Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЕ В ЕВРОПЕЙСКОЙ РОССИИ 8 часть




186__________________________ В. И. ЛЕНИН

некоторое ограничение этого принципа» (т. е, принципа теснейшего сближения союзов с партией).

Итак, защищавшийся Плехановым принцип нейтральности потерпел фиаско. Его до­воды немецкие революционные с.-д. признали «неудачными». А он, любуясь собой, за­являет: приняли «мою» поправку, резолюция лондонская теряет значение !..

Да, да, зато ноздревская развязность уважаемого либералами социалиста, видимо, не теряет нисколько своего значения.

Тов. Воинов неправ, по моему мнению, когда он говорит, что немецкие ортодоксы признают идею штурма вредной, что ортодоксия «приняла было весь дух нового эко­номизма». Про Каутского этого нельзя сказать, и сам тов. Воинов признает правиль­ность воззрений Каутского. Сам тов. Воинов, упрекая немцев, что они «слишком мало говорили о роли профессиональных союзов, как организаторов социалистического производства», напоминает в другом месте мнение Либкнехта-одаг/а, признавшего эту роль в самых рельефных выражениях. Напрасно также поверил т. Воинов Плеханову, будто Бебель нарочно умолчал о русской революции в своей приветственной речи, буд­то Бебель не хочет говорить о России. Эти слова Плеханова были просто грубым шу­товством глубоко уважаемого либералами социалиста, и брать их всерьез не следовало ни на минуту, не следовало даже допускать возможности того, что в этих словах есть хотя бы частичка правды. Я, с своей стороны, могу засвидетельствовать, что во время речи Бебеля сидевший около меня в бюро Ван Коль, представитель правого крыла со­циалистов, следил именно за тем, упомянет ли Бебель про Россию. И как только Бебель кончил, Ван Коль обратился ко мне с выражением своего удивления; он не сомневался (как не сомневался и ни один серьезный член

См. тот же «Календарь для всех», стр. 173, а также сборник «Зарницы» (СПБ., 1907), где переведена полностью эта статья из «Die Gleichheit».


________________________ ПРЕДИСЛОВИЕ К БРОШЮРЕ ВОИНОВА______________________ 187

конгресса), что Бебель забыл о России случайно. Промахи бывают с самыми лучшими и опытными ораторами. Назвать «характерным» забывчивость старого Бебеля со стороны тов. Воинова, по-моему, до последней степени несправедливо. Точно так же глубоко несправедливо говорить вообще о «теперешнем» оппортунистическом Бебеле. Для та­кого обобщения данных нет.



Но, чтобы не порождать недоразумений, я скажу тут же, что если бы кто-нибудь по­пытался использовать эти выражения т. Воинова против революционных немецких с-д., то это было бы недобросовестным выдергиванием отдельных словечек. Тов. Воинов достаточно доказал всей своей брошюрой, что он стоит на стороне немецких револю­ционных марксистов (как Каутский), что он вместе с ними работает над устранением старых предрассудков, оппортунистических шаблонов и близорукого самодовольства. Вот почему я и в Штутгарте был солидарен во всем существенном с тов. Воиновым и теперь солидарен с ним во всем характере его революционной критики. Он тысячу раз прав, когда говорит, что нам надо учиться теперь не только у немцев, но и на немцах. Только невежественные люди, которые ничему не научились еще у немцев и не знают поэтому азбуки, могут выводить отсюда «расхождение» внутри революционных с.-д. Критиковать ошибки немецких вожаков мы должны безбоязненно и открыто, если хо­тим быть верны духу Маркса и помогать русским социалистам стать на высоте совре­менных задач рабочего движения. Бебель, несомненно, ошибался и в Эссене, когда за­щищал Носке, когда отстаивал разделение оборонительной и наступательной войны, когда нападал на способ борьбы «радикалов» против Ван Коля, когда отрицал (вместе с Зингером) неудачу и неверность тактики немецкой делегации в Штутгарте. Не скры­вать эти ошибки должны мы, а показывать на их примере, что русские с.-д. должны учиться избегать их, должны удовлетворять более строгим требованиям революцион­ного марксизма. И пусть не пробуют российские анархистики и синдикалистики, либе­ралы и эсеры злорадствовать по поводу нашей критики Бебеля. Мы скажем




188__________________________ В. И. ЛЕНИН

этим господам: орлам случается и ниже кур спускаться, но курам никогда, как орлы, не подняться!

Два с лишком года тому назад г. Струве, защищавший тогда революцию, писавший тогда о необходимости открытых революционных действий, уверявший тогда, что ре­волюция должна стать властью, — этот г. Струве писал в № 71 заграничного «Освобо­ждения»80: «в сравнении с революционизмом гг. Ленина и товарищей революционизм западноевропейской социал-демократии Бебеля и даже Каутского является оппорту­низмом». Я отвечал тогда г-ну Струве: «где и когда претендовал я на создание какого-то бы ни было особого направления в международной социал-демократии, не тождест­венного с направлением Бебеля и Каутского?» («Две тактики», стр. 50 русского изда­ния) .

Летом 1907 года мне пришлось указывать, в брошюре по вопросу о бойкоте третьей Думы, что в корне неверно было бы отождествлять большевизм с бойкотизмом или боевизмом .

Теперь по поводу вопроса о профессиональных союзах необходимо подчеркнуть так же решительно, что большевизм проводит тактику революционной социал-демократии во всех областях борьбы, на всех поприщах деятельности. Не в том отличие больше­визма от меньшевизма, что первый «отрицает» работу в профессиональных союзах или кооперативах и т. п., а в том, что первый ведет иную линию в работе пропаганды, аги­тации и организации рабочего класса. Теперь деятельность в профессиональных союзах приобретает, несомненно, громадное значение. В противоположность нейтрализму меньшевиков мы должны вести эту деятельность в духе сближения союзов с партией, развития социалистического сознания и понимания революционных задач пролетариа­та. В Западной Европе революционный синдикализм во многих странах явился прямым



См. Сочинения, 5 изд., том 11, стр. 54. Ред. См. настоящий том, стр. 30. Ред.


________________________ ПРЕДИСЛОВИЕ К БРОШЮРЕ ВОИНОВА______________________ 189

и неизбежным результатом оппортунизма, реформизма, парламентского кретинизма. У нас первые шаги «думской деятельности» тоже усилили в громадных размерах оппор­тунизм, довели меньшевиков до раболепства перед кадетами. Плеханов, например, фактически в своей политической обыденной работе слился с господами Прокоповича-ми и Кусковыми. В 1900 году он громил их за бернштейнианство, за то, что они созер­цают только «заднюю» российского пролетариата («Vademecum для редакции «Рабо­чего Дела»», Женева, 1900 г.). В 1906—1907 годах первые избирательные бюллетени бросили Плеханова в объятия этих господ, ныне созерцающих «заднюю» российского либерализма. Синдикализм не может не развиваться на русской почве, как реакция против этого позорного поведения «выдающихся» социал-демократов.

Тов. Воинов совершенно правильно поэтому берет свою линию, призывая русских с.-д. учиться на примере оппортунизма и на примере синдикализма. Революционная работа в профессиональных союзах, перенесение центра тяжести с парламентских кун-стштюков на воспитание пролетариата, на сплочение чисто классовых организаций, на внепарламентскую борьбу, умение пользоваться (и подготовка масс к возможности ус­пешно пользоваться) всеобщей стачкой, а также «декабрьскими формами борьбы» в русской революции, — все это выдвигается с особенной силой, как задача большевист­ского направления. И опыт русской революции облегчает нам эту задачу в громадных размерах, дает богатейшие практические указания, дает массу исторического материа­ла, позволяющего во всей конкретности оценить новые приемы борьбы, массовую стачку и применение прямого насилия. «Новы» эти приемы борьбы всего менее для русских большевиков, для русского пролетариата. «Новы» они для оппортунистов, ко­торые усиленно стараются вытравить из воспоминания рабочих на западе — Коммуну, в России — декабрь 1905 года. Укрепить эти воспоминания,

- Путеводитель. Ред.


190__________________________ В. И. ЛЕНИН

научно изучить этот великий опыт , распространить в массах уроки его и сознание не­избежности повторения в новом масштабе этого опыта — эта задача революционных с.-д. в России ставит перед нами неизмеримо более богатые содержанием перспективы, чем однобокий «антиоппортунизм» и «антипарламентаризм» синдикалистов.

Против синдикализма, как особого течения, т. Воинов выставил четыре обвинения (стр. 19 и след. его брошюры), с полной рельефностью обрисовывающие его фальшь: 1) «анархическая рассыпчатость организации»; 2) нервное взвинчивание рабочих вместо создания прочной «твердыни классовой организации»; 3) мещански-индивидуалистические черты идеала и прудоновской теории; 4) нелепое «отвращение к политике».

Тут не мало черт сходства с старым «экономизмом» среди русских социал-демократов. Я не так оптимистичен поэтому, как тов. Воинов, на счет «примирения» с революционной социал-демократией тех экономистов, которые перешли к синдикализ­му. Я думаю также, что совершенно непрактичны прожекты тов. Воинова насчет «Ге­нерального рабочего совета» в роли суперарбитра, с участием в таком совете эсеров. Это — смешение «музыки будущего» с организационными формами настоящего. Но я нисколько не боюсь перспективы тов. Воинова: «подчинение политических организа­ций классовой социальной организации»... «лишь тогда (я продолжаю цитировать тов. Воинова, подчеркивая существенные слова), когда... все профессионалы будут социа­листами». Классовый инстинкт пролетарской массы уже теперь начал проявлять себя с полной силой в России. Уже теперь этот инстинкт класса дает громадные гарантии и против мелкобуржуазной расплывчатости

Естественно, что кадеты с любовью изучают теперь историю обеих Дум. Естественно, что они видят перл творения в пошлостях и предательствах родичевско-кутлеровского либерализма. Естественно, что они подделывают историю, замалчивая свои переговоры с реакцией и т. д. Неестественно, что социал-демократы не изучают с любовью октября — декабря 1905 года, хотя каждый день этого периода во сто раз больше имел значения для судеб всех народов России и рабочего класса в особенности, чем родичев-ские «лояльные» фразы в Думе.


________________________ ПРЕДИСЛОВИЕ К БРОШЮРЕ ВОИНОВА______________________ 191

эсеров и против низкопоклонства перед кадетами меньшевиков. Уже теперь мы смело можем сказать, что массовая рабочая организация в России (если бы она создалась и поскольку она на минуту создается хотя бы выборами, стачками, демонстрациями и пр.) наверняка всего ближе будет к большевизму, к революционной социал-демократии.

К авантюре «рабочего съезда» тов. Воинов справедливо относится, как к предпри­ятию «несерьезному». Будем усиленно работать в профессиональных союзах, будем работать на всех поприщах над распространением революционной теории марксизма в пролетариате и над созданием «твердыни» классовой организации. Все остальное — приложится.

Написано в ноябре 1907 г.

Впервые напечатано в 1933 г. Печатается по рукописи

в Ленинском сборнике XXV



АГРАРНАЯ ПРОГРАММА СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИИ В ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

1905—1907 ГОДОВ


Напечатано в 1908 г. в Петербурге

отдельной книгой издательством «Зерно»

(конфисковано); вторично напечатано

в 1917 г. в Петрограде издательством

«Жизнь и знание»


Печатается по рукописи,

сверенной с текстом книги

издания 1917 г.; послесловие —

по тексту книги


Два года революции, с осени 1905 г. до осени 1907 года, дали громадный историче­ский опыт относительно крестьянского движения в России, характера и значения кре­стьянской борьбы за землю. Десятилетия так называемой «мирной» эволюции (т. е. та­кой, когда миллионы людей мирно позволяют себя стричь верхним десяти тысячам) никогда не могут дать столь богатого материала для освещения внутреннего механизма нашего общественного строя, какой дали эти два года и в смысле непосредственной борьбы крестьянских масс против помещиков, и в смысле хоть сколько-нибудь свобод­ного выражения крестьянских требований в собраниях народных представителей. По­этому пересмотр аграрной программы русских с.-д. с точки зрения этого двухлетнего опыта представляется безусловно необходимым, особенно ввиду того, что теперешняя аграрная программа РСДРП принята на Стокгольмском съезде в апреле 1906 года, т. е. накануне первого открытого выступления представителей крестьянства всей России с крестьянской аграрной программой в противовес программе правительства и програм­ме либеральной буржуазии.

В основу пересмотра с.-д. аграрной программы необходимо положить новейшие данные о землевладении в России, чтобы возможно точнее установить, какова собст­венно экономическая подкладка всех аграрных программ нашей эпохи, из-за чего соб­ственно идет


196__________________________ В. И. ЛЕНИН

великая историческая борьба. С этой экономической основой действительной борьбы надо сопоставить идейно-политическое отражение ее в программах, заявлениях, требо­ваниях, теориях представителей разных классов. Таким и только таким путем должен идти марксист в отличие от мелкобуржуазного социалиста, который исходит из «абст­рактной» справедливости, из теории «трудового начала» и т. п., а также в отличие от либерального бюрократа, который прикрывает рассуждениями о практической осуще­ствимости реформы и о «государственной» точке зрения защиту интересов эксплуата­торов при всяком преобразовании.

ГЛАВА I

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ И СУЩНОСТЬ АГРАРНОГО ПЕРЕВОРОТА В РОССИИ

ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЕ В ЕВРОПЕЙСКОЙ РОССИИ

Изданная центральным статистическим комитетом в 1907 году «Статистика земле­владения 1905 года» дает возможность по отношению к 50 губерниям Европейской России точно представить величину крестьянского и помещичьего землевладения. Но сначала приведем общие данные. Все пространство Европейской России (50 губерний) определяется (см. перепись 28 января 1897 г.) в 4230,5 тыс. квадратных верст, т. е. в 440,8 миллионов десятин. Статистика землевладения 1905 года учитывает 395,2 млн. дес, распадающиеся на три следующие крупные рубрики:

Миллионов десятин

A) земли в частной собственности 101,7
Б) надельной земли82 138,8

B) земли казенной, церковной и учреждений 154,7

Всего земли в Европ. России 395,2


____________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА С.-Д. В ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ___________ 197

Из этой общей цифры надо выкинуть прежде всего казенные земли, лежащие на дальнем севере и состоящие частью из тундр, частью из таких лесов, рассчитывать на сельскохозяйственную утилизацию которых в ближайшем будущем нельзя. Таких зе­мель в «северном районе» (губернии Архангельская, Олонецкая и Вологодская) — 107,9 млн. дес. Разумеется, выкидывая все эти земли, мы значительно преувеличиваем количество неудобных для земледелия земель. Достаточно указать, что такой осторож­ный статистик, как г. А. А. Кауфман, считает в Вологодской и Олонецкой губ. 25,7 млн. десятин леса, которые могли бы пойти (как избыток сверх 25% лесистости) в дополни­тельное наделение крестьянам . Но, так как мы берем общие данные о количестве зем­ли, не выделяя данных о лесе, то правильнее будет пригодный для сельского хозяйства земельный фонд определить осторожнее. За вычетом 107,9 млн. дес. остается 287,3 млн. дес, и для округления мы возьмем цифру 280 млн. дес, отбрасывая часть город­ских земель (всего их 2,0 млн. дес.) и часть казенных земель Вятской и Пермской гу­берний (всего в обеих этих губерниях казенных земель 16,3 млн. дес).

Получается такое валовое распределение пригодного для земледелия количества земли в Европ. России:

A) частновладельческой 101,7 млн. дес.
Б) надельной 138,8 » »

B) казенной и учреждений 39,5 » »

Всего в Европ. России 280,0 млн. дес.

Теперь необходимо выделить данные о мелком и крупном (и особенно самом круп­ном) землевладении, чтобы конкретно представить обстановку крестьянской борьбы за землю в русской революции. Но данные этого рода неполны. Из 138,8 млн. дес надель­ной земли распределены по размерам землевладения 136,9 млн. дес Из 101,7 млн. дес. частновладельческой земли —

«Аграрный вопрос», изд. Долгорукова и Петрункевича, Том II, Сборник статей, М., 1907. Стр. 305.



В. И. ЛЕНИН


85,9 млн. дес; остальные 15,8 млн. дес принадлежат «обществам и товариществам». Присматриваясь к составу этих последних земель, мы видим, что 11,3 млн. дес. из них принадлежит крестьянским обществам и товариществам; значит, это — в общем и це­лом, мелкое землевладение, не распределенное, к сожалению, по размерам. Далее, 3,7 млн. дес. принадлежат «торгово-промышленным, фабричным и пр.» товариществам, числом 1042. Из них 272 товарищества имеют свыше 1000 дес. каждое, а все 272 — 3,6 млн. дес. Это — очевидно, помещичьи латифундии. Главная масса таких земель сосре­доточена в Пермской губернии: здесь девяти таким товариществам принадлежит 1 448 902 десятины! Известно, что уральские заводы имеют десятки тысяч десятин земли, — прямой пережиток крепостнических, сеньориальных латифундий83 в буржуазной Рос­сии.

Мы выделяем, следовательно, 3,6 млн. дес. из земли обществ и товариществ, как са­мое крупное землевладение. Остальное не распределено, но в общем мелкое.

Из 39,5 млн. дес. казенной и пр. земли поддаются выделению по размерам только удельные земли (5,1 млн. дес). Это — тоже полу средневековое, крупнейшее земле­владение. Получаем такой итог земель, распределенных и нераспределенных по разме­рам землевладения:


дес.

A) частновладельческие
Б) надельные

B) казенные и учреждений


 

Земли распределенные

Земли нераспределенные

по размерам землевладения

89,5 млн. дес. 12,2 млн.

136,9 » » 1,9 »

5,1 » » 34,4 »


 


Всего


231,5


48,5


 


Итого


280,0


Перейдем к распределению надельных земель по размерам землевладения. Сводя данные нашего ис-

85,9 млн. дес. частновладельческой земли плюс 3,6 млн. дес. латифундий у фабрично-заводских и торгово-промысловых обществ и товариществ.


АГРАРНАЯ ПРОГРАММА С.-Д. В ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ



точника в несколько более крупные группы, получаем:


Группы дворов

До 5 дес. включительно

5—8 » »

всего до 8 дес. включительно
8—15 » »

15—30» »

свыше 30 »


Надельная земля Дворов

2 857 650

3 317 601

6 175 251

3 932 485

1 551 904

617 715


Земли дес.

9 030 333 21 706 550

30 736 883 42 182 923 31271922 32 695 510


В среднем на 1 двор десятин

4,9 10,7 20,1 52,9


 


Всего в Европ. России


12 277 355


136 887 238


11,1


Из этих данных видно, что больше половины дворов (6,2 млн. из 12,3) имеет до 8 дес. на двор, т. е. количество земли, в общем и среднем, безусловно недостаточное для содержания семьи. До 15-ти десятин имеет всего 10,1 млн. дворов (у них 72,9 млн. дес), — т. е. свыше четырех пятых общего числа дворов стоят, при данной высоте крестьян­ской земледельческой техники, на границе полуголодного существования. Средние и зажиточные — по количеству собственной земли — дворы составляют всего 2,2 млн. из 12,3, причем у них 63,9 млн. дес. из 136,9 млн. дес. Богатыми можно назвать лишь имеющих свыше 30 дес, — таковых всего 0,6 млн. дворов — т. е. двадцатая часть об­щего числа дворов. Земли у них почти 1Ц общего количества: 32,7 млн. дес. из 136,9. Чтобы судить о том, из каких разрядов крестьян составляется эта богатая землевладе­нием группа дворов, укажем, что на первом месте здесь стоят казаки. В группе имею­щих свыше 30 дес. на двор их 266 929 дворов с 14 426 403 дес, т. е. подавляющее боль­шинство всего числа казаков (по Европ. России — 278 650 дворов с 14 689 498 дес. земли, т. е. в среднем по 52,7 дес. на двор).

Чтобы судить о том, как приблизительно распределяются все крестьянские дворы по размерам хозяйства, а не по надельному землевладению, мы имеем



В. И. ЛЕНИН


относительно всей России только данные о лошадности. По последним военноконским переписям 1888— 1891 годов распределение крестьянских дворов в 48 губ. Европ. Рос-

сии таково:



Беднота

Средние дворы Зажиточные


2 765 970 2 885 192 2 240 574 1 070 250 1 154 674


дворов

» » » »


 


Всего


10 116 660


В общем и целом это значит: свыше половины бедноты (5,6 млн. из 10,1), около тре­ти средних дворов (3,3 млн. с 2—3 лошадьми) и немного более десятой части зажиточ­ных (1,1 млн. из 10,1).

Посмотрим теперь на распределение частной личной земельной собственности. Ста­тистика недостаточно ясно выделяет здесь самое мелкое землевладение, но зато дает подробнейшие сведения о крупнейших латифундиях.

Частная личная поземельная собственность в Европ. России



Группы владений

10 дес. и менее

10—50 дес. включительно
50—500 » »

500—2 000 » »

2 000—10 000 » »

свыше 10 000 »


Владений


 

Земли дес. В среднем на 1 владение десятин
1 625 226 3,9
4 891031 23,4
17 326 495 163,3
20 590 708 Л 947 "1
20 602 109 > 3 825 1
20 798 504 29 754

 


Всего свыше 500 дес.


27 833


61 991321


2 227


 


Итого в Европ. России


752 881


85 834 073



Мы видим здесь, во-первых, громадное преобладание крупного землевладения: 619 тыс. мелких землевладельцев (до 50 дес.) имеют всего 6V2 млн. дес. Во-вто-


____________ АГРАРНАЯ ПРОГРАММА С.-Д. В ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ___________ 201

рых, мы видим необъятно большие латифундии: 699 собственников имеют почти по 30 000 десятин каждый! Двадцать восемь тысяч собственников концентрируют 62 млн. дес, т. е. по 2227 дес. на одного. Подавляющее большинство этих латифундий принад­лежит дворянам, именно 18 102 владения (из 27 833) и 44 471 994 дес. земли, т. е. свы­ше 70 % всей площади под латифундиями. Средневековое землевладение крепостни­ков-помещиков обрисовывается этими данными с полной наглядностью.

ИЗ-ЗА ЧЕГО ИДЕТ БОРЬБА?

У десяти миллионов крестьянских дворов 73 млн. дес. земли. У двадцати восьми ты­сяч благородных и чумазых лендлордов — 62 млн. десятин. Таков основной фон того поля, на котором развертывается крестьянская борьба за землю. На этом основном фо­не неизбежна поразительная отсталость техники, заброшенное состояние земледелия, придавленность и забитость крестьянской массы, бесконечно разнообразные формы крепостнической, барщинной эксплуатации. Чтобы не уклоняться в сторону от своей темы, мы должны здесь ограничиться самым кратким указанием на эти общеизвестные факты, подробнейшим образом описанные в громадной литературе о крестьянском хо­зяйстве. Размеры земельных владений, очерченные нами, ни в каком случае не соответ­ствуют размерам хозяйств. Крупное капиталистическое земледелие стоит в чисто рус­ских губерниях безусловно на заднем плане. Преобладает мелкая культура на крупных латифундиях: различные формы крепостническо-кабальной аренды, отработочного (барщинного) хозяйства, «зимней наемки», кабалы за потравы, кабалы за отрезки и так далее без конца. Задавленная крепостнической эксплуатацией крестьянская масса разо­ряется и частью сама сдает в аренду свои наделы «исправным» хозяевам. Небольшое меньшинство зажиточных крестьян вырабатывается в крестьянскую буржуазию, арен­дует землю для капиталистического хозяйства, эксплуатирует сотни тысяч батраков и поденщиков.


202__________________________ В. И. ЛЕНИН

Приняв во внимание эти, вполне установленные русской экономической наукой, факты, мы должны в вопросе о современной крестьянской борьбе за землю различать четыре основные группы земельных владений. 1) Масса крестьянских хозяйств, при­давленных крепостническими латифундиями и непосредственно заинтересованных в их экспроприации, непосредственно и всего более выигрывающих от такой экспроприа­ции. 2) Небольшое меньшинство среднего крестьянства, обладающего уже теперь при­близительно средним, допускающим сносное хозяйничание, количеством земли. 3) Не­большое меньшинство зажиточного крестьянства, превращающегося в крестьянскую буржуазию и рядом постепенных переходов связанного с капиталистически хозяйни­чающим землевладением. 4) Крепостнические латифундии, далеко превышающие своими размерами капиталистические экономии данной эпохи в России и всего более извлекающие доход из кабальной и отработочной эксплуатации крестьянства.

Само собою разумеется, что по данным о землевладении эти основные группы мож­но выделить лишь очень приблизительно, примерно, схематически. Но мы во всяком случае обязаны выделить эти группы, ибо иначе нельзя дать цельной картины борьбы за землю в русской революции. И заранее можно сказать с полной уверенностью, что частичные исправления цифр, частичные передвижения пределов той или иной группы не могут изменить сколько-нибудь существенно общей картины. Важны не эти частич­ные исправления, важно то, чтобы было ясно сопоставлено мелкое землевладение, до­бивающееся земли, и крепостнические латифундии, монополизирующие массу земли. Основная фальшь и правительственной (столыпинской) и либеральной (кадетской) экономии состоит в скрывании или затушевывании этого ясного сопоставления.

Предположим следующие размеры землевладения для указанных четырех групп: 1) до 15 дес; 2) 15—20 дес; 3) 20—500 дес. и 4) свыше 500 дес. на владение. Чтобы пред­ставить борьбу за землю, как нечто цельное, мы, разумеется, должны соединить вместе в каждой из этих


АГРАРНАЯ ПРОГРАММА С.-Д. В ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ



групп надельное и частное землевладение. Последнее в нашем источнике разделено на группы: до 10 дес. и от 10 до 20, так что выделить группу до 15 дес. приходится при­близительно. Неточность, которая может получиться от этого приблизительного расче­та и от производимого нами округления цифр, совершенно ничтожна (читатель сейчас убедится в этом) и не в состоянии изменить выводы.

Вот современное распределение земли в Европ. России по взятым нами группам:


а) Разоренное крестьянство, задавленное кре­
постнической эксплуатацией

б) Среднее крестьянство

в) Крестьянская буржуазия и капиталистиче­
ское землевладение

г) Крепостнические латифундии


Число владений

10,5 1,0

1,5

0,03


Число

десятин

земли

(в миллионах)

75,0 15,0

70,0 70,0


Среднее на

1 владение

десятин

7,0 15,0


Просмотров 324

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!