Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






AU BUREAU SOCIALISTE INTERNATIONAL 2 часть




_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО_____________ 17

к брошюре Троцкого относятся следующие: «Если мы хотим обособить революцион­ный пролетариат от других политических течений, то мы должны уметь стоять идейно во главе революционного движения» (это верно), «быть революционнее всех». Это не­верно. То есть, это неверно, если взять это положение в том общем смысле, который придан ему фразой Парвуса, это неверно с точки зрения читателя, который берет это предисловие как нечто самодовлеющее, независимо от Мартынова и новоискровцев, не упоминаемых Парвусом. Если взглянуть на это положение диалектически, т. е. относи­тельно, конкретно, всесторонне, не подражая тем литературным наездникам, которые даже много лет спустя выхватывают из цельного произведения отдельные фразы и из­вращают их смысл, — тогда ясно будет, что это направлено Парвусом именно против хвостизма и, постольку это справедливо (сравни особенно последующие слова Парву­са: «если мы отстанем от революционного развития» и т. д.). Но читатель не может же иметь в виду одних хвостистов, и среди опасных друзей революции из лагеря револю­ционеров кроме хвостистов есть еще совсем другие люди, есть «социалисты-революционеры», есть люди, вовлекаемые потоком событий, беспомощные пред рево­люционной фразой, как Надеждины, или такие, у которых инстинкт заменяет револю­ционное миросозерцание (вроде Гапона). Об них позабыл Парвус, и позабыл потому, что его изложение, развитие его мысли шло не свободно, а связанное приятным воспо­минанием о той мартыновщине, от которой он старается предостеречь читателя. Изло­жение Парвуса недостаточно конкретно, ибо он не считается со всей той совокупно­стью различных, имеющихся в России, революционных течений, которые неизбежны в эпоху демократического переворота и естественно отражают классовую нерасчленен­ность общества в такую эпоху. Неясные, иногда даже реакционные социалистические мысли совершенно естественно облекают в такое время революционно-демократические программы, прячась за революционную фразу (вспомните социали­стов-революционеров и Надеждина, который, кажется, изменил




18___________________________ В. И. ЛЕНИН

только званье, перешедши от «революционеров-социалистов» к новой «Искре»). А при подобных условиях мы, социал-демократы, никогда не можем и не станем ставить ло­зунга: «быть революционнее всех». За революционностью оторванного от классовой почвы демократа, щеголяющего фразой, падкого на ходкие и дешевые (особенно в аг­рарной области) лозунги, мы и не подумаем угоняться; мы, напротив того, всегда будем относиться к ней критически, разоблачать действительное значение слов, действитель­ное содержание идеализируемых великих событий, уча трезвому учету классов и от­тенков внутри классов в самые горячие моменты революции.

Точно так же неверны, и по той же причине, положения Парвуса, что «революцион­ное временное правительство в России будет правительством рабочей демократии», что «если социал-демократия будет во главе революционного движения русского пролета­риата, то это правительство будет социал-демократическим», что социал-демократическое временное правительство «будет целостное правительство с социал-демократическим большинством». Этого не может быть, если говорить не о случай­ных, мимолетных эпизодах, а о сколько-нибудь длительной, сколько-нибудь способной оставить след в истории революционной диктатуре. Этого не может быть, потому что сколько-нибудь прочной (конечно, не безусловно, а относительно) может быть лишь революционная диктатура, опирающаяся на громадное большинство народа. Русский же пролетариат составляет сейчас меньшинство населения России. Стать громадным, подавляющим большинством он может лишь при соединении с массой полупролетари­ев, полухозяйчиков, т. е. с массой мелкобуржуазной городской и сельской бедноты. И такой состав социального базиса возможной и желательной революционно-демократической диктатуры отразится, конечно, на составе революционного прави­тельства, сделает неизбежным участие в нем или даже преобладание в нем самых раз­ношерстных представителей революционной демократии. Было бы крайне вредно де­лать себе на этот счет какие




_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО_____________ 19

бы то ни было иллюзии. Если пустозвон Троцкий пишет теперь (к сожалению, рядом с Парвусом), что «свящ. Гапон мог появиться однажды», что «второму Гапону нет мес­та», то это исключительно потому, что он пустозвон. Если бы в России не было места второму Гапону, то у нас не было бы места и для действительно «великой», до конца доходящей, демократической революции. Чтобы стать великой, чтобы напомнить 1789—1793, а не 1848—1850-ые годы, и превзойти их, она должна поднять к активной жизни, к героическим усилиям, к «основательному историческому творчеству» гигант­ские массы, поднять из страшной темноты, из невиданной забитости, из невероятной одичалости и беспросветной тупости. Она уже поднимает, она поднимет их, — это дело облегчает своим судорожным сопротивлением само правительство, но, разумеется, о продуманном политическом сознании, о социал-демократическом сознании этих масс и их многочисленных «самобытных», народных и даже мужицких вожаков не может быть и речи. Они не могут теперь же, не проделав ряда революционных испытаний, стать социал-демократами не только в силу темноты (революция просвещает, повторя­ем, со сказочной быстротой), а потому, что их классовое положение не есть пролетар­ское, потому, что объективная логика исторического развития ставит перед ними в на­стоящую минуту задачи совсем не социалистического, а демократического переворота. И в этом перевороте со всей энергией будет участвовать революционный пролетари­ат, отметая от себя жалкий хвостизм одних и революционную фразу других, внося классовую определенность и сознательность в головокружительный вихрь событий, идя неуклонно и смело вперед, не страшась революционно-демократической диктату­ры, а страстно желая ее, борясь за республику и полную республиканскую свободу, за серьезные экономические реформы, чтобы создать себе действительно широкую и дей­ствительно достойную XX века арену борьбы за социализм.




РЕВОЛЮЦИОННАЯ ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ

ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА

И КРЕСТЬЯНСТВА

Вопрос об участии социал-демократии во временном революционном правительстве выдвинут на очередь не столько ходом событий, сколько теоретическими рассужде­ниями социал-демократов одного направления. В двух фельетонах (№№ 13 и 14) мы разобрали рассуждения Мартынова , впервые выдвинувшего этот вопрос. Оказывается, однако, что интерес к нему так велик, а недоразумения, порождаемые указанными рас­суждениями (смотри особенно № 93 «Искры»), так громадны, что необходимо еще раз остановиться на этом вопросе. Как бы ни оценивали социал-демократы вероятность то­го, что нам придется в недалеком будущем не только теоретически решать этот вопрос, во всяком случае ясность ближайших целей необходима для партии. Без ясного ответа на этот вопрос невозможна уже теперь выдержанная, чуждая шатаний или недомолвок, пропаганда и агитация.

Попытаемся восстановить сущность спорного вопроса. Если мы хотим не только ус­тупок от самодержавия, а настоящего низвержения его, то мы должны добиваться за­мены царского правительства временным революционным правительством, которое, с одной стороны, созвало бы учредительное собрание на основании действительно все­общего, прямого и равного избирательного права с тайной подачей голосов и которое,

См. настоящий том, стр. 1—19. Ред.



Обложка брошюры В. И. Ленина

«Революционная демократическая диктатура

пролетариата и крестьянства». — 1905 г.



_______________ РЕВ. ДЕМ. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА И КРЕСТЬЯНСТВА______________ 23

с другой стороны, было бы в состоянии на деле провести полную свободу на время вы­боров. И вот спрашивается, позволительно ли социал-демократической рабочей партии участвовать в таком временном революционном правительстве? Вопрос этот поставили впервые представители оппортунистического крыла нашей партии, именно Мартынов, еще до 9 января, причем он, а вслед за ним и «Искра», решили этот вопрос отрицатель­но. Мартынов старался довести до абсурда взгляды революционных социал-демократов, пугая их тем, что в случае успешной работы над организацией революции, в случае руководства вооруженным народным восстанием со стороны нашей партии, нам придется участвовать во временном революционном правительстве. А такое уча­стие есть недопустимый «захват власти», есть непозволительный, для классовой соци­ал-демократической партии, «вульгарный жоресизм».

Остановимся на рассуждениях сторонников этого взгляда. Находясь во временном правительстве, говорят нам, социал-демократия будет держать в руках власть; а социал-демократия, как партия пролетариата, не может держать в руках власть, не пытаясь осуществить нашей программы-максимум, т. е. не пытаясь осуществить социалистиче­ского переворота. А на таком предприятии она неизбежно в настоящее время потерпит поражение и только осрамит себя, только сыграет на руку реакции. Поэтому-де участие социал-демократии во временном революционном правительстве недопустимо.

Это рассуждение основано на смешении демократического и социалистического пе­реворотов, — борьбы за республику (включая сюда и всю нашу программу-минимум) и борьбы за социализм. Пытаясь немедленно поставить своей целью социалистический переворот, социал-демократия действительно лишь осрамила бы себя. Именно против подобных смутных и неясных идей наших «социалистов-революционеров» и воевала, однако, всегда социал-демократия. Именно поэтому настаивала она всегда на буржуаз­ном характере предстоящей России революции, именно поэтому строго


24___________________________ В. И. ЛЕНИН

требовала отделения демократической программы-минимум от социалистической про-граммы-максимум. Забыть все это могут во время переворота отдельные социал-демократы, склонные пасовать перед стихийностью, но не партия в целом. Сторонники этого ошибочного мнения впадают в преклонение перед стихийностью, думая, что ход вещей заставит социал-демократию, в таком положении, взяться вопреки ее воле за осуществление социалистического переворота. Если бы это было так, тогда, значит, не­верна была бы наша программа, тогда она не соответствовала бы «ходу вещей»: пре­клоняющиеся перед стихийностью люди как раз и боятся этого, боятся за верность на­шей программы. Но их боязнь (психологическое объяснение которой мы старались на­метить в наших фельетонах) неосновательна до последней степени. Наша программа верна. Именно ход вещей подтвердит ее непременно, и чем дальше, тем больше. Имен­но ход вещей «навяжет» нам безусловную необходимость отчаянной борьбы за респуб­лику, именно он практически направит как раз в эту сторону наши силы, силы полити­чески-активного пролетариата. Именно ход вещей неизбежно навяжет нам при демо­кратическом перевороте такую массу союзников из мелкой буржуазии и крестьянства, реальные потребности которых потребуют как раз проведения программы-минимум, что опасения слишком быстрого перехода к программе-максимум являются прямо смешными.

Но, с другой стороны, именно эти союзники из мелкобуржуазной демократии вызы­вают новые опасения среди социал-демократов известного направления, именно опасе­ния насчет «вульгарного жоресизма». Участвовать в правительстве вместе с буржуаз­ной демократией запрещено резолюцией Амстердамского конгресса13, это есть жоре­сизм, т. е. бессознательное предательство интересов пролетариата, превращение проле­тариата в прихвостня буржуазии, развращение его мишурой власти, на деле безусловно недостижимой в буржуазном обществе.

Это рассуждение не менее ошибочно. Оно показывает, что авторы его выучили на память хорошие резолюции,


_______________ РЕВ. ДЕМ. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА И КРЕСТЬЯНСТВА______________ 25

но не поняли значения их; — зазубрили некоторые антижоресистские словечки, но не продумали их и применяют поэтому совсем некстати; — усвоили себе букву, но не дух последних уроков международной революционной социал-демократии. Кто хочет с диалектически-материалистической точки зрения оценить жоресизм, тот должен строго отделить субъективные мотивы и объективные исторические условия. Субъективно, Жорес хотел спасать республику, вступая для этого в союз с буржуазной демократией. Объективные условия этого «опыта» состояли в том, что республика во Франции была уже фактом и никакой серьезной опасности ей не грозило, — что рабочий класс имел полную возможность развития самостоятельной классовой политической организации и недостаточно пользовался этой возможностью под влиянием, отчасти, как раз обилия мишурных парламентских упражнений его вожаков, — что на деле перед рабочим классом объективно выдвигались уже историей задачи социалистического переворота, от которого отманивали пролетариат Мильераны посулом крохотных социальных ре­форм.

Теперь возьмите Россию. Субъективно, такие революционные социал-демократы, как впередовцы или Парвус, хотят отстоять республику, вступая для этого в союз с ре­волюционной буржуазной демократией. Объективные условия отличаются от француз­ских как небо от земли. Объективно, исторический ход вещей поставил теперь русский пролетариат как раз перед задачей демократического буржуазного переворота (все со­держание которого мы обозначаем для краткости словом республика); перед этой же задачей стоит весь народ, т. е. вся масса мелкой буржуазии и крестьянства; без этого переворота немыслимо сколько-нибудь широкое развитие самостоятельной классовой организации для социалистического переворота.

Представьте себе конкретно все различие объективных условий и скажите: что сле­дует думать о людях, которые забывают это различие, увлекаясь сходством некоторых слов, подобием некоторых букв, одинаковостью субъективной мотивировки?


26___________________________ В. И. ЛЕНИН

Так как Жорес во Франции преклонялся перед буржуазной социальной реформой, неправильно прикрывая себя субъективной целью борьбы за республику, то поэтому мы, русские социал-демократы, должны отказаться от серьезной борьбы за республику! Ведь к этому, именно к этому сводится премудрость новоискровцев.

В самом деле, не ясно ли, что борьба за республику немыслима для пролетариата без союза его с мелкобуржуазной массой народа? Не ясно ли, что без революционной дик­татуры пролетариата и крестьянства нет ни тени надежды на успех этой борьбы? Один из главных недостатков разбираемого взгляда состоит в его мертвенности, шаблонно­сти, в том, что упускаются из виду условия революционного времени. Бороться за рес­публику и в то же время отказываться от революционной демократической диктатуры это все равно, как если бы Ойяма решил бороться с Куропаткиным под Мукденом, за­ранее отказавшись от мысли самому вступить в Мукден. Ведь если мы, революцион­ный народ, т. е. пролетариат и крестьянство, хотим «вместе бить» самодержавие, то мы должны также вместе добить, вместе убить его, вместе отбить неизбежные попытки реставрировать его! (Оговариваемся еще раз во избежание возможных недоразумений, что мы разумеем под республикой не только и даже не столько форму правления, сколько всю совокупность демократических преобразований нашей программы-минимум.) Нужно поистине школьническое понятие об истории, чтобы представлять себе дело без «скачков» в виде какой-то медленно и равномерно восходящей прямой линии: сначала будто бы очередь за либеральной крупной буржуазией — уступочки самодержавия, потом за революционной мелкой буржуазией — демократическая рес­публика, наконец за пролетариатом — социалистический переворот. Эта картина верна в общем и целом, верна «на долгом», как говорят французы, на каком-нибудь протяже­нии столетия (напр., для Франции, с 1789 по 1905 год), но составлять себе по этой кар­тине план собственной деятельности в революционную эпоху, — для этого надо быть виртуозом филистерства.


_______________ РЕВ. ДЕМ. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА И КРЕСТЬЯНСТВА______________ 27

Если русское самодержавие не сумеет вывернуться даже теперь, отделавшись куцей конституцией, если оно будет не только поколеблено, а действительно свергнуто, то­гда, очевидно, потребуется гигантское напряжение революционной энергии всех пере­довых классов, чтобы отстоять это завоевание. А это «отстоять» и есть не что иное, как революционная диктатура пролетариата и крестьянства! Чем больше мы завоюем те­перь, чем энергичнее мы будем отстаивать завоеванное, тем меньше сможет отнять впоследствии неизбежная будущая реакция, тем короче будут эти интервалы реакции, тем легче будет задача для пролетарских борцов, идущих вслед за нами.

А тут являются люди, которые наперед хотят, до борьбы, отмерить точно аршином «по Иловайскому» скромненький кусочек будущих завоеваний, которые до падения самодержавия, даже еще до 9-го января вздумали стращать рабочий класс России пуга­лом ужасной революционной демократической диктатуры! И эти аршинники претен­дуют на название революционных социал-демократов...

Участвовать во временном правительстве вместе с буржуазной революционной де­мократией, — плачутся они, — да ведь это значит освящать буржуазный строй, освя­щать сохранение тюрем и полиции, безработицы и нищеты, собственности и проститу­ции. Это довод, достойный либо анархистов, либо народников. Социал-демократия не отворачивается от борьбы за политическую свободу на том основании, что это есть буржуазная политическая свобода. Социал-демократия смотрит на «освящение» бур­жуазного строя с исторической точки зрения. Когда Фейербаха спросили, освящает ли он материализм Бюхнера, Фогта и Молешотта, он отвечал: я освящаю материализм в его отношении к прошлому, но не в его отношении к будущему. Вот точно так же и со­циал-демократия освящает буржуазный строй. Она никогда не боялась и никогда не побоится сказать, что освящает республикански-демократический буржуазный строй по сравнению с самодержавно-крепостническим буржуазным строем. Но она «освяща­ет»


28___________________________ В. И. ЛЕНИН

буржуазную республику лишь как последнюю форму классового господства, освящает ее как наиболее удобную арену для борьбы пролетариата с буржуазией, освящает не за ее тюрьмы и полицию, собственность и проституцию, а для широкой и свободной борьбы против этих милых учреждений.

Конечно, мы далеки от мысли утверждать, что участие наше в революционном вре­менном правительстве не влечет за собой для социал-демократии никаких опасностей. Нет и не может быть такой формы борьбы, такого политического положения, которое бы не влекло за собой опасностей. Если нет революционного классового инстинкта, ес­ли нет цельного миросозерцания, стоящего на уровне науки, если нет (не во гнев будь сказано товарищам-новоискровцам) царя в голове, — тогда опасно и участие в стачках — может повести к «экономизму», — и участие в парламентской борьбе — может кон­читься парламентским кретинизмом14, — и поддержка земской либеральной демокра­тии — может привести к «плану земской кампании». Тогда опасно даже читать по ис­тории французской революции полезнейшие сочинения Жореса и Олара — может при­вести к брошюре Мартынова о двух диктатурах.

Разумеется, если бы социал-демократия хоть на минуту забыла о классовой особно-сти пролетариата от мелкой буржуазии, если бы она заключила не вовремя невыгодный для нас союз с той или иной не заслуживающей доверия интеллигентской мелкобуржу­азной партией, если бы социал-демократия хоть на минуту упустила из виду свои само­стоятельные цели и необходимость (при всех и всяких политических ситуациях и конъюнктурах, при всех и всяких политических поворотах и переворотах) ставить во главу угла развитие классового самосознания пролетариата и его самостоятельной по­литической организации, — тогда участие во временном революционном правительст­ве было бы крайне опасно. Но при этом условии, повторяем, и в такой же мере опасен любой политический шаг. До какой степени неосновательно приурочение этих воз­можных опасений к теперешней постановке ближайших


РЕВ. ДЕМ. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА И КРЕСТЬЯНСТВА______________ 29

задач революционной социал-демократией, это покажут всем самые простые справки. Не будем говорить о себе, не станем воспроизводить многочисленных заявлений, пре­достережений, указаний по рассматриваемому нами вопросу в газете «Вперед», — со­шлемся на Парвуса. Высказываясь за участие социал-демократии во временном рево­люционном правительстве, он со всей энергией подчеркивает условия, которых нико­гда не должны мы забывать: вместе бить, врозь идти, не смешивать организаций, смот­реть за союзником, как за врагом, и т. д. Мы не останавливаемся подробнее на этой стороне дела, уже отмеченной в фельетоне.

Нет, действительная политическая опасность для социал-демократии лежит в на­стоящее время совсем не там, где ее ищут новоискровцы. Не мысль о революционной демократической диктатуре пролетариата и крестьянства должна страшить нас, а тот дух хвостизма и мертвенности , который разлагающе действует на партию пролетариа­та, выражаясь во всевозможных теориях организации-процесса, вооружения-процесса и т. п. Возьмите, например, новейшую попытку «Искры» провести различие между вре­менным революционным правительством и революционной демократической диктату­рой пролетариата и крестьянства. Разве это не образец мертвенной схоластики? Люди, сочиняющие такие различия, способны нанизывать красивые слова, но совершенно не­способны думать. Отношение между указанными понятиями на самом деле приблизи­тельно таково, как отношение между юридической формой и классовым содержанием. Кто говорит: «временное революционное правительство», тот подчеркивает государст­венно-правовую сторону дела, происхождение правительства не из закона, а из рево­люции, временный характер правительства, связанного будущим учредительным соб­ранием. Но какова бы ни была форма, каково бы ни было происхождение, каковы бы ни были

В рукописи: «... дух хвостизма, филистерства, буквоедства, шаблонности и мертвенности». Здесь и ниже, в подстрочных примечаниях, восстанавливаются по рукописи наиболее важные места, правленные для газеты М. С. Ольминским. Ред.


30___________________________ В. И. ЛЕНИН

условия, ясно во всяком случае, что временное революционное правительство не может не опираться на известные классы. Достаточно вспомнить эту азбучную вещь, — чтобы видеть, что временное революционное правительство не может быть ничем иным, как революционной диктатурой пролетариата и крестьянства. Следовательно, различие, проводимое «Искрой», только тащит партию назад, к бесплодным словесным спорам, от задачи конкретного анализа классовых интересов в русской революции.

Или возьмите другое рассуждение «Искры». По поводу возгласа: да здравствует ре­волюционное временное правительство! она назидательно замечает: «сочетание слов «да здравствует» и «правительство» сквернит уста». Разве это не пустозвонная фраза? Они говорят о свержении самодержавия и в то же время боятся осквернить себя при­ветствием революционному правительству! Удивительно, право, что они не боятся оск­вернения от приветствия республике: ведь республика необходимо предполагает пра­вительство, и ни один социал-демократ никогда не сомневался в том, что именно бур­жуазное правительство. Какая же разница между приветствованием временного рево­люционного правительства и приветствованием демократической республики? Неуже­ли социал-демократия, политическая руководительница самого революционного клас­са, должна уподобиться анемичной и истеричной старой деве, которая жеманно настаи­вает на необходимости фигового листка: приветствовать то, что подразумевает буржу­азно-демократическое правительство, можно, но приветствовать прямо временное ре­волюционно-демократическое правительство нельзя?

Картина: петербургское рабочее восстание победило. Самодержавие свергнуто. Про­возглашено временное революционное правительство. Вооруженные рабочие ли-

В рукописи после слова «фраза» следует: «И разве одной ее недостаточно, чтобы констатировать некоторый процесс идейного гниения в некоторой части социал-демократов? Ведь это точка зрения не авангарда пролетариата, а хвоста его, это не политические руководители, а политические резонеры, это не революционеры, а филистеры». Ред.


_______________ РЕВ. ДЕМ. ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА И КРЕСТЬЯНСТВА______________ 31

куют при возгласах: да здравствует временное революционное правительство! В сторо­не стоят новоискровцы и, вознося горе свои целомудренные очи, бия себя в свои мо­рально-чуткие сердца, изрекают: благодарим тебя, господи, что мы не похожи на этих мытарей, что мы не осквернили себе уста такими сочетаниями слов...

Нет и тысячу раз нет, товарищи! Не бойтесь осквернить себя самым энергичным, ни перед чем не останавливающимся участием вместе с революционной буржуазной де­мократией в республиканском перевороте. Не преувеличивайте опасностей этого уча­стия, с которыми вполне может сладить наш организованный пролетариат. Месяцы ре­волюционной диктатуры пролетариата и крестьянства сделают больше, чем десятиле­тия мирной, отупляющей атмосферы политического застоя. Если русский рабочий класс после 9-го января сумел в условиях политического рабства мобилизовать более миллиона пролетариев для коллективного, стойкого и выдержанного выступления, — то при условиях революционно-демократической диктатуры мы мобилизуем десятки миллионов городской и деревенской бедноты, мы сделаем из русской политической ре­волюции пролог европейского социалистического переворота.

«Вперед» М14, Печатается по тексту газеты

12 апреля (30 марта) 1905 г. «Вперед», сверенному с рукописью


ФРАНЦУЗСКО-РУССКИЕ ОБЫЧАИ «ПОДМАЗЫВАТЬ»!

Под таким заглавием немецкая социал-демократическая газета «Vorwarts» помес­тила на днях чрезвычайно ценный документ: оригинал письма г-на Жюля Гуэна (Jules Gouin), директора крупной машинной фабрики в Батиньоле (предместье Парижа), к чи­новнику, служащему в одном из питерских министерств. Французская фабрика через посредство этого господина получила заказ на 114 локомотивов. Общая стоимость за­каза (по 27 700 франков за локомотив) — 3 миллиона франков, т. е. около 1 200 000 рублей. За посредничество при доставке заказа благородный министерский чиновник (занимающий, вероятно, добавим от себя, довольно высокий пост) получает, как видно из письма, во-1-х, два процента с покупной цены. Это составляет около 25 000 рублей. Из письма (которого мы не приводим целиком по недостатку места) видно, что из этой суммы 13 000 франков уже получены посредником, остальное выплачивается в разные сроки. Кроме того, изменения в обычном типе локомотивов для русских дорог оплачи­ваются особо. Представитель парижской фирмы в Петербурге обязуется заранее сооб­щить этому чиновнику, как высока эта добавочная плата, требуемая фабрикой. Если же чиновник «выручит» с русского правительства цену выше той, которую назначила фаб­рика, то разница достается, согласно условию, тоже ему, как «посреднику». Это назы­вается в немецком переводе французского письма Vermittlungsgebuhr, «воз-


_________________ ФРАНЦУЗСКО-РУССКИЕ ОБЫЧАИ «ПОДМАЗЫВАТЬ»!_________________ 33

награждение за посредничество». На деле же, разумеется, этим выражением прикрыва­ется самое наглое мошенничество и казнокрадство, сообща по договору производимое французским капиталистом и русским министерским чиновником.

Справедливо говорит «Vorwarts», что это письмо проливает яркий свет на русскую продажность и на то, как заграничный капитал извлекает выгоды из этой продажности. Письмо документально доказывает, какова обычная практика «деловых» отношений в цивилизованных капиталистических нациях. И в Европе повсюду проделываются такие вещи, но нигде не продельтваются они так бесстыдно, как в России, нигде нет такой «политической безопасности» (безопасность от обнаружения) для продажности, как в самодержавной России. Понятно, — заключают немецкие соц.-дем., — почему евро­пейская промышленность заинтересована в сохранении русского самодержавия с его безответственными чиновниками, тайно обделывающими ловкие делишки! Понятно, почему русские чиновники руками и ногами отбиваются от конституции, грозящей публичным контролем над администрацией. Можно себе представить по этому приме­ру, какие денежки «зарабатывает» себе русская бюрократия на русско-японской войне, — какие суммы попали хотя бы при продаже немецких океанских пароходов России в карманы министерских чиновников в Питере! Народное бедствие — золотое дно для военных поставщиков и для продажных чиновников.

«Вперед» №14, Печатается по тексту газеты

12 апреля (30 марта) 1905 г. «Вперед», сверенному с рукописью


ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКЦИИ «ВПЕРЕД» К РЕЗОЛЮЦИИ ГРУППЫ РАБОЧИХ

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО МЕТАЛЛИЧЕСКОГО ЗАВОДА16

От редакции. Мы печатаем эту резолюцию товарищей рабочих как характерное проявление того на­строения, которое при известных условиях может охватить значительную часть борющегося пролетариа­та*. Несомненно, что раскол партии, — особенно тайный раскол, — приносит неисчис­лимые беды рабочему движению. В России, как видно из вышеприведенной харьков­ской резолюции17, есть меньшевики, гораздо добросовестнее относящиеся к партийно­му долгу, чем заграничники. Это же доказывает и новая декларация ЦК совместно с Бюро Комитетов Большинства . Пожелаем еще раз успеха последней попытке объеди­нения.


Просмотров 231

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!