Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Первые впечатления от картин. Знакомимся с пейзажем, натюрмортом, портретом. Рисуем сами



 

Слайды смотрят все — и Юрочка, в 6-месячном возрасте перенесший менингит, не говорящий ни слова и с большим трудом выбирающийся из состояния, близкого к аутизму, и шустрая Фиона, и рассудительный Гриша. Виталик сидит всегда несколько в стороне, но тоже смотрит и даже вставляет довольно-таки оригинальные замечания, в особенности если ему показывают какую-нибудь экзотику вроде кринолинов и японских причесок.

Что знает и чего не знает Юрочка, угадать бывает затруднительно. Но он очень любит стихи и непременно требует, чтобы во время показа каждая картинка сопровождалась стихотворным комментарием. Об этом он дает мне знать, указывая пальцем на бумажные полоски со словами «слайды», «стишок», приклеенные скотчем к дверце шкафа.

Итак, начинаем. Юра самостоятельно гасит свет.

 

Мама вешает экран —

Белую простынку.

Сядь-ка, Юра, на диван,

Посмотри картинки.

 

При моих отнюдь не блестящих способностях к поэтическому творчеству писать стихи соответственно каждому слайду — весьма непростая задача. Но приходится.

С экрана смотрит на нас перепуганный щенок, выбирающийся из какой-то не то норы, не то ямы.

 

Глупый маленький щенок!

Я найти тебя не мог.

Не послушался ты маму

И свалился в эту яму.

Я весь день тебя искал,

Бегал, плакал и кричал.

 

А вот совенок. До чего же у него свирепый вид!

 

Страшный у совы ребенок!

Называется — совенок.

У совенка клюв крючком,

Перья поднялись торчком.

А глаза-то! Как у кошки!

Ночью он стучит в окошко.

Всякий раз весь дом разбудит:

«Почему вы спите, люди?

Что за глупость — ночью спать!

Выходите погулять!

В темный лес вас провожу,

Кое-что вам покажу.

Сможем выследить ужей,

Сможем наловить мышей,

Полетаем в час ночной,

Полюбуемся Луной.

А затем, при расставанье,

Громко ухнем на прощанье!»

Ну и голос! Ух! Ух! Ух!

Просто захватило дух!

 

На всех парусах несется по морю кораблик. Небо, облака, солнце садится в воду.

 

Кораблик



 

Очень море большое,

Кораблик плывет.

Юра машет рукою

И маму зовет.

 

Поплывем мы с тобою

Туда, где закат.

Ну а завтра с зарею

Вернемся назад.

 

Еще слайд. Ситуация хорошо знакомая — беспорядок в детской.

Наведи порядок.

 

— Почему ты кубики

На пол набросал? —

Папа строгим голосом

Юрочке сказал.

 

Я уверена, что все стихи мальчик знает на память от первого до последнего слова. Стоит для краткости опустить хотя бы пару строк, и он обнаруживает беспокойство.

Мало того что я должна сочинять все новые и новые поэтические «шедевры». Я должна ухитриться согласовать увиденное ранее со всем последующим. Сегодня показываю совенка, завтра его маму-сову. Еще птицы: голубь сидит на ветке, утки плывут по воде, дятел стучит клювом по дереву. Голубей и уток мама покажет Юре, когда они пойдут гулять, с дятлом немножко сложнее.

Больше всего Юра любит, когда на экране появляются бабочки. Мама направляет изображение то вверх, то вниз, то в угол, то на занавеску. Юра стоит у экрана и радостно «ловит» бабочек. Вот они: «высоко-низко», «далеко-близко». У мальчика даже слог «ба» стал время от времени появляться.

Я встаю со стула и направляюсь к экрану. Луч проектора попадает на мою спину, и разноцветные бабочки начинают оживленно перемещаться на белой блузке. Все смеются. «Шутка», — констатирует Виталик. Дети хотят повторить фокус с бабочками, прыгают перед объективом. Виталик так и остается сидеть на полу в позе Будды.



У всех свой уровень восприятия, и задачи тоже разные.

Березки, избушки, медведи, дети у елки, девочка с кошкой, мальчик с лошадкой… На экране все это и больше, и ярче, чем в книжке. Юра знает эти слова, мы постепенно увязываем их с другими — существительные с прилагательными, глаголы с наречиями.

Картина Серебряковой «За обедом» понятна всем:

 

Дети за столом сидят,

Из тарелочек едят.

Юра тоже будет кушать,

Сказки бабушкины слушать.

 

Юра с бабушкой подходят к экрану и рассматривают посуду на столе: тарелка с супом, стакан, кувшин, графин, солонка, две булки хлеба.

Старшие дети видят уже не только тарелки, солонку и хлеб.

Сколько человек будет обедать? Детей на картине трое, но ведь кто-то им суп наливает, чья-то рука сбоку виднеется. И для кого-то приготовлена еще одна тарелка. А почему дети на нас, зрителей, смотрят? Может быть, скрипнула у дверь и они обернулись посмотреть, кто это неожиданно вошел в их комнату? Сколько лет детям, как вам кажется?

Давайте посмотрим внимательно: есть ли на картинке живые существа? Есть, конечно: пестрая бабочка сидит на букете цветов, а вот еще одна. И жучок. На портрете бедно одетая девочка, но в ушах у нее— золотые сережки, а в руках она держит дорогую куклу в шляпке и красивом длинном платье. Как ты думаешь, мама любит свою дочку?

Конечно, ведь это мама купила ей и сережки, и куклу.

А это что? Какое время года художник изобразил? Нет, друзья мои, это не осень, а ранняя весна. А желтоватые листочки на деревьях потому, что так на самом деле бывает. Почки ведь всегда чуть-чуть желтые, обратите внимание, сейчас как раз весна. И когда они разворачиваются, то и листочки поначалу такого цвета — как будто вокруг дерева желтоватый дым.

Я показываю слайд либо иллюстрацию в книге, дети ее изучают, внимательно рассматривают, затем картину я убираю. Кто лучше всех запомнил все детали? Показываю еще раз и снова убираю — до тех пор, пока ничего незамеченного не останется. Ну а теперь расскажите все с самого начала и ничего не забудьте.

Кстати говоря, рассказ такого рода совершенно естественным путем приучает ребенка употреблять слово «который».

«На этой картине я вижу девочку, которая держит куклу.

На этой картине я вижу мальчика, который играет с лошадкой.

Рядом с мальчиком художник нарисовал собачку, которая смотрит на своего хозяина».

И конечно, подробности не должны заслонять целого. Картина Куинджи «Лунная ночь на Днепре» не может оставить равнодушным — луна на ней так и притягивает взоры. Но сказать нужно не «я вижу на картине луну», а «я вижу лунную ночь» либо «я вижу ночь, и на небе светит луна». Можно обратить внимание ребенка на то, как свет луны высвечивает из темноты домики на картине Левитана «Украинская ночь». Как на картине «Ранняя весна» лучи солнца падают на стену деревянного дома, какой теплый цвет приобретает эта стена, какие голубые тени лежат на снегу — да, конечно, это весна. Пояснения делаются неназойливо, в границах восприятия, доступного ребенку, дети и сами многое подмечают.

Книга, которую на данном этапе Виталик предпочитает всем остальным, — пушкинская «Сказка о царе Салтане». Он знает ее почти наизусть, без конца рассматривает картинки, сравнивая два разных издания — книгу свою и Ванину. А ведь на слайдах у нас есть иллюстрации к ней Билибина: стоящий под окном у трех девиц царь, корабль, несущийся на всех парусах. Есть «Царевна-лебедь» Врубеля — лучшей Царевны-лебеди не найти. Показываю Виталику крутогрудые ладьи с парусами древних славян на картине Рериха, всячески стараясь обогатить его впечатления.

Иллюстрации к русским сказкам Васнецова и Билибина, пейзажи, портреты, натюрморты, жанровые сценки, интерьеры… Показывая их детям, постепенно приучаю употреблять эти слова. Ребята смотрят, слушают мои объяснения, отвечают на вопросы. Пока только Гриша в состоянии достаточно определенно выразить свои впечатления от картины, и их он, по обыкновению, диктует.

 

«Интерьер» (С. Жуковский)

 

На этой картине я вижу красивую комнату, не всю комнату, а только уютный уголок. Здесь я вижу рояль. Для красоты в комнате имеются картины — они висят на стене, и цветы стоят на рояле. Кресло тоже красивое, его кто-то отодвинул. Я вижу окно большое, а за ним ранняя весна.

 

Я. Как ты думаешь, пианист совсем ушел или еще вернется?

Гриша. Он вернется, потому что ноты оставил, пианино свое не закрыл и стул не поставил на место.

 

«Над вечным покоем» (И. Левитан)

 

На этой картине я вижу маленькую церковь. Нет на картине солнца, и шевелятся кусты от ветра. Небо все в тучах. Еще есть остров. Когда на эту картину смотришь, грустно становится. Потому что здесь день пасмурный. И человек думает: «Ах, какая скучища!»

 

«На реке» (неизвестный художник)

 

Я вижу реку и лодочки у берега. Кто-то катался и оставил лодки и куда-то ушел. Тихо, грустно, все спокойно.

 

«Осень» (К.Васильев)

 

Шел я, шел и набрел на прекрасный кусок леса. Такая красота! Ранняя осень, на земле ничего не валяется, все золотые листья на деревьях. Озеро посредине, вода блестит.

 

«Березовая роща» (А. Куинджи)

 

На этой картине я видел березки. Что лес стоит чудесный. Березки как будто прискакали на поляну. Это летний день был. Солнце светит, березки согревает и освещает. А лес густой и молчаливый, спокойный. Березки выскочили, как подружки, потанцевать. Небо голубое. Короче, прекрасный летний пейзаж.

Я спрашиваю детей: почему художнику захотелось нарисовать эту картину? Что за цветы в букете на картине, как они называются? В какой комнате ты хотел бы жить: в той, что с роялем, или в той, где только стул и ободранная стена? Как ты думаешь, кто эта грустная девочка, из какой она сказки? Почему она так пригорюнилась? Вот это очень красивый пейзаж: голубое небо, пушистые белые облака, тонкие березки стоят по колено в воде. А если все эти березки срубить, так что останутся одни пни, а в воду набросать палки, бутылки, пакеты — что тогда будет?

Детям очень нравится с указкой в руках заменять собой экскурсовода, лучше всего в этой роли выступает Фиона. Детские слайды с обезьянками и мишками не вызывают у ребят никакого интереса — слишком все просто! А уж слайды со схематическим изображением комнаты — стол, стул, диван, окно, дверь, случайно попавшие в нашу коллекцию, — тем более. В том же роде «обувь», «фрукты», «овощи» — выпущенный лет двадцать тому назад дидактический материал для школьников младших классов. Бедные школьники! Надеюсь, сейчас их уже ничем подобным не мучают.

А теперь новое задание. Допустим, ты художник. Как бы ты изобразил весну? А полянку? А море? Представь себе мысленно свою картину и расскажи, что ты нарисуешь на ней и где разместишь березки, озерцо или речку, лодочки на воде.

Пусть примитивно, пусть очень приблизительно ребенок представляет себе предполагаемую картину — и все-таки он учится видеть невидимое и на какую-то минуту ощущает себя творцом. В самом деле, картина — это ведь не просто черканье карандашом по бумаге!

Так что же будем рисовать? Берег реки, какой-нибудь натюрморт — всякие фрукты, вазы, бокалы, нож, лимон рядом? Шторм на море? Может быть, нарисовать лето?

Пусть будет лето. Гриша перечисляет все, что должно быть на картине: кусты, трава, небольшой домик, сарай, забор и голуби. Солнце в небе. Я добавляю: «Можно радугу нарисовать». Мысль нарисовать радугу очень вдохновляет Гришу. Картина будет называться «После дождя».

Ну вот, готово. Гриша нарисовал прямоугольник — раму, и мы продумываем композицию. Ни он, ни я особым талантом по части живописи не блещем, поэтому намечаем все схематически. Дом у Гриши добрался до облаков на небе, это не годится. Ведь мы рисуем деревню. И в деревне не бывает таких высоких домов.

Гриша очень доволен. Хоть и достаточно условное (хорошо получились только забор и солнце) — все-таки наше творение нас удовлетворяет.

А как бы мы нарисовали эту картину, если бы были настоящими художниками? Трава и крыша сарая должны казаться мокрыми и блестеть, голуби сидят кучкой, тоже намокли и не решаются взлететь. Изобразить это нам не под силу. Но ведь самое прекрасное на картине — это радуга! А радуга у нас получилась великолепно.

Теперь посмотрим, как такой сюжет представлен на наших слайдах.

Вот картина Н. Крымова «После весеннего дождя». На ней и радуга, и дом, и кусты, и забор. Из окна выглядывает женщина, — наверное, хочет посмотреть, кончился ли дождь. Листва на деревьях изображена как сплошная масса, намокли и слиплись листочки. Есть еще «После дождя» Куинджи и «После грозы» Н. Дубровского. Тоже хорошие картины, но радуги на них нет.

Конечно, еще лучше, если ребенок на самом деле учится рисовать. В этом смысле самый способный у нас Саркис.

С Саркисом мы тоже рисуем, только не пейзажи, а интерьеры. Начертив предварительно прямоугольник — комнату, «расставляем мебель», раскладывая вырезанные из рекламных проспектов диван, стол, шкаф. Диванов и кресел у нас десятки всех существующих на свете образцов. Саркис долго их перебирает, затем раз и навсегда делает свой выбор — диван с цветочками подходит ему больше всего.

Распределяем все по местам. Чего не хватает? Саркис встает из-за стола, прохаживается но комнате. Книжный шкаф, полки, есть еще наш маленький стол для занятий, четыре стула, пианино. Ну пианино нам не нарисовать, изобразим его условно.

Что у нас на столе? А на полке? Книги, вазочка, стаканчик с карандашами. Как можем, рисуем.

Память у Саркиса прекрасная. Он замечает все — тот самый Саркис, который в 6 лет не знал ни единого слова, не понимал ни одной просьбы, который смотрел, уставясь в одну точку, и ничего не видел в книжке.

На рисунках Саркиса и поезд, и дом, и петушки, и курочки. У избушки курьи ножки, у поезда колеса, окошки, дым из трубы идет, на рельсах шпалы. Саркис рисует ежика с восемью ногами. Мама удивляется: «Разве у ежа восемь ног?» — «Чтоб не упал!» — поясняет Саркис. Солнце на всех рисунках улыбается во весь рот, но больше всего мне нравятся его автопортреты.

Попутно спрашиваю, что можно нарисовать желтым карандашом? Солнце, песок, лимон, осенние листья, цыпленка и утенка. А голубым? Небо, воду в речке, цветок колокольчик, незабудку, глаза бывают голубые.

С оранжевым цветом всего труднее: ну конечно, апельсин, мандарин, морковку, а что еще? Цветочки календулы, «ноготки», вот что. Грибок подосиновик.

Рисование помогает нам в целом ряде случаев. Рассматривая картинку, на которой кошка, побежавшая через улицу, получила серьезную травму, мы с Саркисом твердили: «Красный свет! Нельзя бежать!» Говорили то же самое, когда ехали в машине и останавливались перед светофором. И Саркис не мог взять в толк, почему же мы тем не менее едем на красный свет, сколько ни объясняла ему мама, что одновременно загоревшаяся зеленая стрелка позволяет двигаться, осуществляя повороты.

Мы взяли альбом, нарисовали красный кружок: «Нельзя, нельзя ехать на красный свет! А теперь можно!» — рисуем зеленую стрелку. Как всегда, пришлось последовательно объяснить два отдельных момента — и все стало ясно.

Я объясняю Ване, что такое профиль, и прошу его к следующему уроку нарисовать профили папы, мамы и дедушки: Ваня приносит мне два больших листа с рисунками и рассказывает, как он их сделал:

— Я нарисовал профили. Я взял бумагу, фломастер, и дедушка сел на скамейку. Я натянул бумагу на дверь. А в комнате горела лампа. Я делал нос, рот, губы. И волосы.

Я. А что на бумаге было?

Ваня молчит. Желая подсказать ответ, бабушка шевелит губами: «Профиль, профиль…»

Ваня говорит после долгого раздумья.

— Тень. Из тени получился профиль.

 

Глава XI

Фантазийные представления

 

 


Просмотров 278

Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2020 год. Все права принадлежат их авторам!