Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






ВЫСТУПЛЕНИЯ ПО ВОПРОСУ О МЕРАХ БОРЬБЫ С ГОЛОДОМ 3 часть




358__________________________ В. И. ЛЕНИН

состав — вагоны и паровозы — немедленно направлять на восток в глубь страны. 4) Все хлебные и вообще продовольственные запасы, а равно всякое ценное имущество, которым грозит опасность попасть в руки врага, должны подвергаться безусловному уничтожению; наблюдение за этим возлагается на местные Советы под личной ответ­ственностью их председателей. 5) Рабочие и крестьяне Петрограда, Киева и всех горо­дов, местечек, сел и деревень по линии нового фронта должны мобилизовать батальоны для рытья окопов под руководством военных специалистов. 6) В эти батальоны долж­ны быть включены все работоспособные члены буржуазного класса, мужчины и жен­щины, под надзором красногвардейцев; сопротивляющихся расстреливать. 7) Все издания, противодействующие делу революционной обороны и становящиеся на сто­рону немецкой буржуазии, а также стремящиеся использовать нашествие империали­стических полчищ в целях свержения Советской власти, закрываются; работоспособ­ные редакторы и сотрудники этих изданий мобилизуются для рытья окопов и других оборонительных работ. 8) Неприятельские агенты, спекулянты, громилы, хулиганы, контрреволюционные агитаторы, германские шпионы расстреливаются на месте преступления.

Социалистическое отечество в опасности! Да здравствует социалистическое оте­чество! Да здравствует международная социалистическая революция!

Совет Народных Комиссаров 21-го февраля 1918 года. Петроград.

«Правда» № 32,

22 (9) февраля 1918 г. Печатается по тексту

и «Известия ЦИК» № 31, газеты «Правда»

22 (9) февраля 1918 г.


ДОПОЛНЕНИЕ К ДЕКРЕТУ СНК

«СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ОТЕЧЕСТВО

В ОПАСНОСТИ!»

Для правильного и неукоснительного исполнения декрета Совета Народных Комис­саров от 21 февраля постановляется:

(1) Каждый рабочий, отработав 8 часов в сутки, обязан три часа ежедневно (или по
41/2 часа в сутки с третьим днем отдыха) работать в области военной или администра­
тивной.

(2) Каждый, принадлежащий к богатому классу или к состоятельным группам (доход
не менее 500 руб. в месяц, или наличность денежного запаса не менее 1500 руб.), обя­
зан обзавестись немедленно рабочей книжкой для еженедельной отметки в этой книж­
ке, выполнена ли им соответственная доля военной или административной работы. От­
метки делает профессиональный союз рабочих, Совет рабочих депутатов или штаб ме­
стного отряда Красной гвардии, по принадлежности.

Рабочие книжки для состоятельных получаются за 50 руб. штука.



(3) Не рабочие, но не принадлежащие к состоятельным классам, обязаны тоже иметь
рабочую книжку, которая уступается им за 5 рублей (или за 1 рубль, по себестоимости).

В рабочих книжках для состоятельных отводятся графы для еженедельного регист­рирования суммы доходов и расходов.


360__________________________ В. И. ЛЕНИН

Неимение рабочей книжки или неправильное (а тем более лживое) ведение записей карается по законам военного времени.

Все, имеющие оружие, должны получить новое разрешение (а) от своего местного домового комитета; (б) от учреждений, указанных в § 2. Без двух разрешений иметь оружие запрещено; за нарушение этого правила кара — расстрел.

Та же кара за сокрытие продовольственных запасов.

В интересах правильной постановки продовольственного дела все граждане обязаны объединиться в потребительные общества, домо ...

Написано 21 или 22 февраля 1918 г.

Впервые напечатано

22 декабря 1927 г. Печатается по рукописи

в газете «Правда» № 293

На этом рукопись обрывается. Ред.


О ЧЕСОТКЕ42

Мучительная болезнь — чесотка. А когда людьми овладевает чесотка революцион­ной фразы, то одно уже наблюдение этой болезни причиняет страдания невыносимые.

Простые, ясные, понятные, очевидные, любому представителю трудящейся массы кажущиеся бесспорными истины извращаются теми, кто заболел рассматриваемой раз­новидностью чесотки. Нередко это извращение происходит из самых лучших, благо­роднейших, возвышенных побуждений, «просто» в силу непереваренности известных теоретических истин или детски-аляповатого, ученически-рабского повторения их не к месту (не понимают люди, как говорится, «что к чему»), но от этого чесотка не пере­стает быть скверной чесоткой.

Например, что может быть бесспорнее и яснее, чем следующая истина: правительст­во, давшее измученному трехлетней грабительской войной народу Советскую власть, землю, рабочий контроль и мир, было бы непобедимо? Мир — главное. Если после добросовестных усилий получить общий и справедливый мир оказалось, на деле оказа­лось, что его сейчас получить нельзя, то любой мужик понял бы, что приходится брать не общий, а сепаратный (отдельный) и несправедливый мир. Всякий мужик, даже са­мый темный и безграмотный, понял бы это и ценил давшее ему даже такой мир прави­тельство.



Большевики должны были заболеть мерзкой чесоткой фразы, чтобы забыть это и вы­звать законнейшее


362__________________________ В. И. ЛЕНИН

недовольство ими со стороны крестьян, когда эта чесотка привела к новой войне граби­тельской Германии против уставшей России! Какими смешными и жалкими «теорети­ческими» пустяками и софизмами прикрывалась чесотка, я показал в статье: «О рево­люционной фразе» («Правда» от 21 (8) февраля) . Я бы не стал вспоминать об этом, ес­ли бы та же самая чесотка не перекинулась сегодня (этакая прилипчивая болезнь!) на новое место.

Для пояснения того, как это случилось, приведу сначала маленький пример, попро­ще, пояснее, без «теории» — ежели чесотка выдается за «теорию», это бывает нестер­пимо — без мудреных слов, без непонятного для массы.

Положим, Каляев, чтобы убить тирана и изверга, достает револьвер у крайнего мер­завца, жулика, разбойника, обещая ему за услугу принести хлеб, деньги, водку.

Можно осуждать Каляева за «сделку с разбойником» в целях приобретения орудия смерти? Всякий здоровый человек скажет: нельзя. Ежели Каляеву негде было иначе достать револьвера и ежели дело Каляева действительно честное (убийство тирана, а не убийство из-за грабежа), то Каляева не порицать надо за такое приобретение револьве­ра, а одобрять.

Ну, а ежели один разбойник в целях совершения убийства из-за грабежа достает за деньги, за водку, за хлеб револьвер у другого разбойника, то можно ли сравнивать (не говоря уже отождествлять) этакую «сделку с разбойником» с каляевской сделкой?

Нет. Всякий, не сошедший с ума и не заболевший чесоткой, согласится, что нельзя. Любой мужик, если бы он увидал «интеллигента», фразами отговаривающегося от столь очевидной истины, сказал бы: тебе, барин, не государством управлять, а в сло­весные клоуны записаться или просто в баньку сходить попариться, чесотку прогнать.

Ежели Керенский, представитель господствующего класса буржуазии, т. е. эксплуа­таторов, заключает

См. настоящий том, стр. 343—353. Ред.


О ЧЕСОТКЕ__________________________________ 363

сделку с эксплуататорами англо-французскими о получении от них оружия и картошки и в то же время скрывает от народа договоры, обещающие (в случае успеха) одному разбойнику Армению, Галицию, Константинополь, другому — Багдад, Сирию и проч., то трудно ли понять, что сделка эта — грабительская, мошенническая, гнусная со сто­роны Керенского и его друзей?

Нет. Это совсем не трудно понять. Любой мужик поймет, даже самый темный и без­грамотный.

Ну, а если представитель класса эксплуатируемых, угнетенных, после того, как этот класс свергнул эксплуататоров, опубликовал и отменил все тайные и грабительские до­говоры, подвергся разбойному нападению со стороны империалистов Германии, то можно ли его осуждать за «сделку с разбойниками» англо-французами, за получение от них оружия и картошки за деньги или за лес и т. п.? Можно ли такую сделку находить нечестной, позорной, нечистой?

Нет, нельзя. Всякий здоровый человек поймет это и высмеет, как шутов гороховых, тех, кто вздумал бы «бла-а-родно» и с ученым видом доказывать, что «массы не пой­мут» отличия разбойной войны империалиста Керенского (и его бесчестных сделок с разбойниками о дележе общей награбленной добычи) от каляевской сделки большеви­стского правительства с разбойниками англо-французскими насчет добычи у них ору­жия и картошки для отпора разбойнику германскому.

Всякий здоровый человек скажет: добыть куплей оружие у разбойника в целях раз­бойных есть гнусность и мерзость, а купить оружие у такого же разбойника в целях справедливой борьбы с насильником есть вещь вполне законная. В такой вещи видеть что-либо «нечистое» могут только кисейные барышни да жеманные юноши, которые «читали в книжке» и вычитали одни жеманности. Кроме этих разрядов людей, разве еще заболевшие чесоткой могут впасть в подобную «ошибку».

Ну, а немецкий рабочий поймет ли разницу между покупкой оружия Керенским у англо-французских разбойников в целях отнятия у турок Константинополя, у Австрии — Галиции, у немцев — Восточной



В. И. ЛЕНИН


Пруссии, — ... и покупкой оружия большевиками у тех же разбойников в целях отпора Вильгельму, когда он повел войска на социалистическую Россию, предложившую всем честный и справедливый мир, Россию, которая объявила войну законченной?

Надо полагать, что немецкий рабочий «поймет» это, во-первых, потому, что это ра­бочий умный и образованный, во-вторых, потому, что жить он привык в культуре и оп­рятности, не страдая ни русской чесоткой вообще, ни чесоткой революционной фразы в особенности.

Есть ли разница между убийством с целью грабежа и убийством насильника?

Есть ли разница между войной двух групп хищников из-за дележа добычи и войной справедливой, за освобождение от нападения хищника на народ, свергнувший хищни­ков?

Не зависит ли оценка того, хорошо или дурно я поступаю, приобретая оружие у раз­бойника, от цели и назначения этого оружия? От употребления его в нечестивой и под­лой или в справедливой и честной войне?

Уф! И скверная же болезнь чесотка. И тяжкое же ремесло человека, которому при­ходится парить в баньке чесоточных...

P. S. Североамериканцы в своей освободительной борьбе конца XVIII века против Англии пользовались помощью конкурента и такого же, как Англия, колониального разбойника, государств испанского и французского. Говорят, нашлись «левые больше­вики», севшие писать «ученый труд» о «нечистой сделке» этих американцев...


Написано 22 февраля 1918 г.

Напечатано 22 (9) февраля 1918 , в вечернем выпуске газеты

«Правда» № 33 Подпись: Карпов


Печатается по тексту газеты


ЗАПИСКА В. Η. ПОДБЕЛЬСКОМУ В МОСКВУ ПО ПРЯМОМУ ПРОВОДУ 22 ФЕВРАЛЯ 1918 г. ш

Проверенных новых сведений не имею, кроме того, что немцы, вообще говоря, про­двигаются вперед неуклонно, ибо не встречают сопротивления. Я считаю положение чрезвычайно серьезным и малейшее промедление недопустимо с нашей стороны. Что касается сообщения о неучастии Австро-Венгрии в войне, то я лично, в отличие от Троцкого, не считаю это сообщение проверенным, говорят перехватили радио и были телеграммы об этом из Стокгольма, но я таких документов не видал.

Ленин

«Известия Советов Рабочих,

Солдатских и Крест ьянских Печатается по тексту

Депутатов гор. Москвы и телеграфной ленты

Московской области» № 31, 23 (10) февраля 1918 г.


МИР ИЛИ ВОИНА?

Ответ германцев, как видят читатели, ставит нам условия мира еще более тяжкие, чем в Брест-Литовске. И тем не менее, я абсолютно убежден в том, что только полное опьянение революционной фразой способно толкать кое-кого на отказ подписать эти условия. Именно потому я и начал статьями в «Правде» (за подписью Карпов) о «рево­люционной фразе» и о «чесотке» беспощадную борьбу с революционной фразой, что я видел и вижу в ней теперь наибольшую угрозу нашей партии (а следовательно, и рево­люции). Революционные партии, строго проводящие революционные лозунги, много раз уже в истории заболевали революционной фразой и гибли от этого.

До сих пор я старался внушить партии бороться с революционной фразой. Теперь я должен делать это открыто. Ибо — увы! — мои самые худшие из предположений оп­равдались.

8-го января 1918 года я прочел на собрании около 60 человек виднейших партийных работников Питера свои «тезисы по вопросу о немедленном заключении сепаратного и аннексионистского мира» (17 тезисов, которые завтра же будут напечатаны). В этих тезисах (§ 13) я уже объявил войну революционной фразе, сделав это в самой мягкой и товарищеской форме

* См. настоящий том, стр. 343—353, 361—364. Ред.


МИР ИЛИ ВОЙНА?_______________________________ 367

(глубоко осуждаю теперь эту свою мягкость). Я сказал, что политика отказа от предла­гаемого мира «отвечала бы, может быть, потребности человека в стремлении к краси­вому, эффектному и яркому, но совершенно не считалась бы с объективным соотноше­нием классовых сил и материальных факторов в переживаемый момент начавшейся со­циалистической революции» .

В тезисе 17-м я писал, что, если мы откажемся подписать предлагаемый мир, то «сильнейшие поражения заставят Россию заключить еще более невыгодный сепарат­ный мир».

Оказалось еще хуже, ибо наша отступающая и демобилизующаяся армия вовсе отка­зывается сражаться.

Только безудержная фраза может толкать Россию, при таких условиях, в данный момент на войну, и я лично, разумеется, ни секунды не остался бы ни в правительстве ни в ЦК нашей партии, если бы политика фразы взяла верх.

Теперь горькая правда показала себя так ужасающе ясно, что не видеть ее нельзя. Вся буржуазия в России ликует и торжествует по поводу прихода немцев. Только сле­пые или опьяненные фразой могут закрывать глаза на то, что политика революционной войны (без армии...) есть вода на мельницу нашей буржуазии. В Двинске русские офи­церы ходят уже с погонами.

В Режице буржуа, ликуя, встретили немцев. В Питере, на Невском, и в буржуазных газетах («Речь», «Дело Народа», «Новый Луч» и проч.) смакуют свой восторг по пово­ду предстоящего свержения Советской власти немцами.

Пусть знает всякий: кто против немедленного, хотя и архитяжкого мира, тот губит Советскую власть.

Мы вынуждены пройти через тяжкий мир. Он не остановит революции в Германии и в Европе. Мы примемся

См. настоящий том, стр. 248. Ред.



В. И. ЛЕНИН


готовить революционную армию не фразами и возгласами (как готовили ее те, кто с 7-го января не сделал ничего для того даже, чтобы попытаться остановить бегущие наши войска), а организационной работой, делом, созиданием серьезной, всенародной, могу­чей армии.


Написано 23 февраля 1918 г.

Напечатано 23 (10) февраля 1918 г.

в вечернем выпуске

газеты «Правда» № 34

Подпись: Ленин


Печатается по тексту газеты


ВЫСТУПЛЕНИЯ НА ЗАСЕДАНИИ ЦК РСДРП(б) 23 ФЕВРАЛЯ 1918 г.144

ПРОТОКОЛЬНАЯ ЗАПИСЬ

Тов. Ленин считает, что политика революционной фразы окончена. Если эта полити­ка будет теперь продолжаться, то он выходит и из правительства и из ЦК. Для револю­ционной войны нужна армия, ее нет. Значит, надо принимать условия.

Тов. Ленин. Некоторые упрекали меня за ультиматум. Я его ставлю в крайнем слу­чае. Если наши цекисты говорят о международной гражданской войне, то это издевка. Гражданская война есть в России, но ее нет в Германии. Наша агитация остается. Мы агитируем не словом, а революцией. И это остается. Сталин неправ, когда он говорит, что можно не подписать. Эти условия надо подписать. Если вы их не подпишете, то вы подпишете смертный приговор Советской власти через три недели. Эти условия Совет­ской власти не трогают. У меня нет ни малейшей тени колебания. Я ставлю ультиматум не для того, чтобы его снимать. Я не хочу революционной фразы. Немецкая революция еще не дозрела. Это требует месяцев. Нужно принимать условия. Если потом будет но­вый ультиматум, то он будет в новой ситуации.

Тов. Ленин. Я тоже считаю необходимым готовить революционную войну. Договор можно толковать, и мы


370__________________________ В. И. ЛЕНИН

будем его толковать. Демобилизация здесь в чисто военном смысле. До войны у нас тоже была армия. К революционной войне нужно серьезно готовиться. Я ни секунды не колеблюсь, что масса за мир.

К голосованию Ленин предлагает: 1) принять ли немедленно германские предложе­ния, 2) готовить ли немедленно революционную войну, 3) производить ли немедленно опрос среди советских избирателей Петрограда и Москвы.

А. Ломов задает вопрос, допускает ли Владимир Ильич немую или открытую агитацию против под­писания мира.

Тов. Ленин отвечает утвердительно.

Ввиду заявления нескольких членов ЦК об уходе со всех ответственных советских и партийных по­стов, Я. М. Свердлов предлагает, чтобы члены ЦК остались на своих постах до съезда и вели в партий­ных кругах свою агитацию.

Тов. Ленин стоит за обсуждение вопроса, поставленного Свердловым, так как, во-первых, есть срок в три дня до подписания, во-вторых, двенадцать дней для ратифика­ции, и, следовательно, можно получить мнение партии, и, если она выскажется против подписания, то ратификации не последует, но так как мы сегодня стеснены временем, то предлагает отложить вопрос до завтра.

И. В. Сталин ставит вопрос, не означает ли уход с постов фактического ухода из партии. Тов. Ленин указывает, что уход из Τ TTC не значит уход из партии.


ВЫСТУПЛЕНИЯ НА ЗАСЕДАНИИ ЦК PC ДРИГО) 23 ФЕВРАЛЯ 1918 г.



Тов. Ленин предлагает товарищам выход из заседаний во время голосования и не подписывать никаких документов, дабы не нести ответственности, но не бросать дела в Совете.


Впервые напечатано:

13 выступленияв 1922 г.

в Собрании сочинений Н. Ленина

(В. Ульянова), том XV;

48 выступленияв 1928 г.

в журнале «Пролетарская

Революция» № 2


Печатается по рукописному экземпляру протокольной записи


РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ФРАКЦИЙ БОЛЬШЕВИКОВ И ЛЕВЫХ ЭСЕРОВ ВЦИК 23 ФЕВРАЛЯ 1918 г.145

ГАЗЕТНЫЙ ОТЧЕТ

Ленин говорит в защиту подписания предложений немцев. Он начинает с того, что Советская власть должна смотреть правде в глаза, что Советская власть должна конста­тировать полную невозможность сопротивления германцам. Он указывает на ссылку предыдущих ораторов, отрицающих подписание договора, но то, что мы можем сорга­низовать армию в ближайшее время, совершенно неосновательно; армия не желает вое­вать, и никто ее не сможет заставить, если же мы приступим к организации армии, если мы соберем небольшую горсточку отважных борцов, которых бросим в пасть империа­лизма, то этим самым мы оторвем от себя энергичных и идейных борцов, которые до­были нам свободу.

Далее Ленин говорит, что наш русский пролетариат совершенно неповинен, если германская революция опоздала. Она придет, но ее еще нет, и для нас самым лучшим исходом является выигрыш времени; если мы подпишем в данный момент мирный до­говор, то мы сможем в дальнейшем, путем энергичной организованной работы, путем проведения железных дорог, путем приведения в порядок продовольственного вопроса, создать крепкую и прочную армию на защиту своей революции, а до того времени без­условно социалистическая революция в Германии подоспеет.


Напечатано 24 (11) февраля 1918 г. в газе­те «Известия Советов Рабочих, Солдат­ских и Крестьянских Депутатов гор. Моск­вы и Московской области» № 32


Печатается по тексту газеты


В ЧЕМ ОШИБКА? 146

Виднейшие и наиболее ответственные противники заключения сепаратного мира на брестских условиях изложили сущность своих доводов следующим образом:


«...---------------------------------------

-------------------------------------- ...»

Здесь выдвинуты наиболее концентрированные, важнейшие доводы, изложенные почти в виде резолюции. Для удобства разбора доводов мы перенумеровали каждое от­дельное предложение.

При рассмотрении этих доводов сразу бросается в глаза основная ошибка авторов. Они ни звука не говорят о конкретных условиях революционной войны в данный мо­мент. То, что для сторонников мира является главным и основным соображением, именно невозможность воевать для нас сейчас, это как раз и обходится. В ответ — в ответ хотя бы на мои тезисы, хорошо известные авторам с 8-го января , — приводятся исключительно общие соображения, абстракции, неизбежно превращающиеся в фразу. Ибо всякое общее историческое соображение, применяемое к отдельному случаю без особого разбора условий именно данного случая, становится фразой.

* См. настоящий том, стр. 243—252. Ред.


374__________________________ В. И. ЛЕНИН

Возьмите первое положение. Вся его «соль» — упрек, восклицание, декламация, стремление «пристыдить» противника, апелляция к чувству. Вот-де какие вы дурные: на вас наступают империалисты, «провозглашая» своей целью подавление пролетар­ской революции, а вы отвечаете согласием заключить мир! Но ведь наш-то довод заве­домо для авторов состоит в том, что, отказываясь от тяжкого мира, мы как раз облегча­ем врагу подавление пролетарской революции. И этот наш довод подкреплен (в моих, например, тезисах) рядом конкретнейших указаний на состояние армии, на ее классо­вый состав и т. д. Авторы все конкретное обошли, и у них получилась пустая фраза. Ибо если враг «провозглашает» своей целью подавить революцию, то плох тот рево­люционер, который выбором заведомо невозможной формы сопротивления как раз и достигает перехода от «провозглашения» к осуществлению целей врага.

Второй довод: «попреки» усиливаются. Вы-де даете согласие на мир при первом же натиске врага... Неужели авторы серьезно полагают, что это может быть убедительно для тех, кто с января месяца, задолго до «натиска», анализировал соотношение сил и конкретные условия войны в данный момент? Неужели это не фраза, если возражением против анализа считают «попрек»??

Согласие на мир при данных условиях, говорят нам, «является капитуляцией пере­дового отряда международного пролетариата перед международной буржуазией».

Опять фраза. Общие истины надуваются так, что становятся неверны и превращают­ся в декламацию. Германская буржуазия не есть «международная», ибо англо­французские капиталисты приветствуют наш отказ подписать мир. «Капитуляция», вообще говоря, вещь дурная, но эта почтенная истина не разрешает каждого отдельного положения, ибо капитуляцией можно назвать также отказ от боя при явно невыгодных условиях, а такая капитуляция — обязанность серьезного революционера. Капитуля­цией, вообще говоря,


В ЧЕМ ОШИБКА?_______________________________ 375

было и согласие идти в III Думу, подписание мира со Столыпиным, как выражались в те времена наши «левые» декламаторы.

Передовым отрядом мы являемся в смысле революционного почина, это бесспорно, но чтобы мы были передовым отрядом в смысле военной схватки с силами передового империализма, это ...

Написано 23 или 24 февраля 1918 г.

Впервые напечатано в 1929 г. Печатается по рукописи

в Ленинском сборнике XI

На этом рукопись обрывается. Ред.


ДОКЛАД НА ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 24 ФЕВРАЛЯ 1918 г.147

Товарищи, условия, которые предложили нам представители германского империа­лизма, неслыханно тяжелы, безмерно угнетательские, условия хищнические. Герман­ские империалисты, пользуясь слабостью России, наступают нам коленом на грудь. И при таком положении мне приходится, чтобы не скрывать от вас горькой правды, кото­рая является моим глубоким убеждением, сказать вам, что иного выхода, как подписать эти условия, у нас нет. И что всякое иное предложение является накликанием либо вольным, либо невольным еще худших зол и полного дальнейшего (если тут можно го­ворить о степенях) подчинения Советской республики, порабощения ее германскому империализму, либо это является печальной попыткой отговориться словами от гроз­ной, безмерно тяжелой, но несомненной действительности. Товарищи, вы прекрасно знаете все, а многие из вас и по личному опыту, что на Россию свалилась тяжесть им­периалистической войны, по причинам всем понятным, неоспоримым, более грозная и тяжелая, чем на другие страны; вы знаете поэтому, что наша армия так истерзана, из­мучена была войной, как никакая другая; что все те клеветы, которые бросали на нас буржуазная печать и партии, им помогавшие или враждебные Советской власти, будто бы большевики разлагали войска, — являются вздором. Я напомню вам еще раз ту про­кламацию, которую Крыленко, когда он еще был прапорщиком при Керенском, ра-


__________________ ДОКЛАД НА ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 24 ФЕВРАЛЯ 1918 г.________________ 377

зослал войскам, уезжая в Петроград, и которая была перепечатана в «Правде» и в кото­рой он говорил следующее: никаких бунтов, мы к этому не зовем, мы зовем вас к орга­низованным политическим действиям, стремитесь держаться как можно организован­нее148. Вот какова была пропаганда одного из самых горячих и близких к армии пред­ставителей большевиков. Все, что можно было сделать для того, чтобы удержать эту неслыханно, неизмеримо уставшую армию, все, что возможно было сделать для того, чтобы сделать ее сильнее, было сделано. И если теперь мы видим, как при полном воз­держании моем, например, в течение последнего месяца от изложения моего взгляда, который мог показаться пессимистическим, если мы видели, что по отношению к ар­мии мы говорили в течение последнего месяца все, что можно было сказать, и делали все, что можно было сделать, чтобы облегчить положение, действительность показала нам, что воевать после трех лет войны наша армия ни в коем случае не может и не хо­чет. Вот основная причина, простая, очевидная, в высшей степени горькая и тяжелая, но совершенно ясная, что, живя рядом с хищником-империалистом, мы вынуждены подписать условия мира, когда он ставит нам колено на грудь. Вот почему я говорю в полном сознании, какую ответственность я беру на себя, и повторяю, что от этой ответ­ственности ни один представитель Советской власти не имеет права уклониться. Ко­нечно, приятно и легко бывает говорить рабочим, крестьянам и солдатам, приятно и легко бывало наблюдать, как после Октябрьского переворота революция шла вперед, а когда приходится признавать горькую, тяжелую, несомненную истину — невозможно­сти революционной войны, — теперь от этой ответственности уклоняться непозволи­тельно и надо взять это на себя прямо. Я считаю себя обязанным, считаю необходимым выполнить свой долг и прямо сказать то, что есть, и поэтому я убежден, что трудящий­ся класс России, который знает, что такое война, чего она трудящимся стоила, до какой степени изнурения и истощения она их довела, в этом я не сомневаюсь ни секунды, они


378__________________________ В. И. ЛЕНИН

с нами вместе сознают всю неслыханную тяжесть, грубость, гнусность этих условий мира и тем не менее оправдают наше поведение. Они скажут: вы должны были, вы взя­лись предложить условия мира немедленного и справедливого, вы должны были ис­пользовать все, что возможно было, для отсрочки мира, чтобы посмотреть, не примкнут ли другие страны, не придет ли на помощь к нам европейский пролетариат, без помощи которого нам прочной социалистической победы добиться нельзя. Мы сделали все, что возможно, для того, чтобы затянуть переговоры, мы сделали даже больше, чем возмож­но, мы сделали то, что после брестских переговоров объявили состояние войны пре­кращенным, уверенные, как были уверены многие из нас, что состояние Германии не позволит ей зверского и дикого наступления на Россию. На этот раз нам пришлось пе­режить тяжелое поражение, и поражению надо уметь смотреть прямо в лицо. Да, рево­люция шла до сих пор по линии восходящей от победы к победе; она теперь понесла тяжелое поражение. Германское рабочее движение, начавшееся так быстро, оказалось прервано на время. Мы знаем, что основные причины этого не устранены и что они разрастаются и будут неминуемо шириться, потому что затягивается мучительная вой­на, потому что зверство империализма обнажается все глубже и наглее, раскрывая гла­за наиболее чуждым, казалось бы, политики или не способным понять социалистиче­скую политику массам. Вот почему сложилось то отчаянное, трагическое положение, которое заставляет нас сейчас принять мир и заставит трудящиеся массы сказать: да, они поступили правильно, они сделали все, что могли, чтобы предложить мир справед­ливый, они должны были подчиниться миру, самому угнетательскому и несчастному, потому что иного выхода у страны нет. Их положение таково, что они вынуждены да­вать бой не на живот, а на смерть Советской республике; если теперь не продолжают своих замыслов идти на Петроград и Москву, то потому только, что они связаны кро­вопролитной и грабительской войной с Англией, что есть еще внутренний кризис. Ко­гда мне


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!