Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






БРОНЗОВЫЙ ВЕК ЛЕСНОЙ ПОЛОСЫ СССР



Сложной проблемой археологии бронзового века является вопрос о так называемых «культурах боевых топоров». Так условно называют совокупность культур, отличительными признаками которых являются, во-первых, каменные сверленые топоры-молоты, имеющие с одной стороны лезвие, а с другой — плоский боек, отчего их вид напоминает сверху очертания лодки (такие топоры часто называются ладьевидными). Во-вторых, сверленым топорам часто сопутствует округлая, иногда шаровидная керамика со шнуровым орнаментом, которая также представляет собой атрибут «культур боевых топоров». Среди археологов нет единого мнения по вопросу о месте сложения этой группы культур. Одни считают, что древнейшие формы шнуровых сосудов находятся в Голландии, другие — в междуречье Вислы и Днепра, где в то время, как они думают, еще существовала неразделеная славяно-балто-германская языковая общность.

Под влиянием различных причин, в основном связанных с возникновением скотоводческого хозяйства, племена «боевых топоров» пришли в движение и стали расселяться, тесня различные племена, захватывая их территории, вступая в вооруженные столкновения и мирные контакты. Пути продвижения «культур боевых топоров» были различны. Для лесной полосы Восточной Европы наибольший интерес представляют племена среднеднепровской и фатьяновской культур, близость которых объясняют общим происхождением. Но указать «общего предка» не удается, так как в формировании обеих культур приняли участие не только общие «предки», но и племена неродственных культур.

Основой среднеднепровской культуры считают позднеямные племена и племена позднего триполья, а на севере (Верхний Днепр) — местные племена поздненеолитических культур, которые доживают до очень позднего времени — рубежа III и II тысячелетия до н. э. и даже позже. В массу племен Среднего и Верхнего Днепра вторглась группа западных племен шнуровой керамики и ассимилировала аборигенов. Пришельцы не были многочисленны: характерные для западных шнуровых культур сосуды, называемые колоколовидными кубками и шаровидными амфорами, на западе составляют основную массу посуды, а у среднеднепровцев такие формы не часты.

Территория максимального распространения среднеднепровской культуры простирается по Днепру от Черкасс до Могилева (а по мнению других — даже до Смоленска), а в стороны от Днепра — до Брянска и Мозыря. На ранних этапах ее территория была меньше.

Среднеднепровских поселений изучено немного. Они небольшие и обычно расположены в поймах рек на песчаных дюнах, иногда на высоких мысах. Жилища наземные, глинобитные, часто разделенные на два помещения. Очаги каменные. Поселения изобилуют каменными орудиями. Погребений известно больше, и они дали главный материал по этой культуре. Мертвых часто хоронили, вырывая яму в уже насыпанных курганах «чужой» культуры. Нередко эти курганы были возведены еще древнеямными племенами (на Среднем Днепре). Есть и бескурганные кладбища. Среднеднепровские могилы содержат вытянутые (иногда скорченные), очень редко — окрашенные костяки со скудным инвентарем. В Белоруссии встречаются и трупосожжения. Если при погребенном имеются вещи, то обычно это 1—2 сосуда, каменный сверленый топор и мелкие украшения. Горшки имеют шаровидное тулово и невысокую



стр.114

шейку. Иногда встречаются и плоскодонные сосуды. На керамике характерен шнуровой орнамент. На позднем этапе средне-днепровской культуры известен металл, но его очень мало — несколько топоров, одно бронзовое копье, браслеты и так называемые височные кольца (проволочные кольца, укреплявшиеся женщинами на висках и державшие прическу). О дальних связях говорит клад, привозной металл и находки янтарных украшений.

О земледелии свидетельствуют находки зернотерок и зерен пшеницы. Наличие каменных и бронзовых топоров допускает предположение о подсечном земледелии. Однако существовало и скотоводство, которое многие исследователи считают ведущей формой хозяйства среднеднепровских племен. Разводили овец, свиней, лошадей, может быть, и коров. Кости этих животных встречаются как на поселениях, так и в погребениях.

Исходя из того, что среднеднепровские погребения часто совершены в позднеямных курганах, очевидно, что среднеднепровские племена жили позже ямных, в крайнем случае короткое время сосуществовали с ними. Некоторые исследователи доказывают, что временем средне днепровской культуры следует считать 2200—1600 гг. до н. э., а другие эту дату расширяют до 2400—1400 гг. до н. э.



В Юго-Восточной Прибалтике в конце III и во II тысячелетии до н. э. жили племена прибалтийской неолитической культуры. Их поселения многочисленны и густо расположены от Калининградской области до восточной части Финского залива, за исключением территории Литвы, где их было мало. Около XVIII в. до н. э. в Восточную Прибалтику с юга проникают другие племена, обычно называемые балтийскими. Они оставили поселения и могильники, где часты находки каменных сверленых топоров ладьевидных очертаний, а также плоскодонной посуды со шнуровым орнаментом. Балтийские племена расселяются по Восточной и Юго-Восточной Прибалтике и оттуда проникают в Финляндию, на Аландские острова и в Среднюю Швецию.

В могилах, оставленных балтийскими племенами, костяки скорчены и лежат на

стр.115

боку, чего ранее в местных погребениях не было. По статистике костей на поселениях и в погребениях новые племена разводили овец, свиней, реже коров. В могилах кроме топоров и сосудов встречаются кремневые орудия, костяные гарпуны, ожерелья из зубов животных, янтарные украшения. Бронзовых изделий нет. Топоры часто сделаны из камня, встречающегося на более южных территориях Литвы и Белоруссии. Керамика сходна с сосудами Средней Вислы и Верхнего Днепра. Крайне редко на поселениях балтийских племен встречаются бронзовые вислообушные топоры, подобные фатьяновским, копья сейминского типа, плоские топоры.

Во второй половине II тысячелетия до н. э. происходит постепенное слияние пришельцев с местным населением. Севернее Западной Двины победил охотничье-рыболовецкий быт местных племен, а южнее одержали верх балтийские племена. Думают, что этим было положено начало формирования племен эстов и летто-литовцев.

Через Прибалтику прошла мощная волна племен, проникших в среднерусские леса и занявших почти всю их зону. По мнению некоторых археологов, они расселялись от Псковского озера на западе до Камы и Вятки на востоке, на севере фатьяновские племена встречаются у южной границы Вологодской области, а на юг доходят до верховьев Оки, до Суры и Средней Волги. Другие археологи считают, что фатьяновцы занимали гораздо меньшую территорию, ограниченную междуречьем Оки и Волги. По могильнику, расположенному у с. Фатьяново (близ Ярославля), культура была названа фатьяновской.

Фатьяновцы изучены в основном по могильникам, иногда довольно обширным, что говорит в пользу определенной оседлости этих племен. Эти кладбища расположены на высоких холмах. Костяки с небольшим количеством инвентаря лежат в могильных ямах. Вместе со скорченными покойниками положены топоры и глиняные сосуды. Во всех погребениях, где встречаются кости животных, неизменно преобладают кости домашних пород. Фатьяновцы были скотоводами, больше всего (особенно на ранней стадии) разводили свиней, потом овец, коров, лошадей. Часто встречаются кости собак. Имели значение охота и рыболовство.

Существовавшее у фатьяновцев скотоводство дает основание предположить, что фатьяновцы находились на стадии отцовского рода. Частые находки боевых топоров свидетельствуют об учащении межродовых столкновений.

Погребальный обряд у фатьяновцев не слишком устойчив, он имеет варианты, которые иногда объясняют смешением этих племен с местным населением.

Фатьяновская культура делится на ряд групп, отличающихся друг от друга временем существования или местными особенностями. Наиболее крупные из них — Московско-Клязьминская, Верхневолжская и Средневолжская. Первая расположена на верховьях Днепра, по Москва-реке и Клязьме, вторая — на севере Калининской, Ярославской и Костромской областей, а третья занимает огромную территорию по Нижней Каме и Средней Волге. Наиболее ранние памятники расположены на западе по рекам Ловать и Западная Двина, наиболее поздние — в Ярославском Поволжье и на Средней Волге. Таким образом, расположение памятников свидетельствует о движении фатьяковских племен с запада на восток. В этом движении фатьяновцы заняли и территорию волосовских племен, которые сами были здесь пришельцами.

На западе территории расселения фатьяновцев металлические предметы не встречаются, однако можно утверждать, что эти племена знали обработку металла. Устанавливают это, во-первых, по находкам так называемых льячек — глиняных ложечек, которыми зачерпывался расплавленный металл, чтобы разлить его в формы, во-вторых, тем, что на некоторых каменных топорах в подражание бронзовым воспроизведен литейный шов.

В дальнейшем металла становится боль-

стр.117

ше, но в жизнь фатьяновцев он достаточно широко входит только на последней стадии развития. К этому времени относится раскопанное погребение металлурга с литейными формами. Спектральные исследования доказали существование у фатьяновцев собственной металлургии, причем изделия изготовлены из чистой меди. Исходными рудами для нее были медистые песчаники Среднего Поволжья. Отсюда и происходит фатьяновский металл, распространение которого шло с востока на запад. Поэтому понятно, что области, лежащие ближе к Волге, имели больше металла, чем западные. Предметов из западноевропейского металла у фатьяновцев нет.

Средневолжскую группу фатьяновской культуры иногда называют балановской, и некоторые археологи предлагают считать ее самостоятельной культурой, ссылаясь на особенности балановского металла и особый антропологический тип балановского населения. Но последние исследования установили, что металл средневолжской группы не отличается от металла других фатьяновских памятников, а чужие антропологические типы в них редки.

В средневолжской группе известно несколько десятков поселений. Они находятся на высоких холмах, где обнаружены четырехугольные полуземлянки и инвентарь. Вещи, найденные в этих землянках, не отличаются от найденных в могилах. На остальных территориях чисто фатьяновских поселений нет. Фатьяновские вещи встречаются на стоянках волосовской культуры, причем они продолжают на них изредка встречатыя до конца бронзового века, когда на этих поселениях уже появляется керамика, типичная для раннего железного века. Поэтому считают, что фатьяновцы не исчезли бесследно, а в соединении с населением местных культур явились основой населения следующей эпохи.

Фатьяновская культура на разных территориях существовала в разное время. Этим временем для Верхней Волги был период от 1800 г. до н. э. до 1300 г. до н. э, а на Средней Волге — от 1700 г. до н. э. до начала I тысячелетия до н. э.

По обоим берегам Волги, от Ярославля до Казани, на восток до р. Белой и на запад до р. Протвы (приток средней Оки), распространены абашевские курганы середины II тысячелетия до н. э. Полагают, что абашевцы пришли с юго-востока. В Казанское Поволжье их могло привести например, стремление овладеть источниками меди столь ценной в те времена. Абашевский металл, как и фатьяновский, поволжского происхождения.

Под насыпью абашевского кургана находят обычно несколько могил. Иногда встречается круглодонная керамика, но много сосудов с плоским дном, напоминающих перевернутый колокол. Кости домашних животных подтверждают скотоводство. Инвентарь погребений свидетельствует о росте накоплений, но вопрос о возникновении патриархального рода спорен.

Абашевские курганы бедны металлом. Но в одном из курганов, где захоронено 28, вероятно, изрубленных врагом людей, выделялось погребение мужчины с литейной формой проушного топора, тиглем и каменной наковаленкой. Таким образом было получено несомненное свидетельство местной металлургии. Крупные вещи известны по кладам: топоры, долота, кинжалы, копья. Бронзовые серпы свидетельствуют о земледелии, но его роль второстепенна.

В конце II тысячелетия до н. э, абашевцы были вытеснены племенами позднесрубной культуры в Приуралье, в междуречье Вятки и Волги.

На берегу Галичского озера раскопана стоянка с круглыми землянками, ямочногребенчатой керамикой и кремневыми орудиями. Она относится к бронзовому веку, но имеет вполне неолитический облик: быт по-прежнему неолитический, преобладают каменные орудия, хозяйство остается рыболовецким. Между тем на этой стоянке обнаружены бронзовые вещи (ножи, спираль и пластинка), совпадающие по форме с вещами из клада, который свя-

стр.120

зывают с абашевской культурой. В Галичском кладе найдены бронзовые статуэтки мужчин. Одна из них изображает солнечное божество — его голова окружена лучами, другая — лунное, на его голове три полумесяца. С этими статуэтками найдены бронзовые фигурки ящериц, вислообушный проушной топор, кинжал, ножи, браслеты. Эти вещи, видимо, употреблялись при религиозных обрядах и принадлежали родовому коллективу.

Недалеко от ст. Сейма близ Горького раскопан могильник середины II тысячелетия до н. э., давший имя сейминской культуре. Многие погребения оказались богатыми бронзовыми предметами, а также содержали вещи из камня. Найдено много бронзовых шестигранных кельтов — своеобразных топоров в виде клина, у которых отверстие для рукояти находится в основании клина, а поэтому рукоять была коленчатая. Среди копий Сейминского могильника есть экземпляр, аналогичный копью из Бородинского клада. Ножи и кинжалы напоминают срубные и абашевские. но встречаются и самобытные, например с рукоятью, украшенной художественным изображением головы лося. Вислообушные топоры отличаются от таких же фатьяновских. Много кремневых изделий, в том числе вкладыши для серпов.

В д. Турбино близ Перми раскопано два могильника, аналогичных Сейминскому. Там нашли несколько десятков кельтов, среди которых есть кельты сейминского типа. Обнаружено много копий совершенных форм, среди них одно из серебра. Обычны ножи, близкие по типам ножам срубной культуры. Есть вислообушные топоры, бронзовые браслеты. В Турбинском могильнике много кремневых орудий. Наконец, там найдены нефритовые кольца, сделанные из прибай-

стр.122

кальского нефрита. Дата Турбинского могильника — третья четверть II тысячелетия до н. э.

Распространение бронзовых изделий сейминско-турбинского типа прослеживается и дальше на восток. Особенно интересна бронзолитейная мастерская на стоянке у с. Самусь в низовьях р. Томи. В ней найдены четыре литейные формы для кельтов сейминского и турбинского типов и три формы для литья сейминско-турбинских копий.

Таким образом, вещи сейминско-турбинских типов производились на огромной территории от Оки до Оби.

Общность типов вещей допускала предположение о единой сейминско-турбинской археологической культуре, племена которой вели обмен с племенами более восточных территорий до Прибайкалья и далее. Но оказалось, что металл турбинцев и сейминцев по составу разный, что алтайские вещи, сходные с вещами сейминскими, более древние, чем их собственные изделия. Турбинцы и сейминцы пришли в Восточную Европу из Зауралья. Они двигались отдельно, двумя потоками по кромке лесной полосы, не углубляясь ни в степи, ни в тайгу. Сейминцы шли несколько южнее турбинцев.

Восточная часть территории андроновских племен захватывала и южную Сибирь (частично выходящую из лесной полосы), где в энеолите развивалась афанасьевская культура, вытесненная этими племенами с удобных земель. Со временем андроновцы Южной Сибири подверглись ассимиляции со стороны таежных племен, среди которых были потомки афанасьевцев, стремившиеся занять места прежнего расселения. В результате этого процесса на Енисее сложилась новая культура, в какой-то степени наследовавшая традиции своих предшественниц и долгое время соседствовавшая с андроновской. Впрочем, ряд археологов настаивает на несходстве культур, усиливая чисто археологические аргументы различиями, отмеченными антропологами. Культура получила название карасукской — по р. Карасук.

В карасукских памятниках распространены кинжалы, ножи, лапчатые подвески, бусы, бляхи, пуговицы, типы которых не встречаются в андроновской культуре, но известны юго-восточнее расселения карасукцев. Вместе с тем на Енисее встречаются реалистические изображения головок животных, сходных с сейминско-турбинскими.

Главным занятием карасукских племен было скотоводство, о чем говорят кости животных, найденные в погребениях. Разводили овец, а овцеводство требует больших пастбищ. Поэтому карасукские поселения имеют тонкий культурный слой, что является свидетельством непрочной оседлости. Этому соответствует и круглодонная карасукская керамика. Карасукцы летом откочевывали в более удобные для овцеводства районы — в степи или даже на горные пастбища, а зимой они жили в долинах рек у пашен. Распространены развитые формы сельскохозяйственного инвентаря, служившего для сбора урожаев и заготовки кормов: много бронзовых серпов и кос. В Минусинских степях найдены тысячи бронзовых орудий, среди которых значительная часть карасукская. Видимо, земледелие было более развито, чем у андроновцев.

Карасукские погребения отмечены на поверхности каменными оградками из вертикальных, врытых в землю каменных плит. На этих плитах нередки изваяния; встречаются человеческие лица. На погребенных много бронзовых украшений, иногда и бронзовые зеркала. Типичной карасукской вещью является изогнутый нож. Карасукские могильники насчитывают нередко больше ста погребений. Число самих могильников намного больше, чем в адроновское время, что свидетельствует о значительной плотности населения и об укрупнении родовых групп.

Близки карасукским памятники Тувы и Забайкалья. Влияние карасукской культу-

стр.124

ры простиралось далеко. Карасукские изделия проникали в Забайкалье, на Алтай, на Обь и доходили до Караганды, где встречается типичная карасукская керамика. Дата карасукской культуры — вторая половина II — начало I тысячелетия до н. э.

Иной характер имела жизнь населения сибирской тайги во II тысячелетии до н. э. Здесь не было хороших пастбищ, неблагоприятные климатические условия препятствовали распространению земледелия. Не было и доступных месторождений металлов. Охота и рыболовство сохраняли ведущее значение еще длительное время.

На Ангаре, Верхней Лене, на Байкале жили так называемые глазковские племена (1700—1300 гг. до н. э.). В могильниках и на поселениях помимо топоров и мелких орудий для разных домашних работ встречаются гарпуны, рыболовные крючки, грузила для сетей, каменные копья и стрелы. Весь этот инвентарь соответствует охотничье-рыболовецкому быту. Меди и бронзы очень мало. Зарождается патриархат — известны погребения с убитыми рабами.

За четыре-пять тысячелетий, приходящихся на бронзовый век, человечество прошло огромный путь прогресса. Он состоит прежде всего в дальнейшем развитии производящего хозяйства. Земледелие распространилось по многим странам и стало основой быстрого роста культурных достижений ряда племен (например, анауских и трипольских). Скотоводство, возникшее на основе местного хозяйственного развития, а также заимствованное, послужило движущей силой освоения степей и достигло такого уровня развития, когда зарождались предпосылки новой, прогрессивной кочевой формы.

Освоение степей усилило контакты между человеческими коллективами, убыстрило распространение хозяйственных и иных достижений.

Производящие формы хозяйства стали основой развития металлургии меди и бронзы, широко распространившейся по территории нашей страны, пройдя все четыре этапа развития. С изобретением дутья воздуха в плавильные печи создаются предпосылки возникновения металлургии железа. Развитые формы и материал орудий труда повлиял на появление новой формы земледелия — подсечно-огневой.

Улучшение условий жизни привело к быстрому росту населения. Включение новых масс людей в производство привело к невиданному до тех пор убыстрению социально-экономического развития.

Развитие скотоводства способствовало сосредоточению богатства и власти в руках мужчины. Происходит переход от материнского рода к отцовскому. Накопление богатств привело к межродовым столкновениям, к их невиданному до этого увеличению. Верх в этих столкновениях одерживал тот род, который владея бронзовым оружием.

Возможность получения прибавочного продукта создала условия для возникновения рабства.

С появлением классов рабов и рабовладельцев возникает аппарат насилия; аппарат господства угнетателей над угнетенными — государство. На территории нашей страны к порогу классообразования подошли Закавказье и юг Средней Азии.

Но прогресс был быстрым не на всех территориях. Действовали различные закономерности, тормозившие развитие производительных сил и связанных с этим процессов. Одним из тормозящих факторов было отсутствие меднорудных запасов в большинстве областей нашей страны. Значительная нивелировка этого фактора произошла с открытием железа.

стр.125

РАЗДЕЛ III

ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК

Распространение железа произвело настоящую революцию в человеческой жизни. О значении этого металла Энгельс писал: «Железо сделало возможным полеводство на более крупных площадях, расчистку под пашню широких лесных пространств; оно дало ремесленнику орудия такой твердости и остроты, которым не мог противостоять ни один камень, ни один из других известных тогда металлов»1.

Открытие железа и изобретение металлургического процесса было весьма сложным. Если медь и олово имеются в природе в чистом виде, то железо встречается только в химических соединениях, главным образом с кислородом, а также с иными элементами. (При этом мы пренебрегаем использованием метеоритного железа — «го в природе ничтожно мало.) Сколько бы ни держать железную руду в огне костра, она не расплавится, и этот путь «случайного» открытия, возможный для меди, олова и некоторых других металлов, для железа исключен. Бурый рыхлый камень, каким является железная руда, не был пригоден и для изготовления орудий путем оббивки. Наконец, даже восстановленное железо плавится при очень высокой температуре — более 1500 градусов. Все это является почти непреодолимым препятствием для более или менее удовлетворительной гипотезы истории открытия железа.

Несомненно, что открытие железа было подготовлено несколькими тысячелетиями развития металлургии меди. Особенно важно было изобретение мехов для дутья воздуха в плавильные печи. Такие меха использовались в цветной металлургии, увеличивая приток кислорода в горн, что не только повышало в нем температуру, но и создавало условия для успешной химической реакции восстановления металла. Металлургическая печь, пусть даже примитивная, — своеобразная химическая реторта, в которой происходят не столько физические, сколько химические процессы. Такая печь складывалась из камня и обмазывалась глиной (или же она делалась из одной глины) на массивном глиняном или каменном основании. Толщина стенок печи достигала 20 см. Высота шахты печи была около 1 м. Таков же был и ее поперечник. В передней стенке печи на уровне дна имелось отверстие, через которое поджигали загруженный в шахту уголь, через него же вынимали крицу. Во время производственного процесса отверстие заделывали, предварительно вставив туда сопла для дутья воздуха. Печь была прочным сооружением и служила для многих «плавок». В ее шахту загружали мелко истолченную руду вперемешку с большим количеством древесного угля. Образовывавшаяся от неполного сгорания угля окись углерода поднималась вверх, отнимая кислород от окиси железа — руды, превращая ее в закись железа, а потом и в чистый металл. Часть закиси железа вступала в реакцию с породой, не содержащей металла, отделяя ее от метал-

стр.126

ла и превращая в шлак. Жидкий шлак стекал на дно печи, откуда его время от времени выпускали через отверстие. Крупицы восстановленного железа по мере сгорания угля опускались вниз и сваривались, образуя губчатый ком — крицу, еще насыщенную жидким шлаком. При этом железо получалось мягким, но оно не плавилось. Крицу проковывали, удаляя шлак и уплотняя ее структуру.

Археологи пользуются древнерусским названием печи для «варки» железа — «домница». Сам процесс называют сыродутным. Этот термин подчеркивает важность продувания воздуха в домницу, заполненную железной рудой и углем.

При сыродутном процессе более половины железа пропадало в шлаках, что в конце средневековья привело к отказу от этого способа. Однако на протяжении почти трех тысяч лет этот способ был единственным для получения железа.

В отличие от бронзовых предметов железные не могли изготовляться литьем, их выковывали. Процесс ковки к моменту открытия металлургии железа имел тысячелетнюю историю. Ковали на металлической подставке — наковальне. Кусок железа сначала раскаляли в горне, а потом кузнец, держа его клещами на наковальне, маленьким молоточком-ручником ударял по тому месту, куда затем наносил удар его помощник, бивший по железу тяжелым молотом-кувалдой.

Железо впервые упоминается в переписке египетского фараона с хеттским царем, сохранившейся в архиве XIV в. до н. э. в Амарне (Египет). От этого времени до нас дошли мелкие железные изделия в Двуречье, Египте и Эгейском мире.

В течение некоторого времени железо было очень дорогим материалом, употреблявшимся для изготовления ювелирных изделий и парадного оружия. В частности, в гробнице фараона Тутанхамона найден золотой браслет с инкрустацией из железа и целая серия железных вещей. Железные инкрустации известны и в других местах.

На территории СССР железо раньше всего появилось в Закавказье.

Железные вещи стали быстро вытеснять бронзовые, так как железо в отличие oт меди и олова встречается почти повсеместно. Железные руды залегают и в горных районах, и в болотах, не только глубоко под землей, но и на ее поверхности. В настоящее время болотная руда не представляет промышленного интереса, но в древности она имела важное значение.

Таким образом, страны, занимавшие монопольное положение в производстве бронзы, потеряли монополию на производство металла. Страны, бедные медными рудами, с открытием железа быстро догнали страны, бывшие передовыми в эпоху бронзы.

ГЛАВА 9 ГОСУДАРСТВО УРАРТУ

Первые железные изделия на территории СССР появились в Закавказье. Социально-экономическое развитие Кавказа благодаря постоянным и давним связям с древневосточными цивилизациями шло быстрее, чем в других областях. К началу железного века родоплеменной строй у племен Закавказья находился на последней стадии разложения. Была подготовлена почва для возникновения классов и государства. Но в начале I тысячелетия до н. э. южные области Закавказья были включены в состав рабовладельческого государства Урарту, основные центры которого лежали вне современных границ нашей страны. История Урарту известна по ассирийским клиновидным надписям, которые сообщают о походах урартийцев. Эта история прошла в столкновениях с Ассирией, но Урарту, хотя и не надолго, все же удалось пережить своего врага.

Правящим классом государства Урарту были рабовладельцы, эксплуатировавшие как население его центральных областей, так и в особенности население захваченных

стр.127

окраин, в том числе Закавказья. Многие тысячи пленников уводились в рабство.

Середина VIII в. до н. э. была временем наибольшего подъема государства Урарту, которое объединило большие территории и собирало обильную дань с побежденных племен. Но власть урартийцев на периферии была непрочной, потому что на окраины поселяли захваченных пленников, а местные племена всегда были готовы сбросить урартийское иго. Походы против этих племен были обычным явлением. Поэтому правители Урарту строили на окраинах своего государства крепости и превращали их в военно-административные центры, ставя там наместников.

В конце VIII в. до н. э. Урарту испытывает упадок, вызванный неравной борьбой с Ассирией, усложненной натиском киммерийцев с севера. Потеряв влияние на юге, Урарту обратило свою захватническую политику на север. В Армении в начале VIII в. до н. э. царь Аргишти построил г. Эребуни.

Раскопки в Ереване на холме Арин-берд обнаружили каменные блоки с надписью о постройке города Эребуни. Она гласит: «Бога Халда величием, Аргишти, сын Менуа, эту крепость мощную построил, закончил, городом Эребуни назвал, для могущества страны Биайны (Урарту) и на устрашение вражеских стран. Земля была пустынной и ничего не было раньше там построено. Могучие дела я там совершил, 6600 воинов стран Хате и Цупани я там поселил».

О существовании такого города было известно из других надписей задолго до начала исследования Арин-берда, но только раскопки установили местоположение Эребуни. Действительно, как гласит надпись, крупных крепостей типа урартийских в этом районе тогда не было, но небольшие были, так что эта местность была заселена, освоена и представляла интерес для завоевателя, который там совершил свои «большие дела» — очередное завоевание и захват в рабство местных племен.

Название Эребуни легко сопоставимо с именем города Еревана, так как в урартийском языке не различаются «б» и «в». Считают, что Эребуни был первоначальным ядром армянской столицы, которая тем самым входит в число древнейших городов мира.

Эребуни расположен на высоком холме, с которого просматривается Араратская долина и дороги, ведущие к крепости. Раскопками открыта цитадель, укрепленная мощными стенами из сырцового кирпича на каменном цоколе, сохранившимися на высоту до 5 м. Крутые склоны холма допускают подъем на его вершину лишь с юга, где устроены два ступенчатых входа в цитадель. Высоко в стене у входа находится камень с надписью об основании города. Кроме нее найдена 21 клиновидная надпись, сообщавшая о постройке дворца, храма, о назначении ряда помещений, словно урартийцы желали облегчить археологам атрибуцию помещений и возможно больше сообщить о своем быте. Во дворце и двух храмах открыты залы с росписями в ассирийском стиле в четыре краски.

Культурные слои урартийского времени на Арин-берде прослеживаются плохо. Из находок наиболее многочисленны черепки, встречаются и целые сосуды, изготовленные на гончарном круге. Урартийцы делали лощеные чаши и кувшины. В кладовых находились крупные сосуды для вина — карасы, на которых обозначена емкость каждого. Найдено несколько урартийских печатей, сделанных по ассирийским образцам: одна — цилиндрическая со сценой охоты, другая — с изображением льва — напоминает гирю, третья — костяная плоская, на обеих сторонах которой имеется изображение грифона.

Сохранился ряд бронзовых предметов: фибулы, бляшки, браслеты и др. Дошедшие до нас бусы сделаны из агата, сердолика, стекла.

При раскопках Арин-берда найдено свыше ста бронзовых стрел скифских типов, которые, видимо, вонзились в его стены при какой-то осаде. Есть и железные стре-

стр.129

лы разных типов. Судя по более поздним формам этого оружия, по сравнению со стрелами Тейшебаини, Эребуни пережил соседнюю крепость, о которой ниже.

Надпись о постройке Эребуни относится к пятому году владычества урартийского царя Аргишти, сына Менуа, т. е. к 782 г. до н. э., следовательно Ереван основан более 2750 лет тому назад.

Крупным хозяйственным центром урартийцев был город Аргиштихинили у с. Армавир. Здесь открыты надписи, говорящие о проведении каналов, о садах и нивах, о больших стадах овец и табунах лошадей. Наиболее исследован урартийский город Тейшебаини, остатки которого, как и остатки Эребуни, находятся в черте Еревана. Напротив Тейшебаини находится сохранившийся и действующий поныне оросительный канал, пробитый в скале урартийскими рабами. Название города узнали по клиновидной надписи на бронзовом запоре ворот: «Русы, сына Аргишти, крепость города Тейшебаини». В отличие от Эребуни Тейшебаини включал лишь один дом из сырцового кирпича со стенами толщиной до 3,5 м. Такой излишний запас прочности характерен для ассирийских построек. Уступчатая конструкция дома, когда окна одного помещения выходят на крышу другого, тоже типична для ассирийской архитектуры. Даже огромные размеры сырцового кирпича (его длина свыше полуметра) совпадают с ассирийскими.

В цоколе этого огромного дома находилось до 150 комнат высотой до 7 м. Они были перекрыты бревенчатыми накатами, а в некоторых местах, возможно, и сводами. Многие помещения второго этажа выстроены из базальта. Часть дома, ограниченную угловыми башнями, занимали четыре десятикомнатных жилища, видимо, предназначенных для высших чиновников. В доме множество жилых помещений, каждое из которых состояло из двух комнат. При них не было ни хлевов, ни амбаров — запасы хранились в общественных кладовых. Открыты и самые кладовые, которые вмещали до 750 т зерна. Такое же, если не большее, количество зерна хранилось в других помещениях крепости. Урарту было земледельческим государством. Сеяли пшеницу, ячмень, кунжут. Ботанический анализ зерна показал его высокосортность и малую зараженность сорняками. Найдены остатки муки грубого помола, а также обгорелого хлеба в виде крупных лепешек с дыркой посредине. Одно из помещений предназначалось для выделки кунжутного масла. Найдены остатки жмыхов и каменный чан, в котором вымачивали зерна кунжута. Такой же чан был в пивоварне. Сохранились длинные сосуды для пива.

По найденным косточкам можно восстановить состав плодовых садов. Выращивали алычу, яблоки, айву, гранаты, вишню, орехи, персики, а также арбузы. Велика была роль виноградарства и виноделия. В разных частях дома открыто восемь винных кладовых, в которых в общей сложности было 400 карасов для вина с обозначением клинописью их емкости. Вместимость каждого караса от 800 до 1200 л. Для разлива вина служили меньшие сосуды в виде кувшинов, на которых встречаются одинаковые клейма, не известные нигде, кроме Тейшебаини. Только в одной из комнат обнаружено 1036 кувшинов емкостью от 2 до 6 л. Судя по однотипности их форм и по специфичности клейм можно утверждать их местное производство. В Урарту был известен гончарный круг и распространено гончарное ремесло.

Подсчеты показали, что при средней урожайности в условиях Араратской долины 5—10 ц с 1 га для получения 1500 т зерна надо обработать 2000—3000 га, а для получения того количества вина, которое хранилось в кладовых Тейшебаини, надо было еще иметь 300 га виноградников. Полагают, что общий размер обрабатываемой земельной площади доходил до 4000— 5000 га.

Раскопками открыто несколько металлообрабатывающих мастерских, где изготовлялись бронзовые и железные предме-

стр.130

ты. В Закавказье раньше, чем в других районах Передней Азии, железо вошло в употребление с середины I тысячелетия до н. э. С железом конкурировала бронза, потому что бронзолитейное производство обеспечивалось богатством залежей меди и других компонентов бронзы. Поэтому бронзовое оружие и бронзовые орудия долгое время встречаются наряду с железными. Большинство закавказских предметов VII— VI вв. до н. э. повторяют урартийские формы. Железным стало сначала оружие, а потом орудия труда. В Тейшебаини найдены слитки металлов, литейные формы. Железных и бронзовых предметов много: орудия, посуда, предметы обстановки, утварь, украшения. Особенно много оружия — мечей, кинжалов, копий, стрел. Все они очень высокого качества. Есть оружие с надписями урартийских царей. Найдены 14 декоративных бронзовых щитов с надписями, гласящими, что они сделаны для города Эребуни. Видимо, Тейшебаини был более крупным центром, и с падением значения Эребуни, который продолжал существовать, но занял подчиненное положение, эти щиты были перенесены в Тейшебаини. 20 бронзовых шлемов, как и щиты, украшены художественными изображениями и помечены именами урартийских царей. Есть образцы урартийской бронзовой скульптуры, например, навершие в виде конской головы и статуэтка бога Тейшебы.

В хлевах Тейшебаини обнаружены скелеты сгоревших животных. Это коровы, овцы, а также лошади двух пород: низкорослые — рабочие и высокорослые — военные. Скотоводство в Закавказье получило большое развитие. Враги не раз упоминали в оставленных надписях об угнанных ими из Урарту многочисленных отарах овец и табунах лошадей.

Найдено много ассирийских изделий: бус, бронзовой посуды, цилиндрических печатей с изображениями. Из Египта происходит статуэтка богини Сохмет и скарабеи (изображения священных жуков).

Важны находки скифских предметов. Это псалии (часть удил) характерных скифских форм, скифское железное оружие и бусы. Отношения скифов и Закавказья были то мирными, то военными. Урартийцы заимствовали форму скифских стрел, эти стрелы употребляли и ассирийцы. В Ниневии найдена литейная форма для изготовления наконечников для этих стрел. В свою очередь, у скифов встречаются предметы ассирийского происхождения, которые не могли попасть к ним, миновав Урарту.

Предполагают, что Тейшебаини разрушили скифы: в стенах города была найдена масса вонзившихся в них скифских стрел. Картина гибели этой урартийской крепости восстановлена в подробностях. Сосуды в кладовых были полны зерна, значит, осада была недолгой, и крепость была взята штурмом. Предполагают, что это было ночью, так как жители не успели ничего взять — у очагов лежало оружие, в углах жилищ — женские украшения. Хлеб был уже убран, но виноград еще не созрел — найдена лишь горсточка виноградных косточек. Винная кладовая была пуста и не привлекла внимания скифов: на дне одного из карасов найдены спрятанные в него 97 бронзовых чаш — большое богатство. На чашах — имена царей VIII в. до н. э. Бронза так хорошо сохранилась, что звенит. В проходе на полу лежал колчан Аргишти. Один карас был покрыт щитом Аргишти, а в карасе находилось много железных и бронзовых предметов. Бронзовый щит царя Русы сполз с третьего караса. В следующем сосуде — половина бронзового котла и бронзовый шлем Аргишти.

После взятия Тейшебаини скифы не смогли перекопать кладовую, как это они обычно делали: на нее обрушились базальтовые декоративные башенки.

После разгрома Тейшебаини жизнь здесь не возобновлялась, в то время как Эребуни избежал разгрома и в нем есть более поздние ахеменидские напластования.

Государство Урарту погибло около 585 г. до н. э. под ударами мидийцев. В его паде-

стр.131

нии немалую роль сыграли порабощенные урартийцами племена, а также киммерийцы и скифы. Частью этого процесса разрушения Урарту было падение Тейшебаини, происшедшее в начале VI в. до н. э.

Культурное наследие Урарту было воспринято местными племенами — в первую очередь древними армянами, а также иберами и колхами (предками современных грузин).

ГЛАВА 10

СКИФЫ И САРМАТЫ

Первым народом на территории нашей страны, имя которого нам известно, были киммерийцы, жившие в конце бронзового века. Туманное упоминание о киммерийцах содержит «Одиссея», более определенное упоминание имеется у Геродота, который сообщает, что скифы вытеснили киммерийцев, бежавших в Малую Азию. Скифы, по Геродоту, преследовали их. О реальности киммерийцев напоминают древние названия урочищ: современный Керченский пролив назывался Боспором Киммерийским, на Керченском полуострове имеется Киммерийский вал. Ассирийские клиновидные тексты VIII в. до н. э. говорят о вторжении киммерийцев на территорию Урарту, Ассирии, Египта. В VII в. до н. э. киммерийцы завоевали Лидию, но не смогли там удержаться.

Археологически вопрос о киммерийцах пока не решен. Его решение связано с пока еще дискуссионным вопросом о том, были ли скифы пришлым племенем, или их корни уходят в местную этническую среду. Сопоставив сведения, которые сообщают античные авторы, можно заметить, что принципиальных различий между киммерийцами и скифами не было. По смыслу утверждения Геродота о вытеснении киммерийцев скифами, можно заключить, что территория расселения обоих народов совпадала. Совпадают и ареалы некоторых особенностей расселения, хозяйства и особенности общественного строя киммерийцев и скифов. Так, дальние набеги киммерийцев на Кавказ и Малую Азию совершались из крымско-азовской части их расселения, т. е. из той же области, откуда потом совершали походы скифы. Эти походы говорят о том, что какая-то часть обоих народов занималась коневодством. В то же время в днестровско-днепровской области наряду со скотоводством прочно привилось земледелие. Таким образом, еще в киммерийский период складывались основные черты скифского хозяйственного уклада и даже его географические варианты, которые указывает у скифов Геродот. Значит, скифское завоевание киммерийцев не внесло существенных перемен в хозяйственные особенности населения Северного Причерноморья. Этой преемственности способствовала близость общественного развития. Отсюда вывод, что завоеватели-скифы слились с местным населением, которое в основном оставалось на старых местах. Оно восприняло скифский язык и бытовые особенности скифов.

У скифов сохранились черты быта предшественников. Сходны (но не одинаковы) например, форма и орнамент керамики; скифский обряд погребения, сначала подобный срубному, но уже отличающийся от него вытянутым положением костяка, затем приближается к катакомбному, когда скифы стали хоронить своих мертвых в катакомбах. Скифские поселения возникли на местах более древних поселений. Изучение скифских костяков показало, что в скифах имелись черты местного антропологического типа, существовавшего здесь еще со времени бронзового века.

Эти факты не согласуются с сообщением Геродота об уходе киммерийцев в Малую Азию. Вероятно, ушли не все киммерийцы, возможно, какая-то часть их осталась на старых местах. И хотя до сих пор мы мало что знаем о киммерийской материальной культуре, можно предположить, что она была близка скифской, особенно на ранней стадии, в момент их слияния.

стр.133

Геродот указывает, что скифы пришли из Азии, границей которой в то время считали Дон. Этот рассказ не противоречит распространенной ныне гипотезе, по которой предками скифов были племена сруб ной культуры. Начальная территория этой культуры лежала за Волгой. Лингвисты установили, что скифский язык относится к группе иранских. По мнению некоторых исследователей, племена срубной культуры были тоже ираноязычны. Для подтверждения этого мнения ссылаются на топонимику степной и лесостепной полос Восточной Европы, где сохранился ряд иранских топонимов. Их нельзя считать оставленными скифами, так как скифы жили только в степях. Племена же предшествующей срубной культуры расселялись более широко и могли оставить эти названия.

Появление однородной скифской культуры по всей степи произошло в VII в. до н. э. Расцвет железного века не только совпал с установлением там господства скифов, но и послужил одной из главных причин изменения пришлой и местной культур, ставших источником формирования скифской культуры.

Археологи не едины во мнении, какие племена из перечисленных Геродотом следует считать скифскими, что понимать под Скифией, где провести ее границы. Корни разногласий находятся в различном подходе к самому термину. При географическом подходе в Скифию включаются степи между Дунаем и Доном, иногда и степные районы Кубани, населенные народами скифского образа жизни, часто неродственными по языку и иногда политически вполне самостоятельными. Другой подход, этнографический, заключается в определении, какое из скифских племен было действительно скифским по происхождению, языку и политическому подчинению. Этот критерий в археологии сейчас преобладает.

Древнейший этап известной нам истории скифов связан с их походами в Закавказье и Переднюю Азию. Предполагают, что причиной некоторых таких походов было не преследование киммерийцев, о котором пишет Геродот, а, возможно, военный союз с Асархаддоном. Скифы не раз участвовали в войнах в Передней Азии. Материальное свидетельство таких походов — ассирийские и урартийские вещи в курганах скифов и близких им племен. Сосуды кавказской работы, склепанные из листов бронзы, и другие ближневосточные вещи достигают Киевской области.

Одна из записанных Геродотом легенд о происхождении скифов говорит, что скифы будто бы произошли от Геракла и змееногой богини. По этой легенде Геракл гонит коров, потом ищет коней, и эти действия считают отражением представлений скотоводческого народа. Действительно, главным племенем скифов обычно считаются царские скифы, которые, как говорит Геродот, «всех других скифов считают своими рабами». Это был кочевой скотоводческий народ. Скифы путешествовали по степям в больших кибитках, что, как и большинство других этнографических описаний Геродота, подтверждает археологически: была найдена модель четырехколесной кибитки. Огромные стада требовали частой смены пастбищ, поэтому стоянки скифов были короткими, постоянных поселений было мало, а городов во времена Геродота вообще не было. В стадах преобладали лошади и овцы (а в доскифское время основную массу стада составляли коровы). Костяки лошадей в скифских курганах обычны. На поселениях преобладают кости домашних животных: коров, овец, лошадей, собак.

По другой легенде, приводимой тем же автором, скифам с неба упали золотые плуг, ярмо, секира и чаша. Плуг, ярмо, отчасти даже секира — предметы земледельческого хозяйства. Думают, что эта легенда возникла у земледельческих скифских племен, к которым относятся скифы-земледельцы, жившие по Южному Бугу. Несомненно, что контакт с греческими городами Северного Причерноморья стимулировал развитие земледельческого хозяйст-

стр.135

вa y скифов, но возникло оно гораздо раньше, еще в бронзовом веке.

Зерновое хозяйство имело немалое значение. Скифы производили зерно на вывоз, в частности в греческие города, а через их посредство — в греческую метрополию. Производство зерна требовало применения рабского труда. Кости убитых рабов часто сопровождают погребения скифов-рабовладельцев. Обычай убивать людей при погребении господ известен во всех странах и характерен для эпохи возникновения рабовладельческого хозяйства. Известны случаи ослепления рабов, что не согласуется с предположением о патриархальном рабстве у скифов. На скифских поселениях находят земледельческие орудия, в частности серпы, однако пахотные орудия чрезвычайно редки, вероятно, все они были деревянные и железных частей не имели. О том, что земледелие у скифов было пашенным, судят не столько по находкам этих орудий, сколько по количеству производимого скифами зерна, которое было бы во много раз меньшим, если бы землю обрабатывали мотыгой.

Укрепленные поселения появляются сравнительно поздно, на рубеже V и IV вв. до н. э., когда у скифов получили достаточное развитие промыслы и торговля. Каменское городище около Никополя занимает огромную площадь — 12 кв. км. Его многолетние исследования установили, что здесь была столица скифов. Каменское городище возникло в конце V в. до н. э. и просуществовало до II в. до н. э. На его территории повсюду встречаются остатки металлургического производства: тигли, льячки, а также остатки горнов. Это поселение было металлургическим центром степной Скифии и снабжало ее значительную часть железными изделиями. Скифы уже в полной мере владели производством черного металла. Представлены и другие виды производства: костерезное, гончарное, ткацкое. Но уровня ремесла пока достигла лишь металлургия.

На Каменском городище имеются две линии укреплений: внешняя и внутренняя. Внутреннюю часть археологи называют акрополем по аналогии с соответствующим делением греческих городов. На акрополе прослежены остатки каменных жилищ скифской знати. Рядовые жилища представляли собой главным образом наземные дома. Их стены иногда состояли из столбов, основания которых были вкопаны в специально вырытые канавки по контуру жилища. Встречаются также жилища-полуземлянки.

Скифы, как описывает Геродот, поклонялись мечу, который называется акинак. Они вонзали его в кучу хвороста, производили возле него ритуальные действия и приносили ему жертву. Акинак нам хорошо известен: железный, короткий, колющий.

Древнейшие скифские стрелы плоские, часто с шипом на втулке. Они все втульчатые, т. е. имеют специальную трубку, куда вставляется древко стрелы. Классические скифские стрелы тоже втульчатые, они напоминают трехгранную пирамидку, или трехлопастные — ребра пирамидки как бы развились в лопасти. Стрелы сделаны из бронзы, которая, наконец, завоевала себе место и в производстве стрел. Они производились в огромном количестве, чему, вероятно, способствовала простота их отливки. Соответствующие литейные формы найдены в разных местах Скифии и говорят о местном производстве стрел. Скифы были прекрасными лучниками и великолепно стреляли из лука и с коня, и в пешем строю.

Скифская керамика сделана без помощи гончарного круга, хотя в соседних со скифами греческих колониях круг применялся широко. Скифские сосуды плоскодонны и разнообразны по формам. Широкое распространение получили скифские бронзовые котлы высотой до метра, имевшие длинную и тонкую ножку и две вертикальные ручки.

Скифское искусство хорошо известно в основном по предметам из погребений. Для него характерно изображение живот-

стр.136

ных в определенных позах и с преувеличенно заметными лапами, глазами, когтями, рогами, ушами и т, п. Копытные (олень, козел) изображались с подогнутыми ногами, хищники кошачьих пород — свернувшимися в кольцо. В скифском искусстве представлены сильные или быстрые и чуткие животные, что соответствует стремлению скифа настигнуть, поразить, быть всегда наготове. Отмечено, что некоторые изображения связаны с определенными скифскими божествами. Фигуры этих животных как бы охраняли их владельца от беды. Но стиль был не только сакральным, но и декоративным. Когти, хвосты и лопатки хищников часто оформлялись в виде головы хищной птицы; иногда на этих местах помещали полные изображения животных. Эта художественная манера получила в археологии название звериного стиля. В раннее время в Заволжье звериный орнамент равномерно .распределен между представителями знати и рядовыми. В IV—III вв. до н. э. звериный стиль вырождается, и предметы с подобным орнаментом представлены главным образом в могилах знати.

стр.137

Характерно стилизованное изображение оленя: ветвистые рога закинуты на спину, морда вытянута вперед, ноги поджаты. Такое положение ног животного вызывало разные суждения. Одни придерживаются взгляда, что олень изображен в лежащей позе. Другие полагают, что он застыл в летящем галопе. Звериный стиль известен на огромной территории: на Кубани, в Средней Азии, в Сибири.

Скифская культура имела более широкое распространение, чем область расселения скифов, занимавших степи Северного Причерноморья. Она охватывала и лесостепную полосу, населенную нескифскими племенами. Влияние скифского быта на соседние с ними племена было огромным. Кроме звериного стиля к соседям скифов проникли формы скифского оружия, конской сбруи, некоторые орудия труда, отчасти костюм и ряд украшений, причем области этого проникновения иногда весьма удалены от собственно скифской территории. Но есть и существенные отличия, которые сказываются в форме жилищ и поселений, в форме погребальных сооружений, в погребальных обрядах, в керамике. Эти различия кладут резкую грань между скифской и нескифской культурами.

Наиболее знамениты и лучше всего изучены скифские погребения. Скифы хоронили мертвых в ямах или в катакомбах, под курганными насыпями. Обряд погребения скифских царей описан Геродотом. Когда царь умирал, его тело в течение сравнительно долгого времени возили по скифским дорогам, и скифы должны были всячески выражать печаль по поводу кончины владыки. Затем тело царя привозили в Герры, которые археологи помещают в районе днепровских порогов, клали его в могильную яму вместе с его убитой женой, убитыми слугами, лошадьми и насыпали над ним огромный курган.

стр.138

В районе днепровских порогов расположены знаменитые скифские курганы. В царских курганах скифов находят золотые сосуды, художественные изделия из золота, дорогое оружие. Большинство этих курганов ограблено еще в древности, причем скифологи думают, что это сделали знатные скифы — внезапное обогащение рядовых общинников скрыть было трудно. Древнейшие скифские курганы относятся к VI в. до н. э. Они заключают ассирийские и урартийские вещи, привезенные из походов в Малую Азию. К архаическим курганам относится Мельгуновский у Кировограда. В нем был найден железный меч в золотых ножнах, на которых изображены крылатые львы, стреляющие из луков, и крылатые быки с человеческими лицами. Эти изображения типичны для ассирийского искусства. Здесь же на ножнах изображены типично ассирийские розетки.

С VI — V вв. до н. э. вещи из скифских курганов отражают связи с греками. Несомненно, что некоторые, причем самые художественные вещи сделаны греками. Наиболее знаменитые курганы относятся к IV в. до н. э.

Курган Чертомлык расположен у Никополя. Высота его земляной с каменным цоколем насыпи 20 м. Она скрывала глубокую шахту с четырьмя камерами по углам. Через одну из этих камер шел ход к погребению царя, ограбленному еще скифами, но от грабителей ускользнула лежавшая в тайнике золотая обкладка футляра от лука, на которой изображены сцены из жизни Ахилла. Найдены еще три такие обкладки — в кургане у станицы Иленецкая, под Мелито-

стр.139

полем и на Дону. Все четыре обкладки сделаны на одной матрице (углубленная или выпуклая форма, на которой выдавливался узор), что позволяет думать об их соверо-причерноморском происхождении. Погребение наложницы царя не было ограблено.

Ее скелет с золотыми украшениями лежал на остатках деревянного катафалка; рядом нашли большой серебряный таз, подле которого стояла замечательная серебряная ваза высотой около 1 м. Она представляла собой сосуд для вина и снабжена внизу кранами в виде львиных и конских голов. На тулове вазы изображены растения и птицы, а выше — скифы, укращающие лошадей. Представлены все стадии укрощения: коня ловят, объезжают и, наконец, взнуздывают. Скифы бородатые, в колпаках и кафтанах, подпоясанные, в длинных брюках. Изображения выполнены в традициях греческого искусства.

В соседней камере находилось погребение «оруженосца», при нем дорогое оружие и золотые украшения. У входа в одну из камер лежал скелет другого слуги. Всего здесь найдено 6 костяков слуг и 11 костяков лошадей.

Курган Толстая Могила находится в 10 км от кургана Чертомлык на окраине Орджоникидзе Днепропетровской области. Курган содержал богатейшее погребение с множеством золотых вещей, несмотря на

стр.140

то что он тоже был ограблен в древности. Наибольшего внимания заслуживает меч в золотых ножнах и пектораль — шейно-нагрудное украшение. На ножнах изображены: петушиный бой, грифон, раздирающий оленя, лошадь, на которую напали лев и грифон, напавший на оленя леопард и поединок леопарда и льва. Картина полна динамики, изображения отличаются высокой четкостью вплоть до самых мелких деталей. Исследователи отмечают стилистическую близость этого рисунка и рисунков на некоторых вещах из Чертомлыка, которые кажутся выполненными одной рукой.

Самым замечательным из всех произведений греческого ювелирного искусства является пектораль. Она массивна, ее вес более 1 кг, диаметр более 30 см. На ней три зоны изображений, разделенные золотыми жгутами. В верхнем (внутреннем) поясе — сцены скифского быта. В центре — двое обнаженных мужчин шьют меховую одежду, растянув ее за рукава. Справа и слева от них — лошадь с жеребенком и корова с теленком, а на концах композиции — летящие в разные стороны птицы. Каждая фигура отливалась отдельно и затем припаивалась между золотыми жгутами.

Средний ярус представлен растительным орнаментом, выполненным на сплошной пластинке.

Нижний ярус заполнен борьбой животных. Техника исполнения та же, что и верхнего, т, е. фигуры сделаны каждая особо, а затем они прикреплены на свои места. В центре — три сцены, изображающие коня и напавших на него грифонов. С одной стороны от этих сцен — лев и леопард, напавшие на оленя, а с другой стороны — те же животные, нападающие на кабана. Далее, к концам композиции, собака гонится за зайцем, еще дальше — обращенные друг к другу два кузнечика. Фигуры по мере удаления от центра композиции уменьшаются.

По художественности исполнения и по количеству образов пектораль не имеет себе равных. В Толстой Могиле погребены мужчина, женщина и ребенок, а также слуги и кони. Слуг здесь принесено в жертву вдвое больше, чем при погребении в кургане Чертомлык. Датируется Толстая Могила, как и все классические скифские курганы, IV в. до н.э.

В кургане Куль-Оба в Керчи в каменном склепе со ступенчатым сводом находилось богатое погребение знатного скифа, вместе с которым были погребены жена и слуга. С воином лежал железный меч в золотым ножнах с изображениями животных, накладки на футляр от лука, золотая диадема, На голове погребенного был войлочный башлык, украшенный золотыми бляшками, на одной из которых изображены два скифа, пьющие из одной чаши, — обряд побратимства, описанный Геродотом.

При женском костяке были золотые серьги тончайшей работы, золотая гривна (шейный обруч) с концами в виде лежащих львов, два золотых браслета, а в ногах стоял небольшой сосуд из Электра (сплав золота и серебра). На нем изображены семь скифских воинов того же облика, что и на вазе из кургана Чертомлык. Манера изображения приблизительно та же, но здесь скифы занимаются другими обыденными делами. Один скиф перебинтовывает другому очевидно раненую ногу; третий скиф пальцами залез в рот четвертому и нащупывает у того, вероятно, больной зуб (у скифа на лице написано страдание, он схватился рукой за руку товарища). Дальше изображаются беседующие скифы и, наконец, скиф, натягивающий тетиву лука. Все эти изображения блестяще скомпонованы и выразительны. Некоторые археологи высказали предположение, что на куль-обском сосуде изображены сцены из мифа о Таргитае, предлагающем его сыновьям различные испытания, чтобы определить, кто из них станет родоначальником и царем скифов.

Таким образом, в скифских курганах наблюдается новое явление — сильное имущественное расслоение. Встречаются курга-

стр.142

ны маленькие и огромные ,одни погребения без вещей, другие — с огромным количеством золота.

Имущественное равенство здесь не просто нарушено, оно настолько сильно, что вывод о бурном процессе классообразования напрашивается сам.

Имея в виду кавказские походы скифов, можно утверждать, что уже в VI в. до н. э. у них существовала военная демократия — заря государственности. В конце V или в начале IV в. до н. э. царь Атей объединил скифскую державу, и с этого момента можно говорить о скифской государственности. Впрочем, некоторые исследователи ставят вопрос о более раннем времени возникновения государства у скифов.

Считают, что геродотовы невры жили в лесостепной полосе в верховьях Буга, на запад от Днепра, Истоки этой культуры лежат

стр.143

в бронзовом веке, в белогрудовской культуре, которая с наступлением железного века называется чернолесской. Обе они часто объединяются в белогрудовско-чернолесскую, главным видом памятников которой являются так называемые зольники — кучи золы. В этих «зольниках» одни видят остатки жертвенных сожжений, другие — остатки жилищ. Часты каменные шлифованные топоры, вкладыши серпов, зернотерки, костяные изделия. Изредка находят обломки каменных и бронзовых литейных форм, еще реже — бронзовые изделия. В хозяйстве преобладало земледелие, дополняемое домашним скотоводством.

Белогрудовско - чернолесские племена оставили укрепленные поселения и курганы. Широко распространившийся с началом железного века металл вытесняет каменные орудия. На донышках сосудов встречаются зерна пшеницы и проса. Есть основания думать, что культивировали также лен, бобовые и некоторые овощи. Земледелие было пашенным. На поселениях часто находят железные серпы. В стаде много свиней, что несовместимо с кочевым скотоводством. Таким образом, основы этой культуры совершенно не похожи на скифские.

С VIII в. до н. э. белогрудовско-чернолесские племена становятся воинственными. Оружие начинает часто встречаться в погребениях, оно принимает скифский облик. В могилах прослеживается скифский обряд погребения с конем, иногда с двумя. Впрочем, конские погребения чаще заменялись богатой уздечкой, но опять-таки скифского образца, и с псалиями, типичны-

стр.144

ми для скифов, — с изображением копытца на одном конце. Фигурки лежащих оленей, а также фигурки барсов, орлов и других животных близки скифским изображениям.

Внутренний процесс развития вел к военной демократии и государственности. Появляется примитивное рабство. Никаких указаний на политическую зависимость невров от скифов в источниках нет.

Об этнической принадлежности белогрудовце-чернолессцев существует несколько мнений. Многие предполагают в них фракийцев.

На р. Ворскле немного выше Полтавы в VI в. до н. э. возникло огромное Бельское городище. Это было время возникновения больших городищ в лесостепной Скифии. Вал Бельского городища охватывает площадь в 44 кв. км, но внутри его находятся еще два вала, которые соответствуют двум укрепленным поселениям. Бельское городище исследовано пока недостаточно, что вполне понятно из-за его огромных размеров. Предполагают, что оно было центром объединения на Ворскле сначала каких-то двух, а затем трех родоплеменных групп, ни одна из которых не может считаться собственно скифской. На одном из поселений жили ремесленники, о чем говорят находки железных шлаков, бронзовых бракованных наконечников стрел и глиняных льячек. Жилищами были землянки с крышами из коры и соломы. Найдены железные ножи, шилья и один меч скифского типа. Многие вещи делались из оленьего рога, среди которых псалии с головкой животного на одном конце и с копытцем на другом, шаровидная булава, проколки, шилья.

Во II в. до н. э. скифы были вытеснены сарматами в Крым и на полоску западного побережья Северного Причерноморья, захватывающую Нижнее Поднепровье до Никополя. В III в. до н. э. они основали там столицу Неаполь, который теперь археологи называют Неаполем на р. Салгире. Он расположен на окраине Симферополя. Раскопками обнаружена мощная оборонительная стена из больших камней. В пределах укреплений найден целый ряд домов: большие общественные и частные здания, построенные нередко по эллинистическим образцам. Зерновые ямы встречаются обычно не только во дворах домов, но и на улицах и даже на площади города. Предполагают, что здесь было общественное зернохранилище для снабжения войска. Однако скотоводство преобладает по-прежнему. За пределами крепостной стены найден склеп — мавзолей скифской знати. Там в каменной гробнице сначала был погребен царь, а вокруг в деревянных саркофагах был погребен еще 71 человек. Здесь же найдено 4 конских костяка. В могилах в изобилии золотые и серебряные вещи и оружие.

Кроме этого склепа-мавзолея найдены склепы, вырубленные в скале. Все они, видимо, содержали золотые вещи и были ограблены еще в древности. Интересна живопись, сохранившаяся внутри склепов. В склепе № 9 изображен ковер с рисунком, напоминающим шахматную доску: бородатый скиф в высокой шапке и широкополом кафтане с откидными рукавами играет на лире. В этом же склепе изображена охота конного скифа; красная и черная собаки травят кабана.

Хозяйство продолжает оставаться земледельческим и скотоводческим. О земледелии свидетельствуют зерна ячменя, найденные около домов, о скотоводстве и коневодстве — кости животных. В это время появлялся гончарный круг, видимо, начинает обособляться гончарное ремесло.

Таким образом, в крымский период жизни скифов их хозяйственное и культурное развитие продолжается.

Наряду со скифами большое внимание античные авторы уделяют савроматам, жившим между Доном и Уралом. Позже эти племена стали называть сарматами. По Геродоту, они говорили на испорченном скифском языке, т. е., как и скифы, были ираноязычны. В советское время в этих местах открыта культура, включающая единооб-

стр.145

разные по устройству и ритуалу курганы, в которых находятся погребения воинов с оружием, конскими принадлежностями и вещами в зверином стиле. Здесь локализуется первая из четырех ступеней развития сарматской культуры. Но и в более позднее время сарматы продолжали жить в этой области.

В раннее время сарматская культура была близка скифской, но позднее различия увеличиваются. Как и скифы, сарматы генетически связаны со срубной культурой. Связи с андроновской культурой и сакомассагетским миром Средней Азии были особенно тесны у сарматов, живших от Волги до Урала.


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!