Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






ГЛАВА 7. СВОБОДНОЕ ГОСУДАРСТВО ЗАПАД 2 часть



Родители Павла были настоящими фермерами. Продавали продукцию, которую сами и выращивали: картошку, помидоры, огурцы, сладкие перцы и многое другое. Их продукты очень уважали во всем Канашском районе. Также были постоянные клиенты из Чебоксар и других городов и областей республики. У него была, самая счастливая семья в мире. Жили они в достатке. К сожалению судьба поступила иначе. Судьба поступила с многими очень жестоко. Павлу много везло в жизни. Сначала он выжил после судного дня, потом он выжил на блокпосту, который он защищал с тридцатью патронами в калаше. Вторая история до сих пор остается загадкой или, как говорят, легендой.

В судный день Павел оказался на заливе в Чебоксарах. В детстве Павел часто любил лошадей, поэтому родители привозили его на залив где он не упускал возможность покататься на лошадях и разных аттракционах. День был прекрасен - солнце, река Волга, ветер, несущий прохладу. Семейство Якименко находилось в центре залива, наблюдая за своим дитя, которое каталось на пони. Павел мечтал, что когда-то в жизни у него будет собственная лошадь. Он будет участвовать с ней на скачках, заботиться о ней, гордиться. Когда объявили атомную тревогу и прозвучала сирена, люди, которые находились на заливе, побежали в Дом Мод. Семейство Якименко так же спешило попасть в переполненное бомбоубежище людьми. Когда у Дома Мод началась давка, мать Павла отдала его отцу, потому что она все отдалялась от гермодвери и входа в бункер.

- Сына возьми, Петя! – прокричала последние слова мать Павла.

Когда семейство Якименко попало в бомбоубежище и матери среди его семьи не оказалось, сын однозначно спросил:

- Пап, а где мама?

Вопрос поставил отца и его сестру в тупик. На глазах наворачивались слезы. У отца нашлись силы, чтобы ответить:

- Сынок… Мама наверх ушла. Высоко, очень высоко, – начал отец со слезами на глазах.

- А почему не можем подняться к ней, пап?

- Потому что наше время еще не пришло, сынок. Когда наступит наш час, мы поднимемся туда.

- А когда наступит наше время папа? – продолжал Павел.



- Ты сам поймешь, когда это время наступит, сынок. Но помни, мама всегда с тобой, где бы ты ни был, и видит все, что ты делаешь.

Отец Паши с того момента больше никогда не бывал в хорошем настроении или веселым. Печаль и тоска по любимой жене убивали его. Он не мог сказать сыну, что мать просто погибла в давке. Она спасла сына, но не сумела спасти себя. На ее месте каждая мать поступила бы так же, потому что каждая мать своему дитя желает только самое хорошее.

Петр Алексаеевич первые два года в метро не мог найти себя. Он перестал пить, курить, стал более замкнутым. Но потом все-таки нашел себя. Три года, которые он прослужил в армии, не прошли даром. На Президентской требовался оружейник. Отец сразу же взялся за эту работу. Работа стала для него сказкой. Он любил разные виды оружия. Часто собирал и разбирал, чинил. В Канаше в их доме осталась целая коллекция такого оружия, которое не имели даже спецслужбы. Став главным по оружию на Президентской, он так и остался там жить. Плата была достойная, жилье предоставили. Павел вырос и стал одним из бойцов, на которого рассчитывает полковник Истомин. Говорят, что после полковника следующий кто будет возглавлять Центральные станции чебоксарского метро будет именно Павел. Он уже был в звании Майора.

Павел познакомился с Громовым именно здесь, на Президентской. Так вышло, что они оказались соседями по “квартирам”. Сначала вместе играли в игрушки, потом ходили друг другу в гости, когда уже выросли и подросли, их, как юношей в пятнадцать лет забрали на Центральную. Резкое сокращение бойцов на центральной линии вынудило руководство выпустить приказ номер 617, который объявлял воинскую повинность для юношей с пятнадцати лет. Повинность длилась пять лет. Все эти пять лет только скрепили дружбу между Пашей и Сашей. Их трудно было видеть поодиночке. Полковник, видя этот выросший тандем, сразу предложил парням остаться на Центральной. Естественно, друзья согласились, так как служить на Центральной считалось престижно. Платили больше, чем на других станциях метро. Полномочий было больше. В голодные годы метро это служба их спасла потому, что тот кто служил, получал продовольствие в том же объеме, в котором всегда получает, а остальным всегда могут урезать. Конечно, подавлять восстания, голодовки, было делом не из приятных. Даже в такой подземной жизни нужно каждый день делать выбор. Либо ты, либо тебя.



Майор свой выбор сделал. Крепкий, высокий, с темными волосами, голубоглазый парень, в глубине души, как и многие все еще верят, что они еще вернутся на поверхность, станут жить как раньше, где будут облака, море, солнце, люди смогут покупать разную одежду, вести свое домашнее хозяйство, смотреть кино в любое время дня и суток. Но прошло уже двадцать лет и ничего не меняется. Люди остаются все те же – хуже зверей. Воюют, убивают, расходуют все запасы продовольствия, которые есть. Вместо того чтобы жить едино, они разъединены. Каждый в своем уголку, каждый защищает свое.

Пашу всегда мучал один вопрос: почему другие люди не выходят на связь? Москва, Питер, Казань, Нижний Новгород и другие города. В Москве и Питере люди скорее всего живы, ведь там есть настоящее метро, а здесь бомбоубежища, переделанные в метро, и метро-то с натяжкой можно назвать. Бомбоубежища стали называть метро только потому, что все бомбоубежища были соединены тоннелями, по которым могли проехать дрезины и поезда с грузом. Вывод напрашивался один: люди боятся окунуться в неизвестность. Человек не хочет допустить ошибок, которые он сделал раньше. Ведь мы уже сделали глупость, когда нажали на красную кнопку и мира не стало. Неважно, кто ее нажал, президент, генерал или кто-то другой. Важно то, что виноваты в этом люди. Ведь история ничему не учит людей. Войны, колонизация, борьба за ресурсы, создание атомного оружия. Это создали не боги, а мы, люди. Вместо того, чтобы протянуть руку помощи слабому, мы эту руку не протягиваем, а держим то, что у нас есть до последнего, пока один из слабых поймет, что если он хочет жить, ему придется либо отобрать то, что есть у сильного. Павел знал: однажды они выйдут на связь с выжившими и это изменит их новый мир навсегда. Не важно, кто окажется там, по другою сторону радио. Главное, что на связи будут выжившие. Последние выжившие, которые пытаются каждый день сделать особенным и непохожим на какой- либо другой.



Даже если и не Москва, то хотя бы выяснить, выжили ли люди из Новочебоксарска. Город находится в нескольких километрах друг от друга. Паша уже много раз просил полковника дать ему отряд, чтобы тот отправился в Новочебоксарск. Но полковник был непреклонен. Он говорил, что время еще не настало. Да, черт возьми, когда настанет это время?

 

ГЛАВА 2. ЦЕНТРАЛЬНАЯ

 

Центральная появилась в тот момент, когда объявили атомную тревогу. Бомбоубежище находилось под зданием ФСБ по Чувашии. Первыми укрылись сотрудники органов, а затем и жители, которые находились поблизости. Возглавил ту станцию именно тот самый полковник Истомин. Человек, который возглавляет всю Центральную линию.

Первые годы были одни их самых тяжелых для станции. Запасы продовольствия заканчивались, порядки установленные людьми в погонах не соблюдались, разруха и многие другие катаклизмы тех лет заставляли людей уходить со станции. Когда встал вопрос о том будет ли эта станция обитаема дело в руки взял Истомин. Он поднял эту станцию с колен: ввел новые законы и порядки, привилегии для тех, кто служит, ученые и жители наконец начали выращивать свою продукцию: грибы, свинину, разводить травы для чая, и многое другое. Закипела жизнь, население станции резко возросло, у всех появилась надежда, что жизнь станет лучше.

Были и резонансные попытки улучшить популяцию населения. Один из помощников предлагал ввести закон “О населении”. Предполагалось, что каждая девушка выходила замуж не позже 16 и к 18 годам обязана была иметь ребенка. Женский пол быстро взбунтовался и закон решили не принимать. Хотя одно все таки оставили: к 25 годам женщина обязана была иметь ребенка или ее забирали на службу Центральной линии. После введения одной части данного закона почти каждая женщина на станции имела ребенка. Все это распространялось на всю Центральную линию. У женщин в данном государстве была единственная повинность - это ферма. Работа начиналась в восемь утра и заканчивалась в шесть вечера. Вторых смен, как на других станциях, не было. Особой необходимости во второй смене не существовало. Торговля между другими станциями шла хорошо.

Центральная была самой большой станцией во всем метро. В первые года она была рассчитана на две тысячи человек. Сейчас в ней жило уже три тысячи с учетом того, что люди с этой станции уходили, умирали от голода в разные годы. Станция была сама по себе просторной, здесь так же, как и на президентской, были двухуровневые квартиры, фермы, свои “кварталы”, фермы, и даже рынок. На станции было хорошо с освещением – ТЭЦ делала свое дело. Так же была школа и армия, которые были обязаны проходить все, кто жил на Центральной и кто сюда попадал с других стаций.

Руководство Центральной была устроено просто – Глава Центральной линии и верховный совет. Главой был Истомин, а в совет входили самые влиятельные люди станции и единомышленники полковника. В основном все вопросы решал сам полковник, но когда наступали моменты икс - верховный совет всегда проводил собрания. Совет часто менялся. Не было таких, которые засиделись. Все это говорило о том, что вся власть в руках полковника. Он стал известной личностью и настоящим человеком потому, что все делал для людей.

На Центральной редко устраивали праздники. Станция в будни была пустая, потому что каждый занимался своим делом, а вечером было столпотворение. Были женщины с детьми или свободные девушки, которые искали своего суженого. Выйти замуж за военного считалось очень престижно, так как женщина и ее потомство были обеспечены достойной жизнью. Военным хорошо платили потому, что они были основной силой Центральной станции и других.

Центральная линия образовалась из-за голода, который наступил спустя два года после катастрофы. Тогда казалось, что выживут только коммунисты и западники, но нет. Руководители станций прибыли по просьбе полковника на Центральную, и тут была подписана резолюция об образовании одного из самого сильного государства в метро - Центральной Линии. Первым и действующим главой Центральной линии был избран полковник Истомин. Так началась история одного из самых сильных государств в чебоксарском метро.

 

***

 

Тоннель, по которому ехали Громов и Павел, был около восьмиста метров. В данный момент этот тоннель самый безопасный в метро. Дрезина шумела, Павел спал, а Громов рулил в сторону Центральной. Тоннель был освещен, когда по нему проезжали торговцы или бойцы. На центральной линии было сделано все, чтобы доставить бойцов в случае войны или чрезвычайной ситуации туда, куда нужно. Многие вспоминали коммунистов, которые устраивали войны только потому, что они хотели расширить свои зоны влияния. Центральная линия была готова к любому удару. Не даром ее бойцы считаются лучшими в метро.

Дрезина подъехала к посту центральных. У гермоворот дежурили полусонные постовые. Громова и Павла знали все на Центральной и обращались соответственно:

- Приветствую, товарищ Капитан. Проезжайте.

Дрезина въехала и остановилась в конце перрона. Громов разбудил Павла, который и проспал тот момент, когда они въехали на станцию. Покинув дрезину они пошли по кварталам. Было тихо и глухо. Вся станция была на работе. Каждый занимался своим делом. Проходя между кварталами, Громов заметил бойцов, которые направлялись на Калининскую, а оттуда на ТЭЦ – один из самых важных форпостов центральной и всех Чебоксар. Но удивительно было не это, а то, что среди четырех бойцов была девушка! У Громова она вызвала сильный интерес, поэтому удивленный Громов моментально набросился на Пашу:

- Паш, взгляни туда, – начал Громов.

- Что там?

- Вон туда посмотри, – указывал Громов Павлу.

- Ты что, девушек никогда не видел? Не, интересно конечно, с чего бы вдруг у нас девушки в армию попадать начали. Понравилась что ли, Сань? Так давай разузнаем, подкатишь потом.

- Да просто интересно, откуда у нас женщины бойцы? – закончил Громов.

- Так я тебе и поверил, – с улыбкой на лице закончил мысль Павел.

Действительно, где то в душе Громову понравилась эта девушка: она была очень стройная, невысокого роста, светлые волосы, лицо было чувашского генотипа. Такая внешность часто цепляла тех, кто выжил в метро.

- Хватит уже пялиться, – потянул Павел Громова за собой. – Давай сначала к полковнику. Как говорится, первым делом, первым делом служба, ну а девушки, а девушки потом, – закончил Павел. Девушка в боевой форме Центральной зацепила Громова.

Через пару минут бойцы пришли к кабинету полковника. Два стука, из кабинета слышится: ”Войдите”. Бойцы зашли в тот момент, когда полковник проводил совещание со своими заместителями Харитоновым и Пономаренко, среди присутствующих был Алексей Мальцев. Громов наблюдая за сложившейся обстановкой в кабинете полковника сделал вывод о том, что речь пойдет о таинственных людях с Новочебоксарска.

- Здравия желаю, товарищ полковник,– синхронно сказали бойцы.

- Приветствую, товарищи бойцы, садитесь.

Бойцы сели за длинный стол, на нем лежали разного рода документы.

- Как залив? Мирно все? Тихо? – начал полковник.

- Так точно, товарищ полковник, – начал делать отчет капитан – Все так же тихо и спокойно, как всегда.

- А вот у нас не тихо, товарищ капитан. Товарищ Мальцев и его группа видели человека со стороны Новочебоксарска, чего последние двадцать лет в наших краях не случалось. Но товарищ Мальцев сглупил: вместо того, чтобы мирно попробовать поговорить с ним, наш уважаемый лейтенант просто открыл огонь в его сторону. Еще бы этот бедолага не драпанул обратно.

- Товарищ полковник, у меня нервы сдали, – с дрожью в голосе сказал Мальцев.

- Если у тебя с нервами проблемы, я тебя к коммунистам отправляю на лечение. Ты боец Центральной, а не просто солдат.

Мальцеву нечего было ответить. Товарищ полковник был прав. Раз у бойца сдали нервы, значит ему либо надо было лечиться, либо держать себя в руках.

- Бойцы… Павел, ты был прав, что Новочебоксарск надо было обследовать. Но у меня нет людей, чтобы отправить искать то, не знаю что…

- Товарищ полковник, разрешите сообщить дополнительную информацию.

- Разрешаю, Павел.

- Товарищ полковник, торгаши, которые приехали от националистов на Президентскую говорят, что у националистов на форпосту видели троих человек, которые пришли со стороны Новочебоксарска. Но задержать или выйти на контакт они не сумели.

- Так… Это сильно меняет дело…

Полковник пал в раздумье. Через несколько минут он принял решение.

- Так, бойцы. Сегодня отдохнете и завтра поедете по всему метро. Сначала в Союз, потом к Западным, а оттуда рванете к националистам. Пошлете им мое письмо. Пора объявить конференцию по вопросу Новочебоксарска. Если мы сейчас ничего не предпримем, может наступить только хуже, а вдруг они нападут завтра на нас? Выполнять приказ!

- Так точно, товарищ полковник, – одновременно повторили бойцы.

- Ребята, идите отоспитесь, а завтра дрезину подготовим и отправитесь в Союз через Афанасьевскую.

Новость о людях с Нового города распространилась по всему метро. Теперь это была уже не байка от пьяного Женьки, а самая что ни на есть правда. Полковник принял мудрое решение. Опираясь на человеческий ресурс и возможности Центральной, он принял решение, что вопрос Новочебоксарска должны будут решать все государства метро. Совместными усилиями у людей всегда получалось лучше решать какие-либо задачи. Полковник где-то в душе всегда мечтал, что когда-нибудь чебоксарское метро станет единым. Когда не будет националистов, коммунистов, западников, будут просто жители чебоксарского метро.

Громов и Павел вышли со смешанным чувствами. С одной стороны, полковник дал им задание, которые выполнимо. С другой, конференция - это не решение проблемы. Ведь может выйти так, что в случае войны Центральная будет сама по себе.

- Да, не густо с этой экспедицией, Сань… - начал тему Павел.

- Паш, ну неужели ты думал что полковник от такой вот новости возьмет да и отправит нас сразу в Новый город? А вдруг там люди находятся, которые вообще к Новочебоксарску не имеют отношение? Мы туда придем, скажем: здравствуйте, мы жители города Чебоксары, пошлите с нами, мы вас впустим и вместе пивка попьем. Потом нам после этих слов две пули в затылок и крысам на корм, - с недоумением произнес предложение Громов.

- Ну да, конечно, марсиане туда прилетели и теперь бегают к тракторному заводу, чтобы взять оттуда пару противогазов. Сань, не тупи! Новочебоксарцы это! Это уже всем давно понятно, даже парням, которые автомат еле в руках держат. Я не понимаю, почему полковник не хочет, чтобы мы с ними выходили на связь? Сань, дело не чисто, тут что-то не то… Чую я, что скрывает он что- то, темнит… Слухи ходят, националисты две бронемашины посылали в Новый город в прошлом году… Так вот, результат таков: нашли они там следы людей, даже гермодверь, но никто ее так и не открыл…

- Да, не хило они съездили, – удивился Саша.

- Обидно мне, “Гром”, обидно. Дали не задание, а ерунду самую натуральную. Мы что натуралисты, чтоб кататься по метро?

- Паша, приказ есть приказ. Мы должны его выполнить во чтобы то ни стало. Я думаю, полковник знает, что делает.

- Ладно, Сань. Я к себе. Давай до завтра, брат, – пожав руку Саше, Павел пошел в квартиру номер 18. Громов пошел в четвертую, которая находилась на втором уровне.

Со второго уровня был прекрасный вид. В центре “квартала”, где находилось жилье Громова, было красиво. Здесь поставили уличный фонарь ручной работы который притащили сталкеры с поверхности. Раньше под такими фонарями целовались влюбленные парочки. Стены домов были белые. Это выглядело очень красиво и становилось спокойно на душе. Были скамейки для тех, кто выходил вечером и общался, выводил детей погулять.

Громов пришел в свое скромное жилище. Средняя кровать, две чашки, полка из пяти книжек. Там была книга ”Война и Мир” Льва Толстого, стихи А.C. Пушкина и три книги по истории России. На столе единственная фотография, где он с родителями. Это была самая лучшая фотография в его жизни. Он, сидящий на маленьком белом пони, и родители. Улыбчивые, счастливые, радостные. Семья, которой он лишился. Детство, которое для нормального человека теперь кажется раем, куда есть желание попасть после смерти. Но многим кажется, что человек после смерти все равно остается в метро.

Саша, сняв с себя бронекостюм, лег на кровать. Сейчас нужно было выспаться, ведь впереди долгий путь, который займет не меньше одного из четырех дней. Лежа на кровати у Громова не выходила из головы она – девушка, которая отправлялась на ТЭЦ с группой бойцов. Громов даже забыл спросить у полковника, почему эта девушка стала бойцом и как она вообще попала в эту группу? Саша понимал: впервые в жизни он встретил девушку, которая ему действительно понравилась, хотя он даже не знал ее имени.

- Надо будет узнать, кто она, – мысленно про себя подумал Громов. На этой мысли Саша заснул, впереди было очередное видение. Сон, который покажет его будущее, но при этом обязательно вернет его в прошлое.

 

***

 

Дмитрий Истомин был самым успешным полковником в ФСБ по Чувашии. Задания, которые ставила перед ним федеральная служба, всегда выполнялись четко и без промедлений. Он ловил коррупционеров и убийц. За несколько лет службы он сделал успешную карьеру, получил звание полковника незадолго до катастрофы, но у него не было самого главного – семьи. Он рос в детдоме, без матери и отца, дедушки и бабушки, братьев и сестер. Его детство было несчастным. У него не было той заботы и ласки, которая нужна любому ребенку в детстве. Спустя многие годы он выяснил, что его мать села в тюрьму по политическим причинам… С тех пор он ненавидел коммунистов, где бы они не были. Он просто ненавидел коммунистов. Ведь мать ему уже никто не вернет.

- Служу России!- Это было за 3 дня до катастрофы. Ему вручили орден за заслуги перед Отечеством третьей степени в зале Драматического театра. Это был его пик работы в ФСБ. После торжеств он уехал в отдел. Коллеги благодарили, накрыли “поляну” в отделе. Но он, проведя немного времени покинул своих коллег и сразу поехал к своей любимой. Ее звали Жанна. Он была работником прокуратуры. Они были вместе уже 8 месяцев. В жизни полковника это были самые счастливые моменты.

И вот его дом. Он с наградой, цветами и коробкой конфет – все, как любит женщина его мечты. Он поднялся на пятый этаж. Достал ключи, открыл дверь.

- Милая, я дома, – радостный Дмитрий Сергеевич надеется увидеть свою любимую. Но дома ее нет. Истомин прошел на кухню и увидел записку на столе, содержание заставило его закрыть глаза, и понять что произошло:

Дорогой Дмитрий. Тебя часто нет дома, мы очень мало проводим с тобой время, я не чувствую твоей поддержки. Ты самый прекрасный человек, которого я знаю, я уважаю твою работу и твое желание подняться по службе. Но я хочу семью, хочу, чтобы наш дом стал на одного человека больше, хочу, чтобы мы часто проводили время. С тобой нам видимо не суждено это сделать. Я ухожу.

Жанна

Уход Жанны стал настоящим ударом для Истомина. Она была права: работа на служб, где почти нет выходных и тебя могут вызвать в любой момент, не каждая женщина выдержит. Терпение Жанны лопнуло. Она ушла. Она унесла с собой ту частичку жизни, которой так не хватало полковнику в той жизни.

Казалось, уход Жанны - это худшее. Но худшее наступило в судный день. Утро. Сонный полковник, как обычно, пил любимый настоящий кофе, читал любимую газету, смотрел телевизор. Неожиданно в доме зазвонил телефон. Полковник не спеша взял трубку.

- Истомин слушает. В трубке было тридцатисекундное молчание. Истомин понял что это был за звонок.

- Код 13.

Данный код означал, что наступает конец света. Это был код, означающий двенадцатичасовую готовность принять ядерный удар. Полковник молча положил трубку, быстро одел свой фирменный черный костюм с черным галстуком и отправился к начальнику, чтобы получить последний приказ.

Через двадцать минут он был в управлении. У людей на лице было непонимание, как жить дальше. Полковник зашел к генералу. Генерал принимал очередную рюмку водки.

- Здравствуй, Дим. Садись, последнее дело у тебя будет. Полковник понимал, что задание будет серьезным.

- Вот папка, товарищ полковник. Вам нужно будет это выполнить, – отдал приказ генерал.

Полковник открыл папку. То, что он увидел, ошеломило его на всю оставшуюся жизнь. В этой папке был смертный приговор – людям…

- Товарищ генерал, я не могу выполнить это… Мы же… людей на тот свет… они же там… - с горечью и почти прослезившимися глазами сказал полковник.

- Полковник, ты забываешься. Ты служишь государству, которому ты давал присягу…

- А что, если государство, в котором мы живем, через несколько часов не станет? – начал выкрикивать Истомин.

- Ты что себе позволяешь? Я тебя пристрелю к чертовой матери на месте за неисполнение приказа. Пошел вон. Выполнять приказ! – закончил генерал.

Он вышел из кабинета генерала с потерянным лицом. Пройдя по коридору он зашел в свой кабинет. Он не мог принять решение отправить сто тысяч человек на тот свет, когда есть возможность их спасти. Через несколько часов государства и всего мира не станет. Но не исполнить приказ, значит не выполнить последний долг. Полковник побоялся умереть за неисполнение приказа. Он начал действовать.

Взял трубку и позвонил…

- Бомбоубежище С-13 . Командир взвода ликвидаторов капитан Михайлов слушает. –уверенным голосом ответили на другом конце трубки.

- На связи полковник Истомин. Приказываю во время объявления атомной тревоги не открывать гермозатворы бомбоубежища… - твердым уверенным голосом произнес Истомин.

- Товарищ полковник, да мы же людей погубим! Вы что там, совсем сдурели?

- Ваша задача выполнить приказ, а потом следовать дальнейшим инструкциям, прописанным в вашем конверте! Выполнять приказ!!! – завершил криком Истомин поручения для ликвидатора и положил трубку.

Истомин не помнил, что случилось дальше. Но эта папка до сих пор хранится у него. Он так и не знает, выполнил ли тот приказ ликвидатор бункера, что случилось с Жанной, почему этот приказ отдали именно ему… Но он был убежден – он совершил грех, за который кара – смерть. Полковник боялся смерти. Казалось, вот она уже рядом, но нет. Он все еще жив. Он лидер самого сильного подземного государства в чебоксарском метро.

Полковник часто смотрит на ту папку, которой уже двадцать лет. Приказ, который наложил грех на всю его оставшуюся жизнь. Истомин всегда хранил эту папку у себя и никогда никому не показывал. Папка являлась смертным приговором полковнику. За то, что написано в той папке, нормальный человек бы посадил на кол Истомина без вопроса. Истомин каждый день благодарил бога за то что, он выжил. И просит прощения за то, что отдал тот самый злополучный приказ…

 

***

 

На улице было солнечно, дул прохладный ветер. Лучи солнца скользили по реке. Саша находился в центре чебоксарского залива. Он был с родителями. Громов младший радовался, смеялся, кушал мороженое, родители рассказывали, обнимали его так сильно, как никогда не обнимали никого. Это были моменты счастья, оставшиеся в прошлой жизни.

- Мы снова вместе, сынок! – говорила ему мать.

- Куда вы уходили, мама? – спросил маленький Саша.

- Мы… уезжали на работу сынок, теперь мы снова с тобой, – с улыбкой сказала ему мама.

Потом сон резко обрывался и появлялся другой. Мрачный пейзаж. Саша в этом сне был уже взрослым. Он находился в Парке Победы рядом с легендарным танком Т-34. Темные, зараженные радиацией, улицы и самое главное - пустота. Вдали у памятника, где находился форпост, стояли два человека. Саша узнал в них своих родителей. Он побежал к ним на - встречу, бросил автомат, снял противогаз. С каждым пройденным метром он приближался к ним. Из его глаз текли слезы. Громов встал у них рядом.

- Мама, пап, привет! – с радостью сказал Громов. Родители синхронно повернулись к своему сыну.

- Сынок! – со слезами на глазах произнесла мать. Они обняли его так сильно, что Громову казалось что, это вовсе не сон.

- Какой ты вырос, Саша! – сказала мать.

- И сильным стал! Молодец! Мой сын! – сказал отец.

- Как я рад вас видеть! – уже плакал Громов – Я даже понять не могу, живы ли вы или нет, – закончил Саша.

- Скоро ты об этом узнаешь, сынок, – утвердительно сказал отец.

- Неужели тот день, когда мы снова будем… – не закончил сказанное Саша.

- Сынок, мы хотим предупредить тебя! – с тревогой в душе говорила мать.

- Что, мама? – с удивлением спросил Саша.

- Опасность грядет в метро, много людей погибнет. Ты должен готовиться к худшему, сынок, – предупредила мать.

- А что грядет, мама? Разве судный день, это не самое худшее? – спросил Саша.

- Судный день по сравнению с этим – цветочки, – сказал отец. Родители давали понять сыну, что скоро произойдет какой-то катаклизм, который может унести жизни многих людей. И Громов должен был быть готов к нему.

- Саша, – продолжила мать после небольшой паузы – Среди тебя есть ангел хранитель, который спасет тебя и других. Ты должен оберегать его. – попросила мать своего сына. Ангел- хранитель? Вот это новость, подумал про себя Громов.

- И еще Саша. Скоро ты должен будешь спасти человека. От этого зависит многое в жизни тех, кого ты защищаешь, – сказал отец.

- Хорошо, – ответил уверенно Громов. Пейзаж начал меняться. За горизонтом начало появляться солнце. Родители стали исчезать прямо на месте.

- Пока, сынок! Помни, где бы ты не был, мы всегда рядом, – на прощание сказала ему мать. Саша, повернувшись в сторону слепящего солнца, проснулся.

Он был вспотевший. Встал, зажег свет. Сел у фотографии родителей. Сон, в котором снова появились его родители, был необычным. Родители предупредили Громова об наступающей опасности. Но что это за опасность? Новочебоксарцы? Советский Союз? Националисты? И кого должен спасти Громов? И самое интересно, что за ангел, которого он должен оберегать? Много вопросов, ответов на которых пока нет.

Сны Громова с родителями были и раньше, но чтобы так… Предупреждения были не случайны. Ведь он чувствовал, что произойдет что- то необычное, что заставит людей живущих под землей изменить жизнь. Громов готовился встретить опасность лицом к лицу.

Посидев и помыслив, Громов решил послушать музыку, которую ему принес один сталкер, бывавший в Мега Молле. Мега Молл был одним из самых крупных торговых центров города до судного дня. Там продавали почти все, что можно было купить. Громов ни разу не видел это место. Да и имело ли это теперь значение? Он достал с полки магнитофон. Доисторическая вещь. Но этот магнитофон читал компакт диски. Громов перебирал полку с дисками. Выбор был небольшой. Песни и исполнители были на разный вкус. В этот раз решил поставить диск группы “Сплин”. Это был сборник всех альбомов группы. Названия песен у этой группы были не особо. Хотя с другой стороны, а где теперь найти радость людям? Музыка успокаивает душу. Какой бы эта музыка не была.

Громов вставил диск. Он немного приоткрыл свою дверь, поставил на маленькую громкость музыку и сел на кровать. Песни были разные: сначала была веселая, потом грустная, после про любовь. Но ему понравилась больше всего песня про бога:


Просмотров 255

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!