛЬЯНОВОЙ

24-го января.

Дорогая Маня! ты, поди, думаешь про меня: вот неверный человек, посулилась писать и ни слова. Что правда, то правда, стоит меня поругать. Собиралась-то я писать давно, да все


408________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

откладывала да откладывала. Во-первых, надо тебе рассказать, как мы рождество провели. Очень весело. В город съехался весь округ, большинство, впрочем, на 3—4 дня. В Шуше у нас народу мало, так прият­но было очень на людях побыть. Теперь мы уже знаем весь округ. Время проводили совсем по-праздничному: катались на коньках, меня совсем осмеяли, но после Минусы я успехи сделала. Володя вывез из Минусы целую кучу коньковых штук и теперь поражает шушенских жителей разными «гигант­скими шагами» да «испанскими прыжками». Другое развлечение было — игра в шахматы. Играли бук­вально с утра до вечера. Мы только с Зиной в шахматы не играли. Впрочем, и я заразилась и разок сыг­рала с одним малоумеющим игроком и даже устроила ему шах и мат. Еще пели, по-польски пели и по-русски. У В. В. гитара, так пели под аккомпанемент гитары. Читали также, ну и болтали вдоволь. Осо­бенно хорошо встречали Новый год (между прочим, Володю качали, я первый раз видела эту процедуру и посмеялась вдосталь). На масленице мы ждем гостей к себе. Не знаю, состоится ли их приезд, а очень хотелось бы, чтобы состоялся. Не могу сказать, чтобы минусинцы выглядели хорошо: у Тонечки страш­ное малокровие, она страшно худа и бледна, Зина тоже похудела, а главное нервна стала порядком, муж­ской персонал тоже швах. Глеб все прикладывался то на диван, то на кровать. Да и то сказать, что мы хозяев совсем умаяли, ведь последние дни у них человек по 10—16 обедало. Они сами сознавались, что еще бы один такой день, и они не выдержали бы. Мама с нами не ездила, побоялась холодов. — После Минусы засели за обычные занятия, Володя принялся за «Рынки». Теперь пишет последнюю главу, и к февралю они будут уж готовы. С последней почтой я получила письмо от жены écrivain'a. Письмо полно ликования. Разрешили новый журнал «Начало», разрешили совершенно неожиданно, возня и суета у них идет там теперь страшная. Читая письмо, так и чувствуешь, как там жизнь кипит. Пишет, между прочим, что перевод Вебба очень хорош и уже скоро выйдет. Приятно. У нас стоит чудная ровная зима, о страш­ных сибирских морозах пока и помину нет, солнце светит по-весеннему, и мы уже толкуем о том, что и не заметили, как зима прошла (хотя она вовсе еще не прошла). Как-то ты там поживаешь? Очевидно, ты письмами считаешься и сама-то пишешь нельзя сказать, чтоб очень часто. Это не порядок.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ___________________________ 409

Много ли ты бельгийской жизни видишь? И вообще, как довольна своим житьем. Пиши все же чаще, ну, и я постараюсь быть поаккуратнее. Мама тебя целует. Когда ты поедешь домой? Поди, форменная фран­цуженка сделалась. Я уж вперед завидую твоему знанию языка, так хотела бы знать хоть один из ино­странных языков основательно. Ну, прощай. Всего хорошего.

Надя

Написано 24 января 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Брюссель

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике: Печатается по рукописи

В. И. Ленин. «Письма к родным»

15 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

4-го апреля.

Дорогая Марья Александровна, недели две тому назад я писала Вам, причем по обыкновению набол­тала всякой всячины. Все у нас по-старому, все здоровы, на дворе теплынь — до 17° доходит, в поле мес­тами совсем сухо, и мы гуляем подолгу, видели двух диких гусей и селезня. Володя купил себе новые сапоги для охоты чуть не по пояс, читает в садике, ходит в летнем пальто, а я недавно как-то канавки рыла в одном платье, теперь усиленно раздумываю об огородничестве и садоводстве и глубокомысленно читаю присланную Глебом книжицу по этой части. Что касается моего здоровья, то я совершенно здоро­ва, но относительно прилета пташечки дела обстоят, к сожалению, плохо: никакой пташечки что-то при­лететь не собирается. Вы спрашиваете, велика ли наша квартира. Квартира большая, и если Вы приедете — чего бы очень и очень хотелось, — то поместимся все отлично. Помнится, я как-то посылала Вам план квартиры, впрочем, не помню, может только собиралась. Квартира состоит из 3-х комнат, одна в 4 окна, одна в 3 и одна в 1. Правда, в квартире есть крупное неудобство: все комнаты проходные, но когда все свои, то это не такая уж помеха. Мы с Володей думаем отдать Вам ту комнату, в которой живем теперь (в 3 окна), а сами перебраться в среднюю, наша теперешняя комната имеет ту выгоду, что непроходная. Впрочем, там видно будет. Дело только в том, чтобы здоровье позволило Вам



ПРИЛОЖЕНИЯ


приехать, дорогая, а поместимся во всяком случае. Если Вы поедете в мае, то на пароходе будет хорошо ехать. Мы ехали с первым пароходом, когда все кругом было голо, а и то красиво было, а летом, я ду­маю, очень хорошо будет ехать. Вот переезд по железной дороге довольно утомителен. Володя, верно, писал, что минусинцы раздумали жить в Шуше, а наняли дачу под городом, единственную дачу г. Мину­сы. Любите ли Вы купаться? У нас купание довольно далеко — минут 20 ходьбы. Аня, знаю, любит. Помню, я как-то приезжала к вам в Белоостров, так мы с Аней по дождю ходили купаться.

Получили из города «Начало», Володя страшно возмущен статьей Булгакова и мысленно уже состав­ляет статью против него. Долгонько пришлось-таки ждать этого «Начала». Сначала я все думала, что почтарь почту затерял. У нас почтарь порядочная рохля: то газетку потеряет, то квитанцию забудет от­дать, то письма провезет мимо. Я его каждый раз мысленно ругаю всеми сибирскими ругательствами. Однако полно. Это письмо придет, пожалуй, как раз на пасху. Хоть Володя и протестует, но я все-таки собираюсь яйца красить и пасху варить. Знаете, тут обычай — убирать к пасхе комнаты пихтой. Это очень красиво, а потому и мы собираемся «придержаться» (хотела сказать «придерживаться», да вспом­нила, что на будущую пасху будем уже в России) этого обычая. Может, Мих. Ал. и Курнатовский к нам приедут. Ну, до свидания. Целую крепко Вас и Аню, всем кланяюсь. Мама тоже.

Ваша Надя


Написано 4 апреля 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1957 г в 4 издании Сочинений В. И. Ленина, том 37


Печатается по рукописи


16 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

20-го июня.

Я уже целую вечность не писала Вам, дорогая Марья Александровна, как-то не писалось, тем более, что я думала, что, может, Вы еще и приедете. Теперь уж больше не хочу отклады-


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 411

вать письма. Мы все живем по-старому. Володя усиленно читает всякую философию (это теперь его официальное занятие), Гольбаха, Гельвеция и т. п. Я смеюсь, что с ним скоро страшно будет говорить, так он этой философией пропитается. Охоты пока никакой еще нет, и знаменитое ружье почти не выни­мается из чехла. Регулярно ходим каждый день купаться и гулять, собираем щавель, ягоды и т. п., при­чем Володя собирает все это с азартом охотника, я удивилась как-то, увидав, как он обеими руками хва­тает щавель... Об охоте разговоров много, куда только они ни собираются, на какие-то 40 озер, где столько дичи, что сразу воз набить можно и пр. Это все после Петрова дня. После Петрова же дня мы хотим ехать в Минусу, может, поедем на пароходе, у нас уже есть разрешение. Недавно у нас гости бы­ли: во-первых, Анатолий с женой, а потом Лепешинский с женой и трехмесячной девочкой. Анатолий выглядит совсем плохо, вряд ли поправится, а жена совсем убитая, тихонькая такая, тихонькая. Теперь уж Анатолию и здешний благодатный климат не поможет. Лепешинские за те два дня, что у нас пробы­ли, наполнили нашу квартиру шумом, детским плачем, колыбельными песенками и т. п. Девчурка у них славненькая, но оба они такие нежные родители, что ни минуты не дают девочке покою, поют, танцуют, тормошат ее. Нового никого к нам не прислали, а с наступлением лета и Оскар и Проминский реже на горизонте появляются, оба занялись огородом. Мы с мамой насадили тоже всякой всячины (даже дынь» и помидоров), и мы давно уже едим свою редиску, салат, укроп. Сад тоже развели, резеда цветет, а ос­тальные цветы (левкой, душистый горошек, маргаритки, анютины глазки, флоксы) еще имеют цвести в более менее отдаленном будущем, все же сад и маме доставляет удовольствие. Это лето у нас осталась та девочка, которая жила зимой, и потому с хозяйством хлопот нет. Так как до отъезда осталось только 7 месяцев, то разговоры у нас часто вертятся на возвращении в Россию, Володя собирался писать Вам по поводу наших планов на этот счет. Как вы все поживаете? Прошла ли Ваша лихорадка и Анютин ка­шель? Анюте я не ответила, но пусть она не сердится, я все ведь собиралась поболтать с нею как следует при свидании. Очень жаль, что Вы не приедете, ну да теперь до России осталось недолго, и если мы своевременно выберемся отсюда, то в феврале уже будем дома, в России. Вот Вы увидите, как Володя


412________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

поправился в Шуше, и сравнения никакого нет, как был в Питере. Крепко Вас обнимаю, дорогая, не хво­райте только. Анюту и Маняшу целую очень, а М. Т. и Д. И. кланяюсь. Мама шлет всем свой привет.

Ваша Надя

Написано 20 июня 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале Печатается по рукописи

«Пролетарская Революция» № 8-9

17 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

3-го июля.

Дорогая Марья Александровна, вчера получила Ваше письмо от 16/VL Мы справляем почту сегодня, так как собираемся сегодня в гости. Впрочем, наша поездка вряд ли состоится, ибо начинается «погода». Володя несомненно сглазил: все хвалился «хорошая, хорошая погода», ну она и стала ни на что не похо­жа. Что ни день, то ветер, ставнями так и хлопает. Впрочем, холодов нет, и гулять мы ходим по-прежнему каждый день. Хотя теперь наступил уже охотничий сезон, но Володя еще не впал в охотничий раж, ходил на охоту раза 2, тетерок убивал, и мы ими питались основательно. Теперь мы все в гости со­бираемся: есть у нас разрешение в город ехать, но пока разрешение лежит в волости, и мы сами не знаем, поедем или нет. Наладились было ехать, но оказалось, что Василий Васильевич на заводе, а как назад поедет, к нам заедет и вместе зовет ехать, но мы уж позвали Глеба и Зину, чтобы они к тому же времени приехали... Хочется повидать Зину и поболтать с ней, давно ее не видела. Только после всех свиданий с товарищами остается чувство какого-то неудовлетворения, собираешься наболтаться вволю, а как уви­дишься, то разговоры как-то невольно отодвигаются на задний план, а на первый выступают разные ка­тания, шахматы, коньки и т. п. И в результате получается скорее утомление, чем удовлетворение. Впро­чем, как-никак, а повидаться все же очень хорошо. Из Ермаковского пишут, что Анатолий очень плох, жена Лепешинского фельдшерица, и она думает, что развязка уже недалека. Ермаковский доктор боль­шой оптимист и уверяет Доминику, что надежда еще есть. Что


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ___________________________ 413

касается Мих. Α., то он пребывает в одиночестве, т. к. его невеста отложила свой приезд до конца лета. Теперь Ермаковское самое населенное место в нашей округе. Я все подумывала, не пришлют ли еще ко­го-нибудь в Шушь, но нет, никого не прислали. Осенью кончается срок у Проминского, и для них теперь вопрос в том, повезут ли их на казенный счет или нет, на свой им не выбраться, семья большая — 8 че­ловек. За это время мы порядком-таки попривыкли к нашим шушенским товарищам, если почему-либо не придет какой-нибудь день Оскар или Проминский, так точно чего-то не хватает... Что это Лирочка скучает! Сюда она писала, что у ней масса дела, и она встает в 5—6 ч. утра, чтобы поспеть со всем спра­виться. Правда, у ней все такие дела, что мало ее удовлетворяют, но тут уж ничего не поделаешь, в Ка­зачьем не хуже, чем в другом месте. Очень бы мне хотелось ее повидать, только вряд ли придется теперь, если ее и переведут в наши края, то тогда, когда нас здесь уже не будет. Ну, до свидания. Крепко целую Вас. Мама очень кланяется. Уехала ли уже Анюта? Если еще нет, поцелуйте ее, а также и Маню крепко-накрепко.

Ваша Н. Ульянова

Написано 3 июля 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1931 г. „

г Печатается по рукописи

в сборнике:

В. И. Ленин. «Письма к родным»

18 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна, я чего-то давно не писала Вам, даже Маняше не ответила на ее пись­мо от 14ЛХ, за что чувствую некоторые укоры совести. Нового у нас ничего нет, так что писать нечего, а нашу ежедневную жизнь я описывала уже много раз. Вот на днях у нас был Курнатовский и рассказывал об ермаковцах. У Доминики родился сын, но больной — думают, заражен туберкулезом, сама она все хворает и тоскует очень. Мих. Ал. признали годным в солдаты, и он доживает на воле последние месяцы, в декабре придется ехать невесть куда, а пока занят очень. Жена его прихварывает, скучает и

* О. А. Папперек. Ред.



ПРИЛОЖЕНИЯ


для развлечения гуляет в огороде совместно с теленком и собакой Курташкой. Они собираются приехать к нам по первопутку. Те два дня, что у нас гостил Курнатовский, мужской персонал закатывался с утра на охоту, Курнатовский страстный охотник. Из Казачьего писали кому-то, что оттуда исчезла Якубова, тут повсюду идут расспросы о ней, ермаковцев спрашивали, не была ли она в Ермаковском, по их сведе­ниям, она была там неделю назад. Ходят слухи, что она бежала за границу, кто-то видел ее в Берлине. Вот. — У нас уже осень, скоро будем кататься на коньках. Оно лучше, а то гулять что-то надоело, да и у Володи охота скоро прекратится. Он сидит теперь над Веббом. Приходится работать ему одному, так как вдвоем еще дольше выходит. Работа довольно скучная, ибо перевод плохой, приходится переводить поч­ти заново. Я же, собственно говоря, ничего не делаю, а куда время девается — неизвестно. Теперь до отъезда осталось 3 месяца 13 дней, совсем мало. Я уже подала прошение в департамент полиции, чтобы меня пустили в Псков. Мама от себя собирается тоже подавать прошение о том же. Ну, до свидания. Крепко целую. Поклон всем.

Ваша Надя


Написано 17 октября 1899 г.

Послано из с. Шушенского

в Москву

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале «Пролетарская Революция» № 8-9


Печатается по рукописи


1900 г.

19 М. И. УЛЬЯНОВОЙ

28ЯП.

Что-то давно ни от тебя, ни от Анюты писем нет. Видно, мое последнее коллективное письмо вас не удовлетворило, как-то очень плохо писалось тогда. Недавно меня жестоко выругали наши сибиряки за «коллективное» письмо, досталось и Володе: он на пятерых написал письмо в 20 строк и захотел за это получить 5 писем. Просмеяли они его. Ну, вот. Поздравляю тебя, Маруся милая, и желаю всего хороше­го. Так как все о себе я уже


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ___________________________ 415

выболтала в письме к Марье Александровне , то буду писать об общих знакомых. Заезжал Егор. Я страшно рада была его видеть, а то не знала, что и думать о нем. У него живой и сияющий вид. Болтал все время без умолку. Рассказывал, что Василий Васильевич получил хорошее место в Омске, что у Тони родилась девочка, обе они здоровы, Э. Э. в восторге от внучки (к первой она была довольно равнодуш­на). Глеб тоже получил хорошее место, помощника начальника депо, около Томска. Зина пока сидит в Нижне-Удинске. У них, значит, все благополучно. Зато бедняге М. А. приходится плохо в Риге. Он пи­сал, что жизнь в казармах хуже каторги: одного никуда не пускают, а всегда в сопровождении солдата, да и пускают-то только в лавочку. Книги у него все отобрали, кроме немецкого словаря и гражданского права. Кормят плохо. Завести своего ничего нельзя, все крадут моментально. Одежу дают такую плохую, что приходится заводить свою. А самое худшее, что М. А. поместили как раз в ту роту, которая расправ­лялась с рабочими, солдаты получали по 10 р. награды за убийство рабочего и там, где были патрулями, стреляли по собственной инициативе. Вот. Минусинские товарищи все здравствуют. Недавно получила оттуда письмо, была очень рада. Вообще я и не воображала, что так привязалась ко всем минусинцам. Барамзин, которому мы оставили нашу собаку, собирается преподнести нам (собственно Володе) ее изо­бражение, он рисует очень хорошо. Вообще наша собака благоденствует и сделалась всеобщей любими­цей. Говоря о собаке, вспомнила Лирочку. Она как-то раз передавала через меня поручения и одно из них заключало в себе подробнейшие сведения о каком-то ободранном псе. Одна наша общая знакомая полу­чила недавно от нее письмо и прислала мне выдержки из него. Теоретическая часть письма мне мало по­нравилась, говорит, что в теоретическом отношении Бернштейн не дает ничего. «Это идиотизм какой-то!», но, мол, практическое значение его книги громадно, обратил-де внимание на потребность масс, призывает к жизни, к конкретности. Успех книги объясняет тем, что ортодоксальное направление очень уж приелось. О резолюции говорит, что там энергия находит исход в измышлении пути, по которому должно идти развитие.

Письмо не сохранилось. Ред.

По-видимому, речь идет о «Протесте российских социал-демократов» (см. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 163—176). Ред.


416________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

Вообще Лирочка представляет теперь для меня какой-то X. Мы с ней прежде всегда удивительно сходи­лись во взглядах, но за последние три года с ней что-то сотворилось, я ее совсем не узнаю. Может, при свидании мы бы и сговорились, но переписка у нас совсем не вяжется. Она не та Лирочка, которую я знала, писать о туманах, погоде и т. п. не стоит, а о другом — она, по-видимому, не хочет да и не выхо­дит как-то. По правде сказать, я никак не могу примириться с ее замужеством. Ее муж произвел на меня впечатление чего-то такого самоуверенно-ограниченного... Однако я разговорилась на эту тему. До сви­дания. Поцелуй Анюту и передай М. Т. мой привет.

Твоя Надя

Написано 28 марта 1900 г. Послано из Уфы в Москву

Впервые напечатано в 1929 г. Печатается по рукописи

в журнале «Пролетарская Революция» №11

20 М. И. УЛЬЯНОВОЙ

Москва. Бахметьевская ул., д. Шаронова, № 25. ЕВБ Марье Ильиничне Ульяновой

ЗОЛИ.

Милая Маняша!

Третьего дня послала тебе и М. А. письмо, а вчера получила от вас. Очень я рада, что Μ. Α., может быть, поедет к Володе, я-то, очевидно, не скоро еще смогу двинуться. Да, похудел Володя очень, это за последнее время его так подтянуло, а то он выглядел очень хорошо. Я думаю, тут не столько катар вино­ват, сколько бессонница. Последнее время он хронически недосыпал, волновался перед отъездом, да и морозы стояли сильные очень, так что не гулял совсем. Как поехали, так Володя повеселел сразу и есть и спать стал по-человечески. Катар, я думаю, ему удастся остановить водами, которые тот раз ему так по­могли, вообще-то говоря, Володя следит за своим здо-


Просмотров 267

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!