Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






VII «ОТРАДНЫЕ ЯВЛЕНИЯ» В КУСТАРНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ 1 часть



Нас могли бы обвинить в односторонности, в выставлении одних темных сторон кустарной промышленности, если бы мы обошли молчанием приводимые в «Очерке» факты, которые должны выставить «светлую сторону» и «отрадные явления» кустар­ной промышленности.

Нам говорят, напр., что наемный труд в кустарном производстве имеет некоторое особое значение, ибо наемный рабочий здесь отличается «бытовой близостью» к хо­зяину и сам «может» сделаться хозяином. К «отрадным явлениям» здесь отнесено, след., доброе пожелание превратить всех рабочих в хозяйчиков! Впрочем, нет, не всех, а только некоторых, ибо «тенденция эксплуатировать чужой труд свойственна, без сомнения,

Возразят, может быть, что наемные рабочие у кустарей-ремесленников (20% всего числа наемных рабочих у кустарей) должны быть отнесены не к товарному производству, а к ремеслу, Но рабочая сила здесь сама является товаром, и купля-продажа ее есть существенный признан капитализма.

О том, как отражается «бытовая близость» на системе и правильности расплаты, способах найма, на кабале рабочего, на track-system, — нам не сообщают ничего.


404__________________________ В. И. ЛЕНИН

всем людям вообще, в том числе и кустарю» («Очерк», с. 6). Эта фраза просто непод­ражаема по той наивности, с которой «все люди», без дальних околичностей, отождест­влены с мелкими буржуа! Неудивительно, что тот, кто смотрит на весь мир через очки мелкого буржуа, открывает такие замечательные истины. На стр. 268-ой «предприяти­ем по трудовой обстановке (sic!) в строгом значении слова кустарным» объявляется мелкая фабричка с 8 наемными рабочими, с производством в 10 тыс. р. На стр. 272— 274 рассказывается, как другой мелкий фабрикантик (с 7 наемными рабочими и 5 учени­ками; производство на 7 тыс. р.) устроил доменную печь на арендованной у общества крестьян земле и попросил в кустарном банке ссуду в 5000 р. на устройство вагранки, объясняя, что «все его предприятие имеет чисто местный интерес, так как добыча руд будет производиться в наделах общества местными же крестьянами». Банк отклонил просьбу по формальным основаниям. И «Очерк» рисует нам по этому поводу увлека­тельную картину превращения этого предприятия в кооперативное, общественное: хо­зяину это, «без сомнения, будет по душе, как радетелю интересов не только производ­ства, но и окружающих его однообщественников». Предприятие «захватывает массу трудовых интересов сочленов общества, которые будут добывать и свозить на завод руду, лесные материалы». «Домохозяева будут носить на завод руды, уголь и пр. напо­добие того, как домохозяйки несут на общественную сыроварню молоко. Конечно, здесь предполагается организация более сложная, чем на общественных сыроварнях, в особенности при условии пользования местными же мастерами и чернорабочими в ве­дении самого дела, т. е. выплавки чугуна из руд». О, идиллия! Чернорабочие («сочлены общества») будут «носить на завод» руду, дрова и пр. наподобие того, как крестьянки несут молоко на сыроварню ! ! Мы не станем отрицать, что кустарный банк может (если не помешает его бюрократическая организация) сослужить такую же службу, как и другие банки, развивая товарное хозяйство и капитализм, но было бы очень грустно, если бы




КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________ 405

он продолжал наряду с этим развивать фарисейство и маниловское празднословие

„116

предпринимателей , ходатайствующих о ссуде.

До сих пор мы видели, как предприятия с большим числом наемных рабочих объяв­лялись «кустарными» на том основании, что хозяева сами трудятся. Но это условие бы­ло бы для мелких буржуа несколько стеснительно, и вот «Очерк» старается расширить его: оказывается, что и предприятие, которое «ведется исключительно наемным тру­дом», может быть кустарным, если «успех» предприятия зиждется на «личном уча­стии» хозяина (с. 295) или даже если хозяева «вынуждены ограничить свое участие разнообразными хлопотами по ведению промысла» (с. 301). Не правда ли, как успешно «прогрессируют» пермские народники? «Личный труд» — «личное участие» — «раз­нообразные хлопоты». Mein Liebchen, was willst du noch mehr? Наемный труд в кир­пичном промысле приносит, оказывается, «особенные выгоды» (302) наемным рабо­чим, находящим «подсобный заработок» в кирпичных заводах; между тем хозяева этих заводов часто испытывают «надобность в деньгах на наем рабочих». «Очерк» заключа­ет, что таким хозяевам следует разрешать кредит из кустарного банка, «относя такие предприятия, по примеч. к п. 3 ст. 7 устава кустарного банка, к случаям особо уважи­тельным» (с. 302). Это сказано не очень грамотно, но зато очень внушительно и много­значительно! «В заключение мы находим достаточные основания высказать, — читаем в конце описания кирпичного промысла, — что в кирпичном промысле среди крестьян интересы хозяев и наемных рабочих до такой степени обобщаются, что хотя формально артелей в этом промысле и не зарегистрировано, но фактически в нем существует креп­кая товарищеская связь между хозяевами и их наемными рабочими» (305). Отсылаем читателя к выше данной статистической картинке этих «товарищеских связей». Курь­езно также, — как образчик путаницы в народнических экономических



— Милая моя, чего же ты еще хочешь?117 Ред.


406__________________________ В. И. ЛЕНИН

понятиях, — что «Очерк» в одно и то же время защищает и подкрашивает наемный труд, утверждая, что кулаком является отнюдь не хозяин с наемными рабочими, а об­ладатель денежного капитала, который «эксплуатирует труд в лице хозяина-кустаря и его наемных рабочих» (!), и наряду с этим пускается самым неразумным и неумерен­ным образом защищать кулачество: «кулачество тем не менее, в каких бы мрачных красках его ни малевали, есть необходимое пока колесо в механизме обмена кустарного производства... Кулачество по отношению к успехам кустарной промышленности, без сомнения, следует признать благом, сравнительно с тем положением, когда без кулака, без всяких денежных средств, кустарь вынужден оставаться без работы» (с. 8) . Доколе же это пока? Если бы было сказано, что торговый и ростовщический капитал есть не­обходимый момент в развитии капитализма, необходимое колесо в механизме малораз­витого капиталистического общества (как наше), тогда это было бы верно. При таком толковании слово «пока» надо понимать так: пока бесчисленные стеснения свободы промышленности и свободы конкуренции (особенно в крестьянстве) поддерживают у нас самые отсталые и самые худшие формы капитализма. Боимся только, что это тол­кование не понравится пермским, да и другим народникам!



Перейдем к артелям, этим ближайшим и важнейшим выразителям тех якобы общин­ных принципов, которые народники хотят непременно видеть в кустарных промыслах. Интересно посмотреть на данные подворной переписи кустарей в целой губернии, пе­реписи, прямо ставившей в программу регистрацию и изучение артелей (стр. 14, п. 2). Мы можем, след., не только позна-

Те же мысли находим в книге «Куст, пром.», I, 39 и ел., где полемизируют против газеты «Деловой Корреспондент»118, писавшей, что кулаков (хозяев, сборных мастерских в сундучном промысле) не надо бы пускать в кустарный отдел. «Вся наша кустарная промышленность, — читаем в ответ на это, — нахо­дится в узах частных капиталов, а поэтому если бы в кустарный отдел допускались только те кустари, которые сами торгуют своими изделиями, то наш кустарный отдел был бы пуст, хоть шаром покати». Не правда ли, прехарактерное признание? Мы показали выше, на основании данных переписи, эти «узы ча­стных капиталов», держащих в своих руках кустарные промыслы.


КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________ 407

комиться с разными типами артелей, но и узнать, как широко они распространены.

Маслобойный промысел. «Бытовая артель в строгом значении этого слова»: в с. Покровском и в дер. Гавря-тах двумя маслобойнями владеют пятеро братьев, кото­рые разделились между собой, но маслобойнями пользуются по очереди. Эти факты представляют «глубокий интерес», потому что «ими освещаются контрактные условия общинно-трудовой преемственности кустарных промыслов». Очевидно, что подобные бытовые «артели представляют значительный прецедент в вопросе о распространении в среде кустарничества на кооперативных началах производств заводского типа» (с. 175—176). Итак, артель в строгом значении слова, как прецедент кооперации, как вы­ражение общинности, состоит в общей собственности неразделенных наследников!! Очевидно, настоящим палладиумом «общинности» и «кооперации» является, если так, римское гражданское право и наш X том с институтами condominium'a , общей собст­венности наследников и ненаследников!119

«В мукомольном производстве... всего ярче выразилась в своеобразных бытовых формах артельная предприимчивость крестьян». Много мельниц находится в общем пользовании товариществ или даже целых селений. Способы пользования мельницами: самый распространенный — по очереди; затем деление чистого дохода на паи пропор­ционально затрате каждого совладельца; в «подобных случаях хозяева-товарищи редко принимают личное трудовое участие в производстве, которое и ведется обыкновенно наемным трудом» (с. 181; то же самое об артельных смолокурнях — стр. 197). Удиви­тельная своеобразность и артельность в самом деле — общая собственность хозяйчи­ков, которые сообща нанимают рабочих! Тот факт, что кустари по очереди пользуются мельницами, смолокурнями, кузницами, свидетельствует, наоборот, о поразительной раздробленности производителей, которых даже общая собственность не в силах побу­дить к кооперации.

— совместного владения. Ред.


408__________________________ В. И. ЛЕНИН

«Один из видов артельной организации» — «артельные кузницы» (239). Кузнецы-хозяева для экономии в топливе собираются в одну кузницу, нанимая одного подду-валыцика (экономия в рабочих!) и арендуя у хозяина кузницы как помещение, так и молоток за особую плату. — Итак, отдача вещи, принадлежащей одному лицу на праве частной собственности, другому лицу в аренду за плату есть «артельная организация»! Положительно римское право надо назвать кодексом «артельной организации»!.. «В артельной организации... мы находим новое указание на отсутствие классовой кристал­лизации в производстве среди кустарей, — указание на то же слияние расслоений в земледельческой и кустарной среде, какое мы видели и в артельных мельницах» (239). И смеют еще какие-то злые люди говорить после этого о разложении крестьянства!

До сих пор, следовательно, ни одного случая соединения кустарей для закупки сы­рья, сбыта продукта, не говоря уже о соединении в самом производстве! Есть, однако, и такие соединения. Подворная перепись кустарей Пермской губернии зарегистрировала их целых четыре, причем все устроились при содействии кустарного банка: три в эки­пажном промысле и одна в производстве земледельческих машин. Одна из артелей имеет наемных рабочих (2 ученика и 2 наемных «подсобных» работника), в другой двое товарищей пользуются кузницей и мастерской, принадлежащей третьему товари­щу, за особую плату. Сообща закупают сырье и сбывают продукт, работают же по от­дельным мастерским (кроме отмеченного случая найма за плату кузницы и мастер­ской). Все эти четыре артели объединили 21 семейного работника. Пермский кустар­ный банк действует уже несколько лет. Допустим, что он будет, теперь «объединять» (для найма соседской кузницы) в один год не по 20-ти семейных рабочих, а по 50-ти. Тогда все 15 000 семейных рабочих кустарей будут «объединены» «артельной органи­зацией» ровно через 300 лет. А покончив с этим делом, начнут уже «объединять» и на­емных рабочих у кустарей... И перм-


___________________ КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________ 409

ские народники торжествуют: «Столь важные экономические концепции, созданные самостоятельною работой мысли кустарной среды, служат прочным залогом экономи­ческого прогресса производства в этой среде на началах независимости труда от капи­тала, так как в данных фактах сказывается не стихийное только стремление кустарей к трудовой самостоятельности, но и в полной мере сознательное» (с. 333). Помилосерд­ствуйте, господа! Конечно, нельзя себе и представить народничества без маниловских фраз, но ведь надо же знать и меру! Ни одна из артелей, как мы видели, не выражает «начала независимости труда от капитала»: все — артели хозяев и хозяйчиков, многие — с наемными рабочими. Кооперации в этих артелях нет, даже общая заготовка сырья и продажа продукта встречается до смешного редко, объединяя поразительно ничтож­ное число хозяев. Можно с уверенностью сказать, что не найдется ни одной капитали­стической страны, в которой бы регистрация почти 9-ти тысяч мелких заведений с 20-ю тысячами рабочих обнаружила такую поразительную раздробленность и одичалость производителей, среди которых нашлось лишь несколько десятков случаев общей соб­ственности и менее десятка случаев объединения 3—5 хозяйчиков для закупки сырья и сбыта продукта! Эта раздробленность служила бы вернейшим залогом беспросветно­го экономического и культурного застоя, если бы мы не видели, к счастью, как капита­лизм с каждым днем подрезывает под корень патриархальное ремесло с его местной ограниченностью самодовлеющих хозяйчиков, с каждым днем разрушает мелкие мест­ные рынки (которыми держится мелкое производство), заменяя их национальным и всемирным рынком, заставляя производителей не одной какой-нибудь деревни Гавря-та, а производителей целой страны и даже разных стран вступать в союзы между собой, выводя эти союзы за пределы одних только хозяев и хозяйчиков, ставя перед этими союзами вопросы более широкие, чем вопрос о более дешевой закупке лесного мате­риала и железа, или вопрос о более выгодной продаже гвоздей и телег.


410__________________________ В. И. ЛЕНИН

VIII НАРОДНИЧЕСКАЯ ПРОГРАММА ПРОМЫШЛЕННОЙ ПОЛИТИКИ

Так как практические предположения и мероприятия стоят всегда в связи с тем, что находят «отрадного» и обнадеживающего в действительности, то понятно уже a priori, какие пожелания насчет кустарной промышленности имеются в «Очерке», который свел все «отрадные явления» к подкрашиванию наемного труда в мелком хозяйстве и к превознесению весьма малочисленных и односторонних соединений мелких хозяев. Повторяя собой обычные народнические рецепты, эти пожелания поражают своей про­тиворечивостью, с одной стороны, и безмерным преувеличением дюжинных «меро­приятий», превращенных посредством фраз в решение великих вопросов, — с другой. В самом начале «Очерка», во введении, еще до изложения данных переписи, мы встре­чаем велеречивые рассуждения о «задаче кустарного кредита» — «устранить (sic!) без­денежье», о «кооперативной организации обмена между производством и потреблени­ем» (с. 8), о «распространении артельных организаций», устройстве кустарных складов, технических консультаций, технических школ и т. п. (с. 9). Эти рассуждения повторя­ются много раз в книге. «Нужно реорганизовать экономику промысла так, чтобы у кус­таря завелись деньги; проще сказать, освободить кустаря от кулака» (119). «Задача на­шего времени» — совершить «кустарную эмансипацию путем кредита» и т. д. (267). «Необходимо рационализировать меновые процессы», заботиться «о проведении в не­дра крестьянского земледельческого хозяйства рациональных основ кредита, обмена и производства» (362), необходима «экономическая организация труда» (sic!! с. 363), «рациональное устроение экономики народного хозяйства» и т. д. и т. п. Как видите, это — знакомая народническая панацея, приклеенная к данным переписи. И как бы для окончательного подтверждения своего народнического правоверия составители не преминули осудить денежное хозяйство вообще, поучая читателя, что ремесло «состав­ляет важную


___________________ КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________

услугу народному хозяйству, обеспечивая ему возможность избежать превращения на­турального хозяйства в денежное». «Насущные интересы народного хозяйства требуют того, чтобы производимое им сырье перерабатывалось на месте, по возможности без денежного вмешательства в меновые процессы» (с. 360).

Народническая программа изложена здесь со всей полнотой и откровенностью, ко­торые не оставляют желать ничего лучшего! Мы сказали: «народническая программа», ибо нас интересует не то, что отличает составителей «Очерка» от других народников, а, напротив, именно то, что у них общего. Нас интересует практическая народническая программа относительно кустарных промыслов вообще. Легко видеть, что в «Очерке» выпукло выставлены как раз основные черты этой программы: 1) осуждение денежного хозяйства и симпатии к натуральному хозяйству и примитивному ремеслу; 2) различ­ные мероприятия для поддержки мелкого крестьянского производства, вроде кредита, развития техники и т. д.; 3) насаждение всякого рода соединений и союзов между хо­зяевами и хозяйчиками — товариществ сырьевых, складочных, ссудосберегательных, кредитных, потребительных, производительных; 4) «организация труда» — ходячая фраза во всех и всяческих народнических благопожеланиях. Посмотрим же на эту про­грамму.

Что касается прежде всего до осуждения денежного хозяйства, то по отношению к промышленности оно носит уже вполне платонический характер. Ремесло даже в Пермской губернии оттеснено уже далеко на задний план товарным производством и находится в положении столь жалком, что в том же самом «Очерке» мы читаем о жела­тельности «освободить кустаря от зависимости», именно устранить зависимость ремес­ленника от заказчика-потребителя «изысканием средств к расширению самого района сбыта за пределы спроса для местного потребления» (с. 33). Другими словами: осужде­ние денежного хозяйства в теории и стремление превратить ремесло в товарное хозяй­ство — на практике! И это противоречие вовсе не составляет


412__________________________ В. И. ЛЕНИН

исключительного достояния «Очерка», а свойственно всем народническим прожектам: как ни упираются они против товарного (денежного) хозяйства, но действительность, изгнанная в дверь, влетает в окно, и мероприятия, за которые они высказываются, раз­вивают именно товарное хозяйство. Пример — кредит. В своих планах и пожеланиях народники не устраняют самого товарного хозяйства. «Очерк», например, ни слова не говорит о том, что предлагаемые реформы должны быть основаны не на почве товарно­го хозяйства. Напротив, он желает лишь рациональных основ обмена, кооперативной организации обмена. Товарное хозяйство остается, оно должно быть лишь реформиро­вано по рациональным основаниям. Утопия далеко не новая, имевшая в старой эконо­мической литературе крупнейших выразителей. Теоретическая несостоятельность ее обнаружена уже давно, так что останавливаться на этом вопросе не приходится. Не лучше ли было бы вместо того, чтобы говорить нелепые фразы о необходимости «ра­ционализировать» экономику, — «рационализировать» сначала свои представления о действительной экономике, о действительных общественно-экономических отношени­ях в той крайне разнородной, разносоставной массе «кустарей», судьбы которой так бюрократически-легкомысленно хотят решать сверху наши народники? Не показывает ли нам действительность сплошь да рядом, как практические мероприятия народников, сочиненные по рецептам «чистых» якобы идей об «организации труда» и т. п., приво­дят на деле лишь к помощи и содействию «хозяйственному мужичку», мелкому фабри-кантику или скупщику, вообще всем представителям мелкой буржуазии? Это вовсе не случайность, не результат несовершенства или неудачности отдельных мероприятий. Напротив, на общей основе товарного хозяйства кредитом, складами, банками, техни­ческими советами и т. д. неизбежно и необходимо пользуются прежде всего и больше всего мелкие буржуа. Но если так, — возразят нам, — если народники в своих практи­ческих мероприятиях, бессознательно и против своей воли, служат развитию мелкой буржуа-


___________________ КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________ 413

зии, а след., и капитализма вообще, то зачем же нападать на их программы людям, принципиально признающим развитие капитализма прогрессивным процессом? Резон­но ли из-за ошибочности, или — скажем мягче — спорности идеологических облаче­ний, нападать на практически полезные программы, ибо никто ведь не станет отрицать «пользы» технического образования, кредита, союзов и соединений между производи­телями?

Это возражения не вымышленные. То в той, то в другой форме, то по тому, то по другому поводу они постоянно слышатся в ответ на полемику против народничества. Мы не будем здесь говорить о том, что такие возражения, будь они даже справедливы, нисколько не опровергают того, что одно уже это облачение мелкобуржуазных прожек­тов в возвышеннейшие социальные панацеи приносит глубокий общественный вред. Мы намерены поставить вопрос на практическую почву ближайших и насущных нужд современности и с этой, умышленно суженной, точки зрения оценить народническую программу.

Несмотря на то, что многие народнические мероприятия приносят практическую пользу, служа развитию капитализма, тем не менее в общем и целом эти мероприятия оказываются: 1) в высшей степени непоследовательными, 2) доктринерски-безжизненными и 3) мелочными по сравнению с действительными задачами, которые ставит перед нашей промышленностью развивающийся капитализм. Поясним это. Мы указали, во-1-х, на непоследовательность народников как практических людей. Наряду с указанными выше мероприятиями, которые обыкновенно характеризуются как либе­ральная экономическая политика, которые всегда выставлялись на знамени вожаков буржуазии на Западе, народники ухитряются сохранять намерение задержать данное экономическое развитие, помешать прогрессу капитализма, поддержать мелкое про­изводство, изнемогающее в борьбе с крупным. Они защищают законы и учреждения, стесняющие свободу мобилизации земли, свободу передвижения, удерживающие со­словную замкнутость крестьянства и т. п.


414__________________________ В. И. ЛЕНИН

Есть ли, спрашивается, какие-либо разумные основания задерживать развитие капита­лизма и крупной промышленности? Мы видели, из данных переписи, что пресловутая «самостоятельность» кустарей нисколько не гарантирует от подчинения торговому ка­питалу, от эксплуатации в ее худшей форме, что на деле положение громадной массы этих «самостоятельных» кустарей зачастую более жалкое, чем положение наемных ра­бочих у кустарей, что заработки их поразительно ничтожны, условия труда (по сани­тарной обстановке и длине рабочего дня) крайне неудовлетворительны, производство раздроблено, технически первобытно и неразвито. Есть ли, спрашивается, какие-либо разумные основания удерживать полицейские законы, укрепляющие «связь с землей», запрещающие разрывать эту связь, умиляющую народников? Данные «кустарной пе­реписи» 1894/95 года в Пермской губернии ясно свидетельствуют о полной бессмыс­ленности искусственных прикреплений к земле крестьян. Это прикрепление только по­нижает их заработки, которые при «связи с землей» оказываются более чем вдвое ниже, чем у неземледельцев, понижает жизненный уровень, усиливает разрозненность и раз­дробленность производителей, разбросанных по деревням, усиливает их беспомощ­ность перед каждым скупщиком и мастерком. Прикрепление к земле задерживает в то же время развитие земледелия, не будучи, однако, в состоянии помешать появлению класса мелкой сельской буржуазии. Народники избегают ставить вопрос таким обра­зом: задерживать или не задерживать развитие капитализма? Они предпочитают рассу­ждать о «возможности иных путей для отечества». Но ведь раз речь идет о ближайших практических мероприятиях, то уже этим самым всякий деятель становится на почву данного

«Очерк» тоже говорит с большим пафосом о пользе общины и о вреде «свободы мобилизации» зем­левладения, которая повела бы, дескать, к появлению «пролетариата» (с. 6). Это противоположение об­щине — свободы мобилизации прекрасно оттеняет именно самую реакционную и вредную черту «общи­ны». — Интересно бы знать, нашелся ли бы хоть в одной капиталистической стране такой «пролетарий», который бы не был отнесен к пауперам при заработке 33 и 50 руб. в год?


___________________ КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________ 415

пути . Делайте себе все, что угодно, для того, чтобы «стащить» отечество на иной путь! Такая деятельность никакой критики (кроме критики смеха) не вызовет. Но не защищайте того, что искусственно задерживает данное развитие, не заглушайте фра­зами «об ином пути» вопроса об устранении препятствий с данного пути.

Другое обстоятельство, которое необходимо иметь в виду при оценке практической народнической программы, состоит в следующем. Мы видели уже, что народники ста­раются как можно отвлеченнее формулировать свои пожелания, выставить их абст­рактными, отвлеченными требованиями «чистой» науки, «чистой» справедливости, а не реальными нуждами реальных классов, имеющих определенные интересы. Кредит — эту насущную потребность каждого хозяина и хозяйчика в капиталистическом об­ществе — народник выставляет каким-то элементом в системе организации труда; сою­зы и соединения хозяев изображаются зачаточным выражением идеи кооперации во­обще, идеи «кустарной эмансипации» и т. д., тогда как всякий знает, что все такие сою­зы преследуют на самом дело цели, ничего общего не имеющие с такими высокими ма­териями, а просто связанные с размером дохода этих хозяйчиков, с укреплением их по­ложения, увеличением их прибыли. Это превращение дюжинных буржуазных и мелко­буржуазных пожеланий в какие-то социальные панацеи лишь обессиливает эти поже­лания, отнимает от них их жизненный нерв, гарантию их насущности и осуществимо­сти. Насущные вопросы каждого хозяина, скупщика, торговца (кредит, союзы, техни­ческая помощь) народник усиливается ставить как общие вопросы, возвышающиеся над отдельными интересами. Народник воображает, что он этим усиливает их значение, возвышает их, — а на самом деле он превращает этим живое дело, заинтересовываю­щее такие-то и такие-то группы населения, в филистерское пожелание, кабинетное ум­ствование, бюрократическое

А что этот данный путь состоит в развитии капитализма, этого, насколько мы знаем, не отрицали и сами народники, ни г. Н. —он, ни г. В. В., ни г. Южаков и т. д., и т. д.


416__________________________ В. И. ЛЕНИН

«рассуждение о пользах». С этим непосредственно связывается и третье обстоятельст­во. Не понимая того, что такие практические мероприятия, как кредит и артель, техни­ческие пособия и т. п., выражают потребности развивающегося капитализма, народник не умеет выразить общих и основных потребностей такого развития, заменяя мелкими, случайно выхваченными, половинчатыми мероприятиями, которые, отдельно взятые, неспособны оказать никакого серьезного действия и осуждены неизбежно на неуспех. Если бы народник открыто и последовательно встал на точку зрения выразителя по­требностей общественного развития по капиталистическому пути, то он сумел бы заме­тить общие условия, общие требования такого развития, он увидел бы, что все его ма­ленькие прожекты и мероприятия при наличности этих общих условий (главное из них в интересующем нас случае — свобода промышленности) осуществились бы сами со­бой, т. е. деятельностью самих заинтересованных лиц, тогда как игнорирование этих общих условий и выставление одних практических мероприятий совершенно частного свойства не может не вести к толчению воды. Остановимся, для примера, на этом во­просе о свободе промышленности. С одной стороны, это настолько общий и основной вопрос из вопросов промышленной политики, что разбор его особенно уместен. С дру­гой стороны, бытовые особенности Пермского края дают интересные подтверждения кардинальной важности этого вопроса. Как известно, главным явлением экономической жизни края является горнозаводская промышленность, которая сообщила ему совер­шенно особый отпечаток. С положением и интересами уральской горнопромышленно­сти связаны и история колонизации и настоящее положение края. «Крестьяне вообще были населены на Урале с целью работать заводовладельцам», — читаем мы в письме обывателя Н.-Сергинского завода, Бабушкина, в «Трудах комиссии по иссл. куст, пр.» . И эти бесхитростные слова очень верно выражают громадную роль заводовладельцев в жизни края,

* Вып. XVI, стр. 594—595. Цитировано в книге «Куст, пром.», 1, 140.


___________________ КУСТАРНАЯ ПЕРЕПИСЬ В ПЕРМСКОЙ ГУБЕРНИИ_________________ 417

их значение как помещиков и заводчиков вместе, их привычку к безраздельному и не­ограниченному господству, к положению монополистов, основывающих свою про­мышленность на своем владельческом праве, а не на капитале и конкуренции. Моно­польные начала горнозаводской промышленности Урала выразились в законе извест­ной статьей 394-й т. VII свода законов (устав горный), — статьей, о которой так много говорилось и говорится в литературе об Урале. Закон этот, изданный в 1806 году, тре­бует, во-1-х, разрешения горного начальства на открытие горными городами всяких фабрик, а, ВО-2-Х, запрещает открытие в заводских округах «всех тех мануфактур и фабрик, которых все производство главнейше основывается на огненном действии, требующем угля и дров». Уральские горнозаводчики в 1861-м году особенно настаива­ли на том, чтобы такой закон внести в условия освобождения крестьян, и статья 11-я положения о горнозаводских мастеровых повторяет однородное запрещение . Отчет правления кустарно-промышленного банка за 1895 год говорит, между прочим: «Чаще всего однако же поступают жалобы на запрещение чинами горного ведомства и вла­дельцами посессионных заводов открывать огне-действующие заведения в черте под­ведомственных им районов и на всякого рода стеснения в производстве промыслов по обработке металлов» («Очерк», с. 223). Таким образом, Урал и по сю пору сохраняет незыблемые традиции «доброго старого времени», и отношение к мелкой крестьянской промышленности стоит здесь в полной гармонии с той «организацией труда», которая обеспечивала заводы прикрепленным к месту


Просмотров 275

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!