Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






КРЕСТЬЯНЕ-ТРУДОВИКИ (НАРОДНИКИ) 5 часть




436__________________________ В. И. ЛЕНИН

положения, а не объединение для борьбы, способной принести пользу делу освобожде­ния пролетариата.

Но эта точка зрения совсем не соответствует взглядам английских социалистов, ко­торые, наверное, очень удивились бы, узнав, что хвалители Белла пишут, не встречая возражений, в одном журнале с видными меньшевиками вроде Плеханова, Иорданско­го и К0.

Английская социал-демократическая газета «Justice» в передовице 16-го ноября писала по поводу соглашения Белла с железнодорожными компаниями: «Мы вполне согласны с почти всеобщим тред-юнионистским осуждением этого так называемого мирного договора»... «он совершенно разрушает самый смысл существования тред-юниона»... «Это нелепое соглашение... не может связывать рабочих, и они хорошо сде­лают, если отвергнут его». А в следующем номере, от 23 ноября, Бернет писал об этом соглашении в статье, озаглавленной «Опять продали!»: «Три недели тому назад Соеди­ненное общество железнодорожных служащих было одним из самых могущественных тред-юнионов в Англии; теперь оно сведено на уровень общества взаимопомощи». «И перемена эта произошла не потому, что железнодорожники боролись и потерпели по­ражение, а потому, что их вожди умышленно или по тупоумию своему продали их ка­питалистам до борьбы». И редакция газеты добавляет, что аналогичное письмо прислал ей один «наемный рабочий железнодорожной компании Мидланд».

Но, может быть, это «увлечение» «слишком революционных» эсдеков? Нет. Орган умеренной партии, «Независимой рабочей партии» (I.L.P.), которая не хочет даже на­звать себя социалистической, «Labour Leader» от 15 ноября поместил письмо желез­нодорожника тред-юниониста, заявляющего в ответ на похвалы, расточаемые всей ка­питалистической прессой (начиная от радикальной «Reynolds' Newspaper» и кончая консервативной «Times» ) Беллу, что проведенное им соглашение есть «самое пре­зренное, какое только было в истории тред-юнионизма», и называющего Ричарда Белла «маршалом Базэном тред-юнионист-


__________________ НЕЙТРАЛЬНОСТЬ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ СОЮЗОВ________________ 437



ского движения». Рядом другой железнодорожник требует «призвать к ответу Белла» за это злосчастное соглашение, «осудившее рабочих на семилетнюю каторгу». И редакция умеренного органа в передовице того же номера называет соглашение «Седаном бри­танского тред-юнионистского движения». «Никогда не было такого удобного случая, чтобы показать в национальном масштабе силу организованного труда», — среди рабо­чих царил «невиданный энтузиазм» и желание борьбы. Статья заканчивается едким со­поставлением рабочей нужды и торжества «господина Ллойда Джорджа (министр, сыг­равший роль лакея капиталистов) и господина Белла, готовящих банкеты».

Только самые крайние оппортунисты, фабианцы, чисто интеллигентская организа­ция, одобрили это соглашение, вызвав этим краску стыда даже в сочувствующем фаби­анцам журнале «The New Age»145, который вынужден был признать, что если буржуаз­но-консервативная «Times» целиком перепечатала соответственное заявление цен­трального комитета фабианцев, то зато, кроме этих господ, «ни одна социалистическая организация, ни один тред-юнион, ни один выдающийся вожак рабочих» (стр. 101, но­мер от 7 декабря) не высказался за соглашение.

Вот вам образчик применения нейтральности плехановским сотрудником, г-ном Э. П. Вопрос касался не «политических разногласий», а улучшения положения рабочих в данном обществе. За «улучшение» ценой отказа от борьбы и сдачи на милость капиталу высказалась вся буржуазия Англии, фабианцы и г. Э. П., за коллективную борьбу рабо­чих — все социалисты и тред-юнионисты рабочие. И Плеханов будет продолжать те­перь проповедовать «нейтральность», а не тесное сближение союзов с социалистиче­ской партией?



«Пролетарий» № 22, Печатается по тексту

(3 марта) 19 февраля 1908 г. газеты «Пролетарий»


О ПРОИСШЕСТВИИ С КОРОЛЕМ ПОРТУГАЛЬСКИМ

Буржуазная пресса, даже самого либерального и «демократического» направления, не может обойтись без черносотенной морали, обсуждая умерщвление португальского авантюриста.

Вот, например, специальный корреспондент одной из самых лучших буржуазно-демократических газет Европы, «Франкфуртской Газеты»146. Он начинает свой рас­сказ с полушутливого сообщения о том, как стая корреспондентов бросилась — точно на добычу — в Лиссабон тотчас после получения сенсационного известия. Я оказался — пишет сей господин — в одном спальном отделении с одним известным лондонским журналистом, который стал хвастаться своей опытностью. По такому же поводу он, ви­дите ли, ездил уже в Белград и может считать себя «специальным корреспондентом на случай цареубийств».

... Да, приключение с королем португальским является поистине «профессиональ­ным несчастным случаем» королей.

Неудивительно, что могут явиться профессиональные, корреспонденты, описываю­щие профессиональные «неудачи» их величеств...

Но, как ни силен у подобных корреспондентов элемент дешевой и вульгарной сенса­ции, а правда все же иногда пробивает себе дорогу. «Один купец, живущий в самом оживленном торговом квартале», рассказал корреспонденту «Франкфуртской Газеты» следующее: «Тотчас,


__________________ О ПРОИСТТТКСТВИИ С КОРОЛЕМ ПОРТУГАЛЬСКИМ_______________ 439

как я узнал о событии, я вывесил траурный флаг. Очень скоро, однако, ко мне стали приходить покупатели и знакомые, спрашивая, не сошел ли я с ума, не задался ли я це­лью испортить свои дружеские связи. Я спросил их, неужели никто не испытывает чув­ства сострадания. Вы не поверите, м. г., какие ответы получил я на это! И вот я убрал прочь траурный флаг».



Приводя этот рассказ, либеральный корреспондент рассуждает:

«Народ, по природе своей столь добродушный и любезный, как португальский, прошел, видимо, дур­ную школу, прежде чем он научился ненавидеть так безжалостно даже в могиле. И если это правда, — а это, несомненно, правда и, умолчав о ней, я бы извратил историческую истину, — если не только подоб­ные немые демонстрации изрекают свой суд над коронованной жертвой, если на каждом шагу вы можете слышать, и притом от «людей порядка», бранные слова по адресу убитого, то естественным является стремление изучить то редкое сцепление обстоятельств, которое до такой степени делает ненормальной психологию народа. Ибо народ, который не признает за смертью даже старого священного права иску­пать все земные прегрешения, такой народ либо должен быть уже морально выродившимся, — либо должны быть условия, порождающие необъятное чувство ненависти, которое затемняет ясный взгляд справедливой оценки».

О, гг. либеральные лицемеры! Отчего это не провозглашаете вы моральными вырод­ками тех французских ученых и писателей, которые до сих пор ненавидят и бешено бранят не только деятелей Коммуны 1871 года, но даже деятелей 1793 года? не только борцов пролетарской революции, но даже борцов буржуазной революции? Оттого, что «нормальным» и «моральным» для «демократических» лакеев современной буржуазии является «добродушное» перенесение народом каких угодно бесчинств, гнусностей и зверств со стороны коронованных авантюристов.

Иначе — продолжает корреспондент (т. е. иначе как посредством исключительных условий) — «нельзя было бы понять такого явления, что уже сегодня одна монархиче­ская газета говорит чуть не с большим чувством печали о невинных жертвах из народа, чем о короле, и мы видим уже теперь с полной ясностью, как начинают образовываться легенды, которые окружат


440__________________________ В. И. ЛЕНИН

ореолом славы убийц. В то время, как при всех почти покушениях политические пар­тии торопятся отряхнуть от себя убийц, — португальские республиканцы прямо гор­дятся тем, что из их рядов вышли «мученики и герои 1-го февраля»...

Буржуазный демократ переусердствовал до того, что готов объявить «революцион­ной легендой» — уважение португальских граждан к людям, которые пожертвовали собой для устранения издевавшегося над конституцией короля!

Корреспондент другой буржуазной газеты миланской «Corriere della Sera» расска­зывает о свирепстве португальской цензуры после цареубийства. Телеграмм не пропус­кают. Министры и короли не отличаются «добродушием», которое так нравится чест­ным буржуа у народных масс! Коль война — так по-военному, справедливо рассужда­ют португальские авантюристы, занявшие место убитого короля. Трудности сообщения сказываются не меньше, чем на войне. Приходится посылать сообщения обходным пу­тем, сначала почтой на Париж (может быть, на какой-нибудь частный адрес) и уже от­туда передавать в Милан. «Даже в России, — пишет корреспондент 7 февраля, — во время самых горячих революционных периодов цензура никогда так не свирепствова­ла, как теперь в Португалии».

«Некоторые республиканские газеты, — сообщает этот корреспондент от 9 февраля н. ст., — пишут сегодня (в день похорон короля) таким языком, который я абсолютно не решаюсь повторить в телеграмме». В сообщении от 8-го февраля, попавшем позже, чем предыдущее, по месту назначения, приводится отзыв газеты «Pays» о процедуре похорон:

«Проносят тленные останки двух монархов — ненужный прах разваливающейся монархии, — кото­рая держалась изменой и привилегиями, — которая своими преступлениями запятнала два столетия на­шей истории».

«Конечно, это газета республиканская, — прибавляет корреспондент, — но разве не красноречиво появление статьи с такими фразами в день похорон короля?»

- «Вечерний Курьер». Ред.

- «Страна». Ред.


__________________ О ПРОИСТТТКСТВИИ С КОРОЛЕМ ПОРТУГАЛЬСКИМ_______________ 441

Мы, с своей стороны, добавим только, что можем пожалеть об одном: о том, что республиканское движение в Португалии недостаточно решительно и открыто распра­вилось со всеми авантюристами. Мы жалеем о том, что в происшествии с королем пор­тугальским явно виден еще элемент заговорщического, т. е. бессильного, в существе своем не достигающего цели, террора при слабости того настоящего, всенародного, действительно обновляющего страну террора, которым прославила себя Великая фран­цузская революция. Возможно, что республиканское движение в Португалии подни­мется еще выше. Сочувствие социалистического пролетариата всегда будет на стороне республиканцев против монархии. Но до сих пор в Португалии удалось только напу­гать монархию убийством двух монархов, а не уничтожить монархию.

Социалисты во всех европейских парламентах выразили, кто как умел и кто как мог, свое сочувствие португальскому народу и португальским республиканцам, свое отвра­щение к правящим классам, представители которых осуждали убийство авантюриста и выражали сочувствие его преемникам. Одни социалисты прямо заявили в парламентах свои взгляды, другие — вышли из залы во время заявлений симпатии к «пострадав­шей» монархии. Вандервельде в бельгийском парламенте выбрал «средний» — самый плохой — путь, вымучив из себя фразу, что он чтит «всех мертвых», т. е. значит и ко­роля, и убийц его. Надеемся, что Вандервельде останется одинок среди социалистов всего мира.

Республиканская традиция сильно ослабела у социалистов Европы. Это понятно и отчасти может быть оправдано, — именно постольку, поскольку близость социалисти­ческой революции отнимает практическое значение у борьбы за буржуазную республи­ку. Но не редко ослабление республиканской пропаганды означает не живость стрем­ления к полной победе пролетариата, а слабость сознания революционных задач проле­тариата вообще. Недаром Энгельс в 1891 году, критикуя проект Эрфуртской програм­мы, со всей энергией указывал немецким рабочим на значение борьбы


442__________________________ В. И. ЛЕНИН

за республику, на возможность того, что и в Германии такая борьба станет очередью Дня147.

У нас в России борьба за республику имеет непосредственное практическое значе­ние. Только самые жалкие мещанские оппортунисты вроде энесов или «эсдека» Мали-шевского (см. о нем «Пролетарий» № 7) могли сделать из опыта русской революции вывод о том, что борьба за республику отодвигается в России на второй план. Напро­тив, именно опыт нашей революции доказал, что борьба за уничтожение монархии не­разрывно связана в России с борьбой за землю для крестьян, за свободу для всего наро­да. Именно опыт нашей контрреволюции доказал, что борьба за свободу, не задеваю­щая монархию, это — не борьба, а мещанская трусость и дряблость или прямой обман народа карьеристами буржуазного парламентаризма.

«Пролетарий» № 22, Печатается по тексту

(3 марта) 19 февраля 1908 г. газеты «Пролетарий»


К ДЕБАТАМ О РАСШИРЕНИИ БЮДЖЕТНЫХ ПРАВ ДУМЫ ш

В течение трех заседаний, 12, 15 и 17 января, шли прения в Государственной думе по вопросу о расширении бюджетных прав ее. Партия кадетов за подписью 40 членов Ду­мы внесла проект такого расширения. Представители всех партий высказались по это­му поводу. От имени правительства две длинных речи держал министр финансов. Вы­сказался и представитель с.-д. рабочей партии. И прения закончились единогласным («Столичная Почта» 18 января говорит так) принятием предложения октябристов: передать законопроект о расширении бюджетных прав Гос. думы в комиссию, «не ка­саясь объема этого изменения», т. е. изменения правил 8 марта, особенно стесняющих бюджетные права Гос. думы.

Каким образом могло получиться такое странное явление? Каким образом в III Думе, в Думе черносотенных зубров, единогласно прошло предложение октябристов, соответ­ствующее по существу дела желанию правительства и сделанное после первой речи министра финансов, который наметил как раз такой исход дела. По существу, проект кадетов неприемлем; в частностях — отчего же не изменить закона. Так заявил ми­нистр черносотенцев. Согласно этому заявлению редактировали свое предложение ок­тябристы, подчеркнув, что не касаются объема изменений закона.

Что октябристы сошлись с черносотенным министром, это неудивительно. Что каде­ты сняли свою редакцию


444__________________________ В. И. ЛЕНИН

(в которой ни слова не было, конечно, о том, что они не касаются объема изменений, ими же самими указанных!), это также неудивительно для всех, знающих природу пар­тии к.-д. Но чтобы с.-д. могли участвовать в единогласии подобного рода, — это неве­роятно, и нам хочется думать, что «Столичная Почта» сказала неправду, что с.-д. за резолюцию октябристов не голосовали.

Впрочем, тут есть более важный вопрос, чем вопрос о том, голосовали социал-демократы за октябристов или нет, именно вопрос об ошибке, несомненно сделанной с.-д. депутатом Покровским 2-ым. На этой ошибке и на действительном политическом значении прений 12, 15 и 17 января мы и намерены остановить вниманий читателей.

Российская Гос. дума не имеет бюджетных прав, ибо отказ в бюджете не останавли­вает «по закону» приведение бюджета в исполнение. Этот закон, изданный контррево­люционным правительством после поражения декабрьского восстания (20 февраля 1906 г., пресловутые «основные законы»), есть издевательство над народным предста­вительствам со стороны черносотенцев, царя и помещиков. А «правила» 8 марта 1906 года еще более подчеркивают это издевательство, создавая кучу мелочных стеснений рассмотрения бюджета в Думе и устанавливая даже (в ст. 9), что «при обсуждении проекта государственной росписи не могут быть исключены или изменяемы такие рас­ходы и доходы, которые внесены в проект на основании действующих законов, штатов, расписаний, а также высочайших повелений, в порядке верховного управления после­довавших». Разве это не издевательство? Нельзя изменять ничего, соответствующего и законам, и штатам, и расписаниям, и просто высочайшим повелениям!! Не смешно ли толковать после этого о бюджетных правах российской Гос. думы?

Спрашивается теперь, каковы были задачи действительно борющейся за свободу буржуазной демократии перед лицом такого положения вещей? Каковы задачи рабочей партии? — мы говорим в данной статье только


________________ К ДЕБАТАМ О РАСШИРЕНИИ БЮДЖЕТНЫХ ПРАВ ДУМЫ______________ 445

о задачах парламентской борьбы и парламентских представителей соответственной партии.

Очевидно, что вопрос о бюджетных правах Думы надо было поднять в Думе, чтобы вполне выяснить и перед русским народом и перед Европой черносотенное издеватель­ство царизма, чтобы показать все бесправие Думы. Непосредственно-практическая цель такого выяснения (не говоря уже об основной задаче всякого демократа — раскрытия правды перед народом, просвещения его сознания) определялась еще вопросом о займе. Черносотенное правительство царя не могло удержаться после декабря 1905 г., не мо­жет держаться и теперь без помощи всемирного капитала международной буржуазии в виде займов. И буржуазия всего мира дает миллиардные займы явному банкроту, царю, не только потому, что ее прельщают, как всякого ростовщика, высоким барышом, но и потому, что буржуазия сознает свою заинтересованность в победе старого порядка над революцией в России, ибо во главе этой революции идет пролетариат.

Таким образом, только выяснение всей правды могло быть целью возбуждения во­проса и прений в Думе. Практическое реформаторство не могло быть в данное время и при данной обстановке целью демократа, ибо, во-1-х, ясна невозможность реформ на почве данных основных законов о бюджетных правах Думы, во-2-х, нелепо было бы предлагать для Думы черносотенных зубров и московских купцов расширение ее прав, прав такой Думы. Русские кадеты (которых только невежды или простачки могли счи­тать демократами), конечно, не поняли этой задачи. Возбудив вопрос, они поставили его сразу на фальшивую почву частичной реформы. Мы не отрицаем, конечно, воз­можности и необходимости иногда для демократа и для социал-демократа возбуждать вопрос именно о частичной реформе. Но в такой Думе, как III, в такой момент, как на­стоящий, по такому вопросу, как бюджетные права, изуродованные до смешного не­прикосновенными основными законами, это было нелепо. Кадеты могли поднять вопрос в виде частичной реформы, — мы


446__________________________ В. И. ЛЕНИН

готовы сделать даже такую уступку, — но не могли демократы так трактовать этот во­прос, как делали кадеты.

Они напирали на так называемую деловую сторону вопроса, на неудобство правил 8 марта, на невыгодность их даже для правительства, на историю того, как писались раз­ные идиотские законы против Думы в идиотских канцеляриях Булыгина, Витте и про­чей шайки. Всего рельефнее дух кадетской постановки вопроса передан в следующих словах г. Шингарева: «Никаких посягательств (на ограничение прерогатив монарха) в проекте, который мы внесли, нет, никаких задних мыслей (!!) в нем нет. В нем есть лишь стремление ради удобства работ Думы, ради ее достоинства, ради необходимо­сти совершить ту работу, к которой мы призваны» (курсив наш; стр. 1263 официаль­ных стенографических отчетов, заседание 15 января 1908 г.).

Подобный субъект вместо просвещения сознания народа затемняет его, ибо гово­рит явную ложь и бессмыслицу. И хотя бы этот г. Шингарев, со всей своей кадетской братией политиканов, искренне верил в «пользу» своей «дипломатии», мы никоим об­разом не можем изменить этого неизбежного вывода. Демократ должен раскрывать пе­ред народом пропасть между правами парламента и прерогативами монарха, а не при­туплять его сознание, не извращать политической борьбы, сводя ее к канцелярскому исправлению законов. Ставя так вопрос, кадеты показывают этим на деле, что они — конкуренты чиновников царя и октябристов, а не борцы за свободу, хотя бы даже за свободу одной крупной буржуазии. Так говорят только пошло-либеральничающие чи­новники, а не представители парламентской оппозиции.

В речи представителя социал-демократии Покровского 2-го — мы с радостью долж­ны признать это — явно сказывается иной дух, дается иная принципиальная постановка вопроса. Социал-демократ сказал прямо и ясно, что народное представительство в III Думе он признает фальсифицированным (мы цитируем по


________________ К ДЕБАТАМ О РАСШИРЕНИИ БЮДЖЕТНЫХ ПРАВ ДУМЫ______________ 447

«Столичной Почте» от 18 января, ибо не имеем еще в своем распоряжении стеногра­фических отчетов этого заседания). Он подчеркивал не мелочи, не канцелярскую исто­рию закона, а разоренное и угнетенное состояние народных масс, миллионов и десят­ков миллионов. Он заявил правильно, что «о бюджетных правах Гос. думы нельзя го­ворить без иронии», что мы требуем не только права перекраивать весь бюджет (чи­новник с доходным местом, Коковцов, всего больше спорил в Думе против чиновников без доходного места, Шингарева и Аджемова, по вопросу о допустимости и пределах «перекраивания»), но и «перестраивать всю финансовую систему», «вотировать отказ в бюджете правительству». Он закончил не менее правильным и обязательным для члена рабочей партии требованием «полноты народовластия». Во всех этих отношениях По­кровский отстаивал добросовестно и правильно с.-д. точку зрения.

Но он сделал при этом печальную ошибку, — судя по газетным известиям, сделала ее вся социал-демократическая фракция, — дав такую директиву своему оратору. По­кровский заявил: «Мы поддерживаем предложение 40, как клонящееся к расширению бюджетных прав народного представительства».

К чему было это заявление о поддержке предложения, заведомо невыдержанного принципиально, заведомо неполного, заведомо подписанного непринципиальными и неспособными проявить хоть каплю твердости людьми, — предложения, заведомо практически никчемного? Это была не поддержка борющейся буржуазии (формула, ко­торою многие любят оправдывать свою политическую бесхарактерность), а поддержка шаткости либерально-октябристской буржуазии. И что это так, — это сейчас же дока­зали факты. Сами кадеты доказали это, сняв с голосования свое предложение и при­соединившись к октябристскому: «передать в комиссию, не касаясь объема изменений закона» (!). В сотый и тысячный раз «поддержка» кадетов привела к обману поддержи­вающих. В сотый и в тысячный раз факты вскрыли все убожество, всю недопусти­мость


448__________________________ В. И. ЛЕНИН

тактики поддержки либеральных, кадетских предложений, идущих по линии и т. д.

Если бы кадеты вместо присоединения к октябристам внесли на голосование заявле­ние, в котором ясно и точно говорилось бы о бессилии Думы в финансовых вопросах, о фальсифицированности народного представительства, о разорении страны самодержа­вием и неминуемом финансовом крахе, об отказе представителей демократии ручаться за займы при таких условиях, — это был бы честный шаг буржуазных демократов, — акт борьбы, а не акт тупоумного лакейства. Такой акт мы обязаны были бы поддержать, не забывая оговорить особо и самостоятельно свои социал-демократические цели. И такой акт принес бы пользу делу просвещения народа и разоблачения самодержавия.

Провал Думой такого заявления, бешеный скандал черной сотни против такого предложения был бы исторической заслугой демократии и вероятным этапом новой борьбы за свободу. А теперь кадеты паки и паки провалили себя. Товарищи социал-демократы в Думе! Берегите честь социалистической рабочей партии, не давайте про­валивать себя поддержкой подобного либерализма!

Один необузданный правый отступил в Думе от тактики октябристов — замазывать разногласия, подманивать кадетов на соглашения. Коваленко, черносотенец, прямо вы­сказался в Государственной думе 12 января за то, чтобы и в комиссию не вносить про­екта кадетов (стр. 1192 стен, протоколов). Но голосовал этот герой, видимо, с октябри­стами: храбр он был только на словах. В своей речи он превосходно иллюстрировал действительное положение дел, сославшись в доказательство необходимости особых полномочий

«Безголовая» газета «Столичная Почта» устами некоего г. Сатурина заявляет: «оппозиция совер­шенно разумно (!) голосовала за нее» (за октябристскую резолюцию). «Благодаря этому поправка» (т. е. резолюция, не предрешающая объема изменений) «и была принята единогласно» (18 января, стр. 4, «Из залы заседаний»). Да здравствует единогласие российских безголовых либералов с октябристами и ми­нистрами черносотенного царя!


________________ К ДЕБАТАМ О РАСШИРЕНИИ БЮДЖЕТНЫХ ПРАВ ДУМЫ______________ 449

на такой пример: «Назовем, положим, восстание в Москве, посылку карательных отря­дов. Разве было тогда время у правительства соблюдать обычный ход...» (стр. 1193). Жаль, что социал-демократы не ловят этих искорок правды у черной сотни. Вы правы, коллега депутат, — надо было сказать ему. Тут не до обычного хода. Бросим же лице­мерие и признаем, что мы переживаем не «обычный ход», а гражданскую войну; что правительство не управляет, а воюет, что состояние России есть состояние с трудом сдерживаемого восстания. Это будет правда, а правду полезно почаще напоминать на-роду!149

«Социал-Демократ» № 1, Печатается по тексту

февраль 1908 г. Подпись: Н. Ленин газеты «Социал-Демократ»


ПОСТСКРИПТУМ К СТАТЬЕ

«К ДЕБАТАМ О РАСШИРЕНИИ

БЮДЖЕТНЫХ ПРАВ ДУМЫ»

В настоящее время Дума приступила к обсуждению самой росписи. Блок реакционе­ров с лжеоппозиционными предателями народной свободы успел показать себя в пер­вый день прений. В легальной прессе та же картина: нововременцы приветствуют объ­единение всех, кроме «левых фанатиков», читай с.-д. и трудовиков... «Наша Газета» безголовой кампании захлебывается от восторга. «Деловой» день, который «примиря­ет» с «недостатком рассмотрения бюджета по отдельным сметам»...

«Оппозиция» тянется в обозе откровенной реакции. Здесь как раз на депутатов рабо­чего класса и демократии падает ответственная и почетная роль подлинных представи­телей ограбляемого народа. К несчастью, первые бюджетные выступления наших дум­ских товарищей крайне неудачны, глубоко ошибочны. В ближайшем № «Пролетария» мы подробно рассмотрим эти ошибки и наметим необходимую с нашей точки зрения линию поведения соц.-дем. в бюджетных прениях и голосованиях

«Пролетарий» №27, Печатается, по тексту

(8 апреля) 26 марта 1908 г. газеты «Пролетарий»


УРОКИ КОММУНЫ 152

После государственного переворота, завершившего революцию 1848 года, Франция на 18 лет подпала под иго наполеоновского режима. Этот режим довел страну не толь­ко до разорения экономического, но также до унижения национального. Восставший против старого режима пролетариат взял на себя две задачи — общенациональную и классовую: освобождение Франции от нашествия Германии и социалистическое осво­бождение рабочих от капитализма. В таком соединении двух задач — оригинальнейшая черта Коммуны.

Буржуазия составила тогда «правительство национальной обороны», и за общена­циональную независимость пролетариат должен был бороться под его руководством. На самом деле это было правительство «народной измены», назначение свое видевшее в борьбе с парижским пролетариатом. Но пролетариат не замечал этого, ослепленный патриотическими иллюзиями. Патриотическая идея ведет свое происхождение еще от Великой революции XVIII века; она подчинила себе умы социалистов Коммуны, и Бланки, например, несомненный революционер и горячий сторонник социализма, для своей газеты не нашел более подходящего названия, как буржуазный вопль: «Отече­ство в опасности!».

В соединении противоречивых задач — патриотизма и социализма — была роковая ошибка французских социалистов. Уже в Манифесте Интернационала,


452__________________________ В. И. ЛЕНИН

в сентябре 1870 г., Маркс предостерегал французский пролетариат от увлечения лож-

„153 г т-.

нои национальной идеей : глубокие изменения совершились со времени Великой ре­волюции, классовые противоречия обострились, и если тогда борьба с реакцией всей Европы объединяла всю революционную нацию, то теперь пролетариат уже не может соединять свои интересы с интересами других, враждебных ему классов; пусть буржуа­зия несет ответственность за национальное унижение — дело пролетариата бороться за социалистическое освобождение труда от ига буржуазии.

И действительно, истинная подкладка буржуазного «патриотизма» не замедлила об­наружиться. Заключив позорный мир с пруссаками, версальское правительство присту­пило к прямой своей задаче — и предприняло набег на страшное для него вооружение парижского пролетариата. Рабочие ответили провозглашением Коммуны и граждан­ской войной.

Несмотря на то, что социалистический пролетариат делился на многие секты, Ком­муна явилась блестящим образцом того, как единодушно умеет пролетариат осуществ­лять демократические задачи, которые умела только провозглашать буржуазия. Без всякого особого сложного законодательства, просто, на деле провел захвативший власть пролетариат демократизацию общественного строя, отменил бюрократию, осу­ществил выборность чиновников народом.


Просмотров 262

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!