Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Парвус. Мировой рынок и сельскохозяйственный кризис. 17 часть



в том, что он как будто бы — можете себе представить? — верит в необходимость на­учной теории, определяющей цели деятелей. «Критические исследователи» свободны от такой странной веры. «Наука станет свободна, — изрекает г. Прокопович, — лишь тогда, когда будет признано, что она должна служить целям партии, но не определять их. Необходимо признать, что наука не может ставить целей практической партии» (197). Заметим, что именно от этих взглядов своего сторонника и отрекался Бернштейн. «Принципиальная программа, — неизбежно ведущая к догматизму, — только помеха на пути здорового развития партии... Теоретические принципы хороши в пропаганде, но не в программе» (157). «Программы не нужны, вредны». «Личность сама может быть программой, если она чувствительная, тонко угадывающая потребности време­ни»... Читатель думает, вероятно, что я продолжаю цитировать исследование г. Проко­повича? Нет, я цитирую теперь газету «Новое Время»112, которая поместила недавно обратившие на себя общее внимание статьи о программе... не партии, конечно, — а о программе нового министра внутренних дел...

В каком отношении находится проповедуемая г. Прокоповичем свобода бесприн­ципности... то бишь «свобода науки» к воззрениям большинства тех западноевропей­ских деятелей, о которых храбро пишет наш храбрый критик, это видно из следующих цитат из той же книги г. Прокоповича:... «Конечно, без измены принципам» (159)... «Нисколько не нарушая своей независимости, верности принципам»... «Я отрицаю компромисс лишь в том случае... если он ведет к отречению от принципов или хотя бы к замалчиванию принципов» (171)... «Не внося беспринципности» (174)... «Конечно, не продавая души, в данном случае — принципов» (176)... «Теперь принципы установле­ны твердо» (183)... (Необходим) «компас, который избавил бы от блужданья ощупью», против «близорукого эмпиризма», против того, чтобы «беззаботно относиться к прин­ципам» (195)... «Главное значение принадлежит принципиальной, теоретической час­ти»... (103 части II) и т. д.


______________________ РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ С. Н. ПРОКОПОВИЧА____________________ 309

В заключение — еще парочку цитат: «Если бы немецкий социал-демократизм был выражением социализма, а не выступающего на защиту своих интересов в современ­ном обществе пролетариата, впервые познающего свое значение, то — поелику не все же немцы идеалисты — рядом с этой преследующей идеалистические задачи партией мы видели бы еще более сильную партию — рабочую, представляющую практические интересы неидеалистической части немецкого пролетариата»... «Если бы социализм играл в этом движении не роль простого знака, отличающего одну, определенную ор­ганизацию, если бы он был движущей идеей, принципом, требующим от членов партии известного специфического служения — в таком случае социалистическая партия отде­лилась бы от общей рабочей, и масса пролетариата, стремящегося к лучшему благоуст­ройству на почве существующего строя и мало думающего об идеальном будущем, об­разовала бы самостоятельную рабочую партию». Читатель опять, вероятно, думает, что это — цитаты из исследования г-на Прокоповича? Нет, это — цитаты из «Очерков тео­ретической экономии» г-на В. В. (СПБ. 1895, стр. 248, 249—250). «Наш известный» г. В. В. уже пять лет тому назад предвосхитил результаты новейшего «критического ис­следования» г. Прокоповича...



Довольно, однако. Мы, конечно, не стали бы так долго заниматься подобным «ис­следованием», повторяющим известную песенку: «наше время не время широких за­дач», повторяющим проповедь «малых дел» и «отрадных явлений», если бы имя г. С. Прокоповича не было уже рекомендовано всей Европе, если бы «растерянность» не возводилась многими в наше время в какую-то заслугу, если бы не распространялась мода походя лягать «ортодоксию» и «догму»...

Написано в конце 1899 г. Печатается по рукописи

Впервые напечатано в 1928 г. в Ленинском сборнике VII


ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI» П3

Составленное Киевским комитетом «Profession de foi» , несмотря на то, что оно яв­ляется лишь черновым проектом, на разработку и отделку которого, по словам Киев­ского комитета, положительно не было времени, дает, однако, возможность составить достаточно точное представление о взглядах Киевского комитета, и эти взгляды долж­ны, без сомнения, вызвать энергичный протест тех русских социал-демократов, кото­рые стоят на точке зрения старых принципов социал-демократии, провозглашенных в России группой «Освобождение труда», излагавшихся неоднократно в изданиях РСДРП и подтвержденных ее Манифестом. Взгляды Киевского комитета, несомненно, отражают значительное влияние того нового направления «молодых русских социал-демократов», которое в крайнем своем развитии слилось с бернштейнианством и дало такие продукты, как знаменитое отдельное приложение к «Рабочей Мысли» (сентябрь 1899 г.) и не менее знаменитое «Credo» .



Нельзя сказать, чтобы «Profession de foi» вполне подходило к этому ошюртунист-скому и реакционному направлению, но «Profession de foi» делает такие серьезные ша­ги в эту сторону, знаменует такую смуту в основных идеях социал-демократизма, такое шатание революционной мысли, что мы считаем долгом предостеречь

— символ веры, программа, изложение миросозерцания. Ред.


__________________________ ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI»________________________ ЗЦ

киевских товарищей и подробно разобрать их уклонение от издавна установленных принципов и международной, и русской социал-демократии.

Уже первая фраза «Profession de foi» возбуждает самое серьезное недоумение. «При­знавая ближайшей общей задачей рабочего движения в России борьбу за политические права пролетариата, Комитет не считает, однако, возможным в настоящий момент об­ращаться к массе рабочих с призывом к политическим действиям, иначе говоря, вести политическую агитацию, так как русский рабочий в массе еще не созрел для политиче­ской борьбы». Мы не касаемся формулировки этого места; нам важны лишь мысли, из­ложенные здесь и повторенные (это заметьте) неоднократно в других местах «Profession de foi». A мысли эти таковы, что нам остается только спросить себя: «Неу­жели писавшие это — социал-демократы?».

«Русский рабочий в массе еще не созрел для политической борьбы»! Если это верно, то это равносильно смертному приговору над всей социал-демократией, ибо это значит, что русский рабочий в массе еще не созрел для социал-демократизма. В самом деле, нигде в мире не было и нет такой социал-демократии, которая не была бы нераздельно и неразрывно связана с политической борьбой. Социал-демократия без политической борьбы — это река без воды, это какое-то вопиющее противоречие, это какое-то воз­вращение либо к утопическому социализму наших прапрадедов, пренебрегавших «по­литикой», либо к анархизму, либо к тред-юнионизму.

Первое profession de foi всемирного социализма, «Коммунистический манифест» ус­тановил уже ту, ставшую с тех пор азбучной, истину, что всякая классовая борьба есть борьба политическая, что рабочее движение только тогда перерастает стадию зароды­шевого состояния и детства, только тогда становится классовым движением, когда пе­реходит к политической борьбе. Первое profession de foi русского социал-демократизма, брошюра Плеханова «Социализм и политическая борьба», вышедшая в 1883 г., подтверждала эту истину


312__________________________ В. И. ЛЕНИН

в применении к России и показала, как именно и почему именно русское революцион­ное движение должно привести к слиянию социализма и политической борьбы, к слия­нию стихийного движения рабочих масс с революционным движением, к слиянию классовой борьбы и политической борьбы. Становясь на точку зрения социализма и классовой борьбы и отвергая в то же время возможность «призывать в настоящий мо­мент широкие массы к политическим действиям», Киевский комитет, в сущности, схо­дит совершенно с принципов социал-демократизма, и желание остаться на почве этих принципов приводит его к ряду вопиющих противоречий:

в самом деле, как же возможно говорить о «политическом воспитании» рабочих, ес­ли не признается возможным вести политическую агитацию и политическую борьбу? Неужели среди социал-демократов нужно еще доказывать, что не может быть никакого политического воспитания вне политической борьбы и политических действий? Неу­жели можно думать, что политически воспитать рабочие массы могут какие-нибудь за­нятия или книги и т. п., помимо политической деятельности и политической борьбы? Неужели русские социал-демократы должны вернуться к точке зрения крепостников, которые говорили, что сперва нужно воспитать крестьян, а потом освободить их, или к точке зрения наших, пресмыкающихся пред правительством, писак, которые говорят, что сперва надо воспитать народ, а потом уже дать ему политические права? Как мож­но «ставить своей задачей» пробуждать сознание необходимости борьбы за политиче­ские права и в то же время не считать возможным призывать рабочих к политическим действиям, не считать возможным вести политическую агитацию? Пробуждать созна­ние необходимости политической борьбы и в то же время не призывать к политической борьбе?! Что это? Как это? И подобная путаница вовсе не результат недомолвок или недоделанности чернового наброска, а естественный и неизбежный результат той двой­ственности и половинчатости, которая проникает собою все воз-


__________________________ ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI»________________________ 313

зрения Киевского комитета: с одной стороны, он хочет оставаться на почве издавна ус­тановленных основных принципов международной и русской социал-демократии, с другой — увлекается теми модными бернштейнианскими словечками «необходимо­сти», «постепенности» (отдел I «Profession de foi» Киевского комитета, в конце), «непо­средственно экономического характера движения», о невозможности политической агитации и борьбы, о необходимости держаться твердой почвы действительных по­требностей и нужд (как будто бы борьба за политическую свободу не вызывается самой действительной потребностью и нуждой!), одним словом, теми модными словечками, из которых сплетаются такие модные произведения, как «Credo» и отдельное приложе­ние к «Рабочей Мысли». Остановимся по существу на том положении, в котором, как в фокусе, концентрируются все слабые стороны разбираемого «Profession de foi», именно на положении, что «невозможно в настоящий момент обращаться к массе рабочих с призывом к политическим действиям», иначе говоря, вести политическую агитацию, так как русский рабочий еще не созрел для политической борьбы. Это последнее ут­верждение совершенно неверно, к счастью (говорим: к счастью, ибо, будь оно верно, оно должно бы было неизбежно привести русских марксистов и социал-демократов в то болото тред-юнионистского и буржуазно-либерального опошления, в которое их стараются свалить авторы «Credo», «Рабочей Мысли» и многочисленные приспешники их в нашей легальной литературе). Русский рабочий в массе не только созрел для поли­тической борьбы, но уже много раз проявлял свою зрелость и много раз совершал акты политической борьбы и притом нередко совершал их стихийно.

В самом деле, разве массовое распространение воззваний, в которых порицается правительство, бичуется правительство, не есть акт политической борьбы? Разве рус­ский рабочий в массе не расправлялся «своими средствиями» с чересчур зазнавшимися полицейскими и солдатами, разве он не освобождал силой своих арестованных това­рищей? Разве он не боролся во многих


314__________________________ В. И. ЛЕНИН

местах в прямой уличной схватке с войсками и полицией? Разве русский рабочий в массе не поставлял в течение более чем 20 лет своих лучших, самых развитых и самых честных и смелых товарищей в ряды революционных кружков и организаций? Но в угоду модной доктрине буржуазного опошления, мы, представители революционной социал-демократической партии, должны позабыть все это и признать невозможным призыв рабочих масс к политическим действиям! Нам возразят, пожалуй, что приве­денные факты зачастую являются скорее стихийными взрывами, чем политической борьбой. А разве наши стачки — ответим мы — не представляли только одних стихий­ных взрывов до тех пор, пока революционные кружки социалистов не взялись за широ­кую агитацию, за призыв рабочих масс к классовой борьбе, к сознательной борьбе про­тив своих угнетателей? Разве можно указать в истории хоть одно народное, хоть одно классовое движение, которое бы не начиналось со стихийных неорганизованных взры­вов, которое бы без сознательного вмешательства интеллигентных представителей дан­ного класса принимало организованную форму, создавало политические партии? Если неудержимое стихийное влечение рабочего класса к политической борьбе проявляется до сих пор, по большей части, лишь в неорганизованных взрывах, то только «Москов­ские Ведомости» и «Гражданин» сделают отсюда вывод, что русский рабочий в массе не созрел еще для политической агитации. Социалист же сделает отсюда тот вы­вод, что давным-давно назрела необходимость политической агитации, самого широко­го призыва рабочих масс к политическим действиям, к политической борьбе; не делая этого призыва, мы не исполняем своего долга и, в сущности, перестаем быть социал-демократами, потому что экономические и профессиональные организации без полити­ческой борьбы всегда и везде проповедовались ярыми сторонниками буржуазии; по­этому нельзя назвать иначе, как преступным и позорным, то систематическое замалчи­вание политической борьбы и политических задач русского рабочего класса, которое мы видели, например, в газете


__________________________ ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI»________________________ 315

«Рабочая Мысль». Это замалчивание равносильно развращению политического созна­ния рабочих, которые видят и чувствуют политический гнет, которые стихийно вос­стают против него, а у своих руководителей-социалистов встречают либо равнодушие, либо даже полемику против идей политической борьбы. Нельзя не назвать равнодуши­ем и крайней узостью, когда нам говорят, что проводить в массу идеи политической свободы надо «постепенно», — должно быть, до сих пор мы слишком торопились про­водить в массу эти идеи, нас надо умерять и сдерживать!! Или когда нам говорят, что «политически освещать положение рабочего класса» надо лишь «поскольку для этого есть повод в каждом отдельном случае», как будто «поводы» для политической агита­ции не даются нам самыми будничными, массовыми, повсеместными фактами из жиз­ни рабочих? !

Стремление ограничить политическую агитацию наличностью поводов в каждом от­дельном случае либо не имеет смысла, либо выражает лишь стремление сделать шаг назад по направлению к «Credo» и «Рабочей Мысли», стремление сузить и без того слишком узкие рамки нашей пропагандистской и агитационной деятельности. Нам воз­разят еще, пожалуй, что рабочие массы не поймут еще идеи политической борьбы, идеи, доступной лишь для более развитых отдельных рабочих. На это возражение, ко­торое так часто доводится слышать от «молодых» русских социал-демократов, мы от­ветим, что, во-первых, социал-демократия всегда и везде была и не может не быть представительницей сознательных, а не бессознательных рабочих, что не может быть ничего опаснее и преступнее демагогического заигрывания с неразвитостью рабочих. Если критерием деятельности брать то, что сейчас же непосредственно доступно в наи­большей степени самой широкой массе, то придется проповедовать антисемитизм или агитировать, скажем, на почве обращения к отцу Иоанну Кронштадтскому.

Задача социал-демократии — развивать политическое сознание масс, а не тащиться в хвосте политически


316__________________________ В. И. ЛЕНИН

бесправной массы; во-вторых, — и это главное — неверно, что массы не поймут идеи политической борьбы. Эту идею поймет самый серый рабочий, при том условии, ко­нечно, если агитатор или пропагандист сумеет подойти к нему так, чтобы сообщить ему эту идею, сумеет передать ее понятным языком и опираясь на известные ему факты обыденной жизни. А это условие ведь необходимо и для передачи условий экономиче­ской борьбы: и в этой области серый рабочий из низших и средних слоев массы не в состоянии усвоить общей идеи экономической борьбы; эту идею усваивают немногие интеллигентные рабочие, за которыми масса идет, руководимая инстинктом и непо­средственным ближайшим интересом.

То же самое и в области политики: общую идею политической борьбы усвоит, ко­нечно, только интеллигентный рабочий, за которым пойдет масса, ибо она прекрасно чувствует свое политическое бесправие (как признает в одном месте «Profession de foi» Киевского комитета), и самые непосредственные повседневные интересы постоянно приводят ее в столкновение с всяческими проявлениями политического гнета. Ни в од­ном политическом или социальном движении, ни в одной стране никогда не было и быть не могло иного отношения между массой данного класса или народа и немного­численными интеллигентными представителями его, кроме именно такого: всегда и везде вождями известного класса являлись его передовые, наиболее интеллигентные представители. И в русском рабочем движении не может быть иначе. А потому игнори­рование интересов и запросов этого передового слоя рабочих, стремление опуститься до уровня понимания низших слоев (вместо того, чтобы постоянно поднимать уровень сознания рабочих) необходимо должно оказать глубоко вредное действие и подгото­вить почву для проникновения в рабочую среду всяких не социалистических и не рево­люционных идей.

Чтобы закончить разбор взглядов Киевского комитета на политическую борьбу: крайне странным и в то же время крайне характерным для всего «Profession de


__________________________ ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI»________________________ 317

foi» образом, Комитет, не считая возможным призывать в настоящий момент широкие массы рабочих к политическим действиям, признает желательным устройство частич­ных демонстраций с чисто агитационной целью (а не в видах воздействия на правитель­ство) «по поводам, доступным пониманию широких масс». Социалисты призывают ра­бочих не оказывать воздействия на правительство!!! Дальше некуда идти... Непости­жимо только, как это возможны демонстрации, не оказывающие воздействия на прави­тельство. Уж не рекомендовать ли рабочим демонстрировать в четырех стенах своих каморок, заперев наперед двери? или, может, демонстрировать показыванием кукиша в кармане: это уж, наверно, не окажет столь зловредного и пагубного «воздействия на правительство»! Что такое означает «частичная демонстрация», мы тоже отказываемся понять. Не означает ли это: профессиональная, только по профессиональным вопросам (еще раз: при чем же тут социализм?) или, может быть, по частичным политическим поводам, а не против всей политической системы, против самодержавия вообще? Но если так, разве это — не чистейшие идеи «Credo» и крайнего оппортунизма, крайнего принижения, затемнения политического сознания и политических задач рабочего клас­са? Если так, то не повторить ли уж нам «крылатое слово» одного «молодого» столич­ного социал-демократа: «преждевременно дискредитировать среди рабочих самодер­жавие»?

Крайняя узость взглядов сквозит в «Profession de foi» не только по вопросу о «поли­тике». «Агитационное воздействие на массу — читаем мы — в настоящее время может выразиться только, во-первых, в содействии экономической борьбе пролетариата; по­этому Комитет пользуется каждым случаем столкновения рабочих с хозяевами или ка­ждым крупным фактом злоупотребления со стороны хозяев для обращения к рабочим с воззванием, выясняющим рабочим их положение, призывая к протесту, принимая ру­ководящую роль при стачках, формулируя их требования, указывая наилучшие пути их достижения, развивая всем этим


318__________________________ В. И. ЛЕНИН

в рабочем классе самосознание» — и только, больше об экономической борьбе нам ни­чего не говорят. И это — profession de foi! Перечитайте внимательно это место: это опять язык «Credo» и мысли «Credo» (чем паки и паки иллюстрируется глубокое за­блуждение редакции «Рабочего Дела», упорно желающей прикрывать взгляды «моло­дых экономистов» и видеть в них только уклонение отдельных личностей).

Для социалиста экономическая борьба служит базисом для организации рабочих в революционную партию, для сплочения и развития их классовой борьбы против всего капиталистического строя. Если же брать экономическую борьбу как нечто самодов­леющее, то в ней нет ничего социалистического, и опыт всех европейских стран пока­зывает нам массу примеров не только социалистических, но и противосоциалистиче-ских профессиональных союзов.

Задача буржуазного политика — «содействовать экономической борьбе пролетариа­та», задача социалиста — заставить экономическую борьбу содействовать социалисти­ческому движению и успехам революционной рабочей партии. Задача социалиста — содействовать неразрывному слиянию экономической и политической борьбы в еди­ную классовую борьбу социалистических рабочих масс. Таким образом, расплывчатые выражения «Profession de foi» Киевского комитета открывают настежь двери для берн­штейновских идей и узаконяют непозволительно узкое отношение к экономической борьбе.

Агитационное воздействие на массу должно состоять в самой широкой агитации и экономической, и политической по всем поводам и проявлениям всяческого гнета, аги­тации, которою мы должны пользоваться для привлечения все большего числа рабочих в ряды революционной социал-демократической партии, для поощрения всевозможных проявлений политической борьбы, для организации этой борьбы из ее стихийных форм в форму борьбы единой политической партии. Агитация должна, таким образом, слу­жить средством широкого распространения политического протеста


__________________________ ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI»________________________ 319

и более организованных форм политической борьбы. В настоящее же время рамки на­шей агитации слишком узки, круг затрагиваемых ею вопросов слишком ограничен, и наша обязанность — не узаконять этой узости, а стараться освободиться от нее, ста­раться углубить и расширить нашу агитационную деятельность.

В разбираемом «Profession de foi» эта узость ведет не только к разобранным выше теоретическим заблуждениям, но и к сужению практических задач. Такое сужение вид­но в желании поставить «ближайшей очередной задачей обследование положения ра­бочих на местных фабриках и заводах путем вопросных листков и другими способа­ми». Мы, разумеется, ничего не можем возразить против вопросных листков вообще, которые составляют необходимую принадлежность агитации, — но заниматься обсле­дованием значит непроизводительно затрачивать и без того бедные революционные силы.

Многое можно ведь почерпнуть и из легальных наших обследований. Ближайшей очередной задачей следовало бы поставить расширение агитации и пропаганды (осо­бенно политической), тем более, что распространяющийся среди наших рабочих пре­красный обычай посылать самостоятельные корреспонденции в социалистические газе­ты обеспечивает достаточное обилие материала.

Еще больше сужение видно в том, что по вопросу о кассах признаются желательны­ми только «профессиональные стачечные» кассы, и ни слова не говорится о том, чтобы эти кассы входили, как звенья, в социал-демократическую партию, служили для поли­тической борьбы.

Ограничивать наши конспиративные кассы одной экономической деятельностью — это стремление естественно для авторов «Credo», но непонятно в «Profession de foi» Комитета Российской социал-демократической рабочей партии.

По вопросу о легальных обществах положения «Profession de foi» не менее узки и точно так же выражают


320__________________________ В. И. ЛЕНИН

стремление делать уступки пресловутой бернштейниаде; оказывать содействие возник­новению касс со стороны Комитета социал-демократической партии значит, опять-таки, разбрасывать силы и стирать грань между культурнической и революционной ра­ботой: революционная партия может и должна пользоваться легальными обществами для укрепления и упрочения своей работы, как очагами для агитации, удобными при­крытиями сношений и проч. и проч., — но и только. Тратить силы социалистов на со­действие возникновению обществ донельзя нерационально, придавать самостоятельное значение этим обществам — неправильно, думать, что в легальных обществах возмож­на «полная независимость от участия и давления хозяев», — просто смешно.

Наконец, и на организационных планах Киевского комитета отразилась узость его взглядов и их специфическая особенность. Правда, мы вполне согласны с Киевским комитетом в том, что несвоевременно сейчас объявлять о возобновлении партии и вы­бирать новый ЦК, но мы считаем совершенно ошибочным мнение о «непосредственно экономическом характере движения», о том, что русский пролетариат еще «не подго­товлен для политической агитации». Ошибочно было бы также дожидаться, пока «ме­стные группы окрепнут, увеличатся численно, закрепят связи с рабочей средой», — та­кое укрепление часто ведет к немедленному краху.

Нет, мы должны немедленно взяться за дело объединения и начать его с литератур­ного объединения, с создания общего русского органа, который должен попытаться подготовить возобновление партии, служа органом для всей России, собирая коррес­понденции и материалы от кружков всех местностей, давая место для обсуждения спорных вопросов, расширяя рамки нашей пропаганды и агитации, посвящая специ­альное внимание вопросам организационным, тактическим и техническим приемам ве­дения дела, удовлетворяя всем запросам наиболее развитых рабочих и постоянно под­нимая низшие слои пролетариата (привлекаемые рабочими корреспонденциями и проч.) до более и более со-


__________________________ ПО ПОВОДУ «PROFESSION DE FOI»________________________ 321

знательного участия в социалистическом движении и политической борьбе.

Только таким путем, по нашему убеждению, могут быть подготовлены фактические условия для объединения и воссоздания партии, и только прямая и открытая полемика против узкого «экономизма» и все более распространяющихся бернштейновских идей может обеспечить правильное развитие русского рабочего движения и русской социал-демократии.

Написано в конце 1899 г. или в начале 1900 г. Печатается по рукописному тексту,

переписанному неизвестной рукой Впервые напечатано в 1928 г.

в Ленинском сборнике VII


ПРОЕКТ ЗАЯВЛЕНИЯ РЕДАКЦИИ «ИСКРЫ116 И «ЗАРИ» Ш

Предпринимая издание двух социал-демократических органов: научно-политического журнала и общерусской рабочей газеты, мы считаем необходимым ска­зать несколько слов о нашей программе, о том, к чему мы стремимся и как понимаем свои задачи.

Мы переживаем крайне важный момент в истории русского рабочего движения и русской социал-демократии; все говорит, по-видимому, за то, что наше движение нахо­дится в критической стадии: оно так широко разлилось и пустило в самых различных углах России так много здоровых ростков, что теперь с неудержимой силой сказывает­ся его стремление упрочиться, принять высшую форму, выработать определенную фи­зиономию и организацию. В самом деле, последние годы характеризуются поразитель­но быстрым распространением идей социал-демократизма в нашей интеллигенции, а навстречу этому течению общественной мысли идет совершенно самостоятельное, сти­хийное движение промышленного пролетариата, который начинает объединяться и бо­роться против своих угнетателей, проявляя жадное стремление к социализму. Кружки рабочих и социал-демократов интеллигентов появляются повсюду, появляются мест­ные агитационные листки, растет спрос на социал-демократическую литературу, неиз­меримо обгоняя предложение ее, — и усиленные правительственные преследования не в силах задержать этого движения.


_________________ ПРОЕКТ ЗАЯВЛЕНИЯ РЕДАКЦИИ «ИСКРЫ» И «ЗАРИ»_________________ 323

Битком набиты тюрьмы, переполнены места ссылки, чуть не каждый месяц слы­шишь о «провалах» социалистов во всех концах России, о поимке транспортов, о взя­тии агитаторов, о конфискации литературы и типографий, — но движение не останав­ливается, а все растет, захватывает более широкий район, проникает все глубже в рабо­чий класс, привлекает все больше и больше общественное внимание. И все экономиче­ское развитие России, вся история русской общественной мысли и русского революци­онного движения ручаются за то, что социал-демократическое рабочее движение будет расти несмотря на все препятствия и преодолеет их.

Главная черта нашего движения, которая особенно бросается в глаза в последнее время, это его раздробленность, его кустарный, если можно так выразиться, характер: местные кружки возникают и действуют почти совершенно независимо от кружков в других местах и даже (что особенно важно) от кружков, действовавших и действующих одновременно в тех же центрах; не устанавливается традиции и преемственности, и ме­стная литература всецело отражает эту раздробленность, отражает отсутствие связи с тем, что уже создано русской социал-демократией. Современный период и кажется нам критическим именно потому, что движение перерастает это кустарничество и эту раз­дробленность, настойчиво требуя перехода к высшей, более объединенной, лучше и более организованной форме, над созданием которой мы и считаем себя обязанными трудиться. Само собой разумеется, что в известный период движения, в начале его, эта раздробленность совершенно неизбежна, что отсутствие преемственности совершенно естественно создается при таком поразительно быстром и повсеместном росте движе­ния после долгого периода революционного затишья. Несомненно также, что разнооб­разие местных условий, различие положения рабочего класса в тех или других районах, наконец, и особенности во взглядах местных деятелей будут существовать всегда и что именно это разнообразие свидетельствует о жизненности движения и о здоровом


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!