Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Вы имеете в виду духовную любовь... 5 часть



Уровень притязаний, формируемый тщеславием, у каждого человека различен. Некоторым людям достаточно того, чтобы их принимали в своем доме, в своей семье. Если везде вокруг попирают, ругают, — это неважно. На это они не обращают никакого внимания. Но если в семье скажут плохо, сразу же возникает обида, чувство недовольства, неуверенности в ближних, неуравновешенности и т.д. Иному человеку семьи маловато: важно, чтобы его принимали в своем коллективе, сотрудники его учреждения. Третьему и этого мало — ему важно, чтобы весь город его принимал. Четвертому — маловато и города — важно, чтобы страна почитала его. Пятому и страны мало — человечество подавай. А шестому и человечества маловато — он успокоится, если состоится в эпохах, да не в одной, а в нескольких сразу — как, например, Сократ. До сих пор вспоминают, до сих пор люди обращаются. Как хочется, чтобы и ко мне обращались спустя десяток столетий!

Действие тщеславие может быть очень тонким. Например, человек создает потрясающую симфонию. Что движет им? Нередко оказывается, что тщеславие. Или по гордости человек создает философскую теорию, которую многие даже понять не могут. Но люди, имеющие аналогичное притязание гордости, начинают ее понимать, и не столько потому, что их удовлетворяет сама философская система, сколько благодаря самодостаточности, которая дается через нее. Люди с меньшей гордостью ее понять не могут. У людей простых, негордых, к философии тяги нет. Им не свойственно притязание все понимать, схватывать, овладевать, все делать конечным. Они могут уяснять, разуметь, открывать реальность. Ум их, если и проникает в глубину, сохраняет смирение перед непостижимостью этой глубины.

При тяготении человека к философии его интеллектуальные способности могут не иметь никакого значения. Есть люди с очень низким интеллектуальным уровнем, но имеющие большую тягу к философии. Что-то такое они все-таки выуживают оттуда, после чего чувствуют себя причастными к ней. Они могут бегать на философские диспуты, писать доклады и сообщения, но абсолютно ничего в этом не понимать. От того, что они там что-то все-таки улавливают, хотя бы саму атмосферу, восполняется их самодостаточность, гордость.



Таким же образом тщеславие пользуется окружающими людьми, вовсе не имея на это оснований по Способностям. Тщеславие вообще может не иметь никаких Способностей, но, тем не менее, ищет внимания окружающих людей. Не получая этого внимания, в конечном итоге, оно приходит в такое страдание, что появляется комплекс недостаточности или одиночества. Но в этом оно находит свое удовлетворение, ему очень комфортно чувствовать себя непризнанным и одиноким. В итоге человек вообще замыкается. Зато окружает себя массой мечтательных действий: музыкой, альбомами по искусству, книгами и этим удовлетворяет свое тщеславие, чувствуя свою причастность к знаменитым людям, чувствуя, что он все-таки из их круга. А то, что он по-настоящему ничего не понимает ни в книгах, которые его окружают, ни в искусстве, ни в музыке, его не волнует.

Кстати, многие от тщеславия имеют огромные библиотеки, хотя к книгам на некоторых полках вообще не притрагивались. Однако книги стоят, потому что сам факт их присутствия несет чувство внутренней причастности к высокой литературе.

Там, где нет таких явных притязаний, человек все равно может переживать общение с людьми через тщеславие и часто очень болезненно. Например, посмотрев фильм или прочитав замечательную книгу, он бежит к сотрудникам, к друзьям для того, чтобы поделиться впечатлением, и с вдохновением, ярко рассказывает об услышанном или увиденном. И вдруг краем глаза видит, как кто-то усмехнулся, и... как будто холодок прошел по душе, оборвалось что-то. Уже не с таким запалом, без горячности человек продолжает рассказ — возникает некоторая настороженность. А тут вдруг еще двое перешепнулись между собой и похихикали. И снова что-то упало в сердце. В этот момент кто-то язвительную фразу бросил по поводу рассказываемого. Уже совсем все настроение упало, и никакого желания рассказывать дальше нет.



Что же в человеке переживает такие эмоции? Тщеславие, и переживают именно эмоции. И потому они сначала горящие и пламенные, потом постепенно гаснущие. В конечном итоге — состояние удрученности, огорчения, обиды, вплоть до отторжения тех людей, с которыми он только что общался.

В этих ли переживаниях назначение человека? Увы, для многих ничего иного в жизни и нет. Человек может прожить до старости, не подозревая, что живет он против себя самого, что утверждаясь, он теряет, что превозносясь, он истощается. И, в конечном итоге, к концу жизни можно превратиться во вредного и несносного старика или озлобленную на весь мир старушонку, с которыми невмоготу жить даже самым близким людям.

Гордостью и тщеславием в человеке запрещается Любовь. Любовь как душевное свойство, как Сила Души подменяется любовью-чувством. А в основании любви-чувства лежит эгоизм. В то же время Любовь как Сила Души изгоняет гордость и тщеславие. Она в своих действиях противоположна им. Она просвещает ум и сердце, открывает утешение в скорбях и неожиданных поворотах жизни.

Из шести оставшихся Эго-влечений первые два обычно плохо сознаются человеком и мало ему открыты, но подставляют вторые шесть. «Матушкой» пяти Эго-влечений является влечение к пище. На Руси она называлась чревоугодием.

Там, где в человеке сохраняется Эго-влечение к пище, все остальные будут неизбежно присутствовать. Они могут быть ослаблены. Но полное искоренение их практически невозможно, пока Эго-влечение к пище остается. Ибо «матушка» всех покроет, всех защитит. Кроме того, это ведущее влечение обладает такой же способностью, как и гордость: самому проявляться не всегда, чаще подставлять другие. И если у человека развиты остальные пять Эго-влечений, то ведущее порой не видно. Хотя при этом оно-то как раз и является фундаментом всего остального. Стоит только начать работу с «матушкой», как она тут же показывает всю свою власть и силу над человеком.

В действительности физиологические потребности человека незначительны, для их удовлетворения пищи требуется немного. Существует мнение, что достаточно горсти зерна на целый день. Однако даже тогда, когда организм физиологически насыщается, есть мы почему-то не прекращаем. С этого момента обнаруживается в нас влечение к пище, причем влечение двух видов: желудочное и вкусовое. Желудочное нуждается в набитости желудка до определенного тугого состояния. У каждого тугость различная, поэтому есть большие чревоугодники и есть маленькие. Вкусовое же чревоугодие не нуждается в большом количестве пищи. Оно нуждается в малых дозах пищи, но в большом разнообразии и особой пикантности по вкусу.

Бывает, человек чувствует, что он поел, но, несмотря на это ему все равно хочется есть. Это «хочется» есть желание желудочного влечения к пище. Вкусовое влечение требует очень большого разнообразия, но каждого вида пищи понемногу. Бывают такие минуты, что вроде бы поел, а чего-то не хватает. Оглядываешь весь стол — но нет этого «чего-то». И вроде бы хорошо поел: и первое, и второе, и десерт — ну все, но чего-то еще бы надо... Лезешь в холодильник — первая, вторая полка, и вдруг — “ах!“ — маленький огурчик завалялся! Вот чего хочется! Надкусил, чуть попробовал, — и все, больше ничего не надо.

Сластены, например, ищут конфеты. Хорошо ведь поел, а чувствуется какая-то незавершенность. Для завершения достаточно съесть хотя бы одну шоколадную конфетку. Одному — именно шоколадную, другому нужна карамелька, третьему — мармелад. Но обязательно на свой вкус вот это завершение: маленькую капелюшку — и больше ничего не надо.

Есть люди, которые завершают свое вкусовое Эго-влечение ложечкой варенья — и достаточно. А если варенья нет, то возникает ощущение, что чего-то не хватает, обед какой-то неполноценный.

К этому Эго-влечению относится и влечение к алкоголю. Вкусовые впечатления от алкоголя — это уже начало Эго-влечения к алкоголю в чистом виде.

Всякое Эго-влечение стремится к удовлетворению своей потребности в крайней своей форме — в одиночку. Т.е. если человеку чего-то хочется, важно, чтобы полнота желаемого ему и принадлежала. Отсюда желание пользоваться этим благом в одиночку.

...Очень хочется шоколадных конфет, но их нет. В доме нет, в магазинах нет, а желание такое сильное, что идешь по магазинам специально ради этого. И, наконец, находишь, покупаешь, с внутренним вожделением бежишь домой, чтобы с толком, с расстановкой, постепенно, одну за другой съесть. Открываешь дверь и видишь, что дома никого нет. Как хорошо! Садишься максимально удобно, раскладываешь это на столе очень красиво, затем начинаешь разворачивать первую конфетку... и вдруг — звонок в дверь. И внутреннее чувство: «Куда бы спрятать?». Убрал, спрятал. А пока гость сидит — «Скорей бы ушел». Наконец ушел, проводили, теперь можно сесть и спокойно поесть. И человек садится и спокойно съедает — сколько может...

Это, конечно, крайняя форма, но любое Эго-влечение ведет себя подобным образом. Если сегодня еще не достигнуто такое состояние, значит, через несколько лет оно будет таковым по логике развития самого Эго-влечения.

Человек, полностью отдавшись Эго-влечению, может при этом мучится, но над собой он уже не властен.

У Людовика ХIV это Эго-влечение было доведено до крайней формы. Обычно за монаршим столом сидят приближенные — всегда считалось честью обедать вместе с королем. За столом Людовика никто не обедал. Он сидел один. При этом трапеза продолжалась от четырех до шести часов, через стол проходило от 150 блюд до 187. И каждое блюдо важно было ему попробовать. После этого трапеза заканчивалась.

Однако по богодарованной природе человека ему свойственно воздержание. Это не равнодушие к пище, не потеря аппетита и не отторжение каких-то продуктов питания или неприятие их. Это свойство души, по которому человек слышит свою реальную потребность в пище и может остановиться, исполнив только телесную необходимость, не входя в насыщение Эго-влечения.

Там, где воздержание свободно от страсти чревоугодия, там душа владеет телом. Там, где страсть или Эго-влечение владеет человеком, там тело правит душою, и душа — служанка телу.

Эго-влечение не менее сильное и знакомое по силе и власти над человеком — сексуальное, т.е. потребность в сексуальном удовлетворении.

Сексуальное Эго-влечение близко по действию своему к Эго-влечению к пище. Человеку требуется особая работа над собой, чтобы уметь контролировать себя в моменты обострения сексуального влечения. Существует бессчетное множество разновидностей этого влечения как по характеру выбора, так и по характеру проявления. Сегодня оно стало всеобщим и всепоглощающим.

В то же время с самого рождения человеку свойственно чувство целомудрия. В детях оно проявляется как способность к чистой ласке, свободной от какого-либо телесного влечения. Оно довольствуется созерцанием другого человека и даже только памятью о нем. Оно укромно, сокровенно. Может проявляться в заботе, чуткости к другому, вниманию к нему, но не имеет никаких посяганий на удовольствие от приближения к нему. Наоборот, не нуждается в чувственных отношениях, остерегается их. В супружестве целомудрие проявляется в возрастающей любви, в попечении о ближнем. Оно дарит любовь, но не пользуется любовью другого.

Следующее Эго-влечение — Эго-влечение к печали, состоянию отчаяния, удрученности, одиночества, тоски, обиды на других людей. На первый взгляд кажется, что эти состояния неприятны человеку, но кто переживал их в себе, тот знает, насколько не хочется из них выходить. И если человек отдается своей волей этому Эго-влечению, то оно крепко держит его в желании переживать чувство одиночества, тоски, или обиды на другого. Состояние обиды может продолжаться месяц и больше, и никакого желания выйти из него нет, хотя в какой-то момент человек головой понимает, что так нехорошо, надо выходить, выкарабкиваться — но не может, потому что Эго-влечение обладает мощной внутренней силой.

Эго-влечение к печали обладает силой настолько могущественной, что способно превозмочь жизнелюбие человека. Нет ни одного Эго-влечения, кроме этого, которое могло бы превозмочь, подавить инстинкт самосохранения. Лишь Эго-влечение печали имеет силу, энергию для того, чтобы подавить свойственное человеку по богодарованной природе жизнелюбие. Именно благодаря этой силе Эго-влечение к печали приводит человека к самоубийству. Эго-влечение к печали очень мрачное, тяжелое.

Игры различных Эго-влечений имеют определенный смысл в жизни человека, Эго-влечения ведут его к определенной цели. Нередко главной и конечной целью этой игры является самоубийство, т.е. лишение человека высшего дара, который у него есть — дара жизни. Чтобы этот дар отнять, существуют различные варианты увлечения человека в игры Эго. Допустим, человек имеет влечение к пище или деньгам. Это влечение, доведенное до страсти, знает только самое себя и только предмет своей страсти. Все остальные смыслы жизни, знания, умения становятся лишь средством для удовлетворения основной страсти. Фактически для жизни — это смерть. Живой человек — это тот, в ком Силы Души имеют свободное проявление. Силы Души бескорыстны, в них нет ничего самостного. Более того, они жертвенны. Человек, пребывающий в них, самоотвержен ради ближнего.

Такое пребывание в жизни является самым большим даром для человека. Животворящей Силой Души по отношению к другим силам является жизнелюбие. Запретить жить человеку значит запретить ему быть обращенным к другим, запретить в нем любовь к людям, а вместе с этим фактически лишить его этого дара.

Под любовью к человеку мы не имеем в виду любовь к человечеству. Ибо последнее — это смерть, это состояние Эго-влечения гордости, которое само себя реализует, предаваясь идее любви, когда хочется любить все человечество сразу. Только гордость полагает, что она способна любить «все человечество».

Самая крайняя форма смерти — это самоубийство, физическое лишение себя дара жизни через насилие над собой. Для того, чтобы это произошло, все семь Эго-влечений ведут игру так, чтобы в последний момент подставить Эго-влечение печали. Тогда оно вылезает наружу.

Многие из нас переживали чувство полного одиночества, бессмыслия в мире, внутреннего краха, безысходности. Самая глубокая форма безысходности претворяется в действие самоубийства. Безысходность субъективно воспринимается человеком как полное отсутствие сил. На самом же деле это невероятно большое, огромное наличие сил, которые, в конечном итоге, реализуются в действии самоубийства. Потому что нет среди действий душевно более трудоемкого, чем убить самого себя.

Противоположным ему является инстинкт самосохранения, вынуждающий человека резко активизироваться при угрозе жизни. Осознание человеком самого себя в одно мгновение как бы исчезает, его нет. Есть только одно действующее начало — инстинкт самосохранения. Человек бежит, перепрыгивает через высочайшие заборы, через рвы, делает совершенно невероятные усилия, к которым, казалось бы, совсем не готов. Похоже, что в мире нет ничего более сильного, чем человек, включившийся в этот инстинкт. Это огромное наличие сил. Тем не менее, в состоянии печали человек отдается действию таких сил, которые больше, чем инстинкт самосохранения.

Какой же могучей должна быть сила, чтобы привести человека к полному истощению чувства самосохранения и жизнелюбия! Она исполняет человека решимостью взять в руки пистолет и покончить с собой. Физически это действие большого усилия не требует, но на душевном плане такое решение требует гигантских усилий. И все они постепенно совершаются игрой разных Эго-влечений, а в конечном итоге — Эго-влечением к печали. Все это происходит в человеке подсознательно, он обычно не приученный к осознанию происходящего в нем, не знающий самоотвержения, становится легкой добычей собственного Эго.

Противоположно этому Эго-влечению покаяние за содеянное. Покаяние имеет разрушительную силу для всякого греха. Оно высвобождает Силы Души из плена любого Эго-влечения, утверждает в душе надежду, дарит радость жизни, чувство благодарности Богу, открывает и укрепляет веру. Иногда оно проявляется в сокрушении сердца, когда сердечный навык того или иного Эго-влечения распадается, исчезает.

Следующее Эго-влечение — гнев. Оно также кажется неприятным, но только извне. Неприятно общаться с гневливым человеком, но если мы сами в гневе — это уже совсем другое. Тот, кому свойственны яркие, сильные гневные состояния, знает, что выйти из гнева бывает чрезвычайно сложно. Более того, пока гневный эффект не будет доведен до конца, человек остановить себя просто не может. Власть гнева и сила гнева, т.е. энергия гнева, очень велики.

Удаляет гнев из человека кротость. Она растворяет это Эго-влечение и сама воцаряется в сердце человека. Кротость приносит с собой мир, незлобие, открывает способность терпения, проявляется в мужестве, т.е. способности стоять в добром до конца, даже до смерти.

Еще одно — Эго-влечение уныния или же праздности,влечение проводить время в удовольствии для себя. Отдаться праздности или унынию — это значит уйти от работы над собой, от всякой заботы о других. Праздность — значит уход от дел, от забот, от исполнения нужд окружающих людей, от отклика на нужду. Последнего это Эго-влечение вообще не знает и знать не может. Но зато есть постоянное желание заполнять тем или иным способом свое безделие. В одном случае — человек много лежит после того, как проснулся, в другом— много шатается из угла в угол, мается и не знает, чем бы заняться. И, в то же время, он, вроде бы, очень занят, но непонятно, чем. В третьем — всякая праздность: весело проводить время, танцевать, петь, состояние стрекозы: «Лето целое пропела, оглянуться не успела...».

При этом влечение к праздности использует Способности, то есть оно практически через них себя и осуществляет. Человек ударяется в ту или иную Способность и оказывается вдалеке от заботы о других. Он легкомысленно увлечен: сегодня математикой, завтра — литературой, с утра до вечера он будет находиться в них и ничего другого не помнить. Благодаря своим Способностям, при активном проживании влечения к праздности он вдали от семьи, вдали от друзей, он где-то там. От него нет смысла ждать отклика на человека — его просто не будет. Так же и при увлечении музыкой, театром, поэзией, садоводством.

Сегодня Эго-влечение уныния или праздности активно проявляется в повальном увлечении телевизором, компьютером.

Совсем иное свойственное человеку по его природе усердие ко всякому доброму делу. Если человек сызмала воспитан в таком усердии, то он будет жить своим трудом. В труде реализуется важнейшая жизненная потребность — служить ближним. Нравственные Силы Души высвобождаются в этом усердии к доброму делу, благотворение становится для человека естеством жизни. Такой человек надежен, ему можно доверять дело.

Далее: Эго-влечениек деньгам и к вещам, влечение к обогащению, т.е. восприятие себя как личность через вещи, через богатство. Крайняя форма — «скупой рыцарь». При этом совсем неважно, как использовать свое богатство. Важно и значимо то, что оно у меня есть. Формами влечения к богатству являются самые различные варианты коллекционирования. Например, чувство самодостаточности и удовлетворенности «я есть что-то» от того, что собрана большая библиотека. Читается она или нет — это неважно. Важно, что она есть. И важно, что существует внутренний процесс постепенного увеличения ее.

Существует коллекционирование предметов большего масштаба и габаритов, например: квартиры, дачи, машины при постоянной смене машин каждые два-три года.

Другой вариант — это накопление различных банковских бумаг, от отечественных купюр до иностранной валюты.

Третий вариант — это влечение к одежде, наличие шкафа со множеством костюмов и платьев. Известны случаи, когда после уличения человека в каких-то преступлениях, связанных с крупными коммерческими операциями, на его квартире обнаруживали несколько сот пар обуви. Причем все это было предназначено не для продажи, оно было здесь, чтобы было. Сюда же входит коллекционирование марок, монет, картин известных мастеров, редких изделий из фарфора и т.д. Эти мелкие страстишки на самом деле являются проявлениями крупного Эго-влечения к вещам и деньгам.

В то же время в жизни встречаются люди, которым свойственно иное качество — нестяжание. Они бескорыстны в отношениях с людьми, милостивы к нуждающимся, имеют мягкое сердце, великодушны. В них есть особое спокойствие и свобода духа. Отсюда широта отношений к людям, такт и чуткость.

Самое удивительное заключается в том, что все перечисленные положительные качества в разной мере свойственны каждому человеку. Вопрос вот только в том, воспитаны ли, развиты ли в человеке эти качества и трудится ли он сам над ними, ищет ли в себе их восстановление.

Итак, восемь Эго-влечений составляют Эго-ядро человека. В результате того, что каждое Эго-влечение у каждого из нас представлено в различных вариантах, наше внутреннее чувство собственного эгоистического «Я» очень богатое. Оно создает ложное чувство полноты жизни со всеми ее переливами и переменами настроений.

Три уровня — Способности, Эмоциональность и Эго-влечения — составляют Триаду Эго. Способности обслуживают заказ Эго-влечений и служат мастерскому исполнению их любой потребности. Эго-влечения переживаются человеком как состояние «хочется» («мне очень хочется чего-то»).

IV уровень — Душевные Силы Четвертый уровень — это Душевные Силы.Мы выделяем их девять: Деятельная Сила Души, Творческая Сила Души, Созерцательная Сила Души, Нравственная Сила Души, Разумная Сила Души, Любовь, Почитание, Попечение (или забота), Жизнелюбие.

Каждая Сила Души проявляется в различных свойствах.

Нравственная Сила Души может иметь следующие свойства: отзывчивость, чуткость, внимание к другому человеку, душевная щедрость, бескорыстие, доброта, способность слышать состояние души другого человека. На Руси эти свойства Нравственной Силы Души назывались добродетелями.

Нравственные свойства сами себя не слышат. Они всегда обращены к другому и позволяют услышать нравственное состояние другого человека.

Современный человек преимущественно пребывает на втором уровне, т.е. Эмоциональном, и своей Эмоциональностью слышит Эмоциональность другого и потому говорит: он грустный, он веселый, он счастливый, а тот раздражительный. Но это чисто эмоциональная характеристика человека. Нравственные же свойства позволяют услышать, в каком направлении происходит становление человека — в нравственном или безнравственном.

Силы Души тонко и чутко проявляются у детей. Утробное состояние ребенка — это открытое душевное зрение на состояние матери. Первые пять лет жизни после рождения состояние душевного зрения у младенца открыто, и поэтому они явственно чувствуют или слышат другого человека, особенно взрослого.

Случается, например, ребенок спокойно лежит в колыбели. В это время приходит кто-то в гости и некоторое время находится в коридоре, отделенном двумя дверями. Мы ищем причину, почему дитя плачет. Все нормально: и сух, и сыт, и удобно лежит. Когда же гость уходит — ребенок успокаивается.

Бывают, что дети к одним открыто тянутся, хотя и видят в первый раз, других принимают настороженно, а от третьих сразу отгораживаются. Это и есть открытое душевное зрение, когда ребенок явственно чувствует взрослого человека.

Постепенно, с годами, по мере развития Эго-ядра и активизации Эмоциональности, Силы Души и душевное зрение закрываются, заглушаются, и человек слышать другого уже не может. Он слышит другого только ради того, чтобы исполнить какие-то свои потребности. Это эмоционально-страстное слышание. Оно происходит вовсе не от Душевных Сил.

Если Эмоциональность, занятая собою, использует всех окружающих для того, чтобы удовлетворить себя, то Душевные Силы по своим свойствам противоположны Эмоциональности. Они обращены к другому человеку и слышат его.

Если Душевные Силы в человеке закрыты, то слышание другого невозможно. Будет составляться только некая эмоциональная аналогия, не более. Но она не означает, что я слышу другого. Я могу по внешним свойствам, по внешним признакам предположить состояние его эмоциональной жизни, его переживания, но только предположить. По каким-то другим параметрам, по эмпатии, по эмоциональному контакту я могу даже почувствовать действие Эмоциональности в другом, но глубинные смысловые потребности человека при этом услышать невозможно. Пути человека, его становление, то, на каком этапе он находится и что в данный момент ему по нравственному становлению нужно, на эмоциональном плане услышать нельзя. Эмоциональный план берет в расчет только сиюминутную ситуацию.

Душевные Силы позволяют слышать стратегическое состояние человека: каково его глубинное движение: в Триаду Эго или Триаду Совести. Различить это можно только Душевными Силами, ничем другим.

Рассмотрим это на примере. Существуют три вида плача. Первый — плач утешительный, в результате которого человек переживает облегчение. Ему становится хорошо, он выплакался. В этом плаче человека надо оставить, не надо его трогать, пусть выплачется, ему станет легче.

Второй — плач раскаяния, плач покаяния, после которого человек очищается внутренне, высветляется. И в этом плаче тоже нужно человека оставить.

Но есть еще один вид плача: плач от обиды, от неисполненного желания, от гнева, от мести, от жадности, от досады, от раздражения, от жалости к самому себе... Этот плач нельзя оставлять, из него нужно человека обязательно вывести.

Но для Эмоциональности же всякий плач есть плач. Поскольку она их не различает, тут же реагирует: надо спасать. А от чего спасать? — Не знает. Различить, какой же из видов плача происходит, могут только Душевные Силы человека. Но люди, даже догадываясь о разности, чаще всего пытаются произвести это различение от собственной Эмоциональности. И тогда возникают ошибки.

Например, встретилось несколько подруг. В ходе разговора одна из них расплакалась. Остальные, движимые собственной Эмоциональностью, пытаются ее успокоить. Но права оказалась та, которая своими Душевными Силами услышала, что мешать не нужно и предотвратила со стороны остальных неполезное и нежелательное утешение.

V уровень — Совесть Почитание старших, попечение о нуждающихся, любовь, жизнелюбие — это реальные Силы Души, которые всегда реально открыты навстречу другому человеку. Не просто ее свойства, но Силы. По своей природе они связаны с пятым уровнем человека — Совестью. Совесть противоположна Эго-влечениям и антагонистична им.

Совесть направляет человека в реальный, конкретный поступок. Она не терпит лжи, двуличия, ради правды она подвигает человека к внутреннему усилию над собой. Когда человек действует по Совести, то все предыдущие уровни не властны над ним. Власть Эго-влечений отступает перед Совестью. Поэтому, если человек бросается на зов о помощи, то это происходит совершенно естественно, свободно, легко.

Когда мы говорим о человеческой свободе, это значит, что мы говорим о свободе от Эго-влечений, которые живут только самими собой, направляя человека на удовлетворение своих интересов, своих потребностей, себя самого, спасения своей жизни, радения о себе самом, о своем благополучии.

Когда человек живет по Совести, Эго-влечений для него просто не существует. И тогда никаких раздумий, никаких размышлений, борений человек не испытывает, он свободен в поступке ради другого. Это и есть одна из самых больших свобод человека, к которой он на самом деле призван.

С рождения человек призван к этой свободе, свободе по Совести, действию по Совести.

Увы, в жизни чаще всего все происходит по-другому.

Когда человек слышит крик: «Помогите!», в голове его проносятся тысячи мыслей. А ведь он как мужчина должен бы броситься на помощь... «Должен» — это его голова так знает, интеллект, его сознание. «Надо помогать, надо спасать!» Его Эмоциональность тоже знает, что надо броситься и спасти, она видела много фильмов, в которых героем является тот, который бросается и спасает. Но сильнее Эмоциональности в человеке действует инстинкт самосохранения, страх за себя, трусость. Эмоциональность колеблется. Долг и трусость попеременно захватывают ее. На помощь ей приходят Эго-влечения, напоминая о нереализованных планах на жизнь, на богатство, на известность. Нет желания умереть от какой-то случайности, от случайной внешней силы. Нет, ни в коем случае! Эго-влечение не хочет этого, оно хочет еще и еще реализовываться в этом мире, хочет себя показать. К тому же, оно боится всякого насилия, всякой боли, тем более смерти.

Иным образом ведет себя Совесть. Она диктует Воле необходимость жертвовать собой ради ближнего и Воля исполняет это повеление. Явление Совести связано не с понятиями о ней и даже не с мировоззрением. Это действительное и самостоятельное ее бытие в природе человека. Она реально существует, она не приобретается, человек с нею рождается. Поэтому, когда мы утверждаем, что воспитываем Совесть, рассказывая о ней детям, передавая им знания о Совестливых поступках, то на самом деле мы формируем у них некоторое рациональное сознание, которое имеет самое отвлеченное отношение собственно к Совести.


Просмотров 175

Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2020 год. Все права принадлежат их авторам!