Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Взгляды на источники неустойчивости региональной ситуации



Социальные интересы играли в Восточной Азии свою роль. Как и в Европе, национальный фактор переплетался с экономическим. Но в Европе национализм изжил себя в годы мировой войны в той мере, в какой сама война была его порождением; в Восточной Азии после 1945 г., напротив, возникла мощная националистическая волна. Эта была третья из «длинных волн национального самоопределения», если считать двумя первыми катаклизмы строительства национальных государств в Западной Европе в XIX в. и «восточноевропейский передел» по завершении первой мировой войны. Подъем национализма в Азии придавал межгосударственному взаимодействию в ней типологически иной характер.

Корейская война ускорила поляризацию по оси «США - СССР». В начале 50-х годов в странах Запада утвердилось мнение о необходимости структурно закрепить соотношение позиций, которое сложилось в результате пяти-семи послевоенных лет. Расстановка сил в целом была ясна. СССР и США, как показало их поведение в ходе конфликта в Корее, были напуганы возможностью прямого столкновения и не доверяли друг другу.

Обе державы находились в трудном положении. В отличие от Соединенных Штатов, где власть на заключительном этапе войны перешла в руки более молодого поколения, в СССР сохранялась диктатура И.В.Сталина. Его представления о взаимоотношениях с США были формированы годами советско-американского союзничества. Действия Г.Трумэна в Центральной и Восточной Европе (план Маршалла, сохранение западно-берлинского анклава среди восточно-германской территории) могли казаться И.В.Сталину посягательствами на обещанную Москве и оплаченную ее потерями «сферу безопасности». Подобно О. фон Бисмарку, советскому лидеру были знакомы «кошмары коалиций» - тем более, что образование НАТО подтверждало склонность Запада к их созданию. Советское видение мира при И.В.Сталине складывалось под влиянием его предубеждения перед войной с США и одновременно неприятия идеи диалога с ними. Стремление избежать большой войны сочеталось с признанием возможности расширять - за счет поддержки зарубежных компартий - сферы советского влияния. Создание в 1947 г. Информационного бюро коммунистических и рабочих партий (Коминформа) было воспринято на Западе как реанимация традиций экспорта революции.

По сравнению с советскими, руководители США в последние годы власти Г.Трумэна (уступившего ее республиканцам после выборов в ноябре 1952 г.) находились в более благоприятном положении в том смысле, что их политика опиралась на ясную концепцию «сдерживания», менять которую американское руководство не собиралось. Эта концепция была сформулирована в 1948 г. в директиве Совета национальной безопасности N 68 и подразумевала стремление вынудить Советский Союз ограничить зону своего контроля рубежами его государственных границ по состоянию на 1947 г.1 Как отмечает Д.Шамбо, правительству США в самом деле «показалось, что 'международный коммунизм' начал свой марш, и доктрина Трумэна была приложена к Азии, чтобы сдержать его там»2.



Корейская война не только показала ограниченность возможностей «сдерживания», но и продемонстрировала отсутствие у США четких представлений о сфере американской стратегической ответственности. Необходимо было определить ее границы и довести до СССР решимость США защищать американские интересы в ее рамках. Осуществлению этой задачи были посвящены усилия Г.Трумэна в 1951-1952 гг. Этот курс соответствовал закреплению биполярности, начало которой было положено в 1949 г. созданием НАТО. Но установка на разграничение сфер интересов США и СССР не получила развития в силу краткости оставшегося срока пребывания Г.Трумэна у власти.

Республиканцы, принявшие власть в январе 1953 г., отошли от «сдерживания». Вступление в должность Д.Эйзенхауэра повлекло за собой пересмотр внешнеполитических приоритетов, во многом связанный именно с событиями в Китае и Корее. Ревизия старых ориентиров проходила по трем направлениям: отказ от абсолютизации значения событий в Европе [1]; усиление внимание к обеспечению безопасности самих Соединенных Штатов [2]; активизация политики в Азии [3]3. В американской элите вызрело понимание того, что послевоенный мир перестал зависеть только от стабильности в Европе. Вопрос об усилении роли США следовало, в таком случае, рассматривать в масштабах Евразии. Тем большие опасения вызывал Советский Союз, распространивший свое влияние далеко на запад и восток от своей исторической территории. Эти страхи породили идею окружить СССР по периметру внешних границ сфер его влияния4.



Колебания в поведении Советского Союза в ходе войны в Корее были замечены и демократами, и республиканцами. Но окружение Г.Трумэна, считая корейский конфликт результатом не только коммунистических происков, но и своей непоследовательности, стремилось преодолеть неустойчивость региональной подсистемы за счет более строгого разграничения сфер интересов СССР и США, а команда Д.Эйзенхауэра в первый период пребывания у власти исходила из предположения о возможности заставить Советский Союз отступить.

Имелось в виду, что поскольку СССР уклоняется от конфликта, то выдвигая американское присутствие к рубежам зоны советских интересов, можно побудить Москву «отойти вглубь». На эту посылку опиралась доктрина «отбрасывания» (roll-back) коммунизма, которой пыталась обогатить американскую политику новая администрация. Сочетание наступательности и внимания США к восточно-азиатским делам привело к тому, что начиная с 50-х годов проблематика мировой периферии стала превращаться в основной источник советско-американских противоречий. Дело усугубилось кадровыми перестановками. В 1953 г. Д.Эйзенхауэр назначил на пост председателя ОКНШ адмирала Артура Рэтфорда, известного своими «азиоцентристскими» взглядами в том смысле, как их понимали правые республиканцы. Став одним из главных советников президента по военным вопросам, он, как утверждает М.Галиччо, в течение только 1953 г. трижды рекомендовал применить в Азии ядерное оружие5.

Не только личностные характеристики определяли рост советско-американских трений. Важнее были идейно-теоретические основания. Весной 1953 г. в Советском Союзе произошла смена руководства. На первой позиции утвердился Н.С.Хрущев, с именем которого связана массированная волна духовно-политического ревизионизма в контексте критики культа личности И.В.Сталина и отказа от одиозных догм внешнеполитической теории сталинизма (неизбежность новой мировой войны и т.д.). Началась разработка новой программы КПСС. Хотя она была принята ХХII съездом только в 1961 г., основные ее положения сложились уже в середине 50-х годов. Был сформулирован тезис о трех силах мирового революционного процесса - мировой системе социализма, рабочем движении в капиталистических странах и национально-освободительных силах в развивающемся мире6. Национализм был провозглашен союзником СССР. Это был важный доктринальный сдвиг, указывавший на стремление Москвы «разыграть национальную карту» аналогично тому, как приблизительно в те же годы, но с явно меньшим успехом, это пытались делать США.

На протяжении большей части 50-х годов между СССР и США существовал значительный разрыв в оценках причин региональной нестабильности. Соединенные Штаты рассматривали как ее источник коммунистическую экспансию. Они не делали различия между политикой отдельных коммунистических стран, считая действия всех коммунистических групп в Азии подконтрольными Москве. Американская политика исходила из завышенного представления о шансах перерастания локальных конфликтов с участием левых движений в войну с СССР. Отсюда следовала неадекватность американских реакций на действия КНР, демонизация «подрывной» роли Китая в регионе. Между тем, дестабилизирующим был прежде всего сам подчеркнуто наступательный характер американской политики, блокировавший возможность повысить устойчивость обстановки путем переговоров с коммунистическими странами.

Советский Союз вообще не поднимал вопрос о стабильности как таковой, очевидно, считая его теоретически несовместимым с тезисом о продолжении мирового революционного процесса «в иных формах». Подразумевалось, что неустойчивость региональных отношений отражает неустойчивость «мирового капитализма», проигрывающего соревнование «социалистическому лагерю» и предпринимающего «лихорадочные попытки повернуть колесо истории вспять». В этом смысле нестабильность воспринималась как неотъемлемая часть мировой политики.

Но отношение к нестабильности в ее революционных проявлениях как к норме международных отношений в теории не исключало стремления СССР поддерживать стабильность на практике, если это соответствовало советским интересам. Советский Союз стремился к взаимопониманию с США. Главными принципами подхода СССР к отношениям с Вашингтоном были: уход от прямого столкновения, кроме как в случае нападения на территорию СССР или стран Варшавского договора; отказ от эскалации региональных конфликтов, способных перерасти в общий конфликт с США; диалог по основным международным проблемам; укрепление биполярности как средства закрепить преобладание СССР и США в региональных делах и мировой политике в целом. В политике Москвы выработался двухуровневый подход к стабильности: стремление придать устойчивость отношениям с Вашингтоном на глобальном уровне сочеталось с возможностью опосредованно противостоять Соединенным Штатам в региональных конфликтах. Можно указать на сходство этой логики с той, что была положена в основу принятой в 60-е годы в США концепции «гибкого реагирования», первые работы в ключе которой были опубликованы в годы правления Д.Эйзенхауэра и стали реакцией испуга на присущее его первой администрации «снижение» политико-психологического барьера против применения атомного оружия7.


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!