Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Глава восьмая. Как бороться с комплексом вины



Ни один труд о депрессии не может не затронуть вопрос о комплексе вины. К нему обращаются постоянно писатели, философы, духовные лидеры. Какова же концепция вопроса, неужели она исходит из понятия греха? Может быть, комплекс Эдипа или другие законы, определенные Фрейдом? Необходим ли комплекс вины человеку? Некоторые популярные психологи считают, что — да, нужен, но так ли это?

Когнитивная терапия разрешила множество психологических и философских проблем.

Чему же может научить этот метод? Чувство вины возникает при следующих мыслях:

1) я сделал то, что не следовало бы, или я не сделал того, что следовало бы, потому что моя мораль и понятие справедливости оказались ложными;

2) мое плохое поведение доказывает, что я плохой человек или У меня скверный характер...

Центральное место в чувстве вины занимает мысль о собственной никудышности. Очевидно, что отрицательные (192:) поступки должны вызывать вполне здоровые чувства угрызения совести, а не комплекса вины. Угрызения совести возникают вследствие того, что человек осознает свои негативные действия по отношению к другим или себе, но только те действия, которые искажают собственные этические понятия, Угрызения совести в отличие от комплекса вины не внушают человеку то, что он заведомо плох.

В дополнение к чувству вины возникают депрессии, обиды, которые дают основания сделать один из следующих выводов:

1) я ничтожество, так как плохо поступаю (вывод, поддерживающий депрессию;

2) если окружающие заметят мои действия, то начнут презирать меня (вывод, поддерживающий обиду);

3) мне угрожает расправа или наказание (вывод, ведущий к волнениям).

Простейший способ определить, полезны или разрушительны мысли, это узнать, присутствуют ли в них искажения в процессе познания, описанные в главе третьей. Если они присутствуют, то депрессия, волнение, обида напрасны.

Наиболее вероятная ошибка, которая может присутствовать, когда человек испытывает чувство вины — это предположение о неправильности поступков, как истинное, так и ложное.



Недавно симпатичная женщина принесла мне запечатанную в конверт исповедь, сообщающую факты настолько ужасные, что вслух она их произнести не могла. В момент вручения девушка заставила меня поклясться в том, что я не разглашу написанное там и не буду смеяться над ней. Там (193:) говорилось: «Я отрежу свой нос и съем его». Ужас и страх, отразившиеся на ее лице, вместе с простотой написанного поразили меня настолько, что я потерял профессиональный самоконтроль и разразился смехом. К великой моей радости она тоже рассмеялась.

Утверждаю ли я, что человек никогда не поступает плохо? Естественно нет, я не придерживаюсь экстремистских, далеких от реальности позиций. Я просто утверждаю, что стремление к самоунижению, самонаказанию необоснованно и ненужно.

Вторая наиболее вероятная ошибка — это когда человек корит себя за то, что уже сделано. Эти суеверные, искаженные мысли приводят к средневековой охоте на ведьм. Человека могли подтолкнуть на совершение плохого, злого поступка, но не имеет смысла обзывать себя ничтожеством, потому что энергия расходуется на самоуничтожение, самонаказание, а не на творческий поиск решения проблемы.

Так же вызвать вину может и принятие ответственности за независящее событие. Предположим, кто-то критикует своего друга, болезненно реагирующего на это. Человек может обвинить себя в эмоциональном расстройстве друга и поверить в неуместность своих высказываний. В действительности причиной расстройства послужили его собственные мысли, а не критика.



Когнитивная терапия утверждает, что только собственные мысли влияют на чувства. Прочитав сказанное, человек может прийти к выводу, что его поступки не могут никого обидеть, и тем самым он оправдает вседозволенность. Так почему бы не бросить семью, не подшутить над женой и не обмануть делового партнера; если они расстроятся, то проблема только в их мыслях? Правильно? (194:)

Наверное, здесь мы пришли к необходимости повторного определения искажений в процессе познания. Итак, мы говорили, что эмоциональное расстройство человека его искаженными мыслями. Но только сам человек повинен в своих страданиях? Если он обвиняет себя в чьих-то мучениях — эта ошибка называется переприсваиванием на свой счет. Если же переживания вызваны не искаженными мыслями, то события, породившие их, реальны. Например, кто-то ударил меня в живот, и мне, естественно, стало больно. В данном случае ответственность за мои страдания лежит на ударившем, и утверждение о том, что меня ударили, не искажено. Угрызения совести обидчика и моя боль реальны. Необоснованные утверждения о долге — последний вид ошибок, ведущий к чувству вины. Многие думают, что понятия о долге — общеприняты и универсальны, на самом же деле они заключают людей в строгие рамки, например, я должен быть счастлив в любое время. Человек, приверженный этому правилу, испытывает чувство сильнейшего неудовлетворения при малейших расстройствах. Очевидно, что невозможно всем и всегда быть счастливыми, то есть это правило необоснованное и поражающее личность. Утверждение о долге, основанное на чувстве знания всего, делает человека уверенным в своем пророческом даре. Например: «Мне не следовало ходить на пляж в эти выходные, так как я был на шаг от простуды. Ну и дурак же я, теперь я проваляюсь в постели целую неделю». Такое отношение к себе далеко от реальности, потому что не было полной уверенности в роковых последствиях похода. Знающий точно последствия не поступил бы так; для людей характерно делать то, за что они упрекают себя впоследствии. Утверждение о долге, основанное на чувстве (195:) всемогущества, заставляет человека поверить в возможность его контроля над собой и окружающими. Человек пропустил подачу в теннисе и проиграл, утверждая: «Я не должен был пропустить эту подачу». А почему бы и нет, неужели вы играете в теннис настолько совершенно?

Очевидно, что эти три типа утверждений о долге создают необоснованное чувство вины и не представляют никаких значимых моральных ценностей.

Существует еще несколько критериев, по которым можно узнать комплекс вины. Это интенсивность, продолжительность и обстоятельность ваших отрицательных эмоций. Используем этот критерий для определения вины пятидесятидвухлетней замужней учительницы, Дженис. У нее депрессия не проходила на протяжении многих лет, проблемы Дженис возникли из-за постоянного чувства вины за две магазинные кражи, совершенные в пятнадцатилетнем возрасте, несмотря на честно проведенные последующие годы жизни. Мысли, порождающие чувство вины, постоянно посещали ее: «Я — вор, я — лжец, я — ничтожество». Чувство вины было настолько сильным, что каждый вечер Дженис просила у Бога смерти. Каждое утро, проснувшись живой, она ощущала разочарование: «Я настолько мерзка, что даже Господь Бог не хочет меня принять». В конце концов она зарядила пистолет мужа, приставила его к сердцу, нажала на курок, но случилась осечка. Возможно, она неправильно зарядила. Дженис испытала чувствополнейшего поражения, опустила пистолет и разрыдалась.

Вина Дженис полностью соответствовала трем категориям: продолжительности, интенсивности, обстоятельности. Ее чувство нельзя назвать здоровым угрызением совести за обычную магазинную кражу. Полная потеря самоуважения явно (196:) не соответствует тяжести поступков. Ее комплекс вины подтолкнул к самому бессмысленному действию — самоубийству.

Цикл вины

Даже в том случае, если чувство вины не основано на реальных фактах, человека охватывает иллюзия ее реальности. Такие иллюзии довольно убедительны, ибо они подпи-тываются такими мыслями: «Если я чувствую вину, то я плохой человек». Или: «Так как я плохой человек, я заслужил страдания».

Поэтому вина убеждает человека в его несостоятельности, которая в свою очередь укрепляет комплекс, такая когнитивная эмоциональная связь замыкает чувство и мысли в порочный круг. В конце концов человек оказывается в ситуации, названной мной циклом вины.

Человек автоматически становится уверенным в том, что если он чувствует вину, то он плохой человек и заслуживает страдания. «Я чувствую себя плохо, поэтому я должен быть плохим». Это нерационально, самобичевание еще не означает, что человек поступил нехорошо. Вина только отражает факт уверенности в своем плохом поведении. Причина этому может существовать, а может и нет. например, детей часто наказывают родители, испытывающие усталость и неправильно понимающие поведение детей. При таких условиях чувство вины у ребенка вовсе не означает его плохого поведения. Самонаказание только усиливает чувство вины, мысли, вызывающие чувство вины, ведут к непродуктивным действиям и усиливают ощущение несостоятельности. Например, склонная к чувству вины женщина-невролог хочет подготовиться дляпереквалификации, она испытывает трудности при подготовке к тесту и ощущает вину из-за того, что (197:) мало занималась. Каждый вечер она смотрела телевизор, пока ее не одолевали мысли о том, что ей не следует этого делать, нужно готовиться к экзамену; о том, что она ленивая и не заслуживает быть врачом, о том, что она эгоистична и заслуживает наказания. Такие мысли заставили ее испытать сильное чувство вины. Она утверждает — эта вина доказывает, что она плохой и ленивый человек. Следовательно, ее мысль о самонаказании и чувство вины укрепили друг друга.

Как и у многих людей с сильным комплексом вины у нее было чувство, что необходимым стимулом для работы является самонаказание, но, к сожалению, это неверно. Чувство вины качало из нее энергию так сильно, что она становилась неспособной ни к какой деятельности. Подтверждался ярлык — «лентяйка». Единственное, на что она была способна после сеанса самоистязания, это обжорство.

Цикл вины, в который она погрузилась, показан в таблице 8.1. Ее мысли вызвали иллюзию того, что она плохая и не поддается контролю.

Таблица 8.1.

Самокритика у женщины-невролога достигла такой степени, что у нее возникли проблемы с подготовкой к переаттестации. Ее промедления только служили подтверждением того, что она никуда не годится и заслуживает наказания. Что еще сильнее осложнило решение проблемы.

(198:)

Без вины виноватые

Если человек сделал что-нибудь плохое, неужели отсюда следует, что он заслуживает страдания? Если ему кажется, что «да», то пусть спросит себя, как долго он должен страдать? День, год, или всю жизнь? Что он выберет для себя? Самонаказание с ограничением времени — довольно сложный, ответственный выбор, но зачем с самого начала осложнять себе жизнь чувством вины? Если человек ошибся, то раскаяние нисколько не приуменьшит его греха, это не убережет от повторных ошибок. Другие люди не будут любить раскаявшегося, кто будет любить унижающего себя. Чувство вины не даст человеку жить полноценной, продуктивной жизнью. Так где же истина?

Многие интересуются, что же будет с моралью, если лишиться чувства вины. Не нужно рассматривать себя как слабовольное, не поддающееся самоконтролю животное, не нужно дрессировать себя самонаказанием. Конечно, если чье-то мерзкое поведение отразилось на других, то угрызения совести подействуют эффективнее на изменение его морального облика, чем холодные синтетические рассуждения. Но безусловно, называя себя мерзавцем, делуне поможешь. Чаще уверенность в своем ничтожестве толкает людей на отрицательные поступки.

Изменившись, человек быстрее поймет, действительно ли он совершил ошибку, и если — да, то сможет найти способ устранить проблему. Обычно потом наступает расслабление, возрастает самоуважение, а чувство вины исчезает.

Иногда пациенты жалуются на мои острые комментарии, толкающие их на ложный путь. Подобная критика вызывает у меня чувство вины, если в ней содержится хоть доля (199:) правды. Я обзываю себя плохим человеком, мне хочется стать в защитную стойку. Я должен либо согласиться с критиком, либо нет, и повести ответную атаку, настолько сильно чувство вины. Это создает громадные трудности при исправлении ошибок. Если же я не обзываю себя, не теряю самоуважения, то мне очень просто признать ошибку и потом полностью решить проблему, чему-то из нее научившись. Чем меньше чувство вины, тем эффективней этот процесс.

Поэтому, когда человек не бичует себя, а старается найти выход из ситуации, я называю это распознаванием, обучением и изменением. Неужели чувство вины может помочь так же. Я не верю в это. Вместо того, чтобы помочь распознавать ошибки, вина вызывает желание скрыться от проблемы, закрыть свои уши от любой критики. Вот почему вина не продуктивна.

Но как можно узнать, что сделал что-то не так, если не испытываешь чувства вины? Не станет ли человек циничным эгоистом, если не будет испытывать чувства вины?

Все возможно, но я лично сомневаюсь, что это когда-нибудь случится. Сочувствие удачно заменит чувство вины, оно даст возможность увидеть плохие и хорошие стороны своего поведения. Оно поможет оценить сделанное по отношению к другому и при необходимости испытать разумную горечь без наклеивания на себя ярлыков.

Приведенные ниже критерии помогут отличить здоровые угрызения совести от болезненного чувства вины. Спросите себя:

1. «Неужели я сознательно делаю что-то плохое или я себя представляю совершенным, всезнающим и всемогущим?»

2. «Неужели из-за этого я навешиваю на себя ярлык (200:) плохого, ужасного человека. Есть ли в моих мыслях другие когнитивные искажения?»

3. «Соответствует ли продолжительность моих эмоциональных откликов тяжести содеянного?»

4. «Учусь ли я на своих ошибках, или они заводят меня в тупик?»

Напомню методы, уменьшающие чувство вины и повышающие самоуважение.


Просмотров 221

Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2020 год. Все права принадлежат их авторам!