Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






IV. ВЫВОДЫ ИЗ ПРАКТИКИ ТРЕТЬЕДУМСКИХ ВЫБОРОВ 1 часть



Для конкретного определения задач рабочей демократии во время выборной кампа­нии мы считаем полезным рассмотреть возможно более подробно данные


____________ ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ КАМПАНИЯ В IV ГОСУДАРСТВЕННУЮ ДУМУ____________ 53

о выборах в III Думу по нескольким отдельным губерниям. Такое рассмотрение, во-1-х, поможет яснее понять и тверже усвоить сложную и запутанную избирательную систе­му 3-го июня, а В0-2-Х, — оно даст всем работникам избирательной кампании самое конкретное представление об их положении, как демократов, об «обстановке», в кото­рой приходится действовать. Изучение данных по каждой губернии местными демо­кратами пополнит наши материалы, исправит их и заинтересует сейчас же всех и каж­дого, кто сознает свою обязанность участия в выборах для политического просвещения наемных рабочих и для организации демократии.

Возьмем для примера хотя бы Казанскую губернию. Ее представляют в III Думе 10 депутатов, поровну разделяющиеся между правыми и оппозицией: 5 правых (в том числе 4 октябриста и 1 националист) и 5 либералов (в том числе 1 прогрессист, 2 кадета и 2 мусульманина). Ни трудовиков, ни с.-д. нет.

Между тем данные относительно Казанской губернии таковы, что они заставляют признать шансы демократии здесь довольно серьезными. Правые выбраны: один от съезда землевладельцев (Сазонов), трое октябристов от 1-го и 2-го съездов городских избирателей (в том числе один из заядлых контрреволюционеров г. Капустин от 2-го съезда городских избирателей) и один октябрист от общего съезда выборщиков. Либе­ралы выбраны: 1 от съезда землевладельцев, 1 от крестьян (кадет Лунин) и трое от об­щего съезда выборщиков.

Судя по тому, что от общего съезда выборщиков прошло три либерала и один пра­вый, либералы были в большинстве в губернском избирательном собрании, но боль­шинство это было не прочное: иначе не пропустили бы ни одного правого от общего съезда выборщиков. На непрочность либерального большинства указывает, по-видимому, и то обстоятельство, что от землевладельцев выбраны один прогрессист и один правый: последнего не должны бы были пропускать, будь либеральное большин­ство прочным.



Состав выборщиков в Казанской губернии по куриям следующий: всего 117; в том числе от крестьян 33, от


54___________________________ В. И. ЛЕНИН

землевладельцев 50, от 1-го съезда городских избирателей 18, от 2-го 14 и от рабочих 2. Следовательно, землевладельцы вместе с горожанами 1-й курии составляют большин­ство (50 + 18 = 68 из 117); — известно, что по закону 3-го июня во всех губерниях обеспечено либо такое большинство, либо еще более «надежное», т. е. из одних только землевладельцев (одна землевладельческая курия знает абсолютное большинство вы­борщиков в губернское избирательное собрание).

Либералы отвоевали себе половину мест в Думе благодаря тому, что среди земле­владельцев, видимо, они представлены очень сильно. Среди горожан, наоборот, царят как будто бы правые почти безраздельно: без такого допущения трудно объяснить, ка­ким образом, при либеральном большинстве в губернском избирательном собрании, от обоих городских съездов прошли правые. Кадеты вынуждены были проводить правых. При отмеченной выше непрочности либерального большинства среди выборщиков, для рабочей демократии открывается удобное поле действия: использовать раздоры среди помещиков и капиталистов для организации сил демократии вообще и проведения в Думу с.-д. и трудовиков в частности.

Если бы, например, среди выборщиков было 57 правых и столько же либералов при 3-х демократах (в том числе два рабочих с.-д. и один трудовик крестьянин), то даже этой тройки было бы достаточно, чтобы провести с.-д. в Думу, — не говоря уже о той благодарной задаче демократического собирания сил, которая открывалась бы перед этой тройкой при наличности 33-х выборщиков от крестьян. Мы взяли тройку, как ми­нимум, необходимый по закону (ст. 125 положения о выборах) при выставлении канди­датов посредством записок: кандидаты, получившие по запискам менее трех голосов, баллотировке не подвергаются. Само собой разумеется, эта требуемая законом тройка могла бы составиться присоединением к демократу либералов, если только последние не «спрогрессируют» (в «веховском» направлении) до того, чтобы даже в губернском избирательном собрании предпочесть социал-демократу октябриста.




____________ ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ КАМПАНИЯ В IV ГОСУДАРСТВЕННУЮ ДУМУ____________ 55

При равенстве сил у правых и у либералов даже одного демократа достаточно, что­бы, голосуя с правыми против либералов и с либералами против правых, не пропустить никого в Думу, добиться этим (на основании ст. 119 положения о выборах) перерыва, — продолжительность которого, по указанной статье, определяется самим собранием, но не может превышать 12 часов, — и сорганизовать затем соглашение либералов и демократов под условием проведения последних в Думу.

Пример Казанской губернии может иллюстрировать две возможные линии рабочей политики на выборах в IV Думу (а следовательно, и линии рабочей политики вообще, ибо политика на выборах есть лишь применение к частному случаю общей политики). Первая линия: голосовать, по общему правилу, за более прогрессивного кандидата, без всяких дальнейших определений. Вторая линия: организовать демократию, используя для этого антагонизм правых и либералов. Идейное значение первой линии — пассив­ное подчинение гегемонии кадетов; практический результат этой линии в случае успе­ха: увеличение октябристско-кадетского большинства в IV Думе на счет правооктябри-стского большинства (при возможном уменьшении демократического меньшинства). Идейное значение второй линии: борьба против гегемонии кадетов над крестьянами и над буржуазной демократией вообще; практический результат этой линии в случае ус­пеха: увеличение и сплочение, укрепление группы демократов в IV Думе.



Первая линия на практике свелась бы к линии либеральной рабочей политики. Вто­рая есть марксистская рабочая политика. К более подробному выяснению значения той и другой линии нам еще неоднократно придется вернуться.

«Звезда» №№ 33, 34, 36 и 1 (37); Печатается по тексту

10, 17, 31 декабря 1911 г. газеты «Звезда»

и б января 1912 г.

Подпись: В и л ь я м Фр ей

и В . Фр ей


СТАРОЕ И НОВОЕ

Статья Ник. Николина в № 29 «Звезды» под характерным заглавием: «Новое в ста­ром» поднимает ряд чрезвычайно интересных и важных вопросов. Дискуссия по этим вопросам, несомненно, желательна в интересах выяснения точной, ясной и определен­ной линии поведения сторонников российской рабочей демократии.

Главным недостатком статьи Ник. Николина является крайняя неопределенность многих его положений. Если автор говорит, не поясняя своих слов, что он, «быть мо­жет, во многом не согласился» бы со мной, то я, с своей стороны, должен сказать, что у Н. Николина нет положений, вызывающих разногласия, ибо нет вообще договоренных положений.

Например, Н. Николин решительно восстает против людей, которые полагают, что «наше теперешнее положение... приблизительно такое же, что и в начале 1900-ых го­дов». Он толкует подобный взгляд в том смысле, что люди отрицают новое в старом. Разумеется, они неправы, если они отрицают это. Разумеется, Н. Николин тысячу раз прав, что в старом есть новое, которое надо уметь учесть, уметь использовать. Но како­во именно это новое, как именно его учесть и т. д., этого не говорит Николин, — а, с другой стороны, из его цитаты не видно, что именно разумеют его оппоненты под сло­вом «приблизительно». Если учесть новое в старом так, как учли его русские марксис­ты ровно три года тому назад, оценивая политическое положение,


СТАРОЕ И НОВОЕ________________________________ 57

создавшееся после трехлетия бури и натиска (т. о. после 1905—1907 годов), то, по мо­ему мнению, не было бы неправильно сказать: «наше теперешнее положение прибли­зительно такое же, что и в начале девятисотых годов». Если же подобное положение выставляется без предварительной, точной, ясной, определенной оценки момента и оценки задач, тогда оно, конечно, неверно.

Старые задачи, старые методы их решения, новые приемы подготовки к решению — вот как можно бы было, на мой взгляд, передать приблизительно ответ, данный три го­да тому назад. Участие в III Думе, которое так горячо и так правильно защищает Ник. Николин, представляется, с точки зрения этого ответа, безусловно необходимым. То «течение», которое отрицает это участие или до сих пор колеблется прямо, ясно, без всяких обиняков высказаться за участие в III Думе, всуе приемлет имя рабочей демо­кратии. На деле это течение стоит вне ее, будучи «законным оттенком» анархистского круга идей, а отнюдь не марксистского.

Возьмем вопрос о «надстройке». «Раньше могло казаться, — пишет Ник. Николин, — что бюрократия является единственным и главным врагом «всей России», — теперь этого уже никто не думает... Мы знаем достаточно хорошо, что Марковы, Крестовни-ковы, Волконские, Пуришкевичи, Гучковы, Хомяковы, Авдаковы и пр. — все это пред­ставители той социальной среды, откуда бюрократия почерпает свои силы и получает мотивы для своей деятельности».

Вполне верно и чрезвычайно ценно здесь подчеркивание Ник. Николиным связи «бюрократии» с верхами торгово-промышленной буржуазии. Отрицать эту связь, отри­цать буржуазный характер современной аграрной политики, отрицать вообще «шаг по пути превращения в буржуазную монархию» могут только люди, совершенно не вду­мывавшиеся в то новое, что принесено первым десятилетием XX века, совершенно не понимающие взаимозависимости экономических и политических отношений в России и значения III Думы.


58___________________________ В. И. ЛЕНИН

Но недостаточно признать связь, надо указать точно конкретный характер этой свя­зи. Шаг по пути превращения в нечто новое нисколько не устраняет старого, скажем, «бюрократического» строя с его громадной самостоятельностью и независимостью, с его толмачевски-рейнботовским (и пр., и пр.) «своеобразием», с его финансовой бес­контрольностью. «Почерпая силы» от поддержки верхов буржуазии, бюрократия рек­рутируется не из них, а из старого, совсем старого, не только дореволюционного (до 1905 г.), но и дореформенного (до 1861 г.) поместного и служилого дворянства. «Полу­чая мотивы для своей деятельности» в значительной степени от верхов буржуазии, бю­рократия дает чисто крепостническое, исключительно крепостническое направление и облик буржуазной деятельности. Ибо, если есть разница между буржуазностью прус­ского юнкера и американского фермера (хотя оба они, несомненно, буржуа), то не ме­нее очевидна и не менее велика разница между буржуазностью прусского юнкера и «буржуазностью» Маркова и Пуришкевича. По сравнению с этими последними прус­ский юнкер прямо-таки «европеец»!

Забвение громадной самостоятельности и независимости «бюрократии» есть глав­ная, коренная и роковая ошибка, например, М. Александрова в его известной книжке, а Η. Ρ—ков в № 9—10 ликвидаторской «Нашей Зари» доводит эту ошибку до абсурда. Точное определение того, насколько осталось в области так называемого «бюрократи­ческого» строя старое и какое именно изменение, вернее: видоизменение, внесено «но­вым», дано только в вышеуказанном, три года тому назад данном, ответе.

Отнюдь не отрицая «искания иных путей и средств», придавая громадное значение обсуждению, вторичному и повторному, обсуждению прямых ответов на проклятые вопросы, я не могу, однако, не протестовать против той контрабанды, которую прово­дят, например, ликвидаторы под флагом «исканий». Очевидно, что разногласия между «ищущим» Η. Ρ—ковым и «ищущими» Потресовыми, Ежовыми, Чацкими суть разно­гласия,


СТАРОЕ И НОВОЕ________________________________ 59

касающиеся частностей либеральной рабочей политики. Все эти «ищущие» стоят на почве именно либеральной, а не марксистской рабочей политики! Одно дело «искать путей» и обсуждать их, с точки зрения марксизма, в книгах, журналах и т. п., — другое дело выступать с определенными ответами в практически руководящих органах.

Возьмем вопрос о «романтизме». Осуждая романтизм, как безнадежно отжившее «старое», Ник. Николин приводит пример: «либералу казалось, что он выступает в роли защитника всех угнетенных, а социалисту, что за ним стоит вся мыслящая и трудовая Россия». Пример относится к непониманию классовой борьбы, и, конечно, Николин вполне был бы прав, если бы сказал, что подобный «социалист» — очевидно, народник — на деле вовсе не социалист, а демократ, облекающий свой демократизм псевдосо­циалистической фразеологией. Но, говоря о романтизме, нельзя обходить господ­ствующее в наиболее распространенной, именно: либеральной, печати, веховское, т. е. контрреволюционное, толкование этого термина. Нельзя не восстать против такого толкования. Нельзя не отметить того «нового», что либерализм создал в России либе­ральное веховское направление, от которого гг. Милюковы отрекаются чисто словесно, чисто дипломатически, ведя на деле веховскую политику.

Отсюда первостепенной важности и практический вывод: межа между либерализ­мом и демократией должна быть, на основании «нового» опыта первых десяти лет XX века, проведена яснее. «Смешивать либеральную оппозицию с реакцией», конечно, аб­сурд, но этого вывода (делаемого Николиным) без вывода, указанного мной сейчас, решительно недостаточно.

Вообще, именно на выводах Ник. Николина сказался его основной грех неопреде­ленности и недоговоренности. Возьмите его первый вывод: «одинаково вредно как без­рассудное увлечение старыми способами действия, так и резко отрицательное к ним отношение». Этот вывод, по-моему, не диалектический, а эклектический. Безрассудное безрассудно и поэтому всегда и безусловно


60_____________________________________ В. И. ЛЕНИН

вредно; об этом нечего и говорить. Чтобы придать этой части вывода живое, диалекти­ческое, значение, надо бы сказать, примерно: попытка оправдать отказ от участия в III или IV Думе ссылкой на старые способы действия была бы величайшей ошибкой, пус­той фразой, бессодержательным выкриком, — несмотря на то, а вернее: именно пото­му, что необходимо резко положительное отношение к этим способам.

Мимоходом, не имея возможности останавливаться на этом вопросе дольше, я отме­тил таким образом, как следовало бы, на мой взгляд, исправить вторую часть цитиро­ванного мною вывода.

«Звезда» № 33, 10 декабря 1911 г. Печатается по тексту

Подпись: В . Ил ьин газеты «Звезда»


СОВЕЩАНИЕ ЗАГРАНИЧНЫХ БОЛЬШЕВИСТСКИХ ГРУПП5

14—17 (2 7—30) ДЕКАБРЯ 1911г.

Проект резолюции по докладу о

положении дел в партии и

предложение об уставе Заграничной Печатается по рукописям;

организации впервые напечатаны резолюция о РОК по созыву

в 1933 г. в Ленинском сборнике конференции - по тексту

XXV; резолюция о Российской «Извещения»

организационной комиссии по созыву конференции 12 января 1912 г. в «Извещении» Комитета заграничной организации



ПРОЕКТ РЕЗОЛЮЦИИ ПО ДОКЛАДУ О ПОЛОЖЕНИИ ДЕЛ В ПАРТИИ

Организация партийных с.-д. сил за границей и задачи большевиков

Состояние с.-д. организаций за границей в настоящее время до крайности ненор­мально.

Начиная с 1908 года, когда с.-д. издательство стало все более передвигаться за гра­ницу, и до пленума, за границей существовал во всех важнейших центрах полный орга­низационный раскол в силу полного отделения от партии меньшевистских групп.

Пленум (января 1910 г.) сделал попытку создать единство на основе единогласно ут­вержденной им антиликвидаторской и антиотзовистской линии, причем был сделан особенно энергичный призыв к установлению полного единства за границей.

На деле, однако, в силу невыполнения условий пленума ликвидаторами и отзовиста­ми, после пленума нигде не последовало объединения заграничных групп. Напротив, получился еще больший распад, ибо фактически обособились впередовцы от больше­виков, плехановцы от меньшевиков. Параллельные, — «первые» и «вторые» или мень­шевистские и большевистские, — группы продолжали существовать по традиции, на деле отнюдь не объединяя сколько-нибудь солидарные и способные вести совместную с.-д. работу элементы.

В настоящее время фактически за границей существуют фракционно обособленные — связанные между собой чисто формально, а зачастую вовсе не связанные — больше­вистские, «примиренческие», впередовские, «голосовские» и «плехановские» группы, совершенно


64___________________________ В. И. ЛЕНИН

независимые друг от друга, ведущие различные идейные линии и имеющие обособлен­ные связи с теми или иными с.-д. элементами в России.

Образование РОК в России силами большевиков и партийных меньшевиков и энер­гичный приступ этой коллегии РОК к созыву общепартийной конференции РСДРП создает решительный перелом в истории партии и указывает единственно возможный и наметившийся жизнью выход из состояния дезорганизации и распада.

Фактически работу действительно социал-демократическую вели после пленума — особенно дружно в течение 1910 г. — только большевики и партийные меньшевики. Голосовцы не представляют из себя ровно ничего, кроме заграничного отделения рус­ской ликвидаторской группы «Де л а Жизни » ж «На шей 3 ар и », поставившей себя вне партии, а заграничная группа «Вперед», продолжая прикрывать отзовизм и вести через своего лидера Луначарского религиозную пропаганду, ведет совершенно несоци­ал-демократическую работу.

Теперь РОК, созданная большевиками и партийными меньшевиками и поддержан­ная почти всеми местными с.-д. организациями в России, является фактически единст­венным и вполне правомочным центром с.-д. партийной работы.

Объединяясь в единую заграничную с.-д. организацию большевиков, совещание воз­лагает ответственность за продолжающийся раскол за границей на те группы, которые не желают поддерживать русского центра, РОК, или продолжают «игру в соглашение» оторвавшихся от России, поддерживая этим несоциал-демократические, оторвавшиеся от русской работы.

Большевистская организация за границей по-прежнему будет употреблять все уси­лия, чтобы привлекать, без различия течений, всех социал-демократов, готовых под­держивать РОК и вести партийную, т. е. антиликвидаторскую и антиотзовистскую (а равно антибожественную) линию, [чтобы они] присоединились к ней и слились в еди­ную партийную организацию.


_______________ СОВЕЩАНИЕ ЗАГРАНИЧНЫХ БОЛЫТТЕВИСТСКИХ ГРУПП______________ 65

Борьба с ликвидаторским и отзовистским течениями, — борьба с распадом безыдей­ных заграничных групп — содействие сплочению всех действительных с.-д. партийцев и партийцев меков в особенности — содействие РОК, — такова практическая задача заграничной партийной организации. Органами, которые должны поддерживать пар­тийцы, мы считаем одновременно Центральный Орган и «Рабочую Газету», ибо отстра­нение (заграничных) партийцев меков не может быть оправдано ничем и никакого из­менения линии, соответствующей партийным решениям, в указанных органах нет.

Написано в декабре, не позднее 14 (27), 1911 г.


66_____________________________________ В. И. ЛЕНИН

ПРЕДЛОЖЕНИЕ ОБ УСТАВЕ ЗАГРАНИЧНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ52

Выбирая Комитет заграничной организации для заведования делами Заграничной организации, совещание передает ему проект устава со всеми замечаниями, поручая Комитету опросить группы и утвердить устав окончательно путем такого опроса.

Ленин

Написано 16 (29) декабря 1911 г.


СОВЕЩАНИЕ ЗАГРАНИЧНЫХ БОЛЫТТЕВИСТСКИХ ГРУПП______________ 67

РЕЗОЛЮЦИЯ О РОССИЙСКОЙ ОРГАНИЗАЦИОННОЙ КОМИССИИ ПО СОЗЫВУ

КОНФЕРЕНЦИИ 53

Совещание констатирует, что партия давно уже, в течение не менее как двух лет, признает неотложнейшую необходимость созыва партийной конференции. В настоящее время сделан наконец, вопреки всяческим препятствиям, решительный шаг к осущест­влению этого дела. В России образована РОК, поддержанная всеми местными органи­зациями (Киевской, Бакинской, Тифлисской, Екатеринославской, Екатеринбургской, С.-Петербургской, Московской, Николаевской, Саратовской, Казанской, Виленской, Двинской, Нижегородской, Сормовской, Самарской, Тюменской, Ростовской и др.).

Совещание приветствует образование РОК и заявляет, что всеми силами поддержи­вать ее есть долг каждого партийца.

Написано 17 (30) декабря 1911 г.


ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ

I

Выборы в IV Думу уже не за горами, и вопрос об избирательной кампании естест­венно становится на очередь дня. Нечего и говорить, что какие бы то ни было колеба­ния относительно того, необходимо ли с точки зрения марксизма участие в выборах, совершенно недопустимы: не внутри пределов марксизма и рабочей партии, а лишь вне пределов и первого и второй могут быть признаны «законными» оттенки взглядов, от­рицательно или неопределенно, или даже безразлично относящиеся к участию. Эту элементарную истину, уже много лет тому назад (с конца 1907 г.) доказанную и под­твержденную опытом, как-то, пожалуй, неловко повторять, но ее приходится повто­рить, ибо худшим злом для нас является теперь распад и разброд. А этот разброд и рас­пад поддерживают не только те, кто дает неопределенные или уклончивые ответы на элементарные вопросы, но и те, кто по дипломатии, безыдейности и т. п. защищает не­определенность и уклончивость.

Выборы в Государственную думу естественно заставляют всех марксистов, всех участников рабочего движения напрячь силы для самой энергичной, упорной, инициа­тивной работы во всех областях этого движения. Те ответы на вопросы о принципиаль­но-программном, политическом, организационном содержании и направлении этой ра­боты, которые выработаны в течение последних лет, должны найти теперь себе непо-средст-


_____________ ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ_____________ 69

венное практическое применение в специальной области «выборной» деятельности.

Мы нарочно говорим о выработанных уже ответах. Смешно было бы думать, в са­мом деле, что теперь, за несколько месяцев или хотя бы даже за год до выборов, можно успеть «найти» ответы, если они не найдены еще, не обдуманы, не проверены опытом деятельности за несколько лет. Речь ведь идет об ответах на все «проклятые вопросы», касающиеся и общего миросозерцания, и оценки предыдущего, необыкновенно богато­го событиями, периода русской истории, и оценки переживаемого периода (опреде­лившегося в основных чертах не позже как с 1908 г.), и задач политических и организа­ционных, которые решались так или иначе всяким участником рабочего движения за последние, скажем, четыре года. Применить выработанные ответы и приемы деятель­ности к данной особой отрасли работы, к выборам в IV Думу, вот о чем только и может идти теперь речь; говорить о том, что «в процессе выборной кампании, т. е. одной из отраслей деятельности, могут быть выработаны ответы на вопросы, касающиеся всех отраслей деятельности, касающиеся не только 1912 года, а всего периода, начиная с 1908 года», говорить об этом значило бы утешать себя иллюзиями или прикрывать, оп­равдывать царящий разброд и распад.

Речь идет об ответе на вопросы прежде всего программные. Что дало в этом отно­шении последнее четырехлетие русской жизни? Все и каждый должны будут признать, что оно не дало никаких попыток пересмотра, или исправления, или дальнейшей разра­ботки старой программы марксистов в ее принципиальной части. Характерным для «текущего момента», — его вернее бы было во многих отношениях назвать «застой­ным» или «гнилым» моментом, — является презрительное махание рукой на програм­му и стремление всячески укоротить, урезать ее без малейшей попытки прямого, реши­тельного пересмотра. «Ревизионизм», в его специфическом значении буржуазного ос­копления марксистских истин, характерен для переживаемой эпохи не как боевой реви­зионизм, поднимающий «знамя восстания»


70___________________________ В. И. ЛЕНИН

(хотя бы даже так, как это делал Бернштейн в Германии около 10 лет тому назад, а в России Струве лет 15 назад или Прокопович несколько позже), а как трусливое, прячу­щееся отречение, часто оправдываемое «практическими», главным образом, будто бы практическими, соображениями. Преемники и продолжатели «дела» Струве и Проко­повича, гг. Потресовы, Масловы, Левицкие и К0, «участвовали» в царящем разброде и поддерживали его (как с другой стороны Юшкевич, Богданов, Луначарский и т. д.) по­средством большей частью робких и несистематичных попыток выбросить за борт «старый» марксизм и заменить его «новым» буржуазным учением. Теоретические во­просы не случайно, не по капризу «групп» выдвинулись на одно из первых мест в по­следнее четырехлетие. К числу «пустяков» относили эти вопросы, хотя бы в той или иной их части, только люди, боязливо отрекающиеся от старого. И теперь, если гово­рить о защите программы и миросозерцания марксизма в связи с выборной кампанией, в «процессе» выборной кампании и т. д., — если говорить об этом не только для вы­полнения «казенной» обязанности и не для того, чтобы ничего не сказать, то учитывать следует не слова, не обещания, не заверения, а именно опыт пережитого четырехлетия. Оно показало нам фактически еще и еще раз целый ряд «ненадежных попутчиков» марксизма в нашей интеллигенции (зачастую желающей быть марксистской), оно нау­чило недоверию к таким попутчикам, оно подняло в умах думающих рабочих значение марксистской теории и марксистской программы в неурезанном ее виде. Есть область вопросов, в которых программа сближается с тактикой и переходит в нее. Эти вопросы, разумеется, во время избирательной кампании приобретают гораздо большее непосред­ственное практическое значение. По этим вопросам дух отречения и разброда проявил себя несравненно сильнее. Старые задачи отпадают, говорили одни, ибо в России уже, в сущности, власть стала буржуазной. Развитие России отныне, заявляли другие, может идти, подобно германскому или австрийскому после 1848 года, без всяких «скач-


_____________ ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ_____________ 71

ков». Идея гегемонии рабочего класса устарела, говорили третьи, марксисты должны стремиться «не к гегемонии, а к классовой партии» и т. д.

Нечего и говорить, что ни одного, буквально ни единого, вопроса тактики нельзя разрешить, нельзя осветить сколько-нибудь цельно, полно, связно без. разбора этих идей, справедливо названных «ликвидаторскими» и связанных неразрывно с широким потоком буржуазного общественного мнения, поворачивающего вспять от демократиз­ма. Кто сколько-нибудь присматривался к практической жизни, тот знает, что разброд в области этих вопросов во сто раз сильнее, чем видно по литературе. Иначе и не может быть, конечно, в годы, следующие за событиями конца 1905 и 1906—1907 годов. Но чем «естественнее» (в буржуазной обстановке) этот распад, тем настоятельнее и на­сущнее для марксистов задача всесторонней и упорной борьбы с ним.

В такие периоды, как последнее четырехлетие в России, распад и отречение были свойственны всем странам: бывало и так, что не оставалось даже групп, а были лишь отдельные лица, на десять и более лет умевшие в подобной обстановке «высоко дер­жать знамя», хранить идеи преемственности, применять эти идеи впоследствии в силь­но измененной социально-политической обстановке. В России дело еще не так плохо, ибо в «наследство» осталась нам и программа и оформленные ответы на основные так­тические и организационные вопросы «момента». Ликвидаторское течение, отрекаясь от этого ответа, не в состоянии противопоставить ему ничего, абсолютно ничего похо­жего на точный и ясный ответ.

Выборная кампания есть приложение определенного решения политических вопро­сов к сложной пропагандистской, агитационной, организационной и т. д. деятельности. Нельзя подступиться к этой кампании, не имея определенного решения. И тот оформ­ленный ответ, который с 1908 года дан марксизмом, вполне подтвердил себя опытом четырех лет. Новое, буржуазное, содержание аграрной политики правительства; орга­низация помещиков и буржуазии в III Думе;


72___________________________ В. И. ЛЕНИН

поведение даже самой «левой» из буржуазных партий — кадетской, столь ярко осве­щенное «лондонской» поездкой, и далеко не сю одной; идейные течения «веховского» типа, имевшие громадные успехи в «образованном» обществе, все это показало ясно, что старые задачи не решены, но подход к их решению идет в новой обстановке, более буржуазной, при систематическом повороте буржуазии от демократизма к «оппози­ции» ответственной, партийной, «лояльной» и т. д. Новая обстановка, новые приемы подготовки к старому решению старых проблем; большая ясность раскола между демо­кратией и антидемократичной либеральной буржуазией; — вот основные черты оформленного ответа марксистов на коренные политические вопросы современности.

В неразрывной связи с общим миросозерцанием марксистов, с их оценкой политиче­ского смысла и значения «третьеиюньского» периода, стоит ответ на организационные вопросы. Сохранение старого в основе и приспособление его — всяческие так назы­ваемые «возможности»: открытые общества, союзы и т. п. — к новой обстановке. Ячейки и сеть вокруг них, в связи с ними, направляемые ими. Большая гибкость «яче­ек», принятие ими более подвижных, не во всем похожих на старые, форм, — и обяза­тельное использование не только думской трибуны, но и всяческих аналогичных «воз­можностей». Отнюдь не связывая рук никакой однообразной нормой, никакими обяза­тельными формами, оставляя громадный простор выработке целесообразных приемов и методов сочетания, этот ответ непоколебимо «тверд» принципиально — именно он противопоставляет царящему разброду, отреченству, растерянности не только словес­ное провозглашение верности старому, но и основной организационный принцип, по­зволяющий воплотить в жизнь идейную устойчивость. Те, хотя бы и немногие, кто «на­копили запас», объединяются и систематически оберегают «иерархию»: ее дух, ее уче­ние, ее принципы, ее традиции, а не ее формы, конечно.


Просмотров 263

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!