Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






ЛЕКСИЧЕСКИЕ ФУНКЦИЙ И ВАЛЕНТНОСТИ СЛОВ



Сейчас мы можем перейти еще к некоторым дополнительным положениям, которые, однако, имеют важное значение и будут широко использованы нами при анализе построения целой фразы.
Многие исследователи указывали на то, что «семантические поля» оказываются обычно четко организованными и что неко­торые из слов, входящих в данную семантическую группу, обла­дают большей «доступностью» (availability), чем другие.

Эта «доступность» некоторых слов, облегчающая их выбор из многих других, объясняется частично контекстом, привычнос­тью и частотой встречаемости данного слова (Миллер, 1967; Мор-тон, 1971; Катц, 1966, 1972; и др.), установкой личности и ее непосредственным опытом (Ромметвейт, 1968, 1973; и др.); одна­ко нередко «доступность» нужного слова и большая вероятность его всплывания зависят от тех лексических связей, которыми ха­рактеризуются многие слова.

Легко видеть, что слово «врач» неизбежно вызывает по ассо­циации другое слово —«лечить», слово «метла» — «мести», слово «топор» — «рубить», слово «игла» — «шить» и т.д. Еще более отчетливо это можно проследить в словах, обозначающих дей­ствия (глаголах), и в словах, обозначающих качества (прилага­тельных).

Уже давно принято различать непереходные (законченные), не требующие дополнений глаголы («спать, «голодать», «жить») и переходные глаголы, которые сами оставляют чувство незакон­ченности и требуют дополнения каким-либо другим словом. К этому классу относятся, например, такие глаголы, как «пить» (что-то), «желать» (чего-нибудь), «отдать» (что-нибудь), «купить» (что-нибудь), «одолжить» (что-нибудь у кого-нибудь) и т.д. (Филлмор, 1972; Фодор, Бивер, Гарретт, 1968).

То же относится и к прилагательным, которые почти всегда требуют дополнения соответствующим существительным, выбор которого определяется как смысловой близостью, так и частотой встречающихся сочетаний (ср. «красный» — флаг, «Советский» — Союз, «спелое» — яблоко, «острый» — нож и т.д.).

Обо всех этих факторах, указывающих на то, что многие слова переживаются как неполные и требуют дополнения другими сло­вами, принято говорить как о «валентностях слов», и именно эти валентности в значительной мере определяют то преимущество, с которым всплывают те или иные связанные с ними слова. Имен­но поэтому «валентности» слов оказываются важным дополни­тельным фактором, который определяет выбор нужного слова.




Мы еще поговорим ниже о той роли, которую играют «лекси­ческие функции» слов, вводящие данное слово в систему других слов и имеющие большее значение в порождении связного пред­ложения.

В советской лингвистической науке вопрос о «валентностях» слов был изучен особенно подробно, и это понятие стало тесно связано с семантическим анализом их видов.

Авторы, разработавшие эту проблему, выделили несколько основных категорий таких «лексических функций» и сгруппиро­вали их в относительно небольшое число категорий. Так, они склонны различать такие виды связей, как «incip»— «давать нача­ло», («дождь — начинается», «стихотворение — приходит в голо­ву»), «fin»—кончать («ссора—окончилась», «осень—прошла»), «func»—функционировать («повар — имеет функцию готовить пищу», «часы — имеют функцию показывать время»), «caus»— «каузировать» («мотор — вызывает движение», «удар — вызывает движение») и т.д. (Апресян, 1974; и др.). Иначе говоря, можно выделить ряд семантических групп слов, в которые входят данные слова; эти семантические группы определяют связь слов и вероят­ность появления того или иного слова, следующего за исходным. Это положение выходит за пределы простого утверждения, что слово обозначает вещь, извлекает признак и обобщает. Можно обобщать вещи по-разному, следовательно, слово может иметь известные семантические функции или группы способов их применения.



К сказанному можно добавить и второе положение, имеющее боль­шое значение для лучшего понимания как процесса порождения связей слов, так и процесса порождения элементов целой фразы.

Тот факт, что разные слова имеют неодинаковую тенденцию вызывать другие слова или, как мы уже указали, разные «валент­ности», вводящие слова в целое предложение (ср. Фодор, Бивер, Гарретт, 1968; Филлмор, 1973; Кифер, 1972; и др.), имеет боль­шое значение. Исследования показали, что слова имеют разное число потенциальных связей, составляющих основу предложения, иначе говоря, обладают разным числом «валентностей».

Так, слова «любить» и «ненавидеть» имеют одну валентность («любить — кого», «ненавидеть — кого»), слова «рубить» и «ко­пать» — две валентности («рубить — что и чем», «копать — что и чем»), слова «покупать» и «продавать» — три валентности («по-


купать — что, у кого, за сколько», «продавать — что, кому, за сколько»), слово «одолжить» — четыре валентности («одолжить — что, у кого, кому и на сколько») и т.д.

Исследования, проведенные в современной лингвистике, по­казали, что в русском языке нет слов, которые обладали бы боль­шим числом «валентностей», чем три-четыре (максимум пять), и что, таким образом, каждое слово имеет ограниченное число «лек­сических связей».

Положение о «валентностях слов», иначе говоря, о числе по­тенциальных связей слова, имеет очень большое значение как для лингвистики, так и для психологии речи. Оно еще понадо­бится нам на следующем этапе исследований — при изучении порождения целого предложения.



Сказанное можно резюмировать в следующих положениях. Сло­во как элемент языка всегда обозначает известную вещь, признак или отношение, а язык состоит из системы сложных кодов, кото­рые вводят обозначаемую вещь в системы связей и отношений.

Слово является продуктом длительного развития, в процессе которого оно выделяется из симпрактического контекста и ста­новится самостоятельной системой кодов, располагающей раз­личными средствами обозначений любого предмета и выражения любых связей и отношений.

Развитие языка является процессом эмансипации от симпрактического характера и выделения слова как синсемантической системы.

Структура слова сложна. Слово имеет предметную отнесенность, т.е. оно обозначает предмет и вызывает целое «смысловое поле», слово имеет функцию определенного «значения», иначе говоря, выделяет признаки, обобщает признаки и анализирует предмет, относит его к определенной категории и передает общечелове­ческий опыт. Оно позволяет человеку выходить за пределы не­посредственного восприятия, обеспечивая тем самым тот скачок от чувственного к рациональному, который является существен­ным для сознания человека.

И наконец, слово имеет «лексические функции», т.е. входит в известные классы смысловых отношений; оно располагает аппа-


ратом, который создает потенциальную необходимость связи од­них слов с другими, обеспечивая переход от единичных слов к их «синсемантическим» связям, определяя те законы, по которым оно вступает в связи с другими словами. Все это и является важ­нейшим механизмом, который дает возможность сделать из сло­ва основное орудие сознательной деятельности человека.

Теперь ясно, насколько фундаментальное значение имеет слово и какое центральное место оно занимает в формировании чело­веческого сознания.


Лекция III


Просмотров 419

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!