Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






AU BUREAU SOCIALISTE INTERNATIONAL 1 часть



Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС


СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ

И ВРЕМЕННОЕ РЕВОЛЮЦИОННОЕ

ПРАВИТЕЛЬСТВО1

Напечатано 5 и 12 апреля Печатается по тексту газеты,

(23 и 30 марта) 1905 г. сверенному с рукописью

в газете «Вперед» №№ 13 и 14


I

Всего пять лет тому назад лозунг «долой самодержавие!» казался многим представи­телям социал-демократии преждевременным, непонятным для рабочей массы. Эти представители справедливо были относимы к оппортунистам. Им разъясняли и разъяс­нили, что они отстают от движения, что они не понимают задач партии, как передового отряда класса, как его руководителя и организатора, как представителя движения в це­лом, его коренных и главных целей. Эти цели временно могут заслоняться повседнев­ной будничной работой, но никогда не должны терять значения путеводной звезды для борющегося пролетариата.

И вот настало время, когда революционное пламя охватило всю страну, когда в не­избежность ниспровержения самодержавия в ближайшем будущем уверовали самые неверующие. А социал-демократии, точно по какой-то иронии истории, приходится еще раз иметь дело с такими же реакционными, оппортунистическими попытками от­тащить назад движение, принизить его задачи, затемнить его лозунги. Полемика с представителями таких попыток становится задачей дня, приобретает (вопреки мнению многих и многих, недолюбливающих полемики внутри партии) громадное практиче­ское значение. Ведь чем ближе подходим мы к непосредственному осуществлению на­ших ближайших политических задач, тем больше необходимость совершенно ясно по­нимать эти задачи, тем вреднее всякие двусмысленности, недомолвки или недомыслия в этом вопросе.


В. И. ЛЕНИН

А недомыслия весьма немало среди социал-демократов новоискровского или (что почти то же) рабочедельского лагеря . Долой самодержавие! — с этим все согласны, не только все социал-демократы, но и все демократы, даже все либералы, если верить их теперешним заявлениям. Но что это значит? Как именно должно произойти это низ­вержение теперешнего правительства? Кто должен созвать то учредительное собрание, которое теперь готовы выставить, — с признанием всеобщего и т. д. избирательного права — своим лозунгом и освобожденцы (см. № 67 «Освобождения» )? В чем именно должно состоять действительное обеспечение свободных и выражающих интересы все­го народа выборов в такое собрание?



Кто не дает себе ясного и точного ответа на эти вопросы, тот не понимает лозунга: долой самодержавие! А эти вопросы неизбежно подводят нас к вопросу о временном революционном правительстве; не трудно понять, что при самодержавии действитель­но свободные всенародные выборы в учредительное собрание с полным обеспечением действительно всеобщей, равной, прямой и тайной подачи голосов не только невероят­ны, но прямо невозможны. И если мы не зря выдвигаем практическое требование не­медленного низвержения самодержавного правительства, то мы должны же выяснить себе, каким именно другим правительством хотим мы заменить правительство низвер­гаемое, или иначе сказать: как мы смотрим на отношение социал-демократии к времен­ному революционному правительству?

По этому вопросу оппортунисты современной социал-демократии, т. е. новоискров-цы, так же усиленно тащат партию назад, как пять лет назад рабочедельцы по вопросу о политической борьбе вообще. Их реакционные взгляды по этому пункту всего цельнее развиты в брошюре Мартынова «Две диктатуры», которую специальной заметкой одобрила и рекомендовала «Искра»4 (№ 84) и на которую мы не раз уже обращали внимание наших читателей.



В самом начале своей брошюры Мартынов пугает нас такой страшной перспекти­вой: если бы крепкая орга-


СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО

низация революционной социал-демократии могла «назначить и провести всенародное вооруженное восстание» против самодержавия, о чем мечтал Ленин, то «не очевидно ли, что всенародная воля назначила бы сейчас же после революции именно эту партию временным правительством? Не очевидно ли, что народ именно этой партии, а не ка­кой-либо другой, вручил бы ближайшую судьбу революции?»

Это невероятно, но это факт. Будущий историк русской социал-демократии с удив­лением должен будет констатировать, что в самом начале русской революции жирон­дисты социал-демократии пугали революционный пролетариат подобной перспективой! Все содержание брошюры Мартынова (и целого ряда статей и отдельных мест в статьях новой «Искры») сводится к размалевыванию «ужасов» этой перспективы. Идейному вождю новоискровцев чудится тут «захват власти», мерещится пугало «якобинства», бакунизма, ткачевизма5 и прочих страшных измов, которыми так охотно пугают поли­тических младенцев разные революционные нянюшки . И, разумеется, не обходится при этом без «цитат» из Маркса и Энгельса. Бедные Маркс и Энгельс, как только не злоупотребляли цитатами из их произведений! Вы помните: на ту истину, что «всякая классовая борьба есть борьба политическая» , ссылались для оправдания узости и от­сталости наших политических задач и способов политической агитации и борьбы? Те­перь лжесвидетелем в пользу хвостизма выводится Энгельс. Он писал в «Крестьянской войне в Германии»: «Самым худшим из всего, что может предстоять вождю крайней партии, является вынужденная необходимость обладать властью в то время, когда дви­жение еще недостаточно созрело для господства представляемого им класса и для про­ведения мер, обеспечивающих это господство» . Достаточно внимательно прочесть это начало длинной цитаты, приводимой Мартыновым, чтобы убедиться, как искажает мысль автора наш хвостист. Энгельс говорит о власти, обеспечивающей господство класса.



В рукописи: «... которыми так охотно пугают политических младенцев присосеживающиеся к рево­люции старые бабы». Ред.


В. И. ЛЕНИН

Неужели это не ясно? По отношению к пролетариату это, следовательно, власть, обес­печивающая господство пролетариата, т. е. диктатура пролетариата для совершения социалистического переворота. Мартынов не понимает этого, смешивая временное ре­волюционное правительство в эпоху свержения самодержавия с обеспеченным господ­ством пролетариата в эпоху свержения буржуазии, смешивая демократическую дикта­туру пролетариата и крестьянства с социалистической диктатурой рабочего класса. А между тем, из продолжения цитаты Энгельса, мысль его становится еще более ясной. Вождь крайней партии — говорит он — должен будет «отстаивать интересы чуждого ему класса и отделываться от своего класса фразами, обещаниями и уверениями в том, что интересы другого класса являются его собственными. Кто раз попал в это ложное положение, тот погиб безвозвратно»8.

Подчеркнутые места ясно показывают, что Энгельс предостерегает именно от того ложного положения, которое является результатом непонимания вождем действитель­ных интересов «своего» класса и действительного классового содержания переворота. Для наглядности попробуем разжевать это нашему глубокомысленному Мартынову на простом примере. Когда народовольцы, думая представлять интересы «труда», уверяли себя и других, что 90 проц. крестьян в будущем русском учредительном собрании бу­дут социалистами, они попадали этим в ложное положение, неминуемо долженствую­щее привести к их безвозвратной политической гибели, ибо эти «обещания и уверения» не соответствовали объективной действительности. На деле они проводили бы интере­сы буржуазной демократии, «интересы другого класса». Не начинаете ли вы понимать кое-что, почтеннейший Мартынов? Когда социалисты-революционеры изображают неизбежно предстоящие России аграрные преобразования, как «социализацию», как «передачу земли народу», как начало «уравнительного пользования», они ставят себя в ложное положение, неминуемо долженствующее привести их к безвозвратной полити­ческой гибели, ибо на деле


_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО______________ 7

как раз те преобразования, которых они добиваются, обеспечат господство другого класса, крестьянской буржуазии, так что их фразы, обещания и уверения будут тем скорее опровергнуты действительностью, чем быстрее пойдет развитие революции. Вы все еще не понимаете, в чем дело, почтеннейший Мартынов? Вы все еще не понимаете, что суть мысли Энгельса состоит в указании на гибельность непонимания действи­тельных исторических задач переворота, что слова Энгельса применимы, следователь­но, к народовольцам и «социалистам-революционерам»?

II

Энгельс указывает на опасность непонимания вождями пролетариата непролетар­ского характера переворота, а умный Мартынов выводит отсюда опасность того, чтобы вожди пролетариата, отгородившие себя и программой и тактикой (т. е. всей пропаган­дой и агитацией) и организацией от революционной демократии, играли руководящую роль в создании демократической республики. Энгельс видит опасность в смешении вождем мнимосоциалистического и реальнодемократического содержания переворота, а умный Мартынов выводит отсюда опасность того, чтобы пролетариат вместе с кре­стьянством брал на себя сознательно диктатуру в проведении демократической респуб­лики, как последней формы буржуазного господства и как наилучшей формы для клас­совой борьбы пролетариата с буржуазией. Энгельс видит опасность в фальшивом, лож­ном положении, когда говорят одно, а делают другое, когда обещают господство одно­го класса, а обеспечивают на деле господство другого класса; Энгельс в этой фальши видит неизбежность безвозвратной политической гибели, а умный Мартынов выводит отсюда опасность гибели вследствие того, что буржуазные сторонники демократии не дадут пролетариату и крестьянству обеспечить действительно демократической рес­публики. Умный Мартынов никак не в силах понять, что такая гибель, гибель вождя пролетариата, гибель тысяч пролетариев в борьбе за действительно демократическую


В. И. ЛЕНИН

республику, будучи физической гибелью, не только не есть политическая гибель, а, на­против, есть величайшее политическое завоевание пролетариата, величайшее осущест­вление им его гегемонии в борьбе за свободу. Энгельс говорит о политической гибели того, кто бессознательно сбивается с своей классовой дороги на чужую классовую до­рогу, а умный Мартынов, благоговейно цитируя Энгельса, говорит о гибели того, кто пойдет дальше и дальше по верной классовой дороге.

Различие точек зрения революционной социал-демократии и хвостизма выступает тут со всей очевидностью. Мартынов и новая «Искра» пятятся от ложащейся на проле­тариат вместе с крестьянством задачи самого радикального демократического перево­рота, пятятся от социал-демократического руководства этим переворотом, отдавая та­ким образом хотя бы и бессознательно интересы пролетариата в руки буржуазной де­мократии. Из той справедливой мысли Маркса, что мы должны готовить не правитель­ственную, а оппозиционную партию будущего, Мартынов делает вывод, что мы долж­ны учинять хвостистскую оппозицию настоящей революции. К этому сводится его по­литическая мудрость. Вот его рассуждение, над которым мы очень рекомендовали бы читателю подумать:

«Пролетариат не может получить ни всей, ни части политической власти в государ­стве, покуда он не сделает социалистической революции. Это — то неоспоримое поло­жение, которое отделяет нас от оппортунистического жоресизма...» (Мартынов, с. 58), — и которое, добавим мы от себя, неоспоримо доказывает неспособность почтенного Мартынова понимать, что к чему. Смешивать участие пролетариата во власти, сопро­тивляющейся социалистическому перевороту, с участием пролетариата в демократиче­ской революции, значит безнадежно не понимать, о чем идет дело. Это все равно, что смешать участие Мильерана в министерстве убийцы Галифе с участием Варлена в Коммуне, отстаивавшей и отстоявшей республику.

Но слушайте дальше, чтобы видеть, как путается наш автор: «... Но если так, то оче­видно, что предстоящая


_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО______________ 9

революция не может реализовать никаких политических форм против воли всей (кур­сив Мартынова) буржуазии, ибо она будет хозяином завтрашнего дня...» Во-первых, почему здесь говорится только о политических формах, тогда как в предыдущей фразе речь шла о власти пролетариата вообще, вплоть до социалистической революции? по­чему автор не говорит о реализации экономических форм? Потому, что он незаметно для самого себя перескочил уже с социалистического переворота на демократический. Если же так (это во-вторых), то совершенно ошибочно автор говорит tout court (просто-напросто) о «воле всей буржуазии», потому что эпоха демократического переворота отличается как раз различием воли разных слоев буржуазии, только избавляющейся от абсолютизма. Говорить о демократическом перевороте и ограничиваться простым и го­лым противопоставлением пролетариата и буржуазии есть чистая несообразность , ибо этот переворот знаменует именно тот период развития общества, когда масса его сто­ит собственно между пролетариатом и буржуазией, составляет из себя обширнейший мелкобуржуазный, крестьянский слой. У этого гигантского слоя, именно потому, что демократический переворот еще не совершен, гораздо больше общих интересов с про­летариатом в деле реализации политических форм, чем у «буржуазии» в настоящем и узком значении этого слова. В непонимании этой простой вещи один из главных ис­точников мартыновской путаницы.

Дальше: «... Если так, то путем простого устрашения большинства буржуазных эле­ментов революционная борьба пролетариата может привести только к одному, — к восстановлению абсолютизма в его первоначальном виде, — и пролетариат, конечно, перед этим возможным результатом не остановится, он не откажется от устрашения буржуазии на худой конец, если дело будет клониться решительно к тому, чтобы мни­мой конституционной уступкой оживить и укрепить разлагающуюся

В рукописи вместо «чистая несообразность» — «величайшая глупость». Ред.


10___________________________ В. И. ЛЕНИН

самодержавную власть. Но, выступая на борьбу, пролетариат, само собою разумеется, имеет в виду не этот худой конец».

Вы понимаете что-нибудь, читатель? Пролетариат не остановится перед устрашени­ем, ведущим к восстановлению абсолютизма, в случае, если будет грозить мнимокон-ституционная уступка! Это все равно, как если бы я сказал: мне грозит египетская казнь в виде однодневного разговора с одним Мартыновым; поэтому на худой конец я прибе­гаю к устрашению, которое может привести только к двухдневному разговору с Мар­тыновым и Мартовым. Ведь это просто сапоги всмятку, почтеннейший!

Мысль, которая мерещилась Мартынову, когда он писал воспроизведенную нами бессмыслицу, состоит в следующем: если в эпоху демократического переворота проле­тариат станет устрашать буржуазию социалистической революцией, то это поведет только к реакции, ослабляющей и демократические завоевания. Только и всего. Ни о восстановлении абсолютизма в первоначальном виде, ни о готовности пролетариата на худой конец прибегать к худой глупости не может быть, понятно, и речи. Все дело сво­дится опять-таки к тому различию между демократическим и социалистическим пере­воротом, которое Мартынов забывает, к существованию того гигантского крестьянско­го и мелкобуржуазного населения, которое демократический переворот поддержать способно, а социалистический в данную минуту не способно.

Послушаем нашего умного Мартынова еще: «... Очевидно, борьба между пролета­риатом и буржуазией накануне буржуазной революции должна в некоторых отношени­ях отличаться от этой же борьбы в ее заключительной стадии, накануне социалистиче­ской революции...». Да, это очевидно, и если бы Мартынов подумал, в чем именно со­стоит это отличие, то он вряд ли написал бы предшествующую галиматью да и всю свою брошюру.

«... Борьба за влияние на ход и исход буржуазной революции может выразиться только в том, что проле-


_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО_____________ П

тариат будет оказывать революционное давление на волю либеральной и радикальной буржуазии, что более демократические «низы» общества заставят его «верхи» согла­ситься довести буржуазную революцию до ее логического конца. Она выразится в том, что пролетариат будет в каждом случае ставить перед буржуазией дилемму: либо назад в тиски абсолютизма, в которых она задыхается, либо вперед с народом».

Эта тирада — центральный пункт брошюры Мартынова. Тут вся ее соль, все ее ос­новные «идеи». И чем же оказываются эти умные идеи? Посмотрите: что такое эти «низы» общества, этот «народ», о котором, наконец, вспомнил наш мудрец? Это имен­но тот многомиллионный мелкобуржуазный городской и крестьянский слой, который вполне способен выступить революционным демократом. А что такое это давление пролетариата плюс крестьянства на верхи общества, что такое это движение пролета­риата вместе с народом вперед вопреки верхам общества? Это и есть та революционная демократическая диктатура пролетариата и крестьянства, против которой ратует наш хвостист! Он боится только додумать до конца, боится назвать вещи их настоящим

именем. Он говорит поэтому слова, значения которых не понимает, он робко повторяет,

* с смешными и неумными выкрутасами , лозунги, настоящий смысл которых от него

ускользает. Только с хвостистом и возможен поэтому такой курьез в самой «интерес­ной» части его заключительных выводов: революционное давление и пролетариата и «народа» на верхи общества, но без революционно-демократической диктатуры проле­тариата и крестьянства, — до этого мог договориться только Мартынов! Мартынов хо­чет, чтобы пролетариат грозил верхам общества, что он с народом пойдет вперед, но чтобы в то же время пролетариат твердо решил с своими новоискровскими вождями не идти вперед по демократическому пути, ибо это есть путь революционно-демократической диктатуры. Мартынов хочет,

Мы уже отмечали нелепость мысли, чтобы пролетариат хотя на худой из худых концов мог толкать буржуазию назад.


12___________________________ В. И. ЛЕНИН

чтобы пролетариат оказывал давление на волю верхов обнаружением своего безволия. Мартынов хочет, чтобы пролетариат побуждал верхи «согласиться» довести буржуаз­ную революцию до ее логического демократическо-республиканского конца, побуждал тем, что выражал свою собственную боязнь взять на себя вместе с народом это доведе­ние революции до конца, взять на себя власть и демократическую диктатуру. Мартынов хочет, чтобы пролетариат был авангардом в демократическом перевороте, и поэтому умный Мартынов пугает пролетариат перспективой участия во временном революци­онном правительстве в случае успеха восстания!

Дальше некуда идти в реакционном хвостизме. Мартынову, как святому человеку, надо земно поклониться за то, что он довел до конца хвостистские тенденции новой «Искры» и выразил их рельефно и систематически по самому злободневному и корен­ному политическому вопросу .

III

В чем источник мартыновской путаницы? В смешении демократического и социали­стического переворотам забвении роли промежуточного, между «буржуазией» и «про­летариатом» стоящего народного слоя (мелкобуржуазная масса городской и деревен­ской бедноты, «полупролетарии», полухозяйчики), в непонимании истинного значения нашей программы-минимум. Мартынов слыхал, что социалисту неприлично участво­вать в буржуазном министерстве (когда пролетариат борется за социалистический пе­реворот) и поспешил «понять» это так, что не следует участвовать вместе с революци­онной буржуазной демократией в революционно-демократическом перевороте и в той диктатуре, которая необходима для полного осуществления такого переворота. Марты­нов читал нашу программу-минимум, но не заметил, что строгое выделение в ней пре-образо-

Статья была уже набрана, когда мы получили № 93 «Искры», к которому нам еще придется вернуть-

ся10.


_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО_____________ 13

ваний, осуществимых на почве буржуазного общества, в отличие от социалистических преобразований, имеет не книжное только значение, а самое жизненное, практическое ; он не заметил, что в революционный период она подлежит немедленной проверке и применению на деле. Мартынов не подумал, что отказ от идеи революционно-демократической диктатуры в эпоху падения самодержавия равносилен отказу от осу­ществления нашей программы-минимум. В самом деле, вспомните только все экономи­ческие и политические преобразования, выставленные в этой программе, требования республики, народного вооружения, отделения церкви от государства, полных демо­кратических свобод, решительных экономических реформ. Разве не ясно, что проведе­ние этих преобразований на почве буржуазного строя немыслимо без революционно-демократической диктатуры низших классов? Разве не ясно, что речь идет тут именно не об одном пролетариате в отличие от «буржуазии» , а о «низших классах», которые являются активными двигателями всякого демократического переворота? Эти классы — пролетариат плюс десятки миллионов городской и деревенской бедноты, живущей в условиях мелкобуржуазного существования. Принадлежность к буржуазии весьма мно­гих представителей этой массы несомненна. Но еще более несомненно, что в интересах этой массы лежит полное осуществление демократизма и что чем просвещеннее эта масса, тем неизбежнее ее борьба за это полное осуществление. Социал-демократ нико­гда не забудет, конечно, о двойственной политико-экономической натуре мелкобуржу­азной городской и сельской массы, он никогда не забудет о необходимости отдельной и самостоятельной классовой организации борющегося за социализм пролетариата. Но он не забудет также, что у этой массы есть «кроме прошлого будущее, кроме

В рукописи: «... в отличие от социалистических преобразований, имеет не книжное только, не дог­матическое значение, которое охотно придают ей марксистские начетчики, а самое жизненное, практиче­ское...». Ред.

В рукописи после слов «от буржуазии» следует: «(как рассуждает начетчик, применяющий не к месту вполне законченные и чистые категории буржуазного строя, накануне его краха)». Ред.


14___________________________ В. И. ЛЕНИН

предрассудков рассудок»11, толкающий ее вперед, к революционно-демократической диктатуре; он не забудет, что просвещение дается не одной книжкой, и даже не столько книжкой, сколько самим ходом революции, раскрывающей глаза, дающей политиче­скую школу. При таких условиях теория, отказывающаяся от идеи революционно-демократической диктатуры, не может быть названа иначе, как философическим оп-

*

равданием политической отсталости .

Революционный социал-демократ с презрением отбросит от себя подобную теорию. Накануне революции он будет не только указывать «худой конец» ее . Нет, он будет также указывать на возможность лучшего конца. Он будет мечтать, — он обязан меч­тать, если он не безнадежный филистер, — о том, что после гигантского опыта Европы, после невиданного размаха энергии рабочего класса в России, нам удастся разжечь, как никогда, светильник революционного света перед темной и забитой массой, нам удаст­ся, — благодаря тому, что мы стоим на плечах целого ряда революционных поколений Европы, — осуществить с невиданной еще полнотой все демократические преобразо­вания, всю нашу программу-минимум; нам удастся добиться того, чтобы русская рево­люция была не движением нескольких месяцев, а движением многих лет, чтобы она привела не к одним только мелким уступкам со стороны властей предержащих, а к полному ниспровержению этих властей. А если это удастся, — тогда... тогда револю­ционный пожар зажжет Европу; истомившийся в буржуазной реакции европейский ра­бочий поднимется в свою очередь и покажет нам, «как это делается»; тогда революци­онный подъем Европы окажет обратное действие на Россию и из эпохи нескольких ре­волюционных лет сделает эпоху нескольких революционных десятилетий, тогда... но мы успеем еще не раз поговорить о том, что мы сделаем «тогда», поговорить

В рукописи: «... философическим рассмотрением «задней» русского пролетариата». Ред. В рукописи после слова «ее» следует: «(и никогда уже не будет усматривать этот худой конец в ви­де невозможного и немыслимого «восстановления абсолютизма в его первоначальном виде»)». Ред.


_____________ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЯ И ВРЕМЕННОЕ РЕВ. ПРАВИТЕЛЬСТВО_____________ 15

не из проклятого женевского далека, а перед тысячными собраниями рабочих на ули­цах Москвы и Петербурга, перед свободными сходками русских «мужиков».

IV

Филистерам новой «Искры» и ее «властителю дум», нашему доброму начетчику Мартынову, чужды и странны, разумеется, такие мечты. Они боятся полного осуществ­ления нашей программы-минимум путем революционной диктатуры простого и черно­го народа. Они боятся за свою собственную сознательность, боятся потерять указку по вызубренной (но не продуманной) книжке, боятся оказаться не в состоянии отличить правильные и смелые шаги демократических преобразований от авантюристских прыжков неклассового, народнического социализма или анархизма. Их филистерская душа справедливо подсказывает им, что при быстром ходе вперед труднее отличить верный путь и быстро решать сложные и новые вопросы, чем при рутине будничной, мелкой работы; поэтому они инстинктивно шепчут: чур меня, чур меня! да минует ме­ня чаша революционно-демократической диктатуры! как бы не погибнуть! господа! вы уже лучше «медленным шагом, робким зигзагом»!..

Неудивительно, что Парвусу, который так великодушно поддерживал новоискров-цев, пока дело шло преимущественно о кооптации старейших и заслуженных, тяжело стало в конце концов в подобном болотном обществе. Неудивительно, что он стал ис­пытывать в нем все чаще taedium vitae, тошноту жизни. И он, наконец, взбунтовался. Он не ограничился защитой смертельно перепугавшего новую «Искру» лозунга «орга­низовать революцию», не ограничился воззваниями, которые «Искра» отпечатала от­дельными листками, спрятав даже по случаю «якобинских» ужасов упоминание о соци­ал-демократической рабочей партии . Нет. Освободившись от кошмара премудрой ак-сельродовской

Не знаю, заметили ли наши читатели характерный фант: среди кучи хлама, издаваемого новой «Ис­крой» в виде листков, были хорошие листки, подписанные Парвусом. Редакция «Искры» отвернулась именно от этих листков, не пожелав упомянуть ни о нашей партии, ни о своем издательстве.


16___________________________ В. И. ЛЕНИН

(или люксембурговской?) теории организации-процесса, Парвус сумел, наконец, пойти вперед, вместо того, чтобы пятиться, подобно раку, назад. Он не захотел делать «Сизи­фову работу»12 бесконечных поправок к мартыновским и мартовским глупостям. Он выступил прямо (к сожалению, вместе с Троцким) с защитой идеи революционно-демократической диктатуры , идеи об обязанности социал-демократии принять участие во временном революционном правительстве после низвержения самодержавия. Тыся­чу раз прав Парвус, когда он говорит, что социал-демократия не должна бояться сме­лых шагов вперед, не должна опасаться нанесения совместных «ударов» врагу рука об руку с революционной буржуазной демократией, при обязательном (очень кстати на­поминаемом) условии не смешивать организации; врозь идти, вместе бить; не скрывать разнородности интересов; следить за своим союзником, как за своим врагом, и т. д.

Но чем горячее наше сочувствие всем этим лозунгам отвернувшегося от хвостистов революционного социал-демократа , тем неприятнее поразили нас некоторые невер­ные ноты, взятые Парвусом. И не из придирчивости отмечаем мы эти маленькие невер­ности, а потому что кому много дано, с того много и спросится. Всего опаснее было бы теперь, если бы верная позиция Парвуса была скомпрометирована его собственной не­осмотрительностью. Именно к числу по меньшей мере неосмотрительных фраз в раз­бираемом предисловии Парвуса

В рукописи: «Он выступил прямо (к сожалению, вместе с пустозвоном Троцким в предисловии к его пустозвонной брошюре «До 9 января») с защитой идеи революционно-демократической диктатуры...». Ред.

" В рукописи имеется подстрочное примечание: «О брошюре Троцкого с предисловием Парвуса, из­данной в типографии партии, «Искра» по существу поднятого вопроса хранит скромненько молчание. Ей, разумеется, не выгодно распутывать путаницу: Мартынов в лес, Парвус по дрова, а мы помолчим, пока Плеханов вытащит за уши Мартова! Это называется у нас «идейным руководством партии»! Кста­ти, один «формалистический» курьез. Наши Соломоны в Совете постановили, что заголовок партии до­пустим лишь на брошюрах, изданных по поручению партийных организаций. Интересно бы узнать у Со­ломонов, какая организация поручила издавать брошюры Надеждина, Троцкого и других? Или правы были те, кто объявил вышеназванное «постановление» дрянной кружковой выходкой против издательст­ва Ленина?». Ред.


Просмотров 225

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!