Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






ГЛАВА 7. СВОБОДНОЕ ГОСУДАРСТВО ЗАПАД 4 часть




***

 

Спасатели и спасенная спускались из гаража на Центральную. За охраной показался Истомин и Харитонов, бежавший встречать свою дочь и героев дня. Отец обнял свое дитя, и не отпускал еще очень долго.

- Жива… Хрен я тебя теперь куда отпущу, – проговорил отец.

На глазах бойцов была милая сцена. Истомин начал хвалить ребят.

- Молодцы парни! Чтоб я без вас делал. Мои молодцы! – радовался полковник.

- Да не нас благодарите, товарищ полковник. Громов девушку спас. Он даже противогазом пожертвовал, чтобы она не задохнулась, – сказал Тоха.

После сказанного Харитонов подошел к Громову и крепко обнял парня.

- Саша. Я тебе по гроб жизни обязан. Мужик ты настоящий. Не каждый сейчас пожертвует противогазом.

- Я бы без парней не справился, поверьте. Все сработали как надо, – сказал Громов.

- Он теперь супергерой нашего времени, – добавил Павел.

- Громов. Ты меня удивил. Бойцы, все будете представлены к наградам! – объявил Истомин. – Теперь, раз все вернулись, давайте в мой кабинет. Расскажете все, как было.

Громов и Павел рассказали собравшимся о том, что они увидали на форпосту. О погибших товарищах, о том, что на посту нет ни одной гильзы, о спасении Даши. Два полковника сильно удивились рассказанному. Никто из них не мог поверить тому, что произошло.

- Мужиков завтра похороним… Как следует, по человечески.- сказал Полковник – Да, мужики, то, что вы рассказали… Что там произошло? Не может быть так, чтобы после автоматов гильзы даже защищавшихся не оставались. Хрень какая-то…- не мог поверить полковник. В этот момент зашел постовой:

- Разрешите обратиться, товарищ полковник!

- Разрешаю.

- Группа Мальцева прочесала форпост и супермаркет “Metro”. Группа нашла следы у магазина, ведущие в сторону леса. По словам Мальцева, один из следов – наш. То есть такие виды подошвы в метро есть. Два других, как считает лейтенант, никогда в метро не существовали.

- Что-нибудь еще?

- Группа так же прочесала дорогу у авторынка в сторону Нового Города. Там были обнаружены следы внедорожника. Так же Мальцев спрашивает, что ему делать дальше?



- Скажи, чтобы попытался хоть как-то восстановить форпост. Через шесть часов к ним прибудет смена. Так и передайте ему.

- Выполняю, товарищ полковник.

Новости были прямо из ряда вон выходящие. Значит, люди, которые пришли с Ночебоксарска, хорошо вооружены, и у них есть техника. Против группы, которая дежурила на форпосту, оказались не просто бойцы, а настоящие профессионалы своего дела. И самое главное – им помогал человек, который обо всем знал. Этот человек был отсюда, из чебоксарского метро.

Настал момент, когда о случившемся нужно было узнать у Даши.

- Даш, что у вас произошло на форпосту? – начал Громов.

- Мы… - неуверенно начала девушка - Мы обедали. Гриша, который сидел у рации, рассказывал истории из прошлой жизни… Семен вырезал игрушку из дерева для сына. Валера наблюдал за обстановкой. Потом Валера начал кричать: ”люди”! Мы все поднялись с мест, подошли к окну… А потом начал стучать пулемет. Прямо по нам. Успели лечь только Гриша и Семен. Валера погиб первым… - договорив, девушка заплакала – Потом Гриша начал вызывать вас на помощь, а Семен стрелял из окна по наступающим. Потом дверь взорвалась… Гриша и Семен лежали мертвыми… Я очутилась на полу, а когда повернулась, передо мной стояли три солдата в черной форме... Они еще в плащах все были… У них даже окуляры в противогазах были черными и какие-то повязки повязаны на руках... Они подняли меня, завязали мне глаза и повели, как я потом поняла, в супермаркет.



- И что было дальше? – спросил Павел.

- Потом они меня посадили в супермаркете. При этом, за то время, что я провела с ними, они не произнесли ни слова.… Спустя какое-то время на нас напали собаки, прямо в магазине… Они стянули с меня противогаз и убежали… Потом я начала задыхаться… А дальше вы знаете…

- Вот суки, а! – сказал полковник – Не получилось похитить, так они живую девушку на растерзание собакам оставили…

- Может, националисты это были? – спросил Павел.

- Не издевайся пожалуйста! Им что, делать больше нечего, как на наш форпост нападать? Они не знают как там себя в Новоюжке прокормить, и армию нормальную сделать, а ты говоришь, что они напали… Да черную форму носят все солдаты националистов, но не они это, майор, – закончил полковник.

- Нам что делать, товарищ полковник? В Союз- то сегодня отправляться? – спросил Громов.

- Сегодня идете и спите, поедете завтра. Вы заслужили больше, чем отдых.

- Хорошо, товарищ полковник.

- И еще: старайтесь в Союзе долго не останавливаться, там мобилизацию объявили. Антонов смотры войск проводит. Опять, наверное, воевать будут.

Бойцы и все остальные покинули кабинет полковника. В кабинете остались Харитонов и Истомин.

- Как думаешь, кто помог чужакам на форпост напасть? – спросил Харитонов.

- Кто-то из наших. Носом чую, Алексей, - начал рассуждать полковник.

- Из наших? Центральных? – удивился Алексей.

- Понимаешь, твою дочь не зря хотели похитить. Пришли на форпост именно за ней. Если бы им были нужны все бойцы, они бы никого убивать не стали. Они бы просто все по тихому сделали. Мы бы даже и не узнали. Что- то готовится, товарищ Харитонов, но я понять не могу, – завершил Истомин.

- Как будем искать предателя? – спросил Алексей.



- Тут Мальцев нужен. Он по следам определять мастер. Он два года назад, когда кто-то из радиорубки украл микросхему одну,по следу, который там остался нашел вора на Пушкинской. Так что надеюсь на лейтенанта в этом вопросе. Немного помолчав, снова начал задавать вопросы Харитонов:

- А Громов у тебя давно?

- С детства их с Пашкой к себе взял. Это настоящие асы, поверь. Вот на таких как они, мы и существуем,- ответил полковник.

- Он, конечно молодцом… Моей бы Дашке мужика такого в мужья. Зять бы был что надо, – ответил Харитонов.

- А может выйдет что-нибудь? Я вот хоть и стар уже, но вот заметил, что твоя дочурка то на него вон как смотрела, пока мы тут по делу говорили, – рассказал о своем наблюдении Истомин.

- Да ладно? Ну, значит что-то будет, – с радостью заметил полковник Харитонов – Значит, я спокоен.

- Давай расходиться. Мальцев вернется, спросим у него про след.

- Хорошо, товарищ полковник, – повернувшись, Харитонов открыл дверь и ушел.

Полковник остался сидеть на своем месте. Он чувствовал, какая- то сила надвигается на метро и его жителей. Неизвестные убили и разбомбили форпост. Хорошо, что Громов и Павел успели спасти Дашу. Ситуация после разговора с участниками событий на ТЭЦ немного прояснилась, но оставила большое количество вопросов, на которые требовались содержательные ответы. Истомина ошарашило другое: среди своих предатель. И с предателями долгих разговоров не ведут.


***

 

Громов пытался уснуть после тяжелого дня. Но уснуть мешали дети, которые играли внизу во дворе. Матери часто выводили своих детей, не только чтобы они играли и бегали, но и чтоб поделиться очередными новостями друг с другом. Кто слинял с фермы, кто с кем спит, чьи дети быстрее вырастут, Саша уже привык к таким разговорам.

Неожиданно кто- то постучал в дверь. Громову не дали уснуть. Быстро встав с кровати он открыв дверь, увидел Дашу.

- Привет… Мне стыдно спрашивать у человека который меня сегодня спас… Я знаю, что твоя фамилия Громов, а имя так и не узнала… - начала разговор девушка.

- Александр. Для тебя просто Саша, – ответил Громов.

- Прости, что не спросила, как тебя зовут… Я тут картошку с грибами сделала. Пока еще тепленькая, давай вместе поедим у тебя? – предложила Даша.

В руках у нее была маленькая кастрюлька, из которой шел восхитительный запах.

- Проходи.

Они сидели друг против друга. На столе горела свеча. Громов разложил по тарелкам картошку и наполнил чашки горячим чаем. На Даше уже не было боевого костюма. На ней был пушистый темно-синий пуловер и черные мужские брюки. Волосы были распущены и причесаны. Девушка, перед тем как придти к Громову, однозначно подготовилась. Громов был тоже неплох – красная футболка с гербом сгинувшего в прошлом государства и, как он их сам называл, “домашние брюки”.

Двадцать лет назад это бы все напомнило домашнюю ситуацию - романтический ужин. Когда женатые или только влюбленные готовили романтический ужин и дождались своих любимых, чтобы порадовать их своим старанием. Даша и Саша чувствовали этот настрой. Когда “романтический” ужин был в самом разгаре девушка вернулась к разговору:

- Ты один живешь? Красиво тут у тебя, – задала вопрос Даша,

- Да. Мои родители… Их, в общем, Истомин арестовал за несколько недель до катастрофы. Больше я их никогда в жизни не видел… - с грустью ответил Саша.

- Полковник Истомин? Откуда ты это знаешь? – с удивлением спросила Даша.

- Меня ведь моя няня спасла. Теперь она живет на Президентской, замуж вышла. Это она мне рассказала, что тогда двадцать лет назад именно он пришел и забрал моих родителей.

- А он знает, что ты их сын?

- Я сомневаюсь, что он вообще их помнит. Няня рассказывала, сотрудники ФСБ могли любого забрать, а что с ним потом будет, уже узнавали только из газет, – ответил Громов.

- Мой папа никогда тоже про службу в этом ведомстве не любил вспоминать. Говорит, все время был там как на иголках. Сегодня ты работаешь - честь и хвала, а завтра могли уволить…

- А ты думаешь, твои родители живы? – снова вернулась о теме с родителями Даша.

- Где-то в глубине души я знаю, они живы. Они часто приходят ко мне в снах. Помогают мне.

- Ну значит, еще не все потеряно, Саш, – девушка с улыбкой произнесла эту фразу – Ты их найдешь, я уверена.

- Спасибо за поддержку.

На душе стало тепло. Они вместе пили чай, рассматривали “Войну и Мир“. Поставили на магнитофоне музыку. Спустя недолго время из магнитофона зазвучали песни группы “Сплин”. Песни у этой группы были что надо, и Дарья попросила одолжить диск, чтобы насладиться ими. Вечер они проводили только вдвоем. Постепенно снова пошли разговоры на разные темы:

- А ты хороший, – начала Дарья. – Я думала, на Центральной нет нормальных парней.

- Я обычный парень, обычный боец, как и все, только стараюсь не пить.

- Нет, ты необычный. Ты какой- то особенный,– продолжала хвалить Даша бойца.

- А ты красивая, и вкусно готовишь, – сделал комплемент Саша.

- Мама научила. Жалко, ее нет. Не дожила, – с болью в душе прошептала девушка.

- Я уверен, она гордится тобой. Самое главное, где бы мы не были, они всегда с нами,- закончил Громов.

- Ты права, Саш, - согласилась Дарья.

После минутного молчания девушка стала спрашивать о поездке Громова и Паши:

- Вы ведь в Союз собрались завтра?

- Да. Еще к западникам и националистам. Конференцию будем созывать по вопросу Новочебоксарска.

- А надолго вы? – с пристрастием спрашивала Даша.

- Дней на пять. Ну, я думаю за четыре управимся, если никаких приключений не предвидится, - уверенно ответил Саша.

- Вы только с Пашей вдвоем? – спросила девушка.

- Да. Полковник больше никого к нам не пристраивал. Считает, что мы и сами справимся. Когда рядом такой человек, как Павел, я ничего не боюсь.

- Вы с Пашей давно дружите?

- Мы с самого первого дня, как оказались соседями на Президентской. Он от меня никуда, я от него никуда. Так и живем с ним, – с теплым чувством рассказал Саша.

- Повезло тебе, – закончила разговор Даша. Помолчав несколько минут, девушка решила пойти домой.

- Я пожалуй пойду, поздно уже. Спасибо за проведенное время, – благодарила Даша, Громова.

- Тебе спасибо за прекрасный ужин. Я давно так вкусно не ел. Картошка вышла что надо.

- Пока… И еще раз спасибо тебе, что спас меня там, наверху… Я… буду ждать когда ты вернешься…

Девушка спустилась в низ по лестнице и пошла в другой квартал. Громов с радостным настроением лег спать. У него было светлое настроение после проведенного времени с Дашей. Еще утром он не знал, как ее зовут и считал погибшей, а вечером они вместе если картошку с грибами. Этот день Громов запомнит надолго. И даже появились мысли: и почему все это случилось в один миг, форпост, знакомство с Дашей, поездка по метро. Хотелось все бросить и остаться ради этой девушки. “Я буду ждать, когда ты вернешься“, – фраза, пронзившая самое сердце Громова. Теперь в его жизни появился еще один человек, который был ему дорог.

Громова и Павла ждала поездка в Союз через Афанасьевскую. Паша снова забежит к гадалке, а Громову придется бродить по рынку в поисках подарка и траты времени. Хотя поездка в Союз была немного неожиданной. Почему так неожиданно в Союзе объявили мобилизацию? Государство, которое и так уже воевало, решило окончательно добиться победы революции вооруженным путем? Или Генеральный Секретарь Антонов хочет показать силу перед Центральной линией? Хотя, скорее всего до них уже дошли слухи о том, что произошло на ТЭЦ. Сколько бы не было вопросов, вывод был один – Советский Союз самое опасное и самое закрытое государство чебоксарского метро.

 

ГЛАВА 4. АФАНАСЬЕВСКАЯ

 

На следующее утро состоялись похороны бойцов. Траурная церемония проходила на заливе за новым зданием Правительства Чувашской республики. Хоронить на поверхность вышли все родственники, знакомые, бойцы, у которых смена была вечером. Валерий Грошев, Семен Иванов, Григорий Павлов стали первыми жертвами неизвестных. У могил были отданы все почести, сказаны теплые слова в адрес героев. Полковник был краток и тверд в своих словах – убийцы будут найдены и наказаны. Всех их признали героически погибшими при защите форпоста ТЭЦ. Сложнее всех придется семье Семена. У него осталось жена и двое детей. Истомин повысил его семье содержание продовольственных карточек. На Центральной линии было принято в случае гибели кормильца выдавать продовольственные карточки семьям погибших. Это карточка действовала до тех пор, пока детям не исполнялось восемнадцать лет. Громов и Павел так же присутствовали на похоронах. Они проводили в последний путь погибших товарищей.

Спустившись на Центральную, бойцы собрались у Павла. Майор собирал все, что нужно для поездки, а Громов рассказывал ему о том, как он хорошо провел вчерашний вечер в компании Дарьи.

- И что, она реально принесла картошку с грибами и сказала “давай поужинаем”? – удивлялся Паша, собирая вещи.

- Да. Потом мы слушали музыку, разговаривали о жизни, – отвечал Саша.

- Неплохо ты отдохнул вчера. Не просто так она пришла, Сань … Понравился ты ей, ответ очевиден, – продолжал Павел.

- Мне кажется, ей просто было стыдно, что она не знала моего имени.

- Конечно, поэтому она притащила пожрать картошку, чтобы загладить вину и узнать твое имя. Сань, очнись! Мы хоть и живем под землей, но у людей чувства остались. Наклеивается что- то.

- Уходя сказала, что будет ждать, когда я вернусь, – подчеркнул Громов.

- Ого… А вот это уже серьезно, брат. А ты-то что насчет всего этого думаешь ? – задал вопрос Паша.

- Обидно, что все это совершилось одновременно с убийством бойцов на форпосту.

- С другой стороны, есть плюс: если бы ты ее не спас, ты бы не ел с ней картошку. Ты хоть ехать-то в метро хочешь?

- Нет,– уверенно ответил Громов.

- Я так и думал. Ладно, увидишься же с ней, как вернешься, не один день живем. Все, пошли.

Павел, собрав все необходимое и добавив в свой винторез патронов нужного калибра, вместе с Сашей двинулся на перрон в сторону Президентской. Пройдя квартал и свернув направо, они почти подошли к перрону. Здесь, рядом с так называемым “поездом”, стояли полковник Истомин и Даша. Громов немного удивился ее внешнему виду. Она была одета в бронекостюм. Хотя ему казалось, что она так же, как и полковник, просто пришла проводить героя в длинный путь.

- Здравия желаю, товарищ полковник! – отдали честь бойцы.

- Вольно. Бойцы, перед тем как произнести свою речь, напоследок я хочу сказать следующее. Руководство Центральной линии решило внести изменение в состав мирной делегации, которая отправляется во все государства нашего города. С вами в путь отправится Дарья Харитонова. Представлять я ее не буду, вы ее и так знаете. Можете рассчитывать на ее.

Бойцы были немного в шоке от услышанного. Больше всех такое решение возмутило Павла. Он сразу выразил свое недоумение:

- Товарищ полковник, мы сами с Саней справимся, зачем нам еще одного человека? Тем более, плохая примета, когда женщина на корабле , – начал Павел.

- Товарищ майор, я хочу вам напомнить, вы едете не на экскурсию и не в детский сад. И самое главное, вы должны выполнять приказ! Хочешь до конца своих дней на постах дежурить? – спокойно, но твердо ответил полковник.

- Товарищ полковник, мы рады приветствовать Дарью Харитонову в наших рядах. Надеюсь на ее поддержку! – с сарказмом отрапортовал Паша.

- Вот это другой разговор. Так, товарищи. Ваша задача убедить тех, к кому вы отправляетесь, в том, что Чебоксарам грозит опасность. Старайтесь долго не задерживаться в государствах. Если возникают форсмажорные обстоятельства, и вас просят помочь, старайтесь помочь. Ну все, с богом. Удачи вам, бойцы. Жду вашего скорейшего возвращения , – закончил полковник.

Отряд зашел за Пашей, который продолжал недоумевать, в поезд. Поездом называли вагон, который двигался каждую неделю на Афанасьевскую, трудно было назвать. “Поезд” был метров десять в длину и метра три в ширину. Вмещал он немного – не более десяти человек. Компания села по правую сторону. Даша примостилась рядом с Громовым. Паша никак не мог успокоиться по поводу нового члена в команде:

- Видно ждать она тебя не сможет, - начал шепотом Павел. – Решила, что пока по метро ездить, будешь другую найдешь, – продолжал Павел.

- Да ну тебя, Паш. Может, ее реально с нами решили отправить? – спросил Саша.

- Конечно, руководство решило… Просто ее батя на полковника надавил, и все, она с нами. Что могу сказать, друг мой, следи за ней. Только не забудь сказать, когда свадьба, хорошо?

- Слушай, Паш! Заткнулся бы ты! - резко сказал Громов.

Павел замолчал. После этого Дарья начала разговор с Громовым:

- А твой друг всегда такой? - спросила Даша.

- Нет. Просто он привык, что мы всегда вдвоем. Не обижайся, он к тебе привыкнет, – сказал Саша.

- Он хороший и сильный… Но почему он со всеми девушками так? – продолжала задавать вопросы Дарья.

- У него девушка когда-то была. Познакомился он с ней на Севастопольской в Союзе. Аня ее звали. Все у них было: любовь, планы на будущее, мечты о детях. Он даже с дежурств, убегал, я его прикрывал. Но в один прекрасный день она исчезла.

- Как исчезла?

- Все очень просто: у коммунистов женщина какую-то секретную информацию перед войной передала Западу. Доказали, что это она сделала, и расстреляли. Паша после этого коммунистов ненавидит. Поэтому он такой, Даш, – ответил Громов.

- Бедный. А сейчас у него есть кто-нибудь?

- Как тебе сказать. И да и нет. В общем скоро узнаешь, – закончил Саша.

Поезд подождал еще немного в надежде, что кто-то еще купит билет и отправится на Афанасьевскую. Гермоворота открылись , “поезд” тронулся. На перроне махал рукой Истомин. Ему было грустно. Он отправлял в другой мир своих лучших людей. Такова судьба. Три человека, которые должны сказать всем выжившим, что грядет событие огромного масштаба. И одна Центральная линия не решит проблему. Чтобы выжить, нужно единство. Сейчас это становилось важным фактором.

Через два часа они окажутся на одной из самых известных и независимых станций метро - Афанасьевской. Станция, пережившая все что можно в этом апокалиптическом мире. Там жили самые разные слои общества: торговцы и военные, больные и здоровые, шпионы и предатели. Станция всегда принимала всех и вся. Но она сохранила самое главное что у нее есть – независимость.


 

 

***

 

Двадцать лет назад Московский проспект являлся самым оживленным местом. Это был перекресток, соединявший три дороги. Машины, пешеходы, деревья, киоски с мороженным - здесь била ключом городская жизнь. А самое главное, что на перекрестке улицы Афанасьева, Константина Иванова и Московского проспекта находился главный корпус Чувашского Государственного Университета. Место, которое стало спасением для многих людей.

Университет, названный в честь Ильи Николаевича Ульянова – отца великого революционера Владимира Ильича Ленина, был одним из самых больших в Чувашии. По численности студентов ВУЗ был всегда на первых местах. Студенты часто побеждали на международных конкурсах. В данном учебном заведении можно было выучиться на разные профессии - от юристов до химиков. Жители районов и других городов республики старались поступить именно в этот ВУЗ. Но мало кто знал ,что под главным корпусом ЧГУ находилось бомбоубежище.

За неделю до катаклизма в главный корпус привезли очень много продуктов и вещей. Студенты удивлялись такому количеству завезенного. Сначала все думали, что ВУЗ будет справлять какой-нибудь праздник, или в университет приедет Президент страны. Все оказалось понятно, когда зазвучали сирены атомной тревоги. Находившиеся в ЧГУ студенты и люди, оказавшиеся рядом, быстро сумели найти бомбоубежище.

Первые недели было тяжко: недостаток света, тесные помещения, припасы еды начали истощаться. В бомбоубежище начался голод. Тогда на поверхность стали посылать сталкеров, которые вытаскивали из супермаркетов все продукты, которые можно было вынести. Впоследствии проблему удалось решить с помощью студентов и профессоров, которые придумали, как прокормить бомбоубежище. Через некоторое время нашли и туннели, соединявшие все бомбоубежища Чебоксар. Так наладилась связь с другими районами города. Выжившие стали называть свой дом – метро.

Повезло этой станции потому, что у нее был настоящий лидер – ректор ЧГУ Михаил Петровский. Последний ректор в истории университета сумел выжить, как и многие преподаватели и студенты. Его назначили совсем молодым – ему было сорок лет, когда настал судный день. Многие, кто выжил, потеряли наверху свои семьи. И он не был исключением. Трое сыновей и жена так и остались дома, не попав в убежище. Он долго переживал утрату. И смог смириться с их смертью нескоро. Когда на станции настал момент выбора начальника, выбор был однозначен – последний ректор университета Петровский должен возглавить последнюю станцию выживших ученых города Чебоксар.
Сначала станция действительно была только коллективом ученых. Они изобретали все, что настоятельно требовалось для выживания: еду, которая хранится под землей три года, оружие максимального поражения, на поверхности проводились эксперименты разных видов растений. Это привлекало многие станции метро. Люди даже думали, что вот, вот придумают лекарство от радиации, и они снова вернутся на поверхность. Наступит прежняя жизнь. Но чуда не произошло. Хотя разработки в области радиации велись, и большинство жителей знали об этом. Душа этой станции до сих пор надеется на своих ученых, хотя уже и прошло двадцать лет с момента апокалипсиса.

Многие, кто не нашел себя в прошлой жизни, стремились попасть именно на эту станцию. Так станция стала самым что ни на есть интернационалом. По прежнему власть принадлежала именно ученым и ректору. Они вершили судьбы людей. Но порядки на станции были человеческие. Воров и предателей изгоняли из общества. Хотя самым суровым наказанием была смерть через изгнание. Это выглядело жестко. Преступника везли к авторынку и высаживали с пистолетом, в котором был один патрон. Человека оставляли на поверхности, и проход на Афанасьевскую ему был закрыт. Да и просить помощи у людей на форпосту смысла не было. Дежурившие там понимали: афанасьевцы везли преступника, значит смысла помогать ему нет, а уж пускать на Центральную тем более.

Станция в начале ее существования была очень маленькой и тесной. Но со временем жители расширили ее до огромных размеров – они хотели достичь параметров Центральной. И им почти удалось: пять лет непосильных трудов превратили Афанасьевскую в настоящий подземный город со своими улицами и “домами”. На станции сделали рынок, на котором люди покупали в основном модернизированное оружие, одежду, которая, как говорили ученые, “помогала преодолеть радиацию на поверхности” и многое другое.
Вопрос о том, как назвать станцию, был спорным. Убежище находилось на Московском проспекте, а улица Афанасьева была чуть выше. Но спор решил возглавлявший станцию ректор. Он считал, что ВУЗ, который находится на поверхности, и его люди, которые выжили, всегда ассоциировался именно с улицей Афанасьева, а не с не Москвоским проспектом. Так независимая станция чебоксарского метро стала называться Афанасьевской.

Независимость всегда была здесь основной идеологией. Такую станцию хотел прибрать Советский Союз. Но они не хотели уничтожать людей, не хотели портить свою репутацию перед другими государствами. Договориться с начальником станции тоже ни к чему хорошему не привело. Петровский был непреклонен – станция независима! У коммунистов цепляло душу, что университет, названный в честь отца В.И. Ленина, независимый! Они долго не могли себе простить то, что станция находится не под их контролем. Ведь Ленин- основатель их идеологии, их жизни. Интересно, что бы сказал товарищ Ленин о судном дне?

Станция пережила две эпидемии. Первая пришла сверху. Бойцы афанасьевской, придя с поверхности, не обработали свои костюмы, и вирус за две недели убил сто человек. Вторая эпидемия была более беспощадна к жителям станции. Здесь уже помогли только люди на Президентской. Они приняли всех больных и здоровых, и заботились о них до тех пор, пока на станции не ликвидировали вирус. Погибло за вторую эпидемию около семиста человек. Жизнь была беспощадна к жителям Афанасьевской.

После эпидемий произошло небывалое событие. На Афанасьевской состоялось подписание мира между Советским Союзом и Западом. Хрупкий мир, который многие восприняли как начало построения нового единого чебоксаркого метро. Так же на этой станции была подписана знаменитая на все метро “Великая хартия о мире“, под которой поставили свои подписи все государства чебоксарского метрополитена. В хартии указывалось, что все государства метро теперь не имеют права нападать друг на друга, теперь они были обязаны сотрудничать во всех сферах жизни друг с другом.

Бумага бумагой, а на деле выходило иначе. Каждый был при своем интересе. Союз проиграл войну, в которой потерял очень много солдат. И все ради того, чтобы присоединить территории Юго-Западного района Чебоксар. Афанасьевскую и ее жителей не постигла такая участь. Но у афанасьевцев всегда был сильный союзник – Центральная линия. Истомин прекрасно знал Петровского еще в прошлой жизни, а когда они оказались под землей – стали друзьями. Иногда Истомин ездил и навещал старого друга на Афанасьевскую. Центральная и Афанасьевская всегда заключали много договоров, особенно на поставку формы и оружия. Ведь лучшая форма, броня, оружие изготавливались именно на Анафнасьевской. Цена за такое конечно была очень высокая, но обмен был равноценный. Афанасьевская взамен получала продукты и свободную торговлю на рынках Центральной линии.

Кроме Петровского. на станции известностью пользовалась гадалка по имени Софья. Девушка потерявшая всех своих родных в результате катаклизма она приобрела дар ясновидения. Все люди метро стремились попасть к ней, чтобы узнать, что ждет того или иного человека в новом мире. Ведь ее предсказания о войне между Западом и Союзом, эпидемии на станции и многое другое - сбылось. Пророчица постапокалиптического мира пока не ошибалась ни разу. Павел хоть и должен был выполнить приказ полковника, все равно забежит к гадалке, чтобы узнать ,что готовит ему судьба. И почему-то очень часто Павел хотел разделить свою судьбу с ней.

 

***

 

Спустя два с половиной часа “поезд” подъехал к границе Афанасьевской. Минуя охрану и втянувшись в открытые гермоворота, пассажиры поезда увидели станцию. Она была большой, но все-таки Даше, Саше и Павлу она казалась не такой огромной, как Центральная. У перрона была много торговцев, а за ним были квартиры и палатки. На станции было столпотворение.

На выходе из вагона появились постовые. Среди служивых, как ни странно, появился начальник станции Петровский.

- Пропусти их. Это мирная делегация. Добро пожаловать на Афанасьевскую. Полковник говорил. что вы будете. Решил вас встретить, – начал ректор, – Громов, сколько лет, сколько зим. Давно я тебя не видел, давно. Вырос, однако, – с радостью сказал Петровский.

- Здравствуй, дядя Миша. Как видишь, растем. Истомин часто показывал своих бойцов Петровскому, когда лидер Афанасьевской приезжал на Центральную. Громов так и познакомился с Михаилом Петровским. Он считал ректора чуть ли не своим дядей.

- Так, Саша! Представь друзей, – попросил ректор.

- Майор Павел Якименко и лейтенант Дарья Харитонова, – представил ребят Громов.

- Пашу я помню, часто к нам заходишь. Дарья ... Так ты же дочка Харитонова, верно? – удивился Петровский.

- Так точно.

- Знаю твоего папу. Ну, все выросли вы конечно, что тут еще сказать. Ладно давайте ко мне, настоящим чаем угощу. Наверное, до катастрофы только пили такой.

Ректор повел их через всю станцию.Тут бегали дети, женщины трудились на ферме, бойцы Афнасьевской слушали, как играет на гитаре их товарищ. Станция вела свой образ жизни. Кабинет ректора находился почти у гермоворот, которые вели в сторону Союза. Они пришли. Помещение было увешано плакатами ЧГУ, на полках стояло много книг, на небольшом старинном письменном столе лежали какие-то бумаги. Гости и ректор разместившись на стульях и диванчике, начали разговор:


Просмотров 278

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!