Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






УКАЗАТЕЛЬ ЛИТЕРАТУРНЫХ РАБОТ И ИСТОЧНИКОВ 26 часть. Относительно моего отъезда



Относительно моего отъезда... Ничего я, Маня дорогая, не знаю. Тут живет одна дама из Минусинска, она говорит, что ехать позднее 10-го — 12-го числа нельзя уже будет — рискуешь застрять по дороге Я все надеялась, что приговор будет объявлен 4-го марта, и тогда мы бы выехали 10-го вечером. Но приго­вор отложили до 11-го марта (и то не наверное), а в департаменте говорят следующее: мое прошение бу­дет «принято, вероятно, во внимание», если мне разрешено будет ехать в Сибирь, то не ранее, как после объявления приговора, может быть, мне будет разрешено ехать прямо из Питера, а не из Уфимской губернии (!). Завтра пойду опять в департамент. Так мне не хочется, чтобы моя поездка откладывалась до весны. Сегодня тороплюсь очень, а завтра вечерком напишу Анне Ильиничне и расскажу о результатах моего путешествия в департамент. Завтра же буду

* — Писатель. Ред.


390________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

просить там свидания с Кубой, а то уж больно обидно уезжать, не повидав ее ни разу.

Крепко целую. Н. Крупская Вы пишете неправильно адрес: д. 18, кв. 35, надо наоборот: дом 35, кв. 18.

Написано б марта 1898 г. Послано из Петербурга в Москву

Впервые напечатано в 1931 г. Печатается по рукописи

в сборнике: В. И. Ленин. «Письма к родным»

3 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна! добрались мы до Шушенского, и я исполняю свое обещание — напи­сать, как выглядит Володя. По-моему, он ужасно поздоровел, и вид у него блестящий сравнительно с тем, какой был в Питере. Одна здешняя обитательница полька* говорит: «пан Ульянов всегда весел». Увлекается он страшно охотой, да и все тут вообще завзятые охотники, так что скоро и я, надо думать, буду высматривать всяких уток, чирков и т. н. зверей.

Дорога в Шушу совсем неутомительна, в особенности если нет надобности сидеть в Красноярске, а еще сулятся, что с июня месяца пароход будет до Шуши. Тогда будет и совсем хорошо. Так что если Вам удастся выбраться сюда, то ехать будет ничего себе. А в Шуше очень хорошо, на мой взгляд, лес, река близко. Пишу немного, т. к. это только приписка к письму Володи . Он написал, вероятно, гораздо более обстоятельное письмо. Заходила в Минусинске узнавать о книгах, там уже было получено письмо от Вас и повестка, но оказалось, что из Красноярска их получить адресату нельзя. В тот же вечер уладили дело, написали доверенность в Красноярск, и теперь книги на днях будут получены. Большое спасибо. А с на­шим бесчисленным багажом дело обошлось вполне благополучно, ничего не растеряли, в вагоны нас всюду пускали. Спасибо также за провизию, мы питались ею дня три, и это было много приятнее во­кзальной



Имеется в виду жена И. Л. Проминского. Ред. " См. настоящий том, стр. 88—89. Ред.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 391

еды... Ну, вот. А на берег нас все же высадили. Володя остался очень неудовлетворен моими рассказами о всех вас, нашел, что этого очень мало, а я рассказала все, что знала. Ну, целую всех, М. Т. и Д. И. мой поклон.

Н. Крупская

Написано 10 мая 1898 г. Послано из с. Шушенского в Москву

Впервые напечатано в 1931 г.

в сборнике: Печатается по рукописи

В. И. Ленин. «Письма к родными

4 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

14-го июня.

Дорогая Марья Александровна! Володя сидит и ведет обстоятельную беседу с мельником о каких-то домах да коровах, ну, а я села написать Вам немного. Не знаю уж, с чего и начать, один день похож на другой, внешних событий никаких. Мне уж кажется, что я целый век в Шуше живу, акклиматизирова­лась вполне. В Шуше очень даже хорошо летом. Мы каждый день ходим по вечерам гулять, мама-то да­леко не ходит, ну а мы иногда и подальше куда-нибудь отправляемся. Вечером тут совсем в воздухе сы­рости нет и гулять отлично. Комаров хотя много, и мы пошили себе сетки, но комары почему-то специ­ально едят Володю, а в общем жить дают. Гулять с нами ходит знаменитая «охотничья» собака, которая все время, как сумасшедшая, гоняет птиц, чем всегда возмущает Володю. Володя на охоту это время не ходит (охотник он все же не особенно страстный), птицы что ли на гнездах сидят, и даже охотничьи са­поги снесены на погреб. Вместо охоты Володя попробовал было заняться рыбной ловлей, ездил как-то за Енисей на ночь налимов удить, но после последней поездки, когда не удалось поймать ни одной рыбеш­ки, что-то больше нет разговору о налимах. А за Енисеем чудо как хорошо! Мы как-то ездили туда с мас­сой всякого рода приключений, так очень хорошо было. Жарко теперь. Купаться надо ходить довольно далеко. Теперь выработался проект купаться по утрам и для этого вставать в 6 ч. утра. Не знаю уж, долго ли продержится такой режим, сегодня купание состоялось. Вообще теперешняя наша жизнь напоминает «форменную» дачную жизнь, только хозяйства своего нет.




392________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

Ну, да кормят нас хорошо, молоком поят вволю, и все мы тут процветаем. Я все еще не привыкла к теперешнему здоровому виду Володи, в Питере-то я его привыкла видеть всегда в прихварывающем со­стоянии. Зиночка даже ахнула, увидав его в Минусе. Ну, да и у ней-то вид — славу богу. Вот Лирочка другое дело. Из Питера прислали ее карточку, снятую с нее на другой день после освобождения, — так вид у нее прямо ужасный. Неужели она и на самом деле так изменилась? Иногда я подумываю, не при­шлют ли ее в Шушу, славно было бы, в Шуше она, может, и отошла бы немного.



Ну вот, наболтала я целую кучу всякой всячины. Маня спрашивает в последнем письме про карточки. Я еще с дороги написала в Питер, просила послать Вам мою карточку (домашнего производства), но они, верно, забыли это сделать. Что касается карточки не домашней, то я напишу в Питер, чтобы сходили в фотографию и заказали еще несколько моих изображений, это, верно, не откажутся сделать. Очень бы я хотела, чтобы Вы приехали с Маней к нам. Теперь еще можно бы успеть. Скажите мой поклон Д. И. Во­лодя уж кончил разговаривать с мельником и два письма написал, а я все никак не могу кончить своей болтовни.

Ну, до свидания, крепко целую. Мама шлет всем свой привет. Через Володю поклоны посылать бес­полезно, он находит, что это само собой подразумевается. Я все же крепко целую Маню и Анюту, а М. Т. шлю свой поклон.

Ваша Н. Кр.

Написано 14 июня 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале Печатается по рукописи

«Пролетарская Революция» № 4

5 А. И. УЛЬЯНОВОЙ-ЕЛИЗАРОВОЙ

9 августа 98 г.

Володя с превеличайшим удовольствием вычитал мне все укоры, которые ты писала как-то по моему адресу. Ну, что ж, признаю себя виновной, но заслуживающей снисхождения.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 393

Сегодня Володя кончил свои «рынки» , теперь ему остается только сократить их, и в шляпе дело. А на днях и Вебб придет к благополучному окончанию. Осталось только считать меньше половины. В кон­це концов перевод вышел, кажется, хорош.

На имя Фридман пришел еще ящик с книгами для Володи. Там Адам Смит, философия и две твоих книги — Ада Негри. Г-жа Фридман подняла было целую бурю, но книги в результате все же получены, поставлены на полку и занесены в список. Володя время от времени поглядывает на философию с неж­ностью и мечтает о том времени, когда он в нее погрузится.

Получили вчера письмо от Лирочки, веселое-развеселое, описывает свое житье в Казачинском. Там 10 человек ссыльных, большинство живет коммуной, завели свой огород, корову, сенокос, живут в од­ном большом доме. Лира пишет, что наслаждается свободой, ходит за ягодами, сено гребет, хозяйничает, в книжку и не заглядывает. Так думает провести лето, а с осени отделиться от коммуны и засесть за заня­тия. Письмо длинное и оживленное, ну и рада я за нее порядком, хоть отдыхает человек.

У нас все по-старому. Новостей никаких. Володя все время усиленно занимался да время от времени ходил на дупелей. Сегодня было собирались ехать куда-то за дупелями, да вот уж несколько дней ветер воет немилосердно, и днем и ночью, дождя нет, а бушует чего-то.

Ед[им]...................................................................................................................................................................................

настаиваем наливку на ма[лине]... , солим огурцы — все как следует быть, как в России. Покупали как-то арбузы, но, как и следовало ожидать, это учреждение оказалось совершенно белым, без всякого поку­шения на красный цвет. Ели как-то кедровые шишки.

Володя собирается денька на два съездить в тайгу, посмотреть, что за тайга такая, посбирать ягод, шишек, поохотиться за таежными рябчиками. Разговоры о тайге идут часто, эти разговоры много инте­реснее разговоров об утках.

Вот, кажется, и все, что можно сообщить нового о нашей жизни.

Речь идет о работе В. И. Ленина «Развитие капитализма в России». Ред.

В письме текст, отмеченный пунктиром, вырезан. Эти места совпадают с вырезанным в целях кон­спирации текстом на обороте письма. Ред.


394________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

Когда едет Маня в Брюссель? Я очень рада за нее. Написала письмо [Анне Ивановне Мещеряковой] (бывшая [Чечурина])*, наша школьная учительница и моя очень хорошая подруга. Они будут жить в Льеже, боюсь только, не уехали ли уже и не опоздало ли мое письмо.

Ну, до свидания, целую крепко и тебя, и Маню, и Марью Александровну. М. Т. мой поклон. Мама всем кланяется, она чего-то прихворнула последнее время. Всяческих благ.

Надя

Послано из с. Шушенского в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале Печатается по рукописи

«Пролетарская Революция» № 4

М. А. УЛЬЯНОВОЙ

Дорогая Марья Александровна!

С последней почтой пришла наконец телеграмма об освобождении Д. И. Почту принесли как раз в разгар гостей. На нас последние дни было сделано «нашествие иноплеменников», частью из Минусы, частью из окрестностей, публика самая разнохарактерная. В нашей мирной жизни это произвело целую сумятицу, и мы к концу несколько очумели. Особенно доняли нас разные «хозяйственные» разговоры о лошадях, коровах, свиньях и т. д. Тут все увлекаются хозяйством, даже и мы было завели пол-лошади (один из здешних обьшателей взял из волости под расписку лошадь, мы хотели покупать ей корм и за это могли бы пользоваться лошадью сколько угодно), но наши пол-лошади оказались таким изъезженным конем, который 3 версты везет \112 часа, пришлось отдать его обратно, и это наше хозяйственное пред­приятие потерпело фиаско. Зато усердно собираем грибы, рыжиков и груздей у нас куча. Володя сначала заявил, что не любит и не умеет грибов собирать, а теперь его из лесу не вытащить, приходит в настоя­щий «грибной раж». На будущий год собираемся заводить огород, Володя уже подря-

Весь текст, поставленный в квадратные скобки, вырезан в целях конспирации. Ред.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 395

дился гряды копать. Вот ему и физическое упражнение будет. Пока он только усердно ходит на охоту. Вот и сейчас свои охотничьи доспехи налаживает. Бьет тетерок, а мы все их едим и подхваливаем. Не думаю, чтобы наш «помещичий дом» был очень холоден, тут раньше писарь жил, так говорит — ничего, тепло. Во всяком случае мы примем все предосторожности: заказали войлоки, замажем тщательно окна, сделаем кругом дома завалинку и т. д. У нас в каждой комнате печь, так что, надо думать, очень холодно-то не будет. Ну, довольно болтать. Крепко Вас обнимаю, ужасно рада и за Д. И. и за Вас. Передайте ему мой горячий привет. Аню и Маню целую очень. Мама всем очень кланяется. Она понемногу втягивается в шушенскую жизнь и не так скучает теперь, как первое время.

Ваша Надя

Написано 26 августа 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г. π

г Печатается по рукописи

в журнале

«Пролетарская Революция» № 4

7 М. И. УЛЬЯНОВОЙ

11-го сентября 98 г.

Ну, я собираюсь сегодня настрочить длинное-предлинное письмо: Володя укатил в Красноярск, и без него стало как-то пусто, «режим» изменился, вечер пустой сегодня вдруг очутился, самое подходящее дело письма царапать. Наболтать всякой всячины могу сколько угодно, но будет именно уж «всякая вся­чина».

Сегодня получила твое длиннющее письмо, Маня дорогая, а Володя — закрытку из Тулы, надо ду­мать, от Д. И. Положила ему в стол. Да, Д. И., я думаю, скучно торчать в Туле, и вообще-то такое неоп­ределенное положение, как его теперешнее, не из приятных, а в чужом городе — и совсем невесело, но все же самое скверное-то прошло, это бесконечное «азовское сиденье». А теперь, может, Д. И. уже и в Подольске... во всяком случае, вопрос, верно, уже выяснился.


396________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

У нас стоит чудная осень, только утренники холодные, а ночью мороз. Потому Володя взял с собой все теплое: теплую шапку, шубу, рукавицы, теплые носки. Он давно уже подавал прошение, зубы у него совсем прошли, а тут разрешение пришло на недельку отправиться в Красноярск. Сначала Володя было думал не ехать, но потом соблазнился. Я очень рада, что он проедется, освежится немного, людей по­смотрит, а то засиделся он в Шуше совсем. Он тоже был очень рад этой поездке. Последний день перед отъездом даже книжки не раскрывались, я усиленно чинила Володину зимнюю амуницию, а он сидел на окошке и оживленно болтал да делал всякие завещания: окна вставить потщательнее, запираться покреп­че, даже пилу от хозяев притащил и дверь стал пилить, чтобы лучше запиралась. Вообще о нашей цело­сти очень усиленно заботился: Оскара подговорил приходить к нам ночевать, а меня обучал стрелять из револьвера. Ночью ему плохо спалось, а утром я его разбудила, когда уже ямщик приехал, так он какую-то победную песню запел на радостях. Не знаю, останется ли доволен поездкой. Конечно, не мог не за­хватить с собой уймы книг: 5 толстых-претолстых книжиц взял да еще в Красноярской библиотеке вы­писки собирался делать. Надеюсь, книги останутся непрочитанными. В Красноярске Володе вменяется в обязанность купить себе 2 шапки, полотна себе на рубахи, общий тулуп, коньки и т. д. Заказывала я было купить на кофточку дочери Проминского, но т. к. Володя отправился к маме спрашивать, сколько «фун­тов» надо купить на кофточку, то и был освобожден от сей тяжелой обязанности. Получила из Минусы от Володи коротенькую записочку, в которой он хотя и ругается, что парохода ждать надо, но из которой я тем не менее заключила, что начало путешествия удачно.

За Володино отсутствие я собираюсь: 1) произвести окончательный ремонт его костюмов, 2) вы­учиться читать по-английски — для чего должна выучить 12 страниц разных исключений — по Нуроку, 3) прочитать до конца начатую английскую книгу. Ну, а затем так кое-что подчитать. Мы начали с Воло­дей читать «Agitator'a» (на «Agitator'e» написано Аниной рукой «Наденьке», я все ее поблагодарить со­биралась, да вот прособиралась до сих пор) и мучаемся с английским произношением, ну вот я ему и посулилась Нурока выучить. Эти дни я стряпаю. Мама схватила отчаянный насморк и вообще простуди­лась, ну


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 397

так я буду орудовать. Мама совсем уж привыкла к Шуше и в письмах уже расписывает прелестную шу­шенскую осень. До отъезда Володи мы все ходили с ним на охоту за тетерками. Теперь охота на тетерок и куропаток — это птицы благородные, за ними не надо лезть в болото, как за какими-нибудь утками. Только сколько раз мы ни ходили, ни одной тетерки или куропатки не видали, но гуляли славно. Впро­чем, куропаток раз видели штук 20: ехали на дрогах — вся колония шушенская, вдруг по обеим сторонам дороги поднялся табун куропаток, что тут с нашими охотниками поделалось, Володя даже застонал как-то, успел все же прицелиться, но куропатка не улетела даже, а просто ушла. Вообще та охота была пла­чевная: не убили никого, только Оскар Дженни глаза подстрелил, думали, собака ослепнет, однако вы­здоровела. Дженни ужасно скучает без Володи, ни на шаг не отходит от меня и лает из-за всякого пустя­ка.

Вот о каком вздоре я пишу, но внешних-то событий никаких. Оттого и Володя в письмах пишет дру­гой раз об одном и том же, при внешнем однообразии событий как-то совершенно теряется представле­ние о времени. Раз мы с Володей дошли до того, что долго не могли сообразить, был ли у нас в гостях В. В. третьего дня или десять дней тому назад. Понадобился целый ряд соображений, чтобы выяснить этот вопрос. Еле-еле сообразили. Из Минусы Володя собирался писать домой, так что в моем письме, надо думать, отчасти будут повторения. Впрочем, нет, мое письмо чисто женское, так вообще. Недавно как-то получила письмо от жены писателя, пишет, что корректуру Володиной книжки держит она , уже 7-й лист тогда был. Она побаивалась, что в книжке не выйдет 10 листов — новый закон вышел о числе букв в листе, — тогда Карышева можно бы присунуть, оно бы и хорошо было, только тогда книжка задержит­ся. Мы ее поджидаем со дня на день. «Рынки» Володя собирается кончить к Новому году, хотя несколько сомневается. Ну, вот. Письмо Марьи Александровны от 10/VIII получили, я ему была почему-то особен­но рада. Крепко ее целую.

Η. Α. Струве вела начало корректуры сборника «Экономические этюды и статьи». Ред. Статья В. И. Ленина «К вопросу о нашей фабрично-заводской статистике. Новые статистические подвиги проф. Карышева» (см. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 1—34). Ред.


398________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

Когда ты получишь мое письмо, верно, уже будешь собираться в дорогу. Желаю всякого успеха. Я когда-то очень хотела поехать в Бельгию, может, опять потянет за границу — посмотреть свет божий, — когда будет возможность поехать, пока-то об этом думать не приходится. Ты, верно, Аню будешь дожи­даться? Когда она хотела вернуться? А [Мещерякова] очень и очень хороший человек, дикая немного, но удивительно прямая и хорошая. Ну, кончать надо. Еще раз крепко целую тебя и Марью Александров­ну за себя и за маму.

Твоя Н.

Послано из с. Шушенского в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г.

в журнале Печатается по рукописи

«Пролетарская Революция» № 5

8 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

27-го сентября.

Сегодня пишу опять я вместо Володи, дорогая Марья Александровна. Володя приехал из Красноярска третьего дня поздно вечером, его дожидались здесь 2 Маниных письма, и он собирался было сегодня засесть за письмо домой, но с утра пришли Оскар и Проминский и стали соблазнять Володю ехать на охоту на какой-то Агапитов остров, где, по их словам, зайцев тьма-тьмущая и табуны тетерок и куропа­ток так и летают. Володя поколебался было, но в конце концов соблазнился, кстати же и день сегодня чудесный. Вообще осень хорошая стоит, была только неделька холодов. Своей поездкой в Красноярск Володя в общем остался доволен. Он, верно, писал уже, что поехал в Красноярск с Эльвирой Эрнестов-ной и Тонечкой, т. к. Э. Э. ушибла печень и сильно расхворалась". Думали, что у ней рак или нарыв в печени, но ни того, ни другого, к счастью, не оказалось, простой ушиб, надо только сильно беречься. Они и вернулись вместе с Володей. В Красноярске Э. Э. лежала в больнице, Володя же жил у Красикова. По­видал он в Красноярске публику, поговорил о всякой всячине, сыграл партий 10

Фамилия в целях конспирации в рукописи вырезана. Ред. ** См. настоящий том, стр. 100—102. Ред.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 399

в шахматы. Один из живущих теперь временно в Красноярске очень может быть назначен будет в село Ермаковское, в 40 верстах от нас. Он шахматист и очень интересный собеседник, Володя познакомился с ним в Красноярске. Я бы очень хотела, чтобы это назначение состоялось, можно было бы видеться, 40 верст — близехонько. Володя ехал до Минусы (пароход тащился 5 дней!) с Лепешинской, женой одного ссыльного, живущего в Казачинском. Она получила место фельдшерицы в селе Курагинском, тоже от нас недалеко, и муж ее переводится туда же. Тоже шахматист. Лепешинская рассказывала про Лирочку, что она очень нервная и раздражительная, участвует в коммуне и через неделю стряпает. У них там 3 женщины, одна — хлебы печет, а другие стряпают по очереди. От Лирочки было третьего дня письмо, ей, по-видимому, очень надоедает эта жизнь колонией, пишет, что рада, как останется одна и может за­ниматься. — Оказалось, что у Володи болел совсем не тот зуб, который он рвал, а другой, который ему и вырвал в Красноярске дантист. Обратная дорога смертельно надоела Володе, хотя он набрал некоторую дозу книг, кроме той уймы, что взял из дому. В Минусе не захотел останавливаться и даже не занес ис­правнику проходного свидетельства. Купил в Красноярске тулуп. Тулуп предназначается собственно мне, но, в сущности, он «семейный», предназначается для поездок и дальних выходов. Тулуп стоит 20 р. и такой мягкий, мягкий, что как залезешь в него, так и вылезать не хочется. Вообще купил все, что сле­довало, и даже игрушек детям Проминского и сынишке катанщика Мине, который живет у нас во дворе. Мальчуган лет пяти и часто у нас толчется. Утром, как узнал, что Володя приехал, второпях схватил ма-тернины сапоги и стал торопливо одеваться. Мать спрашивает: «Куда ты?» — «Да ведь Владимир Ильич приехал!» — «Ты помешаешь, не ходи...» — «О, нет, Вл. Ил. меня любит!» (Володя действительно его любит). Когда же вчера ему дали лошадь, которую Володя привез ему из Красноярска, то он проникнул-ся к Володе такой нежностью, что даже не хотел идти домой спать, а улегся с Дженькой на половике. Потешный мальчушка!

Наконец мы наняли прислугу, девочку лет 15, за 21/2 р. в месяц + сапоги, придет во вторник, следова­тельно, нашему самостоятельному хозяйству конец. Напасли на зиму всякой всячины. Еще надо вот окна вставить, жаль только закупориваться,


400________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

когда на улице так хорошо! Мама понемногу втянулась в шушенскую жизнь, не хворает и не скучает. Спасибо Маняше за письма, конечно, я стану писать ей и за границу. Как-то она там устроится. Жаль, что ей неудобно ехать с Мещеряковыми, они хорошие люди, в особенности Анна. Немецкого Zola полу­чили, собираемся читать. Теперь мы будем получать «Frankfurter Zeitung», будут присылать из Питера, Володя собирается еще выписать какую-нибудь английскую газету. Что это о книжке Володиной ни слу­ху ни духу. Обидно будет, если не выгорит. Рецензию на Карышева надо бы послать в Питер, может, не вышло 10 листов, оттого и задержка. Ну, будет болтать. Крепко, крепко целую Вас и Манянгу за себя и за Володю· Мама очень кланяется. Когда же Аня приедет?

Ваша Надя

Прошлый раз забыла написать, что Bios получен. Надо его переслать?

Странно, что не было письма от Володи одновременно с рецензией на Карышева. Помнится, он пись­мо тогда послал .

Написано 27 сентября 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1939 г. „

Печатается по рукописи в журнале

«Пролетарская Революция» № 5

9 М. А. УЛЬЯНОВОЙ

14-го октября.

Дорогая Марья Александровна! тотчас же по отъезде Володи в Красноярск я написала Вам обстоя­тельное письмо, также и по приезде Володи оттуда. Вы, вероятно, получили оба эти письма. Ну, да те­перь это дела давно минувших дней. У нас уже зима, наша Шушенка замерзла, и снег уже был, но сошел. Холод порядочный (градусов 5), что не помешало Володе закатиться сегодня на охоту за зайцами на ост­ров на целый день, он в этом году ни одного зайца не изничтожил еще. Оделся он тепло, а проветриться ему не мешает, последнее время он по уши ушел в свои «рынки» и пишет с утра до вечера. Первая глава уже

См. настоящий том, стр. 99. Ред.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ___________________________ 401

готова, мне она показалась очень интересной. Я изображаю из себя «беспонятного читателя» и должна судить о ясности изложения «рынков», стараюсь быть как можно «беспонятнее», но особенно придрать­ся ни к чему не могу. Ужасно странно, что до сих пор нет ни звука от écrivain'a о книжке, думаем — ух­нула. Вообще последнее время почта — самая жалкая. Вчера посмеялись мы порядком. Кроме газет, ни­чего не было, и мама стала обвинять почтальона в том, что он по злобе скрывает письма, а нас в том, что мало даем ему на чай, наших знакомых — в черном эгоизме и опять нас в том, что мы почтальону вот жалеем денег, а так зря тратим, третьего дня ездили к Курнатовскому и зачем? только человеку работать помешали и обед его съели, кончилось тем, что мы все смеяться стали, и неприятное чувство, которое всегда бывает при скудной почте, прошло. Ездили мы как-то к Курнатовскому , он служит на сахарном заводе, верстах в 20-ти от нас. Было воскресенье, хотя и холодно, но солнце светило с прекрасного голу­бого неба, мы и покатили. Оделись совсем по-зимнему, Володя в шубу, в валенки, а меня закутали в «се­мейный» тулуп, я с головой в него ушла совсем. Курнатовский оказался ужасно занят, праздников у него нет, работает по 12 часов в сутки, от работы мы его действительно оторвали, но это ему только полезно, и обед его тоже действительно съели. Осматривали сахарный завод, директор проявлял необычайную любезность к «знатным иностранцам» (несмотря на то, что Володя в своих валенках и зимних брюках походил на великана из «мальчика с пальчика», а у меня все волосы дыбом стояли от ветра), старался оправдать дурные условия, при которых приходится работать рабочим, сам заводил разговоры на эту тему, и простер свою любезность до того, что, несмотря на весь свой элегантный и выхоленный вид, бро­сился подавать Володе табуретку и стирать с нее пыль. Я чуть не расхохоталась. Курнатовский через месяц приедет к нам в гости, может, заедет как-нибудь и Базиль с Тонечкой. Не знаю, писал ли Вам Во­лодя, что и Базиль и Глеб перепрашиваются в Нижне-Удинск, где им предлагают инженерские места. Теперь через тесинцев мы пользуемся минусинской библиотекой, хотя она и очень жалкого свойства. Ну, да книг-то достаточно. Анюта как-то спрашивала меня, что

* Поездка состоялась 11 октября 1898 г. Ред.


402________________________________ ПРИЛОЖЕНИЯ

я делаю. Вожусь с одной популярной книжкой, хотелось бы ее написать, да не знаю еще что выйдет . Это, так сказать, мое главное занятие, а потом так кое-что делаю, что придется: английским языком за­нимаюсь, почитаю, письма пишу, в Володину работу суюсь, гулять хожу, пуговицы пришиваю... Живем мы теперь совсем хозяйственно: обложились навозом, окна вставили, удивительную фортку устроили, сад около дома насадили и забором его огородили. Наняли девочку, которая теперь и помогает маме по хозяйству и всю черную работу справляет. Спасибо, дорогая Марья Александровна, за предложение при­слать что-нибудь из туалета или хозяйственных вещей. Но одежи нам никакой не надо, ибо перед отъез­дом в Шушу мы произвели основательный ремонт костюмов, а что касается хозяйственных вещей, то кое-что мы взяли с собой из Питера, а если что и надо бывает, то больше — клюки, ухваты, веселки и т. п. орудия. У Володи тоже все есть, не было ночных рубах, но в Красноярске он купил полотна, и руба­хи готовы, только вот который день Володя все не может собраться померить их. Володя всегда удивля­ется, где это у меня материал берется для длинных писем, но он в своих письмах пишет только о вещах, имеющих общечеловеческий интерес, а я пишу о всякой пустяковине... Я еще в долгу у Анюты, не отве­тила ей на одно письмо, но она пусть на меня не ворчит и письмами не считается.

Как-то вы все поживаете? Уехала ли Маня? Очень она волновалась перед отъездом? Поехала она одна или с Мещеряковыми? Как устроилось дело с Д. И.? Пришло ли ему разрешение жить в Подольске? Как Анюта и М. Т. довольны своей поездкой? Ну, однако, я могу ведь до завтра спрашивать. Всем посылаю свои поклоны, Вас и Анюту крепко, крепко целую. Мама шлет большие поклоны. Володя пусть сам пи­шет. Еще раз крепко целую.

Ваша Надя Как Манин адрес?

Написано 14 октября 1898 г.

Послано из с. Шушенского

в Подольск

Впервые напечатано в 1929 г. π

г печатается по рукописи

в журнале

«Пролетарская Революция» № 5

Очевидно, имеется в виду работа над книгой «Женщина-работница», которую Н. К. Крупская писала в с. Шушенском. Ред.


ПИСЬМА Н. К. КРУПСКОЙ____________________________ 403


Просмотров 335

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!