Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Кризис римской власти в Африке



И вандальское завоевание

Острый политический кризис, который переживала Западная империя в начале V в., ослаблял позиции императорской власти в Северной Африке. Каждый политический переворот в Италии создавал благоприятную обстановку для самостоятельных выступлений классов и групп африканского общества, недовольных существующим положением. Казнь всесильного префекта претория Стилихона (408 г.) послужила сигналом для активизации донатистов. Отряды, циркумцеллионов умножили свои атаки на ортодоксальную церковь, многие католические епископы и клирики были убиты или изгнаны из своих епархий 142. К 408 г. относится сообщение Галльской хроники, что комит Африки Иоанн был убит народом 143. Это сообщение позволяет предполагать, что борьба донатистов с официальной церковью сопровождалась массовыми вооруженными выступлениями против имперских властей. Правительство империи чувствовало шаткость своих позиций в Африке, несмотря на отсутствие в этом районе крупных варварских объединений. Стремясь сохранить африканские провинции в период, когда им угрожало вторжение войск Аттала и Алариха, оно в 410 г. отменило все фискальные недоимки африканских землевладельцев 144. Политическая цель этого мероприятия была недвусмысленно {236} подчеркнута ссылкой на «преданность Африки» императорам.

При всей скудости и не конкретности подобных данных источников они все же убеждают в том, что острая религиозная борьба, развернувшаяся в Северной Африке в этот период, была тесно связана с борьбой социальной и политической. Вряд ли правительству Гонория пришлось бы идти на такой необычный шаг, как резкое уменьшение налогов, если бы оно действительно было уверено в преданности африканского населения. Очевидно, риск того, что Аттал найдет сторонников в африканских провинциях, был достаточно велик.

На место убитого Иоанна комитом Африки в 409 г. был назначен Гераклиан. Он поддерживал Гонория в борьбе с Аларихом и Атталом, но после победы Гонория произвел, по выражению некоторых источников, переворот (nova res) и прекратил в 412 или 413 г. выплату анноны. Затем он высадился с армией в Италии, но был разбит римскими войсками в сражении под Утрикулом, после чего бежал в Африку и впоследствии был убит 145. Восстание Гераклиана продолжило серию африканских узурпаций, начатую мятежом Гильдона. Мы не знаем, на какие социальные силы опирался Гераклиан, но вряд ли можно сомневаться в том, что, как и Гильдон, он пользовался поддержкой каких-то слоев провинциального населения. Судя по одному указу Гонория, призывавшему всех honorati et provinciales Африки доносить на «сателлитов» Гераклиана, дабы они не могли скрыть свое имущество, подлежащее конфискации 146, его сторонники среди имущих классов были довольно многочисленны.



Следующая попытка отделения Африки от империи связана с именем Бонифация. В начале 20-х годов V в. Бонифаций был, по-видимому, одним из видных офицеров римской армии. Проспер Аквитанский называет его человеком, достаточно известным своим военным искусством. В 422 г. он принимал участие в походе в Испанию под командованием Кастина. Вследствие конфликта с Кастином Бонифаций бежал в Африку. Проспер считает это {237} событие началом многих бедствий и трудностей для государства 147.

В 423 г. умер император Гонорий. Его законным наследником считался малолетний Валентиниан III, интересы которого представляла его мать Галла Плацидия. Однако при поддержке командующего армией (magister militum) Кастина императорский престол узурпировал некто Иоанн, Плацидия была выслана в Константинополь. В источниках, освещающих этот период, Бонифаций упоминается уже как фактически самостоятельный правитель Африки. В литературе распространено мнение, что к моменту смерти Гонория Бонифаций был утвержден императорским правительством в должности комита Африки 148. В источниках нет данных, которые подтверждали бы это заключение. Проспер сообщает, что в 424 г. Бонифаций владел Африкой (Africam obtinebat) 149. Олимпиодор также пишет о Бонифации как о фактическом правителе Африки, не упоминая о каком-либо его официальном титуле 150. По словам Прокопия, Бонифаций был назначен на пост комита Африки (στρατεγν Λιβης πσης) Плацидией 151, что могло произойти лишь после смерти Гонория. По-видимому, вскоре после своего прибытия в Африку Бонифаций получил поддержку местных влиятельных кругов и, не имея каких-либо официальных полномочий от императорского правительства, достиг положения фактического правителя африканских провинций.



Африканские крупные собственники были заинтересованы в сильной вооруженной власти для отражения усилившегося в этот период натиска берберских племен. На центральное правительство, ослабленное войнами в Европе, в этом отношении рассчитывать не приходилось. Из данных церковных писателей можно заключить, что Бонифаций опирался на значительные вооруженные силы, состоявшие из наемников. В письме к Бонифацию, относящемся к 428 г., Августин сетует на грабежи и разорение, которым {238} подвергают африканское население солдаты Бонифация. «Когда ты сможешь — не говорю уже насытить, ибо это совершенно невозможно,— но хотя бы отчасти удовлетворить стремления столь многих вооруженных людей..., страшных своей жестокостью» 152. Для содержания такой значительной армии нужны были крупные денежные суммы, которыми вряд ли мог обладать дезертировавший из армии офицер. Эти суммы, скорее всего, могли предоставить наиболее состоятельные слои африканского общества, видевшие в Бонифации человека, подходящего для защиты их интересов в условиях сложной политической ситуации в центре империи и на границах африканских провинций.

Бонифаций предпринял энергичные и во многом успешные военные действия против берберов. По словам Олимпиодора, он был доблестным человеком, много раз отличившимся в сражениях с варварами. «Он освободил Африку от многих варварских племен..., любил правосудие, не был предан корыстолюбию» 153. Эта панегирическая характеристика деятельности Бонифация, очевидно, восходит к настроениям господствующего слоя африканских провинций. Проспер Аквитанский пишет о «могуществе и славе» Бонифация в Африке (intra Africam potentia gloriaque) 154.

Бонифаций пришел к власти в Африке, воспользовавшись смертью Гонория и неустойчивым положением центрального правительства. В период кратковременного правления Иоанна он оказывал поддержку Плацидии, даже посылал ей деньги 155. В 424 г. Иоанн начал войну с Бонифацием с целью присоединения Африки к империи 156. Союз Бонифация с Плацидией, не имевшей реальной власти, не умалял независимости его правления и в то же время придавал ему некоторую видимость законности: в глазах романизованных кругов африканского общества Бонифаций выступал как представитель власти законного императора и борец с узурпатором Иоанном. {239}

В 425 г. Иоанн, основные силы которого были отвлечены войной с Бонифацием, был свергнут армией восточного императора Феодосия. К власти пришла Плацидия. Бонифацию были присвоены титулы комита Африки и comes domesticorum. Однако через два года отношения между Бонифацием и императорским двором обострились. Он отказался явиться в Италию на вызов императрицы, вследствие чего против него в 427 г. были начаты военные действия. Шмидт, основываясь на сообщении Проспера, объясняет отказ Бонифация от повиновения центральному правительству его соперничеством с Феликсом из-за поста magister militum. Бонифаций надеялся получить этот пост от Плацидии, но вследствие интриг, связанных с женитьбой Бонифация на арианке, он достался Феликсу 157.

Личные и карьеристские мотивы, разумеется, могли играть роль в деятельности Бонифация, однако нельзя только ими объяснять борьбу, которую он вел с империей. В политике Бонифация четко прослеживается определенная линия: и при Иоанне, и при сменившей его Плацидии он стремился добиться независимости Африки от центральной императорской власти. Разумеется, Бонифаций не мог проводить такую политику только в своих карьеристских целях, не опираясь на поддержку влиятельных групп господствующего класса африканских провинций. Проспер определенно связывает выступление Бонифация против императорского правительства с его влиянием в Африке.

Против Бонифация была направлена армия под командованием трех полководцев: Маворция, Галлиона и Сенеки. Сенека перешел на сторону Бонифация, римские войска были разбиты. Руководство военными действиями против Бонифация было передано комиту Сегисвульту 158. В своей борьбе за воссоединение Африки с империей императорское правительство пыталось привлечь на свою сторону широкие слои местного городского населения. Об этом свидетельствует ряд указов, изданных в 429 г. на имя проконсула Африки Целера. В одном из них запрещается ограбление африканских посессоров сборщиками налогов и поставщиками военного провианта. Другие указы требуют пресечь практику принуждения куриалов к вы-{240}полнению уже выплаченных повинностей или к уплате налогов за чужие земли 159. Составители одного из указов ссылаются на то, что разорительным поборам подвергаются даже наиболее преданные куриалы. Подобными мероприятиями правительство пыталось укрепить свою все более расшатывавшуюся социальную базу в Африке.

В 429 г. императорское правительство, видимо, чувствуя себя не в силах подавить сопротивление, которое оно встречало в Африке, решило пойти на компромисс с Бонифацием. В Африку был направлен императорский уполномоченный Дарий с официальной целью установить мир между враждующими войсками Бонифация и Сегисвульта 160. Переговоры с Бонифацием привели к воссоединению африканских провинций с империей. За Бонифацием было сохранено его официальное положение: в 430 г. он вновь выступает в качестве комита Африки 161. В 432 г. ему было присвоено звание magister militum 162.

Изменение позиции Бонифация по отношению к империи, очевидно, было связано с резким ухудшением внешнеполитического положения Африки. В 428 г. Августин направил письмо Бонифацию, в котором, упрекая его за междоусобную войну с империей, возлагал на него ответственность за захват берберами значительной части римской территории. Письмо Августина отражает настроения африканских собственников, испытывавших страх перед «варварским» вторжением, для которого благоприятным фактором была борьба Бонифация с Римом. Августин призывает Бонифация к христианскому смирению, убеждает его не отвечать Римской империи злом на зло, указывает, что из-за междоусобной войны Африка испытала громадные несчастья. В другом письме Августин приветствует миротворческую миссию Дария 163.

Важнейшим фактором, определившим изменение политической позиции Бонифация и поддерживавших его кругов африканского общества, явилась угроза вандальского вторжения. В 429 г. вандалы и аланы во главе с {241} Гейзерихом переправились с Пиренейского полуострова на территорию Африки. Некоторые источники связывают вторжение вандалов с тем обстоятельством, что Бонифаций якобы прибег к их помощи в своей борьбе с Римом. По сообщению Прокопия, Бонифаций заключил с вандалами договор, согласно которому в их владение отходила третья часть Африки, а они должны были оказывать военную поддержку Бонифацию 164. По словам Иордана, Бонифаций пригласил вандалов в Африку и переправил их на своих кораблях через Гибралтарский пролив 165.

В историографии версия Прокопия и Иордана долгое время не подвергалась критическому разбору. Между тем современник описываемых событий Проспер Аквитанский, чьи сведения имеют, несомненно, бóльшую ценность, чем сообщения писавших в VI в. Прокопия и Иордана, а также другие западные хронисты (Марцеллин, Гидаций) не упоминают об обращении Бонифация к вандалам. Проспер сообщает, что после разгрома первого похода римской армии против Бонифация в 427 г. племена, не умевшие пользоваться кораблями, были призваны на помощь сражающимися партиями, а Сегисвульт возглавил борьбу с Бонифацием. Дальше следует сообщение о переправе вандалов в Африку, никак не связанное у Проспера с рассказом о войне между Бонифацием и Сегисвультом 166. Версия Прокопия плохо вяжется с данными о дальнейшей деятельности Бонифация. В 430 г. он возглавлял борьбу с вандалами 167, впоследствии был призван к императорскому двору и удостоен высшего воинского звания империи. Рассказ Прокопия о том, что Бонифаций раскаялся в заключении договора с варварами в результате просьб Плацидии, вряд ли можно считать сколько-нибудь достоверным. В ряде современных работ версия Прокопия и Иордана подвергнута сомнению. Шмидт рассматривает рассказ об обращении Бонифация к вандалам, как легенду, возникшую при византийском дворе. По его мнению, сообщение Проспера о призыве племен, не умеющих пользоваться кораблями, относится не к вандалам, а к готам-{242}федератам 168. Жюльен считает возможным, что и Бонифаций, и Сегисвульт призвали вандалов уже после появления последних в Африке. Воспользовавшись междоусобной борьбой в римских провинциях, они приступили к завоеванию римской территории 169.

Противоречивые и недостаточно четкие данные источников не дают возможности воссоздать полную картину политических событий, связанных с вторжением вандалов в Африку. Несомненно, что борьба Бонифация с империей создавала благоприятную ситуацию для их наступления на римскую территорию. Возможно, что Бонифаций действительно намеревался использовать в войне с Сегисвультом отдельные вандальские контингенты и имел соответствующую договоренность с Гейзерихом. Однако совершенно очевидно, что вторжение в Африку всей массы вандалов, грозившее экспроприацией широких слоев африканских собственников, явилось для Бонифация неожиданностью и заставило его пересмотреть свои позиции. Угроза «варварского» нашествия со стороны сначала берберов, а потом вандалов вызвала сплочение различных слоев господствующего класса африканских провинций вокруг Римского государства. Бонифаций возглавил вооруженное сопротивление вандалам.

Кратковременное воссоединение Африки с империей ввиду угрозы «варварского» завоевания не должно заслонять того основного факта, что завоевание это было неразрывно связано с обострением противоречий внутри господствующего класса империи, с той оппозицией, которую оказывали позднеримскому государству некоторые слои африканских землевладельцев.

Переправившись через Гибралтар, вандалы двинулись на восток через территорию мавретанских провинций. Очевидно, именно в период продвижения вандалов по Мавретании прекратилась война между Бонифацием и Сегисвультом и Бонифаций был восстановлен в должности комита Африки. В 430 г. произошло сражение армии Бонифация с вандалами. Римская армия потерпела поражение, что привело к отступлению Бонифация с войском {243} готов-федератов в Гиппон-Регий, который затем был осажден вандалами 170.

Осада Гиппона-Регия продолжалась свыше года. По-видимому, она отвлекала основные силы вандалов, что дало римлянам определенный выигрыш времени и позволило сохранить в своих руках Карфаген и значительные территории Проконсульской провинции, Бизацены и Триполитании. Осаду с города вандалы в конце концов сняли, однако впоследствии Гиппон-Регий был оккупирован ими после ухода из него жителей. На помощь римской армии в Африку был направлен из Восточной империи контингент войск под командованием Аспара, который наголову был разбит вандалами 171. В 432 г. Бонифаций был отозван в Италию 172, однако война с вандалами продолжалась.

В 435 г. в Гиппоне-Регии был заключен мир между Римской империей и вандалами. По сообщениям Проспера и Кассиодора, вандалам была предоставлена для поселения часть Африки 173. На основании сообщения Проспера об убийстве Гейзерихом в 437 г. католического епископа г. Каламы intra habitationis suae limites Шмидт устанавливает, что местом поселения вандалов была проконсульская (восточная) Нумидия 174. Об оккупации Гейзерихом в течение трех лет до 439 г. Гиппона-Регия сообщает «Laterculus regum Wandalorum et Alanorum» 175. К договору 435 г., очевидно, относится сообщение Прокопия, что Гейзерих обязался ежегодно платить императору Валентиниану подать за оккупацию Африки и предоставил римлянам в качестве заложника своего сына Хунирика, который впоследствии вернулся в Африку 176.

Видимо, истощение сил вандалов в затяжной войне вынудило Гейзериха пойти на сравнительно умеренные условия договора 435 г. Важнейшим результатом этого договора было создание вандалами своего плацдарма в са-{244}мом центре Римской Африки. В последующие годы Гейзерих использовал этот плацдарм для дальнейшего наступления на римскую территорию. В 439 г. неожиданно для римлян и в нарушение договора 435 г. вандалы заняли Карфаген 177. В 440 г. они вторглись в Сицилию. Римская армия под командованием зятя Бонифация Себастьяна перешла из Испании в Африку, что заставило Гейзериха оставить Сицилию, однако не принесло римлянам дальнейшего успеха. Себастьян, по сообщению Проспера, был соблазнен богатствами Гейзериха и больше хотел иметь его другом, чем врагом. Данные Виктора Витенского свидетельствуют, что Себастьян перешел на сторону Гейзериха 178. Совершенно безрезультатной была также морская экспедиция, организованная против вандалов правительством Восточной империи в 441 г. 179. В 442 г. между Гейзерихом и Валентинианом III был заключен новый мирный договор, согласно которому Африка была разделена между вандалами и Римской империей 180. По сообщению Виктора Витенского, к вандалам отошли Проконсульская провинция, Бизацена, Абаритана, Гетулия и часть Нумидии, а к римлянам — остальные провинции, разделенные между собой вандальскими владениями 181. По-видимому, вандалы получили проконсульскую Нумидию с центром в Гиппоне-Регии, а Циртенская Нумидия (Numidia Cirtensis) {245} сохранила римское управление 182. В 455 г. после смерти Валентиниана III Гейзерих захватил те районы, которые по договору 442 г. оставались за Римской империей, т. е. Мавретанию, Циртенскую Нумидию и Триполитанию 183. Этим закончился процесс завоевания вандалами африканских провинций империи.

Несомненно, различные слои населения Римской Африки по-разному относились к нашествию вандалов. В период войны наиболее жестокий урон от вандальского нашествия испытывали африканские города: вандалы были заинтересованы в захвате и разграблении городов как центров скопления различных материальных благ и как военных крепостей, которые могли быть использованы римской армией. Городские курии, боясь грабежей, нередко организовывали вооруженное сопротивление «варварам». Виктор сообщает, что многие города вандалы не могли взять штурмом и, окружив их стадами скота, резали животных, чтобы задушить горожан запахом падали 184. О вооруженной борьбе городов с вандалами свидетельствует также надгробная надпись из Алтавы (Цезарейская Мавретания), относящаяся к 429 г., в которой говорится о смерти неизвестного жителя этого города «от меча варваров» 185.

Для характеристики настроений эксплуатируемых слоев африканского населения по отношению к вандальскому завоеванию существенный интерес представляют данные Сальвиана Марсельского, посетившего Римскую Африку в период борьбы между империей и вандалами (до захвата ими в 439 г. Карфагена). Описывая тяжелое положение африканских бедняков, тяготевшее над ними бремя податей, конфискации имущества должников властями и т. д., Сальвиан замечает: «Тяжелее всего то, что они (бедняки.— Г. Д.), прося под влиянием слишком больших тягот даже прихода врагов, молят бога, чтобы им было дано сообща переносить от варваров то разорение, которое {246} раньше они поодиночке переносили от римлян» 186. В декрете Валентиниана III от 445 г., относящемся к Циртенской Нумидии и Мавретании, которые еще находились в тот период под властью Рима, говорится о малочисленности колонов (raritas colonorum) в этих провинциях. Военнопленных, относительно которых провинциалы докажут, «что они их потеряли» (т. е. беглых рабов и колонов), декрет требовал возвращать прежним владельцам 187. Хотя эти отрывочные данные источников не позволяют судить в достаточной мере об участии различных слоев провинциального населения в борьбе между вандалами и империей, они все же свидетельствуют об обострении классовых противоречий в провинциях, связанном с вандальским вторжением. Если имущим слоям африканского общества нашествие «варваров» грозило экспроприацией и разорением, то массы эксплуатируемых тружеников — рабы, колоны, городской плебс — воспринимали его как средство освобождения от давившего на них экономического и социального гнета. Когда Нумидия и Мавретания после ухода вандалов с их территории вновь вернулись под власть империи, колоны и рабы массами бежали из этих провинций, а многие из них, как свидетельствует положение декрета 445 г. о военнопленных, присоединились к вандалам и сражались вместе с ними против империи. В этот период обострилась также религиозная борьба. В районе Ala Miliaria в Цезарейской Мавретании сохранились остатки донатистской церкви, построенной между 434 и 439 гг. и относящиеся к 30-м годам эпитафии донатистских «мучеников» 188. Очевидно, восстановление римской власти в Мавретании вызвало активизацию донатистского движения, враждебного империи.

В свете этих данных вряд ли можно сомневаться в том, что нашествие вандалов вызвало новый подъем массового движения против империи. Мы не имеем прямых данных об участии агонистиков в событиях этого периода, но вся предшествующая деятельность и идеология этой секты неизбежно должны были вовлечь ее в активную борьбу на стороне «варваров». Судя по произведениям Коммодиана, {247} среди эксплуатируемого слоя африканских христиан была популярна идея, что варварское вторжение явится божественным орудием в борьбе с богачами и властью Римской империи. Сближение с арианством, к которому стремились некоторые круги донатистов, рассчитывавшие на помощь готов, теперь оказывалось прекрасным религиозным оправданием для союза с арианами-вандалами. Мы видели, сколько боевого духа проявляли агонистики и шедшие за ними массы сельских тружеников в условиях IV в., когда сколько-нибудь прочная победа над Римом была невозможна. Теперь, когда в Африке появилась мощная сила, постепенно сокрушавшая власть Римской империи, когда создалась реальная перспектива низвержения старого врага, антиримское движение эксплуатируемых классов неминуемо должно было принять еще большие размах и энергию. Это обстоятельство, очевидно, объясняет отсутствие сколько-нибудь заметного сопротивления вандалам, до тех пор пока они не входили в непосредственное соприкосновение с римской армией или не наталкивались на укрепленные города. С этим связана быстрота их продвижения по территории африканских провинций и легкость, с которой они удерживали обширные районы в тылу своих войск. Правительство империи опиралось в этой войне главным образом на воинские контингенты, присланные из других провинций; сформировать сколько-нибудь значительную армию из африканцев, очевидно, не представлялось возможным.

В целом мы можем заключить, что, каково бы ни было соотношение военных сил вандалов и римской армии в Африке, решающим условием, обеспечившим успех вандальского завоевания, была та поддержка, которую оказали ему широкие слои населения африканских провинций. В этом сказалась враждебность этих слоев императорской власти и всему защищаемому ею социальному строю. {248}

ГЛАВА ШЕСТАЯ


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!