Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Несчастные случаи в быту и на производстве



 

Помимо ДТП существует огромное количество несчастных случаев в быту и на производстве. Символика их столь же многообразна, поэтому каждый случай необходимо рассматривать отдельно.

Богата символика ожогов . Во многих выражениях ожоги и огонь используются в качестве символов психических процессов: «обжечься на чем-то», «играть с огнем», «пройти сквозь огонь» и т. д.

Огонь означает опасность. Ожоги дают понять, что человек оценивает ее неправильно. Может быть, вы не замечаете, насколько «горячей» может оказаться вскоре та или иная ситуация. Ожоги привлекают наше внимание к тому, что мы «играем с огнем» (то есть с опасностью). Кроме того, огонь связан с темой сексуальности и любви. Мы говорим о «горячей» любви и «обжигающей страсти», «пылаем от любви» и «сгораем в любовном пламени». О любимой девушке говорим: «В ней есть огонек». В первую очередь ожоги затрагивают кожу, то есть пограничные рубежи человека. Нарушение границы символизирует, что тот ставит под сомнение свое «Я», которым он отграничивается от мира и которое мешает истинной любви. Чтобы научиться любить, мы должны открыться, воспламениться и сжечь все границы. Когда человек оказывается к этому не готов, может случиться так, что не внутренний, а внешний огонь сметет границы и обожжет его так, что он будет открыт насильно.

Похожую символику несут в себе любые повреждения кожи . Мы говорим о психических травмах, о том, что человека «ранили» чьи-то неосторожные слова. Но ведь ранить можно не только другого, но и себя самого.

Легко представить себе, что скрывается за тем, что человек «споткнулся» или «упал». Человек поскользнулся в гололед, потому что всю жизнь перед ним открывалась «гладкая дорога». Один падает «маслом вверх», а другой – обязательно «вниз». Если в результате падения у человека возникает сотрясение мозга, значит, под сомнение поставлены самые основы образа мысли. Любая попытка выпрямиться приводит к страшной головной боли, поэтому голову приходится опускать. Голова лишается своего доминирующего положения, и пациент на собственном опыте убеждается, что думать иногда бывает очень больно.



 

Переломы

 

Кости ломаются в экстремальных ситуациях (падение с мотоцикла, автомобильная катастрофа, спортивная травма). Перелом вынуждает человека долгое время находиться в состоянии вынужденного покоя (постельный режим, гипс). Любой перелом («разрыв») приводит к «разрыву» в активной деятельности. Во время этого перерыва должны, по мере возможности, образоваться новые ориентиры. Перелом ясно показывает, что вы не обратили внимание на необходимость закончить определенный этап в своем развитии, поэтому организм вынужден был наглядно продемонстрировать «слом» устаревшего и переход от «перерыва» к «прорыву» в новое. Перелом «прерывает» прежний путь, для которого были характерны, прежде всего, высокая активность и подвижность. Человек «перегнул палку» так, что она переломилась. Перегрузки накапливались так долго, что одно из звеньев – самое слабое – не выдержало.

Кость символизирует твердость, формообразующую норму, но так же и застой (известкование). Если преобладающим оказывается принцип застоя, кость становится ломкой и больше не может выполнять свои функции. То же самое происходит с нормами и установками человека – они должны представлять собой внутренний стержень, но, будучи слишком застывшими, оказываются не в состоянии этого делать. Перелом показывает на физическом уровне, что застой моральных и поведенческих норм сделал человека чересчур негибким. С возрастом он все больше цепляется за свои жизненные принципы и теряет психическую пластичность. Аналогичный процесс происходит и на уровне тела: при известковании костей со временем увеличивается опасность переломов. Противоположный полюс – это маленький ребенок с подвижными косточками, сломать которые почти невозможно. У малыша еще нет ни норм, ни морали, в которых он может застыть, прекратив развитие.



Если человек выстраивает свои ценности, нормы и установки так, что становится абсолютно несгибаемым, ему, как никому другому, начинает грозить перелом позвоночника. Это можно предотвратить, если не терять гибкости!

 

 

Психические симптомы

 

В этой главе мы объединили несколько наиболее распространенных нарушений, которые обычно называют «психическими». Наверняка вам бросится в глаза некоторая бессмысленность такого названия с точки зрения нашего подхода к проблеме. На самом деле невозможно провести границу между психическими и соматическими симптомами. У каждого симптома есть психическое содержание, которое проявляется на телесном уровне. Страх и депрессия точно так же способны проявляться в теле человека, как аллергия или простуда. Но все дело в том, что соматические изменения под воздействием лекарств дают официальной медицине теоретическую базу для фармакологического вмешательства. Слезы пациента, находящегося в состоянии депрессии, – явление не более «психическое», чем гной или понос. Разумеется, распад или деформация органа как проявление болезни на одном ее полюсе совсем не похоже на психические изменения личности, возникающие на другом. Но чем больше мы продвигаемся от конечных пунктов к середине, тем тяжелее обнаружить разделительную линию. Даже крайние точки при ближайшем рассмотрении не имеют различия между соматическим и психическим, поскольку они связаны всего лишь со способом внешнего проявления символов. Астма в формах своего проявления отличается от ампутации ноги не меньше, чем от шизофрении. Классификация на «психическое» и «соматическое» дает больше путаницы, чем порядка.

Мы не видим смысла в этом разделении, потому что наша теория применима ко всем симптомам без исключения. У симптомов могут быть самые разные формы выражения, они проявляются на уровне организма, но в них всегда открывается содержание нашего сознания, которое нужно научиться видеть. Восприятие симптома происходит в сознании, будь то неизбывная печаль или боль от свежей раны. В первой части книги мы уже говорили, что все индивидуальноепроявляется симптомами, а различие между болезнью или здоровьем базируется исключительно на субъективной оценке. Аналогично обстоят дела и на так называемом психическом уровне.

Нам всем пора избавиться от мысли, что поведение бывает нормальным и ненормальным. Нормальность – это то, что чаще встречается, и потому она не может быть использована ни как классификационная единица, ни как оценочный масштаб. Нормальность (норма) не вызывает страха, но противостоит индивидуальности. Защита «нормы» – это тяжкий долг традиционной психиатрии. Галлюцинация реальна не меньше и не больше, чем любое восприятие. Единственное, чего ей не хватает, это аплодисментов коллектива. «Психически больной» человек существует по тем же физиологическим законам, что и все остальные люди. Безумный с манией преследования проецирует на окружающих свою теневую агрессивность, так же как и тот, кто требует самого сурового наказания для преступника. Любая проекция – это безумие, поэтому вполне правомерным является вопрос, когда безумие нормально, а когда становится болезнью.

Психически больной и психически здоровый – это конечные точки пространственно-временного единства, являющегося результатом совместной деятельности сознания и тени. У так называемого психотика мы наблюдаем в экстремальной форме результат успешного подавления тени. Если все каналы и участки, где может осуществляться тень, оказываются надежно закрытыми, в какой-то момент происходит смена доминанты, и тень полностью захватывает власть над личностью.

Она подавляет господствовавшую прежде часть сознания и с повышенной энергией восполняет все то, что другая часть сознания до сих пор не осмеливалась реализовать. Так, рьяные моралисты становятся эксгибиционистами, боязливые и мягкие «одуванчики» превращаются в диких бешеных зверей, а прежде скромные незаметные личности страдают манией величия.

Психоз тоже заставляет быть честным, потому что он начинает наверстывать упущенное с такой интенсивностью, от которой окружающим становится страшно. Это отчаянная попытка избавиться от односторонности и вернуть себе равновесие. Но она связана с опасностью, что человеку больше не удастся выбраться из постоянного метания от одной крайности к другой. Найти золотую середину и добиться равновесия очень трудно, иногда неудавшиеся попытки это сделать приводят к появлению маниакально-депрессивного синдрома. При психозе человек реализовывает свою тень. Безумие вызывает у окружающих чувство беспомощности и страха, потому что напоминает об их собственной тени. Безумный человек открывает дверь во тьму сознания, характерную для каждого из нас. Мы изо всех сил боремся, пытаясь подавить эти симптомы, потому что нами руководит страх. Это вполне понятно, но понимание причин страха не помогает решить проблему. Подавление тени приводит к ее насильственному взрыву. Подавив ее снова, мы не решаем проблему, а откладываем.

В этом случае, как и в любом другом, первым необходимым шагом в правильном направлении должно быть осознание того, что у любого симптома есть смысл, дающий ему право на существование. Исходя из этого, можно определиться, как использовать симптом себе во благо. Думается, сделанных нами замечаний на тему психических симптомов вполне достаточно. Остается добавить, что психотик недостаточно откровенен, чтобы иметь возможность истолковывать свои симптомы. Его страх перед тенью настолько велик, что чаще всего он полностью проецирует его наружу. Заинтересованный наблюдатель сможет довольно легко интерпретировать, если он будет помнить о двух правилах, уже много раз упоминавшихся на страницах этой книги.

 

1. Все, что пациент переживает во внешнем мире, есть проекции его сознания (голоса, нападения, преследования, гипнотическое воздействие, попытки убить и т. д.).

2. Психопатическое поведение – это вынужденное осуществление нереализованной тени.

 

Психические симптомы интерпретировать нет смысла: они и так напрямую выражают проблемы и не используют дополнительных уровней для трансформации. Все, что можно о них сказать, звучит довольно банально, поскольку не требует никакого перевода. Тем не менее, мы хотели бы поговорить о трех довольно распространенных симптомах, поскольку их обычно относят к области психических заболеваний. Это депрессия, бессонница и мания.

 

Депрессия

 

Депрессия – собирательное понятие для симптомов, связанных с чувством подавленности и заторможенности, вплоть до полной неподвижности. Наряду с этим наблюдаются повышенная утомляемость, нарушения сна, отсутствие аппетита, запоры, головные боли, ускоренное сердцебиение, болезненные ощущения, снижение физического тонуса, нарушения менструального цикла у женщин. В период депрессии человека часто мучает чувство вины. Он упрекает себя в чем угодно и пытается исправить прежние ошибки. Слово депрессия происходит от латинского deprimo («задавить», «подавить»). Возникает вопрос, что чувствует больной с симптомами депрессии? Ктоего подавляет, или чтоподавляет он сам? Вот три варианта ответа.

1 . Агрессия. Мы уже говорили, что загнанная внутрь агрессия преобразуется в физические боли. Можно добавить, что агрессия, подавленная на психическом уровне, ведет к депрессии. Если внешнее проявление агрессии блокировано, то она направляется внутрь, превращая отправителя в получателя. Подавленная энергия активизирует не только чувство вины, но и многие побочные соматические симптомы, которые бывают очень болезненны. Мы неоднократно говорили, что агрессия – всего-навсего особая форма жизненной энергии и активности. Когда человек испуганно старается подавить собственную агрессию, он тем самым подавляет энергию и активность. Психиатрия старается втянуть страдающего депрессией человека в активную деятельность, но пациент воспринимает это как угрозу. Он избегает всего, что не имеет общественного признания, старается заретушировать агрессивные, разрушительные импульсы, ведя безупречный образ жизни. Агрессивность, направленная на самого себя, находит самое яркое выражение в суициде. Если человек попытался покончить жизнь самоубийством, постарайтесь понять, против кого, собственно говоря, была направлена эта попытка.

2. Ответственность. Депрессия – экстремальная форма отказа от ответственности, в качестве примера можно привести послеродовую депрессию и, опять-таки, самоубийство. Человек не предпринимает никаких действий, ведет растительный образ жизни, точнее, смерти. Но, несмотря на отказ от жизни, он через чувство вины продолжает конфронтацию с ответственностью. На первое место выступает боязнь брать ответственность на себя, и происходит это как раз в тот момент, когда необходимо перейти в новую жизненную фазу.

3. Отказ – одиночество – старость – смерть. Эти понятия тесно связаны между собой и всегда должны соотноситься с последним, по нашему мнению, самым важным из них. Во время болезни человек лишенвсего живогодвижения, перемен, общения . При депрессии человек волей-неволей вынужден приближаться к противоположному полюсу – полюсу апатии, застоя, одиночества, полюсу смерти. Смерть, которая занимает такое большое место в жизни пациента, – это его тень.

Конфликт состоит в том, что человек одинаково боится и жизни, и смерти. Активная жизнь связана с чувством вины и ответственностью – но именно этого человек и старается избегать. Взять ответственность на себя – значит отказаться от проекций и принять собственное одиночество. Но оно для него равносильно смерти, потому что такой человек не умеет жить сам. Поэтому ему необходим кто-то, за кого он может уцепиться, как за единственную опору. Если такой человек-опора уходит или умирает, это может послужить причиной депрессии. Пациент не хочет оставаться один, не хочет принимать никаких решений, потому что за них придется нести ответственность. Он боится смерти и при этом не понимает, как можно жить полной жизнью. Депрессия заставляет быть честным: она проявляет в человеке как неспособность жить, так и неспособность умереть.

 

Бессонница

 

Бессонницей мучаются многие. Поэтому велико и потребление снотворных препаратов. Сон – одна из основных потребностей человека, такая же, как еда и секс. Надежное, хорошо укрытое, удобное спальное место имеет огромное значение и для человека, и для животных. Усталые люди и звери готовы пройти большое расстояние для того, чтобы найти подходящее для сна место. Когда нам мешают спать, мы воспринимаем это как угрозу. Хороший сон связан с множеством привычек: определенной кроватью, определенной позой, определенным временем суток и т. д. Нарушение привычек может привести к бессоннице.

Сон – это уникальный феномен. Мы все умеем спать, хотя никто нас этому не учил. При этом мы не в состоянии объяснить, как это происходит. Треть своей жизни мы проводим в состоянии сна и практически ничего о нем не знаем. Мы хотим спать, но часто ощущаем исходящую из мира сна и сновидений угрозу. Мы пытаемся избавиться от неприятных ощущений, произнося успокаивающие слова: «Это всего лишь сон». Но если быть честными, надо признаться, что сны воспринимаются нами столь же реально, как явь. Если задуматься, можно прийти к выводу, что мир нашего дневного сознания так же иллюзорен, как и ночные сны. Ведь и тот, и другой мир существуют исключительно в нашем сознании.

Откуда появляется уверенность, что та жизнь, которую мы ведем днем, реальнее, чем сон? Кто дал нам право употреблять перед словом «сон» частицу «только»? Любой приобретенный сознанием опыт действителен – неважно, как его называют: реальностью, сном или фантазией. Полезно попробовать мысленно поменять полюса дневной жизни и сна. Можно представить, что реальную жизнь мы ведем во сне, и время от времени, с определенным ритмом прерываем его фазой, которая сейчас соответствует нашей повседневной жизни.

«Вангу приснилось, что он бабочка. Он сидел в цветах на тонкой травинке. Он порхал туда-сюда. А потом он проснулся и никак не мог понять, кто же он: Ванг, которому снилось, что он бабочка, или бабочка, которой приснилось, что он Ванг».

Такая смена полюсов восприятия полезна для понимания того, что на самом деле ни одно из этих состояний сознания нельзя назвать более реальным, чем другое. Сон и бодрствование, дневное сознание и сознание во время сна – это полярности. Одно компенсирует другое. По принципу аналогии дню и свету соответствуют бодрствование, жизнь и активность, а ночи – темнота, покой, бессознательное и смерть.

 

Аналогии

Ян – Инь

Мужское – Женское

Левое полушарие – Правое полушарие

Огонь – Вода

День – Ночь

Бодрствование – Сон

Жизнь – Смерть

Добро – Зло

Сознательное – Бессознательное

Разум – Чувство

Рациональное – Иррациональное

 

Сон иногда называют младшим братом смерти. Засыпая, мы учимся умирать и должны отказаться от всякого контроля, от намеренности, от активности. Мы должны отдаться, довериться, положиться на неизвестное. С помощью силы воли и напряжения уснуть невозможно. Мы не можем сделать ничего, разве что создать необходимые предпосылки, а затем терпеливо ждать и надеяться, что сон, наконец, придет к нам. Наблюдать за этим процессом практически невозможно – наблюдение помешает сну.

Все то, чего требуют от нас сон и смерть, не является сильными сторонами человека. Мы все накрепко привязаны к полюсу активности, гордимся тем, что способны действовать, руководствуясь разумом и держа над собой контроль. Отдаться, довериться, отпустить – все это нам не свойственно. Что же удивительного в том, что бессонница наряду с головной болью держат пальму первенства среди сотен других нарушений здоровья современного человека.

Нашей культуре присуща односторонность. Поэтому мы испытываем сложности, сталкиваясь с противоположными полюсами, это видно и из приведенного выше перечня антагонистических понятий, аналогичных сну – бодрствованию. Мы испытываем страх перед чувствами, перед бессознательным, перед Злом, темнотой и смертью. Мы судорожно цепляемся за разум и дневное сознание, наивно полагая, что это поможет выстроить систему адекватных представлений о мире. Как только раздается призыв: «Отпусти!», появляется страх, потому что любая потеря представляется нам огромной. Тем не менее, мы хотим спать, чувствуем необходимость сна. Так же, как ночь принадлежит дню, нам принадлежит наша тень, а смерть принадлежит жизни. Каждый день сон приводит нас на границу между «здесь» и «там» и показывает нам ночные, теневые части нашей души, позволяя пережить непережитое, и снова создает равновесие.

Если у человека проблемы со сном, точнее говоря, с процессом засыпания, значит, он боится утратить контроль над разумом и довериться бессознательному. Современный человек не делает паузы между днем и ночью, стремясь забрать в царство сна и мысли, и активность. Мы увеличиваем день за счет ночи так же, как пытаемся анализировать «ночную» часть своей души с помощью методов анализа дневной. Сознательная переориентировка полюсов нам недоступна.

Человек, страдающий бессонницей, прежде всего должен научиться завершать свой день, чтобы иметь возможность полностью отдаться ночи и ее законам. Кроме того, он должен уметь заботиться о бессознательном своей души. Это необходимо, чтобы выяснить, где же притаился его страх. Такого человека обычно сильно занимают мысли о том, что все земное преходяще, что рано или поздно наступает смерть. Ему не хватает доверия и способности отдаваться. Эти вопросы мы уже поднимали, говоря об оргазме, говоря, что и сон и оргазм – это смерть в миниатюре. Если человек слишком акцентирует внимание на неповторимости собственного «Я», и то, и другое он будет воспринимать как опасность. Примирениес ночной стороной жизни – самое замечательное снотворное.

Всем известный способ избавления от бессонницы – считать слонов или верблюдов – помогает отключить интеллект. Монотонность скучна левому полушарию, поэтому оно пытается избавиться от своего доминирующего положения. Эту закономерность используют во всех техниках медитации: концентрация на одной точке, на дыхании или на повторении мантр приводит к переключению с левого полушария на правое, с дневной стороны на ночную, от активности к пассивности. Если эта естественная смена ритма оказывается для человека сложной, он должен уделить больше внимания тому полюсу, которого так старается избегать. Того же самого хочет и симптом. Он дает человеку достаточно времени, чтобы разобраться с ночными страхами и таинственностью. Симптом заставляет честно признаться, что бессонница – это страх перед ночью.

Избыточный сон свидетельствует о наличии противоположных проблем. Если человек спал достаточно долго, и ему все равно трудно проснуться и встать, значит, он боится того, что принесет ему день, боится активности и деятельности. Проснуться и начать новый день означает стать активным, действовать, принимать решения и брать на себя ответственность. Когда человеку трудно сделать шаг навстречу дневному сознанию, и он бежит в мир снов, в мир бессознательного, где осталось его детство, значит, он пытается скрыться от требований жизни и ответственности за нее. Если процесс засыпания – это мини-смерть, то процесс просыпания – мини-рождение. Оказаться рожденным и получить сознание так же страшно, как умереть. Проблема связана с односторонностью нашего восприятия. Выходом из нее является все та же золотая середина, состояние равновесия, принцип «как, так и». Только тогда становится видно, что жизнь и смерть едины.

 

НАРУШЕНИЯ СНА

 

Бессонница дает повод задать следующие вопросы.

1. Насколько я зависим от власти контроля, разума и наблюдения?

2. Способен ли я отпускать?

3. Насколько развиты во мне способность отдаваться и доверие?

4. Уделяю ли я достаточно внимания ночной стороне своей души?

5. Насколько я боюсь смерти, способен ли я адекватно оценить ее значение?

Избыточная потребность спать заставляет задуматься над следующими вопросами.

1. Неужели я бегу от активности, ответственности, осознанности?

2. Может быть, я живу в мире снов и боюсь проснуться в реальности?

 

 

Мании

 

Тема избыточного сна с неизбежностью приводит нас к теме мании, потому что в обоих случаях основным символом является бегство. Все, кто страдает какой-нибудь манией, постоянно находятся в поиске, но при этом они слишком рано останавливаются, застревая не на том уровне. Поиск может быть реализован только в находке. Иисус говорил: «Кто ищет, тот не должен останавливаться, пока не найдет, а когда он найдет, то будет потрясен, а если он будет потрясен, то удивится и сможет овладеть миром» (Евангелие от Фомы, лог. 2).

Все великие герои мифологии и литературы – Одиссей, Дон Кихот, Фауст – были в поиске и не прекращали его до тех пор, пока не находили искомое. Поиск вел героев сквозь опасности, смуту, отчаяние и тьму. А когда они находили то, что искали, оказывалось, что ради этого действительно стоило бороться. Каждый человек пребывает в странствии, будучи при этом прикован к побережью собственной души. Он не должен нигде задерживаться, ему нужно искать до победного конца.

«Ищите и обрящете», – сказано в Евангелии. Но если человек боится испытаний и опасностей, усилий и сомнений, подстерегающих его на пути исканий, у него появляется мания. Цель своих поисков он подменяет тем, что уже найдено где-то на промежуточном отрезке пути, и, следовательно, прекращает искать. Он «поглощает» свою якобы цель и никак не может «насытиться»; пытается утолить голод все большим количеством того же суррогата, не замечая, что аппетит после еды только возрастает. У него появилась мания, но ему не хочется признаваться в том, что настоящая цель потеряна из виду, что нужно начинать все сначала и продолжать поиски. Его крепко держат страх, удобства и собственная слепота. Любое сомнение в правильности выбранного пути может привести к возникновению мании. Везде в засаде сидят сирены, готовые удержать и привязать к себе путешественника. К мании могут привести любые явления и предметы, если вовремя не разглядеть их сущности: слава и власть, деньги и имущество, удовольствия и аскетизм, еда и питье, научные знания и религиозный фанатизм, вино и наркотики. Все, что угодно, имеет право на существование в виде приобретенного опыта. И все, что угодно, может послужить источником мании, если мы не сумеем вовремя от него избавиться.

По своей сути мания – это боязнь нового опыта. Тот, кто воспринимает жизнь как путешествие, кто все время находится в поиске, никогда не окажется во власти мании. Он ищет. Чтобы осознать, что ты находишься в поиске, нужно иметь достаточно мужества и признать, что у тебя нет родины. Теми, кто верит в привязанность, уже завладела мания. У каждого из нас есть цель поиска, которая оглушает душу. Но проблема не в этом. Проблема в том, что нам хочется искать, не отказываясь от удобств и комфорта.

Изучение того, что человек делает целью поиска, демонстрирует нам доминанту, к которой он стремится. Хотелось бы коротко, в нескольких словах охарактеризовать основные цели поиска, воспринимаемые всеми как патология, потому что они направлены в сторону от общепринятых.

 

Обжорство (булимия)

Жить – значит учиться. Учиться – значит обобщать и пропускать в сознание те принципы, которые до сих пор воспринимались как существующие вовне. Постоянное приобретение чего-то нового приводит к расширению сознания. Если духовный голод не утолять за счет опыта, он опускается на уровень тела и принимает форму голода физического. И этот голод уже не утолить, потому что пищей можно заполнить только желудок, но не внутреннюю пустоту.

В одной из предыдущих глав мы говорили, что любовь – это способность раскрыться и вобрать в себя. Обжора открывает не границы своего «Я», а рот и поглощает им абсолютно все, ощущая «любовь» не на уровне сознания, а на уровне тела. Результатом этой его «всепоглощающей» любви являются только жировые отложения. Он ищет любви, одобрения, награды, но, к сожалению, не на том уровне.

 

Алкоголизм

Алкоголь – это попытка найти цельный, бесконфликтный мир, в котором все люди – братья. Эта цель была бы прекрасна, но вся беда в том, что достичь ее алкоголик пытается путем избегания травмирующих ситуаций. Он не готов сознательно отнестись к противоречиям жизни и не может решать возникающие проблемы. Он заглушает свои проблемы и конфликты спиртным, любуясь на цельный, чистый, светлый мир, не понимая, что таким он видится ему только через призму алкогольных паров. Чаще всего алкоголик ищет и человеческой близости. Опьянение создает иллюзию такой близости, устраняя все преграды и препятствия, смывая различия в положении. Эта карикатурная близость дает возможность моментально предложить друг другу братство на всю жизнь. Но в подобной «близости» нет необходимой глубины и связанности, она кончается «на дне бутылки».

 

Курение

Курение, как и дыхание, связано прежде всего с легкими, а те, в свою очередь, – с коммуникабельностью, контактностью и свободой. Курение – это попытка стимулировать именно эти участки. Сигарета становится заменой раскованности и свободы. Реклама мастерски использует эту потребность человека: свобода ковбоя, преодоление всех препятствий во время полета, путешествие в дальние страны и общество веселых людей – все эти желания вашего «Я» якобы можно реализовать с помощью сигареты. Мы продвигаемся вперед семимильными шагами. Весь вопрос: к кому? К женщине? К другу? А быть может, к свободе? Все эти настоящие желания можно воплотить иллюзорно: дым сигареты способен затуманить истинную цель.

 

Наркотики

Гашиш (марихуана) связан с теми же проблемами, что и алкоголь. Человек бежит от своих конфликтов в особое прекрасное состояние. Гашиш создает видимость легкой жизни, лишенной резких контуров. Все становится более мягким, неприятности отступают.

Кокаин и другие возбуждающие снадобья дают противоположный эффект. Они повышают активность и вследствие этого способствуют в какой-то мере успеху. На первый план выходит тема «успех, результативность, признание», потому что наркотик такого типа – всего лишь средство повысить работоспособность. Стремление к успеху – всегда стремление к любви. Именно поэтому кокаин особенно распространен в мире шоу и кино. Любовный голод является специфической проблемой этих людей. Актер мечтает о любви и надеется удовлетворить эту потребность через благосклонность публики. (Тот факт, что это невозможно, с одной стороны, делает актера более человечным, а с другой стороны – более несчастным!) С возбуждающими препаратами или без них – мания связана с тем, что успех должен заменить любовь.

Героин дает возможность полного бегства от всяких жизненных проблем.

От всех вышеназванных наркотических средств резко отличаются препараты-галлюциногены (ЛСД, мескалин, грибы, содержащие псилоцин и псилоцибин, и т. д.). Их употребление обусловлено более или менее осознанным желанием обогатить опыт собственного сознания, проникнув в трансцендентность. В узком смысле слова это не мания. И чем дальше продвинулся человек на пути расширения сознания, тем менее опасны для него наркотики, и тем меньше он в них нуждается. Но человеку принадлежит только то, что он сам наработал. Очень трудно интегрировать в свое сознание новое пространство, не оказавшись подавленным им. Проблема заключается не в самих галлюциногенах, а в сознании того, кто их использует. Все, чего можно достичь при помощи наркотиков, доступно и без них, только гораздо медленнее. Ну а спешка всегда очень опасна!

 

 

Рак

 

Чтобы понять, что такое рак, опять-таки необходимо научиться думать по принципу аналогий. Нужно понять тот факт, что любое явление, выделяемое и определяемое нами целое (единство среди единств) является, с одной стороны, частью другого, большего целого; а с другой стороны – состоит из множества более мелких целых единиц. Например, лес (выделяемое человеком целое) является частью бо льшего целого (ландшафта) и состоит из деревьев (целое более низкого уровня). То же самое относится и к самому дереву. Оно является частью леса и состоит из ствола, корней и кроны. Получается, что ствол так относится к дереву, как само дерево относится к лесу или лес к ландшафту.

Человек является частью человечества. В то же время он состоит из органов, которые, в свою очередь, являются частью человекаи состоят из клеток, представляющих собой части органов. Человечество ожидает от отдельного человека, что он, по мере возможности, будет вести себя так, как наиболее выгодно для сохранения и развития человечества в целом. Человек же ожидает от своих органов, что они будут работать так, как наиболее выгодно для него. Орган ожидает от клеток, что они будут выполнять свою работу так, как нужно для сохранения этого органа .

Как правило, система спокойно реагирует на исчезновение одной маленькой единицы. Но существует определенная граница, за которой существование системы может быть нарушено.

Так, например, государство может спокойно пережить тот факт, что некоторое количествоего граждан не работает, ведет себя асоциально или выступает против существующего порядка вещей. Однако рост группы асоциальных элементов в какой-то момент становится опасным: под вопрос ставится само существование государства как системы. Какое-то время оно будет пытаться защищаться, но, возможно, из этого ничего не выйдет, и распад государства будет предрешен. Самым перспективным средством защиты является своевременное привлечение к привычному порядку «выбивающихся» из системы граждан. Для этого им нужно создать привлекательную возможность работать для общих целей. Но обычно государство насильно подавляет или искореняет инакомыслие, лишь приближая наступление хаоса. С точки зрения государства, хаос порождается не подавлением инакомыслия, а самим фактом его существования.

Государство требует послушания, группа бунтарей хочет свободы для воплощения в жизнь своих идей. Понять можно правоту обеих сторон, но реализовать и те, и другие интересы, не идя на определенные жертвы, невозможно.

Смысл наших рассуждений ни в коей мере не связан с попыткой создания новой социальной теории. Мы просто пытаемся объяснить, что происходит при раке: все большее количество клеток организма меняют свое поведение и, активно размножаясь, начинают процесс, который заканчивается не сам по себе, а при полном исчезновении питательной почвы. Раковые клетки не приходят извне, как, например, вирусы, бактерии или токсины. Это клетки, которые до определенной поры усердно служили на благо органа и, тем самым, на благо всего организма. Их задачей было поддержание жизни. Внезапно «мировоззрение» клеток меняется, они теряют свои прежние «жизненные ориентиры». У них появляются собственные идеи, которые они начинают активно воплощать в жизнь, отказавшись от членства в союзе клеток, цель которых – благо органа. Хаотическая деятельность (деление) распространяется очень быстро, при этом нарушаются всяческие морфологические границы (инфильтрация), везде появляются «опорные пункты» этих клеток (метастазы). Остальные клетки они используют для питания. Рост и увеличение раковых клеток происходит так быстро, что снабжение через кровеносные сосуды не способно больше удовлетворить их потребности. Поэтому раковые клетки переходят от кислородного дыхания на более примитивную форму – брожение. Дыхание зависит от сообщества (обмен), брожение любая клетка может осуществлять в одиночку.

Быстрое размножение раковых клеток подходит к концу, когда они буквально сгрызают человека, которого использовали для питания. Возникает дефицит питания, и они терпят поражение. Но до этого времени их деятельность весьма успешна.

Почему же эти клетки так себя ведут? На самом деле их мотивы вполне понятны. Раньше раковая клетка была одной из многих, вынужденных выполнять скучную работу «для кого-то другого». Долгое время она так и поступала. Но в один прекрасный момент организм вдруг утратил для нее свою привлекательность, потому что стал препятствовать ее индивидуальному развитию. Являясь частью многоклеточного существа, клетка была смертной и несвободной. Одноклеточное существо свободно и независимо, оно может делать, что угодно, и может стать бессмертным за счет неограниченного размножения. Разве можно удивляться тому, что клетка вспомнила о своей прежней свободе и возвратилась к существованию одиночки? Она бросает прежнее сообщество в угоду собственным интересам и хочет реализовать собственную свободу.

Раковая клетка использует ошибочную концепцию свободы и бессмертия. Ошибка, заключенная в этом, казалось бы, стопроцентно успешном процессе, становится видна слишком поздно, когда не остается сомнений, что использование других клеток в качестве пищи обозначает и собственный конец.

Естественно, человек не рад тому, что должен пожертвовать своей жизнью для жизни раковой клетки, но ведь и клетка (не ставшая еще раковой) без особого восторга жертвовала своей жизнью ради жизни человека. Аргументы клетки настолько же правомерны, как и аргументы человека, но у них разный угол зрения. Оба хотят жить, реализовывая свои представления о свободе и защищая собственные интересы. Каждый готов пожертвовать ради этого жизнью другого. Происходит то же самое, что и в нашем примере с государством. Государство хочет жить и реализовывать свои представления. Но несколько инакомыслящих тоже хотят жить и реализовывать собственные представления. Государство пытается пожертвовать бунтарями. Если ему это не удается, революционеры приносят в жертву государство. Ни те, ни другие не принимают в расчет интересы соперника. Человек оперирует, облучает и травит раковые клетки до тех пор, пока в состоянии это делать. Но если побеждают они – жертвой становится человек. Это самая древняя дилемма в природе: съешь ты или съедят тебя? Конечно, человек видит и бесперспективность поведения раковой клетки, и ее недальновидность. Но замечает ли он, что, ведя себя так же, пытается обеспечить свое существование с помощью той же самой раковой концепции?

Здесь лежит ключ к пониманию характера раковых заболеваний. Не случайно в наше время рак получил такое широкое распространение. Мы самозабвенно боремся с ним, но до сих пор безуспешно. В форме рака мы переживаем только то, что существует в нас самих. Раковые заболевания – это характерная примета нынешнего времени и мировоззрения. Мы делаем все возможное, чтобы реализовать потребность в безудержном расширении собственных интересов. В политической, экономической, религиозной и частной жизни люди пытаются преследовать только собственные интересы, не обращая внимания на «морфологические» границы, расставляя, где только возможно, опорные пункты своих интересов (метастазы). Для людей существуют лишь собственные представления и цели, всех остальных они пытаются поставить на службу себе (принцип паразитов).

Мы используем в общественной жизни те же самые аргументы, что и раковые клетки!Наш рост происходит так быстро, что снабжение питанием серьезно отстает. С помощью коммуникативных систем мы можем охватить весь мир, но никак не найдем времени пообщаться с соседом или супругом. В течение многих десятилетий мы используем окружающий мир как питательную среду, а потом с удивлением замечаем, что смерть источника питания – это и наша собственная смерть. Слепота и недальновидность современного человека не отстают от слепоты и недальновидности раковых клеток.

Имеют ли люди право жаловаться на рак? Ведь это отражение нас самих – оно демонстрирует нам наше поведение, наши аргументы, и… конец пути. У людей образуется рак, потому что они сами и есть рак. Его нужно не побеждать, а понять, чтобы научиться понимать самих себя. Это наш великий шанс обнаружить слабые звенья в той концепции, которую и люди, и рак используют в качестве общей картины мира. Рак терпит фиаско от противопоставления себя сообществу. Он следует только принципу «или – или» и защищает свою, независимую от окружающих, жизнь. Ему не хватает осознания великого всеохватывающего единства. Это непонимание характерно и для человека, и для раковых заболеваний: чем больше отграничивает себя Эго, тем быстрее оно теряет ощущение цельности, частью которой является. У Эго возникает иллюзия, что оно способно сделать что-нибудь «в одиночку». Но один – в той же степени означает «единый со всеми», в какой и «отъединенный от остальных».

Человек теряет связь с истоками бытия в той степени, в которой отграничивает себя «Я». Эго пытается удовлетворить свои потребности и диктует человеку путь, считая правильным и полезным только то, что способствует его дальнейшему отграничению и проявлению. Оно боится возможности «стать единым со всем сущим», потому что это предопределяет его смерть. Вежливо, интеллигентно и аргументировано Эго защищает свое существование, используя самые благородные теории и самые чистые намерения, за которыми скрывается Закон джунглей: главное – выжить.

Вот так и возникают в нашей жизни цели без цели. Считать целью прогресс нелепо, потому что он бесконечен. Цель может заключаться только в преобразовании чего-либо, а не в продолжении того, что и так есть. Заключенный вряд ли будет считать своей целью переход в более комфортабельную тюрьму, ибо его цель – свобода, ибо свобода – качественно иное состояние .

Если же целью является единство со всем сущим, то это тоже переход на качественно новый уровень бытия. Единство недостижимо постольку, поскольку ему в жертву нужно принести собственное «Я». Покуда оно существует и существует полярное ему «все остальное», «возрождению в духе» будет предшествовать смерть этого самого ничтожного «Я».

Исламский суфий Руми великолепным образом раскрывает это в следующей притче:

«Некий человек подошел к двери любимой девушки и постучал.

– Кто там? – раздался голос.

– Это я, – ответил юноша.

– Здесь не хватит места для меня и тебя. – Дверь осталась закрытой.

Через год одиночества и лишений человек вернулся и постучал снова. И снова голос спросил:

– Кто там?

– Это ты, – ответил человек, и его впустили».

Пока наше «Я» стремится к вечной жизни, мы будем терпеть поражение так же, как раковые клетки. Раковая клетка отличается от обычной завышенной оценкой своего Эго. Ядро клетки соответствует мозгу. В раковой клетке возрастает значение ядра, и оно начинает увеличиваться в размерах. Изменения ядра соответствуют преобладанию эгоцентрического мышления. Раковая клетка жаждет бессмертия и находит его в делении и экспансии. Ни рак, ни человек не понимают, что, путая форму и содержание, ищут жизнь там, где ее нет и быть не может, – в материи.

Иисус говорил: «Пытаясь сохранить жизнь, человек ее теряет». Чтобы получить содержание, необходимо принести в жертву форму. Другими словами: «Я» должно умереть, чтобы мы могли возродиться в Сущем, у которого нет обособленного бытия, потому что оно охватывает все. Здесь, наконец, теряет смысл вопрос: «Я или кто-то другой?»

Большинство людей терпят неудачу, как на эзотерическом, так и на религиозном пути, пытаясь впихнуть свое «Я» в цель освобождения и просветления. Мало кто вообще отдает себе отчет в том, что «Я», с которым они себя отождествляют, не может быть ни светлым, ни спасенным.

Великое дело всегда связано со смертью Эго. Мы не можем освободить «Я», но можем освободиться от него, тогда и сами получим свободу. Чаще всего с этим связан страх, что прекратится само существование. Но он говорит только о том, как мало мы о себе знаем.

А ведь именно здесь и кроется возможность решить проблему рака! Только обуздав свое стремление к отграничению и научившись раскрываться и впускать, мы сможем стать частью целого и брать на себя ответственность за него. Тогда мы поймем, что общее благо – это и наше благо, потому что мы – его часть, единая со всем сущим. Каждая клетка содержит в себе генетический код всего организма – ей нужно только понять, что она – во всем! Вспомните: «Микрокосм подобен макрокосму»…

Раковые клетки считают, что существует внешний мир, отделенный от них и, зачастую, враждебный им. Мы тоже в это верим, и эта вера несет в себе смерть. Противоядием может быть только любовь. Любовь способна вылечить, потому что учит открывать границы и впускать в себя другого, чтобы стать с ним единым целым. Если один человек любит другого, он относится к нему, как к себе самому. Если человек любит животное, он не будет рассматривать его как источник питания. Речь здесь идет не о «добрых делах» и не о «любви к животным», а о состоянии сознания, когда человек ощущает общность всего сущего.

 

• Любовь преодолевает все границы и барьеры.

• В любви объединяются и переплетаются противоположности.

• Любовь – это единение со всем сущим, она распространяется на все и не останавливается ни перед чем.

• Любовь не боится смерти, потому что любовь – это сама жизнь.

 

Тот, кто не ощущает такой любви, подвергается опасности, потому что его любовь может опуститься на соматический уровень и попытаться реализовать свои законы в виде рака.

 

• Раковые клетки тоже преодолевают все границы и барьеры, отрицают индивидуальность органов и распространяются, не останавливаясь ни перед чем (метастазы).

• Раковые клетки тоже не боятся смерти.

 

Рак демонстрирует искаженную любовь, низводя ее на материальныйуровень. Совершенство и единение могут быть реализованы только в сознании, но не на уровне материи, потому что материя является тенью сознания.

В полярном мире любовь ведет к застою, в мире единства – к свободному течению. Рак – это симптом неправильно понятой любви. Ну а символ любви истинной – это сердце. Сердце – единственный человеческий орган, недоступный раку!

 

Спид

 

Сегодня в центр общественного интереса попал симптом, который – и не без причин – еще долгое время будет будоражить умы. Эпидемию символизируют четыре буквы – СПИД. Расшифровываются они как «синдром приобретенного иммунодефицита», проще: «приобретенная недостаточность защитной системы». Материальной причиной этого симптома является вирус СПИДа – крошечный, высокочувствительный возбудитель, который может выжить только в очень специфической среде. Поэтому при переносе этого вируса необходимо, чтобы в кровообращение человека попали свежие клетки крови или спермы. Вне человеческого организма возбудитель погибает.

Источником вируса считаются некоторые виды обезьян Центральной Африки (прежде всего, зеленые «морские кошки»). Обнаружен он был в конце 70-х годов у одного наркозависимого жителя Нью-Йорка. Из-за использования общего шприца вирус распространился сначала в кругу наркоманов, затем попал в гомосексуальные круги, где передавался половым путем. До сих пор гомосексуалисты находятся на первом месте в группе риска, видимо, потому что практикуемый ими анальный секс связан с повреждениями чувствительной слизистой оболочки прямой кишки. Отсюда сперма с вирусом попадает в кровообращение (вагинальная слизистая оболочка намного меньше подвержена повреждениям).

СПИД появился в тот самый момент, когда американские гомосексуалисты добились законного признания своих взаимоотношений. Известно, что в Центральной Африке СПИД тоже распространен среди гомосексуалистов, но именно гомосексуальные круги Америки и Европы создали почву для распространения этой эпидемии. Сейчас всем кажется, что в наше время сексуальная свобода из-за СПИДа находится под угрозой. Одни сожалеют, другие видят в этом божью кару. С уверенностью можно сказать одно: СПИД превратился в проблему, которая касается нас всех. Мы попытаемся осветить это заболевание с точки зрения его сути.

Если говорить о симптоматике СПИДа, то особенно важным представляется следующее.

 

1. СПИД приводит к разрушению иммунной системы организма. Исчезает способность бороться с поступающими извне возбудителями. Слабость иммунной защиты, которую уже невозможно восстановить, делает человека, зараженного СПИДом, беззащитным перед любой инфекцией, даже такой, которая не опасна для остальных людей.

2. Так как вирус СПИДа имеет длительный инкубационный период (между моментом занесения инфекции и непосредственным заболеванием может пройти несколько лет), в нем есть нечто зловещее. Если не использовать специальный тест на СПИД, невозможно определить наличие инфекции. Невозможно установить и общее количество зараженных. Поэтому СПИД можно назвать «незримым противником», бороться с которым очень трудно.

3. Так как СПИДом можно заразиться через кровь и сперму, эта болезнь не является личной проблемой. Он заставляет нас с особой четкостью ощутить свою зависимость от других людей.

4. Основной темой при разговоре о СПИДе можно назвать секс, которым практически и ограничивается возможность получить инфекцию.

 

Следовательно, СПИД получил статус «полового заболевания», а на секс опустилась зловещая тень страха.

Мы убеждены, что СПИД – это последовательное развитие тех проблем, которые проявляются при раке. В сути рака и СПИДа очень много общего, их можно объединить в одну болезнь, которую мы условно назовем «больная любовь». У любви есть функция преодоления границ, потому что – как уже неоднократно говорилось – только она способна открыться, впустить в себя другого человека, принося в жертву собственное «Я».

Жертвы, которые приносят на алтарь любви, традиционно являются источником поэтических, мифологических и религиозных представлений: в нашей культуре существует пример Иисуса Христа, который ради любви к людям пошел на жертвенную смерть. Говоря о любви, мы всегда имеем в виду душевный процесс, а говоря о «физическом акте», подразумеваем секс.

В нашей сегодняшней культуре с разделением понятий любви и секса сопряжены огромные трудности. Любовь обращена к душе другого человека, а не к его телу, сексуальность же – как раз стремление обладать телом. И то, и другое имеет право на существование, но односторонность всегда опасна. Любовь – это баланс, равновесие между инь и ян, верхом и низом, между левой и правой сторонами.

Сексуальность должна быть сбалансирована любовью, иначе мы скатимся к односторонности, а любая односторонность зла и нездорова.

Тенденция к отграничению человека от всего, лежащего вовне, о которой мы так много говорили, проявляется в разных областях жизни. Исчезли большие семьи, люди живут в маленьких «родственных коллективах» или даже предпочитают жить одни. Роскошные отдельныеквартиры – самый современный вид жилья – тоже символ нашего одиночества и изолированности.

Человек пытается противопоставить одиночеству общение и секс. Наступила эра средств массовой коммуникации: газеты, радио, телевидение, телефон, компьютер и т. д. Мы связаны друг с другом электронными кабелями и сетями. Но электронная коммуникация не решает проблемы одиночества, потому что лишь создает иллюзию контакта и никого ни к чему не обязывает. Кроме того, развитие современных электронных систем показывает человеку бессмысленность и невозможность отграничить самого себя, сохранить что-либо в тайне или предъявлять свои эгоцентрические претензии (сохранить тайну, защитить информацию, осуществить права производителя становится все сложнее, так как развитие электроники идет вперед семимильными шагами!).

Так же эгоистична и сексуальная свобода: любой имеет полное право «вступить в половой контакт», не затрагивающий душу. Стоит ли удивляться, что новые коммуникационные системы поставлены на службу сексу, начиная с объявлений «о знакомстве» в газетах и заканчивая сексом по телефону и Интернету! Секс служит для удовлетворения желания, прежде всего, своего собственного, «партнер» же – только вспомогательное средство. Второй человек стал необязательным – желание можно удовлетворить по телефону или даже в гордом одиночестве (мастурбация).

Любовь предполагает реальную встречу с другим человеком, но такая встреча – это процесс, вызывающий страх, потому что он ставит под сомнение нашу самодостаточность. Встреча с другим человеком – это всегда встреча с собственной тенью. Именно поэтому партнерство дается так нелегко. В любви гораздо больше трудоемкой душевной работы, чем удовлетворения желания. Любовь разрушает границы Эго и хочет, чтобы мы раскрывались. Секс – большое подспорье для любви. Он помогает преодолеть границы на физическом уровне и ощутить единение.

Если человек отказывается от любви и ощущает только сексуальное желание, половой контакт не в состоянии выполнить стоящих перед ним задач.

Мы судорожно пытаемся, вооружившись сексуальностью, найти замену отсутствующей у нас готовности любить. Секс выходит на первый план, и, следовательно, любовь попадает в тень. Это общая проблема для всей западной культуры.

Особенно остро она проявилась в гомосексуализме. Речь сейчас идет не о различии между гомо– и гетеросексуальными отношениями. Мы говорим о том, что длительная связь с постоянным партнером уходит в прошлое, а сексуальный контакт с 10–20 партнерами за один уик-энд перестает быть исключением. Связанные с этим проблемы одинаковы у всех, но гомосексуалисты оказались бо льшими экстремистами, чем сторонники гетеросексуальных отношений.

Чем в большей степени секс заменяет любовь, тем быстрее угасают сексуальные раздражители. Это приводит к нескончаемому поиску новых: они должны быть все более оригинальными и изощренными, иначе не возникает возбуждения. Именно поэтому столь популярны сегодня экстравагантные сексуальные эксперименты, ясно дающие понять, насколько мала роль партнера, который низведен до роли простейшего стимулятора.

Мы надеемся, что описанной картины вполне достаточно для того, чтобы стало понятно, что представляет собой СПИД.

Если любовь как встреча двух душ и слияние двух людей не проходит через сознание, то она попадает в тень и – в качестве последнего аргумента – в организм. Любовь – это сомнение в необходимости собственных границ, готовность раскрыть себя тому, что приходит извне, и слиться с ним в единое целое. Распад иммунной системы, имеющий место при СПИДе, полностью соответствует этому принципу. Ведь иммунная система защищает именно границы, которые, безусловно, необходимы для физического существования, потому что любая форма обусловливает отграничение, а следовательно, и Эго. Больной СПИДом осуществляет на телесном уровне любовь, открытость и связанную с ними ранимость – все то, чего на уровне души он лишил себя из чувства страха.

Неслучайно мы уже говорили о том, что СПИД, как и рак, – это «больная любовь». Различие между ними состоит только в том, что рак является более «частным», чем СПИД. Действительно, рак касается в основном самого пациента, поскольку, в отличие от СПИДа, не распространяется как инфекция. СПИД же дает понять, что мы в этом мире не одни, что индивидуализация – это иллюзия, а Эго – просто безумие. При СПИДе человек ощущает себя частью сообщества, частью единого целого, разделяя и часть ответственности за всех. Неожиданно для себя пациент, заболевший СПИДом, ощущает на себе груз этой ответственности и должен принять решение, что же с ней делать. СПИД учит откликаться, обращать внимание и заботиться. Это те темы, на которые больные СПИДом до сих пор обращали слишком мало внимания.

Кроме того, СПИД вынуждает полностью отказаться от агрессии в сексе, ведь появление крови неминуемо ведет к заражению. Использование презервативов и резиновых перчаток искусственно восстанавливает границу, которую разрушил СПИД. Отказавшись от агрессивного секса, пациент получает шанс научиться мягкости и нежности, познать слабость, бессилие, пассивность, короче говоря, вступить в мир чувств.

Бросается в глаза, что все подавляемые СПИДом области: агрессия, кровь, невнимание – представлены в мужском полюсе, а все, что СПИД заставляет реализовать, – в женском. Поэтому не стоит удивляться, что СПИД проявляется, прежде всего, среди мужчин-гомосексуалистов, старающихся избегать контактов с женским полюсом (то, что у гомосексуального мужчины сильно развито женское начало, не противоречит нашей логике, поскольку уже само по себе является симптомом!).

Первое место в группе риска занимают гомосексуалисты и наркоманы. Это довольно обособленная часть общества, отношение к которой резко отрицательно. В немалой степени они способствуют этому сами. При СПИДе организм учится осуществлять противоположность ненависти: отказ от самозащиты и любовь ко всему без исключения.

СПИД противопоставляет человека глубоко лежащим частям тени. И сам возбудитель довольно долго остается «во тьме», незамеченным и неопознанным до тех пор, пока не проникает в сознание человека, нападая на него и вызывая распад. СПИД требует изменений, метаморфоз. В СПИДе мы чувствуем нечто зловещее, потому что он действует из тьмы неизвестного, неосознанного, как «невидимый противник», поразивший некогда короля Амфортаса.

СПИД находится в символической связи с угрозой радиоактивности. После того как современный человек отвернулся от всего «невидимого, не воспринимаемого, неосознанного», миры, объявленные несуществующими, вернулись. Они напомнили человеку, что такое древний исконный ужас (когда-то наводить такой ужас являлось задачей демонов, привидений, чудовищ и злых богов).

Сексуальная энергия – это огромная, «чудовищная» сила, притаившаяся в человеке. Она способна и освободить, и привязать, в зависимости от того, на каком уровне осуществляется. Естественно, мы совсем не собираемся проклинать и подавлять сексуальную жизнь (как это когда-то было принято). Однако хотелось бы, чтобы каждый из нас понял: чисто физическую потребность в сексе необходимо привести в равновесие с теми качествами души, которые мы коротко называем «любовью».

 

Подведем итоги

• Сексуальность и любовь – два полюса одной проблемы, имя которой – «объединение противоположностей».

• Сексуальность соотносится с физическим телом, а любовь – с душой другого человека.

• Сексуальность и любовь должны находиться в состоянии равновесия.

• Душевный контакт воспринимается как опасный и страшный, потому что ставит под сомнение границы собственного «Я». Одностороннее предпочтение физической сексуальности вынуждает любовь опуститься в тень. Вследствие этого у сексуальности проявляется склонность к агрессии (вместо психических границ своего «Я» атаке подвергаются физические границы тела – течет кровь).

• СПИД – это попавшая в тень любовь, доведенная в теле до логического конца. СПИД заставляет пережить страх перед разрушением границ «Я» на физическом уровне.

• Смерть – это физическая форма проявления любви, потому что в ней проявляется полная самоотдача и отказ от «Я».

 

Что делать?

 

После размышлений и попыток научиться понимать симптомы перед больным во весь рост встает вопрос: «Как все эти знания могут мне помочь? Что с ними делать?»

Ответ состоит всего из одного слова: «Наблюдать!» Сначала этот призыв воспринимается как банальность, он кажется слишком простым и бесполезным. Ведь хочется как-то бороться, измениться, начать «новую жизнь», поступать не так, как раньше, – чем же тут может помочь «наблюдение»? Стремление «измениться, изменить, обновить» – одна из самых больших опасностей, подстерегающих нас на пути. На самом деле менять абсолютно нечего – за исключением собственной точки зрения . Поэтому наш ответ и звучит так просто: «Наблюдайте!»

В Универсуме человек не способен сделать ничего большего, но это самое трудное. Все развитие основано на изменении точки зрения, все внешние функции – это только проявления нового угла обзора. Попробуем для примера сравнить уровень развития нашего технического века с уровнем средневековья. Все различие заключается в том, что мы научились видеть некоторые закономерности и возможности. Сами эти законы и возможности существовали уже десятки тысяч лет независимо от наших знаний о них. Человек с удовольствием воображает себе, что постоянно создает что-то новое. Мы очень любим говорить о своих изобретениях, не обращая внимания на то, что все изобретениясводятся к открытиям. В потенциале все наши мысли и идеи существовали всегда – нужно только время для их осознания и восприятия.

Самые сложные проблемы можно свести к старинной формуле: познай самого себя! А это и есть самое сложное.

«Необходимых изменений в мире и человечестве ни за что не достичь попытками усовершенствований. Люди, пытающиеся это сделать, просто тратят время, чтобы не оказаться перед необходимостью менять самих себя. Они играют в привычные, по-человечески понятные, но все-таки лживые игры, требуя от других того, чем заниматься самим очень лень. Псевдоуспехи, которых они добиваются, не оправдывают того предательства, которое они совершают не только по отношению к миру, но и по отношению к самим себе» (Жан Гебсер. Распад и участие).

Усовершенствовать самих себя – значит научиться видеть себя такими, какие мы есть. Это не то же самое, что познать свое «Я». «Я» так относится к Сущности, как стакан воды – к океану. «Я» способствует нашей болезни, Сущность – выздоровлению. Путь выздоровления – это путь от «Я» к Сущности, из тюрьмы на свободу, из полярности в единство. С помощью симптома «Я» должно научиться видеть недостающее и, осмыслив, принимать его в себя. Наша интерпретация имела своей целью направить взгляд читателя на то, что обычно ускользает от внимания. Если это удалось, в дальнейшем вам достаточно просто не терять увиденное из поля зрения и рассматривать его все более внимательно. Только постоянное и внимательное наблюдение способно растворить сопротивление и пробудить ту любовь, которая необходима для принятия в себя обнаруженного. Обратить внимание на тень – значит высветить ее.

Абсолютно неправильно стараться как можно быстрее освободиться от обнаруженного в симптоме отрицательного явления. Но эта реакция, к сожалению, оказывается наиболее распространенной. Тот, кто обнаруживает в себе агрессию, обычно спрашивает с ужасом в голосе: «Как мне от нее избавиться?» Не нужно ни от чего избавляться, постарайтесь получить удовольствие от ее наличия, ведь нежелание иметь какое-то качество и приводит к образованию тени, лишающей человека здоровья и цельности. Если ваша агрессия кажется вам опасной, знайте, что она никуда не исчезнет от того, что вы долго будете смотреть в ее сторону недовольным взглядом.

Не существует опасных явлений и черт характера: всякое явление нейтрализуется за счет противоположного. В изолированном же виде любоепроявление опасно. Жара сама по себе так же враждебна жизни, как и холод. Изолированная мягкость не более благородна, чем изолированная строгость. Покой царит только при равновесии сил. Огромное различие между «мирянами» и «мудрецами» связано с тем, что «миряне» пытаются реализовать какой-то один полюс, а мудрецы предпочитают золотую середину. Человек, осознавший, что является микрокосмом, не будет бояться присутствия в самом себе «положительных» и «отрицательных» черт.

Если за каким-то симптомом мы не можем обнаружить того, что вызывает его к жизни, достаточно научиться любить этот симптом, потому что он реализует то, что в нас отсутствует. Если человек с нетерпением ждет, когда неприятный ему симптом исчезнет, значит, он не понимает предложенную нами концепцию. Адекватное отношение к симптому делает ненужной всякую борьбу с ним. Симптом исчезает только тогда, когда становится для пациента безразличным. Безразличие показывает, что человек осознал и принял во внимание актуальность выраженного в симптоме явления или чувства. Всего этого можно добиться с помощью наблюдения.

Чтобы избежать недоразумений, повторимся еще раз: мы говорим о содержательном уровнеболезни и ни в коем случае не даем рецептовотносительно уровня ее проявления. Изучение содержательного уровня болезни не мешает традиционному лечению. Все, что мы говорили о полярности, показывает, что мы отказываемся от принципа «или одно – или другое» и заменяем его принципом «как одно – так и другое». Если у человека прободение язвы желудка, не стоит размышлять, что делать: истолковывать симптом или немедленно оперировать. Одно не исключает другого, а, наоборот, придает смысл. Положительный результат операции скоро сойдет на нет, если больной не осознает значения этого симптома. Но и интерпретация сама по себе тоже окажется бессмысленной, если пациент умрет, пока мы ею занимаемся. С другой стороны, следует иметь в виду, что существует великое множество симптомов, не связанных с угрозой для жизни, поэтому вопрос о лечебных мероприятиях обычно стоит менее остро.

Лечение, вне зависимости от того, оказывается оно действенным или нет, никоим образом не связано с темой «выздоровления». Выздоровление происходит только в нашем сознании. В каждом конкретном случае вопрос, сможет ли пациент научиться честности по отношению к самому себе, остается открытым.

Опыт заставляет нас быть скептиками. Даже те люди, которые всю свою жизнь боролись за самопознание и развитие своего сознания, часто оказываются незрячими в некоторых вопросах. В конкретном случае это может быть связано с ограниченными возможностями данной книги, которая воспринимается далеко не всеми. Часто оказывается необходимым подчиниться некоторым глубоким процессам, чтобы наткнуться на то, чего раньше просто не хотелось замечать. Те процессы, которые направлены на преодоление человеческой слепоты, называются в наше время психотерапией.


Просмотров 367

Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2020 год. Все права принадлежат их авторам!