Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС 4 часть. От начала французского бонапартизма в 1799 и в 1849 годах русский бонапартизм 1917 года отличается рядом условий



От начала французского бонапартизма в 1799 и в 1849 годах русский бонапартизм 1917 года отличается рядом условий, например, тем, что ни одна коренная задача рево­люции не решена. Борьба за решение земельного и национального вопроса только еще начинает разгораться.

Керенский и контрреволюционные кадеты, которые играют им, как пешкой, не мо­гут ни созвать в назначенный срок Учредительного собрания, ни отсрочить его созыва, не углубляя в обоих случаях революции. А катастрофа, порождаемая затягиванием им­периалистской войны, продолжает надвигаться с еще гораздо большей силой и быстро­той, чем прежде.

Передовые отряды пролетариата России сумели выйти из наших июньских и июль­ских дней без массового обескровления. Партия пролетариата имеет полную возмож­ность выбрать такую тактику и такую форму или такие формы организации, чтобы вне­запные (будто бы внезапные) преследования бонапартистов не могли ни в коем случае прекратить ее существование и ее систематическое обращение со своим словом к наро-

ДУ·

Пусть партия ясно и громко скажет народу правду без урезок, что мы переживаем

начало бонапартизма; что «новое» правительство Керенского, Авксентьева и К есть лишь ширма для прикрытия контрреволюционных кадетов и военной клики, имеющей власть в руках; что народ не получит мира, крестьяне не получат земли, рабочие не по­лучат 8-часового рабочего дня, голодные не получат хлеба без полной ликвидации контрреволюции, — пусть партия скажет это, и каждый шаг в развитии событий будет подтверждать ее правоту.

Россия с замечательной быстротой пережила целую эпоху, когда большинство наро­да доверилось мелкобур-


52___________________________ В. И. ЛЕНИН

жуазным партиям эсеров и меньшевиков. И теперь уже начинается жестокая расплата большинства трудящихся масс за эту доверчивость.

Все признаки указывают на то, что ход событий продолжает идти самым ускорен­ным темпом, и страна приближается к следующей эпохе, когда большинство трудя­щихся вынуждено будет доверить свою судьбу революционному пролетариату. Рево­люционный пролетариат возьмет власть, начнет социалистическую революцию, при­влечет к ней — несмотря на все трудности и возможные зигзаги развития — пролета­риев всех передовых стран, и победит и войну и капитализм.



«Рабочий и Солдат» № б, Печатается по тексту газеты

29 июля 1917 г. «Рабочий и Солдат»


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ


Написано в конце июля;

послесловиеб (19) сентября

1917 г.

Напечатано 12 и 13 сентября

(30 и 31 августа) 1917 г. в газете «Рабочий» №№ 8 и 9 Подпись: в№ 8 Ηков,

в№9 Н. Ленин

Послесловие в 1917 г. в брошюре:

Н. Ленин. «Уроки революции», П.,

изд. «Прибой»


Печатается по тексту брошюры


Всякая революция означает крутой перелом в жизни громадных масс народа. Если не назрел такой перелом, то настоящей революции произойти не может. И как всякий перелом в жизни любого человека многому его учит, заставляет его многое пережить и перечувствовать, так и революция дает всему народу в короткое время самые содержа­тельные и ценные уроки.

За время революции миллионы и десятки миллионов людей учатся в каждую неделю большему, чем в год обычной, сонной жизни. Ибо на крутом переломе жизни целого народа становится особенно ясно видно, какие классы народа преследуют те или иные цели, какою силою они обладают, какими средствами они действуют.

Всякий сознательный рабочий, солдат, крестьянин должен внимательно вдуматься в уроки русской революции, особенно теперь в конце июля, когда ясно стало видно, что первая полоса нашей революции кончилась неудачей.



I

В самом деле, посмотрим, чего добивались массы рабочих и крестьян, совершая ре­волюцию? Чего ждали они от революции? Известно, что они ждали свободы, мира, хлеба, земли.

Что же мы видим теперь?

Вместо свободы начинают восстановлять прежний произвол. Вводят смертную казнь для солдат на фронте45,


56___________________________ В. И. ЛЕНИН

привлекают крестьян к суду за самочинный захват помещичьей земли. Громят типо­графии рабочих газет. Закрывают без суда рабочие газеты. Арестуют большевиков, часто не предъявляя даже никаких обвинений или предъявляя обвинения явно клевет­нические.

Возразят, пожалуй, что преследования большевиков не составляют нарушения сво­боды, ибо преследуют только определенных лиц за определенные обвинения. Но это возражение — заведомая и очевидная неправда, ибо как же можно громить типографию и закрывать газеты за преступления отдельных лиц, будь даже эти обвинения доказаны и признаны судом. Другое дело, если бы правительство признало законом преступными всю партию большевиков, самое направление их, взгляды их. Но всякий знает, что ни­чего подобного правительство свободной России сделать не могло и не сделало.

Главное разоблачение клеветнического характера обвинений против большевиков состоит в том, что газеты помещиков и капиталистов бешено бранили большевиков за их борьбу против войны, против помещиков и против капиталистов, и требовали от­крыто ареста и преследования большевиков еще тогда, когда ни одно обвинение ни против одного большевика не было еще придумано.

Народ хочет мира. А революционное правительство свободной России снова повело захватную войну, на основе тех самых тайных договоров, которые бывший царь Нико­лай II заключил с английскими и французскими капиталистами в интересах ограбления чужих народов русскими капиталистами. Эти тайные договоры так и остались неопуб­ликованными. Правительство свободной России отделалось отговорками, так и не предложив справедливого мира всем народам.



Хлеба нет. Голод опять надвигается. Все видят, что капиталисты и богатые бессове­стно обманывают казну на военных поставках (война стоит теперь народу 50 миллио­нов рублей ежедневно), наживают неслыханные прибыли на высоких ценах, а для серь­езного учета производства продуктов и распределения их рабочими ровно ничего не сделано. Капиталисты наглеют все


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ_______________________________ 57

больше, выбрасывая рабочих на улицу, — и это в такое время, когда народ бедствует от бестоварья.

Громадное большинство крестьян заявило громко и ясно на длинном ряде съездов, что они объявляют помещичью собственность на землю несправедливостью и грабе­жом. А правительство, называющее себя революционным и демократическим, продол­жает месяцами водить крестьян за нос и надувать их обещаниями и оттяжками. Мини­стру Чернову капиталисты месяцами не позволяли издавать законы о запрещении куп­ли-продажи земли. А когда, наконец, этот закон был издан, то капиталисты подняли гнусную клеветническую травлю против Чернова и продолжают эту травлю посейчас. Правительство дошло до такой наглости в защите помещиков, что начинает привлекать крестьян к суду за «самочинные» захваты.

Крестьян водят за нос, убеждая подождать до Учредительного собрания. А созыв этого собрания капиталисты все оттягивают. Теперь, когда этот созыв, под влиянием требования большевиков, назначен на ЗО-е сентября, капиталисты открыто кричат, что это «невозможно» короткий срок и требуют отложить созыв Учредительного собра­ния... Самые влиятельные члены партии капиталистов и помещиков, партии «кадетов» или партии «народной свободы», например, Панина, прямо проповедуют отсрочку со­зыва Учредительного собрания до окончания войны.

С землей подожди до Учредительного собрания. С Учредительным собранием по­дожди до конца войны. С концом войны подожди до полной победы. Вот что выходит. Над крестьянами прямо издеваются капиталисты и помещики, имея свое большинство в правительстве.

II

Но как же могло это случиться в свободной стране, после свержения царской вла­сти?

В несвободной стране управляют народом царь и кучка помещиков, капиталистов, чиновников, никем не выбранные.


58___________________________ В. И. ЛЕНИН

В свободной стране управляют народом только те, кто им самим выбран для этого. При выборах народ делится на партии, и обыкновенно каждый класс населения состав­ляет свою отдельную партию, например, помещики, капиталисты, крестьяне, рабочие составляют отдельные партии. Поэтому управление народом в свободных странах про­исходит посредством открытой борьбы партий и свободного соглашения их между со­бой.

После свержения царской власти 27-го февраля 1917 года Россия управлялась в те­чение приблизительно 4-х месяцев как свободная страна, именно посредством откры­той борьбы свободно образуемых партий и свободного соглашения между ними. Чтобы понять развитие русской революции, всего необходимее, следовательно, изучить, како­вы были главные партии, интересы каких классов они защищали, каковы были взаимо­отношения всех этих партий.

III

После свержения царской власти государственная власть перешла в руки первого Временного правительства. Оно состояло из представителей буржуазии, т. е. капитали­стов, к которым присоединились и помещики. Партия «кадетов», главная партия капи­талистов, стояла на первом месте, как правящая и правительственная партия буржуа­зии.

Власть досталась в руки этой партии не случайно, хотя боролись с царскими войска­ми, проливали кровь за свободу не капиталисты, конечно, а рабочие и крестьяне, мат­росы и солдаты. Власть досталась в руки партии капиталистов потому, что этот класс имел в руках силу богатства, организации и знания. За время после 1905 года и особен­но в течение войны класс капиталистов и примыкающих к ним помещиков в России сделал больше всего успехов в деле своей организации.

Партия кадетов всегда была монархической, и в 1905 году, и с 1905 по 1917 год. По­сле победы народа над царской тиранией эта партия объявила себя респуб-


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ_______________________________ 59

ликанской. Опыт истории показывает, что партии капиталистов, когда народ побеждал монархию, всегда соглашались быть республиканскими, лишь бы отстоять привилегии капиталистов и их всевластие над народом.

На словах партия кадетов стоит за «народную свободу». На деле она стоит за капи­талистов, и на ее сторону тотчас же встали все помещики, все монархисты, все черно­сотенцы. Доказательство тому — печать и выборы. Все буржуазные газеты и вся чер­носотенная печать запела после революции в один голос с кадетами. Все монархиче­ские партии, не смея выступать открыто, поддерживали на выборах, например, в Пет­рограде, партию кадетов.

Получив правительственную власть, кадеты все усилия направили на то, чтобы про­должать захватную грабительскую войну, которую начал царь Николай II, заключив­ший тайные грабительские договоры с английскими и французскими капиталистами. По этим договорам, русским капиталистам обещан, в случае победы, захват и Констан­тинополя, и Галиции, и Армении и т. д. От народа же правительство кадетов отделыва­лось пустыми отговорками и обещаниями, откладывая все решения важных, необходи­мых для рабочих и крестьян, дел до Учредительного собрания и не назначая срока его созыва.

Пользуясь свободой, народ начал организовываться самостоятельно. Главной орга­низацией рабочих и крестьян, которые составляют подавляющее большинство населе­ния России, были Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Эти Советы стали образовываться уже во время февральской революции, и через несколько недель после нее в большинстве крупных городов России и во многих уездах все сознательные передовые люди рабочего класса и крестьянства были объединены Советами.

Советы выбирались вполне свободно. Советы были настоящими организациями масс народа, рабочих и крестьян. Советы были настоящими организациями громадного большинства народа. Рабочие и крестьяне, одетые в военную форму, были вооружены.


60___________________________ В. И. ЛЕНИН

Само собой понятно, что Советы могли и должны были взять в свои руки всю госу­дарственную власть. Никакой иной власти в государстве, впредь до созыва Учреди­тельного собрания, кроме Советов, не должно было быть. Только тогда наша револю­ция стала бы действительно народной, действительно демократической революцией. Только тогда трудящиеся массы, действительно добивающиеся мира, действительно не заинтересованные в захватной войне, могли бы начать решительно и твердо проводить в жизнь такую политику, которая положила бы конец и захватной войне, и привела бы к миру. Только тогда рабочие и крестьяне смогли бы обуздать капиталистов, наживаю­щих бешеные деньги «на войне» и доведших страну до разрухи и голода. Но в Советах меньшая часть депутатов была на стороне партии революционных рабочих, социал-демократов большевиков, которые требовали передачи всей государственной власти в руки Советов. Большая же часть депутатов в Советах была на стороне партий социал-демократов меньшевиков и эсеров, которые были против передачи власти Советам. Вместо устранения правительства буржуазии и замены его правительством Советов эти партии отстаивали поддержку правительства буржуазии и соглашения с ним, образова­ния общего с ним правительства. В этой политике соглашений с буржуазией партий, которым доверяло большинство народа, эсеров и меньшевиков, заключается главное содержание всего хода развития революции за все 5 месяцев, протекшие с ее начала.

IV

Посмотрим прежде всего на то, как шло это соглашательство эсеров и меньшевиков с буржуазией, а затем поищем объяснения тому обстоятельству, что большинство на­рода им доверилось.

Соглашательство меньшевиков и эсеров с капиталистами происходило во время всех периодов русской революции то в одной, то в другой форме.


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ_______________________________ 61

В самом конце февраля 1917 года, как только народ победил и царская власть оказа­лась свергнута, Временное правительство капиталистов включило в свой состав Керен­ского, как «социалиста». На самом деле Керенский никогда социалистом не был, был только трудовиком, а в «социалистах-революционерах» он стал числиться только с марта 1917 г., когда это было уже безопасно и не безвыгодно. Через Керенского, как товарища председателя Петроградского Совета, Временное правительство капитали­стов сейчас же постаралось привязать к себе и приручить Совет. Совет, т. е. преобла­давшие в нем эсеры и меньшевики, дал себя приручить, согласившись тотчас после об­разования Временного правительства капиталистов «поддерживать его», «поскольку» оно выполняет свои обещания.

Совет считал себя проверяющим, контролирующим действия Временного прави­тельства. Вожди Совета учредили так называемую «контактную комиссию», т. е. ко-

46 π

миссию для контакта, для соприкосновения с правительством . В этой контактной ко­миссии эсеровские и меньшевистские вожди Совета вели постоянные переговоры с правительством капиталистов, будучи, собственно говоря, на положении министров без портфеля или неофициальных министров.

Весь март и почти весь апрель продолжалось такое положение дел. Капиталисты действовали оттяжками и отговорками, стараясь выиграть время. Ни единого, сколько-нибудь серьезного шага для развития революции правительство капиталистов за это время не сделало. Даже для своей прямой непосредственной задачи, для созыва Учре­дительного собрания, правительство не сделало ровнехонько ничего, не передало во­прос на места, не основало даже еще центральной комиссии по подготовке вопроса. Правительство заботилось об одном: возобновить тайком те грабительские междуна­родные договоры, которые царь заключил с капиталистами Англии и Франции, тормо­зить как можно осторожнее и незаметнее революцию, все обещать, ничего не испол­нять. Эсеры и меньшевики играли в «контактной комиссии» роль дурачков, которых


62___________________________ В. И. ЛЕНИН

кормили пышными фразами, обещаниями, «завтраками». Эсеры и меньшевики, как во­рона в известной басне, поддавались на лесть, с удовольствием выслушивали уверения капиталистов, что они высоко ценят Советы и ни шагу не делают без них.

В действительности же время шло, и правительство капиталистов ровно ничего не сделало для революции. Против же революции оно успело за это время возобновить тайные грабительские договоры, вернее, подтвердить их и «оживить» дополнительны­ми столь же тайными переговорами с дипломатами англо-французского империализма. Против революции оно успело за это время положить основание контрреволюционной организации (или по крайней мере сближению) генералов и офицеров действующей армии. Против революции оно успело начать организацию промышленников, фабри­кантов, заводчиков, которые вынуждены были делать уступку за уступкой под напором рабочих, но в то же время начинали саботировать (портить) производство и подготов­лять остановку его, выжидая для этого удобный момент.

Но организация передовых рабочих и крестьян в Советах неуклонно шла вперед. Лучшие люди угнетенных классов чувствовали, что правительство, несмотря на его со­глашение с Петроградским Советом, несмотря на велеречивость Керенского, несмотря на «контактную комиссию», остается врагом народа, врагом революции. Массы чувст­вовали, что если не сломить сопротивление капиталистов, то дело мира, дело свободы, дело революции будет неизбежно проиграно. В массах нарастало нетерпение и озлоб­ление.

VI

Оно прорвалось 20—21 апреля. Движение вспыхнуло стихийно, никем не подготов­ленное. Движение было настолько резко направлено против правительства, что один полк выступил даже вооруженным и явился к Мариинскому дворцу, чтобы арестовать министров. Всем стало до очевидности ясно, что правительство


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ_______________________________ 63

держаться не может. Советы могли (и должны были) взять власть в свои руки без ма­лейшего сопротивления с чьей бы то ни было стороны. Вместо этого эсеры и меньше­вики поддержали падающее правительство капиталистов, запутали себя еще больше соглашательством с ним, сделали еще более роковые, ведущие к гибели революции, шаги.

Революция учит все классы с быстротой и основательностью, невиданными в обыч­ное, мирное время. Капиталисты, наилучше организованные, наиболее опытные в делах классовой борьбы и политики, научились быстрее других. Видя, что положение прави­тельства неудержимо, они прибегли к приему, который в течение целого ряда десятиле­тий после 1848 года практиковался капиталистами других стран для одурачения, разде­ления и обессиления рабочих. Этот прием — так называемое «коалиционное», т. е. со­единенное, составленное из буржуазии и перебежчиков социализма, общее министер­ство.

В тех странах, где дольше всего существует свобода и демократия наряду с револю­ционным рабочим движением, в Англии и во Франции, капиталисты много раз и с большим успехом употребляли этот прием. «Социалистические» вожди, входя в мини­стерство буржуазии, непременно оказывались подставными фигурами, куклами, шир­мой для капиталистов, орудием обмана рабочих. «Демократические и республикан­ские» капиталисты России пустили в ход этот самый прием. Эсеры и меньшевики сразу дали себя одурачить, и 6-го мая «коалиционное» министерство с участием Чернова, Церетели и К0 стало фактом.

Дурачки эсеровской и меньшевистской партий ликовали, купаясь самовлюбленно в лучах министерской славы их вождей. Капиталисты потирали руки от удовольствия, получив себе помощников против народа в лице «вождей Советов», получив обещание от них поддерживать «наступательные действия на фронте», т. е. возобновление приос­тановившейся было империалистической, грабительской войны. Капиталисты знали все надутое бессилие этих вождей, знали, что обещания


64___________________________ В. И. ЛЕНИН

со стороны буржуазии — насчет контроля и даже организации производства, насчет политики мира и т. п. — никогда не будут исполнены.

Так и оказалось. Вторая полоса в развитии революции, с 6 мая по 9 или по 18 июня, вполне подтвердила расчет капиталистов на легкость одурачения эсеров и меньшеви­ков.

Пока Пешехонов и Скобелев обманывали себя и народ пышными фразами, что с ка­питалистов возьмут 100% прибыли, что их «сопротивление сломлено» и т. п., — капи­талисты продолжали укрепляться. Ничего, ровнехонько ничего на деле не было за это время предпринято для обуздания капиталистов. Министры из перебежчиков социа­лизма оказывались говорильными машинами для отвода глаз угнетенным классам, а весь аппарат государственного управления оставался на деле в руках бюрократии (чи­новничества) и буржуазии. Пресловутый Пальчинский, товарищ министра промыш­ленности, был типичным представителем этого аппарата, тормозящим какие бы то ни было меры против капиталистов. Министры болтали — все оставалось по-старому.

Министр Церетели в особенности был употребляем буржуазией для борьбы против революции. Его посылали «успокаивать» Кронштадт, когда тамошние революционеры дошли до такой продерзости, что посмели сместить назначенного комиссара. Буржуа­зия открыла в своих газетах неимоверно шумную, злостную, бешеную кампанию лжи, клеветы и травли против Кронштадта, обвиняя его в желании «отложиться от России», повторяя эту и подобные нелепости на тысячу ладов, запугивая мелкую буржуазию и филистеров. Типичнейший представитель тупого, запуганного филистерства, Церетели всех «добросовестнее» попадался на удочку буржуазной травли, всех усерднее «громил и усмирял» Кронштадт, не понимая своей роли лакея контрреволюционной буржуазии. Выходило так, что он являлся орудием проведения такого «соглашения» с революци­онным Кронштадтом, что комиссар в Кронштадте не назначался просто-напросто пра­вительством, а выбирался


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ_______________________________ 65

на месте и утверждался правительством. На подобные жалкие компромиссы тратили свое время министры, перебежавшие от социализма к буржуазии.

Там, где не мог бы появиться министр-буржуа с защитой правительства, перед рево­люционными рабочими или в Советах, там появлялся (вернее: туда посылался буржуа­зией) «социалистический» министр Скобелев, Церетели, Чернов и т. п. и добросовестно выполнял буржуазное дело, лез из кожи, защищая министерство, обелял капиталистов, одурачивал народ повторением обещаний, обещаний и обещаний, советами погодить, погодить и погодить.

Министр Чернов был занят в особенности торговлей со своими буржуазными колле­гами: до самого июля месяца, до открывшегося тогда, после движения 3— 4 июля, но­вого «кризиса власти», до ухода кадетов из министерства, министр Чернов все время занят был полезным, интересным, глубоконародным делом «уговаривания» своих бур­жуазных коллег, усовещивания их согласиться хотя бы на запрещение земельных сде­лок купли-продажи. Это запрещение было торжественнейшим образом обещано кре­стьянам на Всероссийском съезде (совете) крестьянских депутатов в Питере. Но обе­щание так и осталось обещанием. Чернов так и не мог выполнить его ни в мае, ни в июне, до тех самых нор, пока революционная волна стихийного взрыва 3—4 июля, совпавшая с уходом кадетов из министерства, не дала возможность провести этой ме­ры. Но и тогда эта мера оказалась одинокой, бессильной внести серьезные улучшения в дело борьбы крестьянства против помещиков за землю.

На фронте в это время ту контрреволюционную, империалистическую задачу возоб­новления империалистической, грабительской войны, ту задачу, которую не мог вы­полнить ненавистный народу Гучков, с успехом и блеском выполнял «революционный демократ» Керенский, новоиспеченный член партии социалистов-революционеров. Он упивался собственным красноречием, ему курили фимиам империалисты, игравшие им, как пешкой, ему льстили, его боготворили — все за


66___________________________ В. И. ЛЕНИН

то, что он верой и правдой служил капиталистам, убеждая «революционные войска» согласиться на возобновление войны, ведущейся во исполнение договоров царя Нико­лая II с капиталистами Англии и Франции, войны ради получения русскими капитали­стами Константинополя и Львова, Эрзерума и Трапезунда.

Так прошла вторая полоса русской революции с 6 мая по 9 июня. Контрреволюци­онная буржуазия усилилась, укрепилась под прикрытием и под защитой «социалисти­ческих» министров, подготовив наступление и против внешнего врага и против внут­реннего, т. е. революционных рабочих.

VII

9-го июня партия революционных рабочих, большевиков, подготовляла демонстра­цию в Питере, чтобы дать организованное выражение неудержимо нараставшему недо­вольству и возмущению масс. Запутавшиеся в соглашениях с буржуазией, связанные империалистской политикой наступления, эсеровские и меньшевистские вожди при­шли в ужас, чувствуя потерю своего влияния в массах. Поднялся всеобщий вой против демонстрации, вой, объединивший на этот раз контрреволюционных кадетов с эсерами и меньшевиками. Под их руководством, в результате их политики соглашательства с капиталистами, поворот мелкобуржуазных масс к союзу с контрреволюционной бур­жуазией определился вполне, обрисовался с поразительной наглядностью. В этом исто­рическое значение, в этом классовый смысл кризиса 9 июня.

Большевики отменили демонстрацию, вовсе не желая вести рабочих на отчаянный бой, в данный момент, против объединенных кадетов, эсеров и меньшевиков. Но эти последние, чтобы сохранить хоть какой-нибудь остаточек доверия масс, вынуждены были назначить общую демонстрацию на 18-ое июня. Буржуазия была вне себя от яро­сти, справедливо видя в этом колебание мелкобуржуазной демократии на сторону про­летариата и решая наступлением на фронте парализовать действие демократии.


УРОКИ РЕВОЛЮЦИИ_______________________________ 67

Действительно, 18-ое июня дало замечательно внушительную победу лозунгов рево­люционного пролетариата, лозунгов большевизма, среди петербургских масс, а 19-го июня было торжественно объявлено буржуазией и бонапартистом Керенским о на­чавшемся именно 18-го июня наступлении на фронте.

Наступление означало фактически возобновление грабительской войны в интересах капиталистов, вопреки воле громадного большинства трудящихся. Поэтому с наступ­лением неизбежно было связано, с одной стороны, гигантское усиление шовинизма и переход военной (а следовательно, и государственной) власти к военной шайке бона­партистов, а с другой стороны, переход к насилию над массами, к преследованию ин­тернационалистов, к отмене свободы агитации, к арестам и расстрелам тех, кто против войны.

Если 6-ое мая привязало эсеров и меньшевиков к победной колеснице буржуазии ка­натом, то 19-ое июня приковало их, как слуг капиталистов, цепью.

VIII

Озлобление масс, вследствие возобновившейся грабительской войны, естественно возросло еще быстрее и сильнее. 3—4 июля последовал взрыв их возмущения, взрыв, который большевики пытались сдержать и которому они, разумеется, должны были по­стараться придать наиболее организованную форму.

Эсеры и меньшевики, как рабы буржуазии, прикованные господином, согласились на все: и на привод реакционных войск в Питер, и на восстановление смертной казни, и на разоружение рабочих и революционных войск, и на аресты, преследования, закры­тие газет без суда. Власть, которую не могла взять целиком буржуазия в правительстве, которую не хотели взять Советы, власть скатилась в руки военной клики,

Бонапартизмом (по имени двух французских императоров Бонапартов) называется такое правитель­ство, которое старается казаться непартийным, используя крайне острую борьбу партий капиталистов и рабочих друг с другом. На деле служа капиталистам, такое правительство всего больше обманывает ра­бочих обещаниями и мелкими подачками.


68___________________________ В. И. ЛЕНИН

бонапартистов, целиком поддержанной, разумеется, кадетами и черносотенцами, по­мещиками и капиталистами.

Со ступеньки на ступеньку. Раз вступив на наклонную плоскость соглашательства с буржуазией, эсеры и меньшевики покатились неудержимо вниз и докатились до дна. 28-го февраля они обещали в Петроградском Совете условную поддержку буржуазному правительству. 6-го мая они спасли его от краха и дали превратить себя в слуг и защит­ников его, согласившись на наступление. 9-го июня они соединились с контрреволю­ционной буржуазией в походе бешеной злобы, лжи и клеветы против революционного пролетариата. 19-го июня они одобрили начавшееся возобновление грабительской вой­ны. 3-го июля они согласились на вызов реакционных войск: начало окончательной сдачи власти бонапартистам. Со ступеньки на ступеньку.

Такой позорный финал партий эсеров и меньшевиков не случайность, а подтвер­жденный много раз опытом Европы результат экономического положения мелких хозя­ев, мелкой буржуазии.

IX

Всякий наблюдал, конечно, как мелкие хозяйчики выбиваются из сил, тянутся «вый­ти в люди», попасть в настоящие хозяева, подняться до положения «крепкого» хозяина, до положения буржуазии. Пока господствует капитализм иного выхода мелким хозяе­вам нет: либо перейти самим на положение капиталистов (а это возможно в лучшем случае для одного мелкого хозяйчика из сотни), либо перейти в положение разоренного хозяйчика, полупролетария, а затем — пролетария. Так и в политике: мелкобуржуазная демократия, особенно в лице ее вождей, тянется за буржуазией. Вожди мелкобуржуаз­ной демократии утешают свои массы обещаниями и уверениями насчет возможности соглашения с крупными капиталистами, — в лучшем случае, на самое короткое время они получают от капиталистов уступочки для небольшого верхнего слоя трудящихся масс, а во всем решающем, во всем важном мелкобур-


Просмотров 280

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!