Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Quot;Коснись рукой солнца". 4 часть



- Пошёл бы сам поискал это отродье! – рявкнул Тольцхен, после чего его углуки швырнули Геррера и Гельфиду на землю.

Трое углуков уже спали, опьяненные вином, ещё двое с трудом, но держались. Гельфиде показалось, что её уронили на какую-то палку, и она уже хотела ударить одного из углуков, но потом вспомнила, что она связана, и двигаться не может.

- Кидайте их уже в клетку! – крикнул Келрех. – Завтра Владыка сам разберется с ними. У нас баран почти готов, давай же съедим его!

Остальные бурным рёвом поддержали его. Углуки поволокли Геррера и Гельфиду в сторону какой-то самодельной клетки. Им всё-таки перерезали верёвки на ногах и руках. Когда их уже запихали туда, Гельфида обнаружила, что в ней уже находился какой-то бедолага.

- Ферцен? – удивлённо произнёс Геррер.

- Геррер? Геррер, это ты? Как ты здесь оказался?

- Понятия не имею… А что здесь делаешь ты? Я всю голову сломал в поисках тебя…

- Ты спасёшь меня, Геррер? Ты вытащишь меня отсюда? – Ферцен ропотал словно ребёнок.

- Это и есть Ферцен? – спросила Гельфида.

Она явно ожидала от друга Геррера большего, чем увидела. Как-то хлипковат этот Ферцен – ни в какое сравнение даже с Геррером не идёт. Торчат странные усики словно у мальца, да и лицо какое-то детское.

- Мы найдём способ отсюда выбраться… Как ты оказался здесь, Ферцен?

- Так же, как и ты. Эти твари поймали меня и запихали сюда. Из их разговоров я понял то, что кто-то приказал им искать в этих землях мужчину лет тридцати и девчонку с ним.

- Девчонку? – возмутилась Гельфида.

- Не перебивай, Гельфида, - сказал ей Геррер.

- Только я не пойму, как я попал под это описание, - пробормотал напуганный Ферцен. – Я моложе тридцати, и никакой девчонки со мной нет.

- Так или иначе, главное, что я нашёл тебя.

- Да чтоб они бараном подавились, - злостно проговорила Гельфида, глядя в сторону углуков.

- Они пьют уже несколько часов, - сказал Ферцен. – Их тут очень много. Откуда они появились, Геррер?

- Я не знаю, - раздраженно ответил ему Геррер. – Но если мы отсюда выберемся, то узнаем. Я обещаю.



- Углуки оккупировали эту территорию. Бесчинствуют и устраивают разбой. Грабят маленькие деревни. Вот откуда они взяли вино и мясо.

- Вот видишь – я права была, - гордо сказала Гельфида. – Не стоило нам деревнями ехать.

- Тем не менее, мы всё равно попались.

Геррер откинул голову назад. Гельфиде показалось, что он думает о том, как выбраться отсюда. В голову Гельфиды же не лезла ни одна мысль о том, что же можно сделать в этом случае. Геррер навряд ли умнее её, но он непременно что-нибудь придумает. Она была уверена в этом.

- А ну молчать там! – рявкнул один из углуков. – Не то и вас на вертел натяну.

- А то барашка на всех братьев мало, - вторил ему другой углук.

Ну конечно. Это заставит Гельфиду заткнуться. Черта с два. Это наоборот являлось вызовом для неё. Однажды она позволила себя связать, но впредь такого точно не повторится.

- Что они собираются сделать с нами? – спросил Геррер.

- Я не знаю, - ответил всё ещё растерянный Ферцен. – может быть принести в жертву, может быть… съесть… Я этого боюсь больше всего, Геррер. Ты поможешь мне спастись…

- Хватит уже плакаться, - перебила его Гельфида. – Даже я не боюсь.

- Скажи мне, Ферцен, - начал вопрос Геррер. – Это не давало мне покоя. Заечм тебя тогда забрали Клай Вурраэ и его друзья?

- Как ты запомнил его имя? Клай и его друзья перепутали меня с кем-то. Они спрашивали меня о таких вещах, о которых я и понятии я не имел.



- И они отпустили тебя? – предположил Геррер.

- Нет. Они не хотели меня отпускать. Они угрожали меня убить, если я им кое-чего скажу. Но я не знал, что говорить.

- Что они спрашивали? – серьёзным тоном спросил Геррер.

- Какой-то Путеводитель, я даже не знаю, что это такое.

Услышав это слово, Гельфида мигом сунулась в свою сумку. Её очень настораживало то, что сумку углуки так и не забрали у ней. Выходит, что эти углуки ничего не знают у Путе-водителе. Или, что более вероятно, просто не знают в лицо Геррера и Гельфиду, и завтра покажут их тому, кто знает их в лицо.

- Когда уже явится Владыка? – заорал один из углуков и отрыгнул. – Мне надоело слушать вопли этих девочек!

- Тише, Келрех! Он явится! Потерпи!

Углуки были пьяны как никогда.

- Так может, я их сам обыщу!

У Гельфиды забилось сердце.

- Владыка сказал, что ты ничего там не найдёшь! Поэтому лучше помалкивай там!

Раздался зловещий рык, но этот разговор закончился. У Гельфиды мгновенно отлегло.

- Что они хотят найти? – спросил Ферцен.

- Мы не знаем, - проговорил Геррер, прежде чем Гельфида брякнула бы глупость.

- Геррер, если мы вдруг выберемся, - пробормотал Ферцен. – И встретим ребят Клая… Заступись за меня… Иначе мне конец.

- Не паникуй, Ферцен. Мы выберемся, и всё будет хорошо.

- Ты успокаиваешь его, словно внучку, - раздраженно пробубнила Гельфида.

- Он напуган. Это нормально. И я напуган. Да и ты напугана, просто виду не подаёшь.

- Я напугана? – возмутилась Гельфида. – Да никогда.

- Тише там! – снова рявкнул углучий голос.

Один из углуков не выдержал бремени и уснул. Ох, и противное зрелище это было – спящий углук. Да и вообще углук в любом виде всегда противен. Это намного хуже варваров с востока или ненгарцев с Севера. Это даже в сто раз хуже Геррера, хотя и он всё равно варвар.



Время, казлось бы, тянулось бесконечно. Гельфида осмотрела клетку как только могла, но ничего хорошего о ней не узнала. Она была сделана на скорую руку, но, как ни странно, сделана слишком надёжно. Даже не похоже было, что её делали эти безмозглые углуки.

Прошло около пары часов. Ночь окончательно накрыла эти земли, и последним очагом света оставался костер, разведенный углуками. Он был итак огромен, но они всё подкидывали и подкидывали в него новые дрова. Если они все уснут, костёр может разойтись и спалить поллеса. А вместе с этой половиной леса и клетку с Гельфидой, Геррером и его другом. Не очень хорошая перспектива.

- Выпьем же во славу Владыке! – проговорил Келрех, приподняв свою кружку.

Остальные углуки довольно заурчали, но выпить Келрех так и не успел, так как появившаяся стрела проткнула и кружку, и его лоб. Он упал замертво оземь – на лице так и осталась довольная улыбка и ужасный оскал.

Среди углуков началась паника – но они падали всё заново и заново – стрелы без ошибок попадали в каждого из них.

- Кто это? – заорал Тольцхен, за секунду то того, как стрела накрыла и его.

За половину минут все угулки полегли, не успев даже предпринять никаких оборонитель-ных действий.

И наконец появились они. Три человека показались с разных сторон – и все они были по одинаковому одеты. Это были не те, кто преследовал Гельфиду и Геррера в роще…Да, это были не они, а значит есть шанс, что они не узнают, кем являются пленники.

- Мы здесь! – крикнул Ферцен. – Освободите нас!

Один из людей в капюшоне мигом обернулся и подошёл. Дверь в клетке он сломал мгновенно – только лишь поддев своим кинжалом.

- Я рад, что мы успели, - проговорил он. – Мы долго выслеживали вас.

- Вы нас выслеживали? – удивился Геррер.

- Да. Мы взяли ваш след три часа назад и с тех пор не отпускали. Откуда тут появились углуки?

Гельфида была удивлена тем, что с ними так учтиво разговаривают.

- Мы не знаем, - ответил Геррер. – Спасибо, что спасли нас.

- Давайте, выбирайтесь, - незнакомец учтиво подал руку Гельфиде.

Странное прикосновение. Будто притягательное.

- Я Рой, - произнёс он. – А это Бэй и Трур.

Они, похоже, не узнавали Ферцена, потому что не обращали на него никакого внимания.

- Рой! – крикнул один из его друзей. – Надо сжечь тела углуков. Их тут аж тринадцать.

- Они приготовили костёр сами за себя, - улыбнулся Рой. – Пусть горят всю ночь.

- А вы ловко стреляете, - сказала Гельфида.

- Дерёмся мы тоже ловко. Неспокойные времена. Как вы оказались здесь?

- Мы направлялись в Обсерваторию, - проговорила Гельфида. – И по пути нас поймали углуки. Хотели ограбить или убить.

- Скорее всего, и то, и другое. Мы здесь ищем мужчину и женщину, которые украли кое-что. Но вас тут трое…

- Это мы, - уверенно проговорил Геррер. – Вы искали нас.

Рой положил свою руку на эфес меча, который болтался на поясе.

- Оно у вас? – спросил он.

- Да, - сказал Геррер. – У нас.

- Что у нас? Я не могу понять? – лепетал Ферцен.

- Верните его.

- Как видите, мы вам не враги, - сказал Геррер. – Мы не работаем на углуков. Мы их враги. Герр Сёгмунд сам отдал нам его, чтобы мы отнесли его в безопасное место.

- Какое ещё безопасное место? – спросил Рой.

- Обсерватория Лорда Норда Анистона, - гордо проговорила Гельфида.

- Обсерватория? Мы поможем вам.

Лицо Гельфиды резко поменялось. Такого она точно не ожидала.

- Я-то ожидал, что вы убьёте нас, - сказал Геррер.

- Нет. Вы даже безоружные.

- Наше оружие там, - кивнула в сторону костра Гельфида.

Рой подошёл к костру, возле которого лежало три клинка и лук. Бэй и Трур вовсю перетаскивали тела угулуков в костер.

- Неплохое, - сказал Рой. – Стало быть, вы не просто прохожие.

- Дай сюда, - выхватил Геррер из рук Роя свой меч.

- Можете доверять нам, - сказал Рой. – Мы давние враги углуков. И если вы действительно направляетесь в Обсерваторию, мы проводим вас туда.

- Не нужна нам ничья помощь, - язвительно проговорила Гельфида.

- Наша помощь нужна. Если не хотите снова оказаться в клетке, вы обязаны принять нас. У вас и другого выбора нет. Мы должны быть уверены, что вы несёте Путеводитель туда.

- Путеводитель? – удивился Ферцен. – Так он у вас? Геррер, почему ты мне сразу не сказал?

- Так вы Геррер, - произнёс Рой. – Очень приятно. Надеюсь, что около вас не Ферцен?

- Нет, это мой младший брат Майгер, - улыбнулся Геррер. – Разве не похож?

В воздухе запахло горелым мясом – это начинали гореть углучьи тела.

- Уходим отсюда, - крикнул Трур (или Бэй). – А то завоняет.

- Мда, - улыбнулся Рой. – Вам лучше не ощущать этого.

- Позволь мне узнать, - сказал Геррер, когла они покинули место костра. – А что такого плохого сделал Ферцен… Мой старый друг.

- Не могу сказать, - серьёзно произнёс Рой. – Это большая тайна. Никому нельзя озвучивать.

- Даже нам? – спросила Гельфида.

- Даже вам.

- Кто же вы вообще такие? – спросил он.

- Мы – Слепые Охотники. Полуэльфы.

Рой стянул с ушей красную повязку и показал всем эльфийский вырез ушей. Только сейчас Гельфида поняла, что Рой совсем ещё юноша, который выглядел даже младше неё.

Мой бедный путник одинок».

Солон наконец-то проснулся. Сон его был долгим, и навряд ли он сейчас мог вспомнить, насколько. Как и не мог точно вспомнить, что же произошло перед тем, как он лишился сознания. Не были ли те обрывки последних воспоминаний всего лишь сном? Хотя Солону за всё это время снилось множество снов, самых разнообразных и нелепых, которые лучше всего было бы забыть.

Так сколько же? Сутки? Двое? Или вообще месяц?

Он наконец-то открыл глаза, и понял, что находится совершенно не в том месте, в котором ожидал. Кровать была нереально мягкой и нереально большой, с тонкими колоннами по бокам и каким-то подобием крыши. Огромное и ватное одеяло обильно было обшито позолотой и прочими украшениями. На таком месте точно не имел права спать простой выходец из Акры.

Такого не могло случиться ни в трущобах Акры, ни в горах Карнарии, ни даже в Академии герра Сёгмунда. Тогда где же? Что за след из нелепых снов?

Он аккуратно приподнял ставшую тяжёлой голову. В последний раз такое было, кога они с Бэрзом Баззари утащили из кабинета пьяницы профессора Фэнча бутылку рома и распили на двоих. Но сейчас было что-то другое, что заставляло удивляться всё больше и больше.

Не только кровать была королевской, но и всё остальное. Прямо напротив его взора висел огромный портрет человека, напоминающего нечто среднее между ним, Солоном, и человеком, которого он встретил недавно в горах. И... И обменялся с ним одеждами. Так значит вот что случилось? Он в королевских покоях? Или же это очередной нелепый сон?

- Он очнулся! - послышался голос какой-то молодой девушки, стоявшей у стены.

- Сейчас я позову гопод! - ответил ей юноша и скрылся.

Солон повернул не ставшую менее тяжёлой голову в их сторону, и сделал вывод, что они слуги. Его личные слуги? Бред какой-то. И он не может быть королём. Потому что у Карнарии королева.

Дверь распахнулась и в неё вошёл почти полностью седой мужчина и невысокая женщина, которая, судя по всему и была королевой. Солон помнил их лица, помнил, что мужчина нёс его, а женщина бежала рядом. Итак, картина склеивалась воедино.

- Наконец-то ты проснулся! - воскликнула женщина и приблизилась к его постели впритык.

Радость её была слишком неподдельна, и не должно было так вести себя королеве. Хотя сейчас вроде как можно — всё таки радость от возвращения пропавшего сына... Да хотя какого сына? Он же самозванец! Хотя признатся в этом — значит подписать себе смертный приговор.

- Что с тобой, случилось, сынок? - волнующе спросил его мужчина.

- Я не помню, - тихонько сказал Солон.

- Вообще ничего? Имя своё помнишь хотя бы?

- Что случилось с тобой? - не выдержала женщина, спрашивая сквозь слёзы, но мужчина движением пальца остановил её.

- Эн-то-эн, - медленно проговорил Солон, искренне надеявшись, что он прав.

- И то слава Великой Длани. Расскажи всё, что ты помнишь.

- Я ничего не помню, - проговорил Солон сквозь зубы.

- Нас-то ты помнишь хотя бы?

- Лорд Эс-гри-бур, - неуверенно пробормотал Солон, вспоминая события прошлой ночи, когда его называли именно так. Там ещё называли и его имя, но Солону не удалось вспомнить его, - а вы моя мать.

На этом моменте королева просто чуть не умерла от счастья:

- Ну вот же, Корден, мой мальчик всё помнит! Скоро память вернётся к нему окончательно!

- Вернётся, - успокоил её Эсгрибур, - нужно только каплю терпения. Мне кажется, что тебее пора просыпаться, Энтоэн.

- А этто обязательно? Я же...

- Даже самые знатные лорды должны просыпаться в три часа дня!

- Сколько я спал? - спросил Солон.

- Всю ночь. Целую ночь, - ответила ему плачущая королева.

«Целую ночь»... Это ещё не очень плохо, учитывая тот факт, что сам он рассчитывал на суток двое — не меньше. Значит всё вполне приемлимо, а голова пройдёт. Как прошла после кабинета профессора Фэнча.

То, что происходило в последние часы, было настолько непривычно для Солона, что он едва не сгорел со стыда. Поначалу его облачили в какую-то длинную рыбашку и долго отмывали. А так неловко мыться, когда моют молоденькие служанки! Потом Солона около часа рассчесывали, обливали какими-то жидкостями и одевали в какие-то невиданные наряды, намного красивей того, в котором он приехал сюда.

Когда Солон взглянул в зеркало, он просто не узнал самого себя. С другой стороны зеркала на него смотрел какой-то незнакомый лорд, бывший наверное одним из символов красоты королевства. Или просто казалось так, но настолько богато одетого и вкусно пахнущего человека в пределах Академии найти было нельзя.

Волосы, которые ещё недавно свисали сальными сосульками ему прямо в глаза, сейчас были пушистыми и аккуратно расчесанными в две разные стороны. Только-только начавшая пробиваться бородка была аккуратно сбрита и подбородок аж блестел. Солону захотелось тут же отвернуться от зеркала и убежать к себе обратно. Ему казалось, что он выглядит нелепо в том, что он сейчас и ему надо надеть его старые лохмотья.

Но один аспект нельзя было не заметить — человек из зеркала стал похож на лорда с портрета ещё больше. Угораздило же родиться похожим на принца!

И только после всех этихх процедур, занявших часа полтора-ва, не меньше, Солону позволили идти к обеденному столу. Или же теперь называть его Энтоэном?

Это был огромный зал, каких не было в Академии. Пол был из редкого мрамора, стены украшены различными фресками, росписями, картинами и портретами, на ппотолке огромная хрустальная люстра для свеч, а возле расписынх стен статуи и рыцарские доспехи.

Солона завели сюда и посадили во главу стола. Даже сама королева сидела на противоположной стороне, словно уступая тому бразды правления.

Стол был тоже большим — длинным и узким, рассчитанным персон на тридцать или даже чуть больше. Но занято было лишь чуть более половины мест — и все они заняты неведомыми лордами.

Этот стол был просто завален самой различной едой, которую о этого Солону даже не приходилось видеть, не то что пробовать. Два целиком зажаренных молодых поросёнка, полные вазы фруктов и ягод, заморская рыба, а так же различные невиданные доселе блюда и даже кувшины с вином. Интересно, а есть что-то кроме вина, чтобы просто попить?

- Милорд, - произнёс ему кто-то.

- Ваше Величество, - вторил тому голосу кто то ещё.

- Рады приветствовать, - и все прикладывали руку к сердцу и склоняли головы.

За всем этим колоритом Солон даже не заметил десятков слуг, которые украшали этот стол. Они наводили здесь самые маленькие штрихи. А самы интересным было то, что все слуги являлись молодыми парнями и девушками. Старые наверняка трудились на кухнях, потому как не были настолько ловки, как прежде.

Солон с вожделением смотрел на всё, что есть на столе. Он был настолько голоден, что готов был накинуться на это всё прямо сейчас, безо всяких прелюдий, и съесть всё в одиночку, не оставив ничего даже королеве. Но какой-то внутренний голос не позволял ему этого сделать.

- Мы рады видеть вас живым и здоровым, милорд Энтоэн, - произнёс кто-то.

Солон лишь коротко кивнул ему.

В этот миг ворота открылись и в помещение зашёл очередной лорд, лицо которого Солон помнил. На пару с Эсгрибуром они занесли его в покои, после чего «принц» канул в забытье. Этот лорд был выше и Эсгрибура, и самого Солона, хотя ненамного, но ощутимо. Ему если было больше тридцати, то только года на два-три, поэтому его можно было считать молодым. У него был длинный кожаный плащ, а лицо его чем-то напоминало лицо самого лорда Эсгрибура, хотя совершенно ясно, что они не были отцо и сыном.

- Приветствую, милорды, - произнёс он, - приветствую вас, милорд Энтоэн. Поздравляю с долгожданным возвращением.

Солон кивнул ему, а лорд занял место за столом подле Эсгрибура.

- Лорд Хаффнер Ларгбур, - представился он.

Солон поначалу по привычке собирался сказать, что он Солон Моррисон, но тут же опомнился и передумал. Как бы в следующий раз не случилось такого, чтобы он опомнился невовремя.

- Почему мы ещё не едим? - вдруг спросила королева. – Я умираю с голоду.

Знала бы она, как голоден Солон, который уже больше чем сутки ничего не ел. Даже короли и принцы бывают иногда голодны. Печально осозновать это.

Солону не удалось нкинуться на всё, что он видел сразу же. Почему подле его правой руки лежали два коротких ножа, а подле левой — несколько вилок и ложек. Они лежали на маленьких тряпочках, и Солон не мог понять для чего всего нужно так много. Он, конечно же ел до этого вилкой... Но четырьмя сразу?

Стоит посмотреть, как же едят другие. Те клали бифштексы на свои тарелки, вилкой протыкали его, а ножиком отрезали маленький кусочек и тихо съедали его. Почему всё так сложно? Нельзя ли просто взять его и съесть? А потом помыть руки, и всё будет хорошо.

Поначалу у Солона мало что получалось, но чуть позже он слегка приноровился. Хотя соблазн плюнуть на совесть и съесть всё руками не покидал его. Иначе так он ещё долго не сможет утолить свой голод.

- Сложновато так ведь, милорд? – спросил у него Хаффнер. У него-то получалось, будто-то он с этой вилкой родился. – Во времена наших праотцов короли пировали с диким шумом и обычаями. Они ели всё руками, а под столом бегали собаки, которым они кидали остатки мяса. Они упивались в усмерть вина на каждом пиру, и вино вперемешку с остатками еды стекало по их бороде. Пришли более цивильные времена, не находите ли, милорд?

- О, да, - ответил ему Солон, пытаясь нанизать кусок мяса на вилку.

- Кстати, я забыл о вас донести, - сказал Эсгрибур, - по поводу возвращения принца мы с лордом Ларгбуром решили устроить рыцарский турнир, а в последствии и пир. Ваше Величество, вы поддержите эту идею.

- О да, - сказала королева, - делайте, что хотите, покуда хватит денег.

Поначалу Солону вообще показалось, что на «Ваше Величество» обратились к нему, а не к королеве, и собирался было ответить, но его, к счастью, опередили. Он ещё не понял, как к нему должны обращаться.

- А это обязательно? - спросил он.

- Формально нет, - ответил Хаффнер Ларгбур, - но он необходим. Давние традиции, знаете ли. Милорд Энтоэн, не желаете ли сами поучаствовать?

- Нет-нет, - отринулся Солон.

Он хотел есть и ничего более.

- А зря. Народу не помешало бы увидеть, каким на деле является их главный защитник. Я бы и сам принял там участие, но нога ещё не до конца окрепла после того перелома.

И Ларгбур сделал наигранное страдальческое лицо. Наверняка, Энтоэн должен знать, что же случилось тогда с его ногой и должен был поддержать... Хотя Энтоэн-то это знал, а вот Солон нет.

- Ни к чему вспоминать неприятные моменты тех битв, - перебил Эсгрибур, после чего с лица Ларгбура исчезла улыбка, - повспоминаем позже, когда придёт должный час. Как вы относитесь к охоте, милорд?

- К охоте? - пожал плечами Солон. - Да я что-то и не помню.

- Значит, придёт время вспомнить. Не сейчас, конечно, но в скором времени, я предлагаю устроить охоту. В Королевском лесу. Вам сейчас как воздух требуется хороший воздух.

Хотя Солона устроил бы обычный отдых — лёжа на кровати. Как вообще охоту можно назвать отдыхом? Она же требует сил. К тому же Солон никогда в жизни не занимался охотой. А вдруг Энтоэн был заядлым охотником? Солон же ударит лицом в грязь, когда у него ничего не получится! Пора уже признаваться в том, что никакой он не принц, а оказался здесь случайно! Будь что будет! Но Солон всё ещё упорно молчал и долгое время молчать будет впредь.

- Придётся поднабраться терпения, - сказал Хаффнер, - предлагаю организовать её в субботний день, если будет субботняя охота.

- Дождей не предвидется, - сказал какой-то старый лорд, но никто не обратил на него внимания.

- Я согласен с Хаффнером, - сказал Эсгрибур и посмотрел на Солона.

Но Солон молчал. Он всё ещё пытался утолить свой великий голод, но до сих пор не получалось. Он перепробовал всё, что было на столе, и надо сказать, это было просто восхитительно. Практическки всё — а особенно понравились жаркое из перпёлки и отбивные в соусе с какой-то неведомой приправой. Хотя было и то, что имело отвратительный и непонятный вкус, но это уже не имело значения.

- Я поднимаю эту чашу, - проговорил Эсгрибур и встал, - за возвращение всеми любимого принца Энтоэна! Престол вернул своего знакомого наследника, а Королевство — защитника! Возрадуемся же этому!

- Возрадуемся! - вторили ему все остальные лорды и тоже вставали.

Хотя Солону показалось, что Хаффнер ничего не кричал, несмотря на то, что он тоже встал. Солон отпил немного вина. И надо сказать, что это было просто в миллионы раз вкуснее того пойла, что в своё время они украли у профессора Фэнча. То можно было пить лишь со сжатым носом и понемногу, а этого же хотелось ещё и ещё. Ну понятное дело — невероятно крепкий ром не идёт ни в какое сравнение с дорогим лёгким столовым вином.

Когда окончилась трапеза, Солон не остался убирать со стола, как привык, а волен был делать всё что угодно. Чаша вина, которую он осушил после обеда, всё же дала о себе знать. Но она принесла ему не тяжесть, а слакое облегчение, после которого его голова стала намного лучше себя чувствовать.

Он даже наелся, съев наверное больше, чем любые два лорда, вместе взятые. Он вообще не знал их лиц — почему они едят с ним за одним столом?

- Удели мне несколько минут, сынок, - тронул его сзади Эсгрибур.

Надо сказать, Солона даже обрадовало то, что кто-то назвал его не на «вы» и не на «милорд». Похоже, это правило действовало только на глазах знатных лордов.

- Конечно, милорд, - вежливо ответил ему Солон.

Солон не мог назвать его иначе, так как понимал, что он в этом мире стоит намного меньше, чем Эсгрибур. Он какой-то граф или герцог, а Солон всего лишь бывший адепт Академии герра Сёгмунда.

Хотя тут Солону стало немного страшновато. Для чего Эсгрибур зовёт его поговорить? Уже не заподозрил ли он чего неладного? Это было бы сейчас очень некстати! Хотя Солон и вправду не умеет себя вести как лорд, не говоря уже о короле или принце.

- Прогуляемся немного? - предложил Эсгрибур, после чего Солон неуверенно кивнул.

- Как ощущение от возвращения обратно? - спросил Эсгрибур, когда они покидали зал.

- Немного странновато. Но зато спокойно, - ответил Солон, и ему показалось, что ответ весьма неплох для такого случая.

- Понимаю тебя. Когда возвращаешься домой после длительных походов, когда ты лишён всех благ цивилизации, возвращение домой — к жене и родным — кажется просто сказкой. Скажи мне — а на самом ли деле ты ничего не помнишь?

- Почти ничего. Смутно помню даже возвращение.

- Очень жаль. Я всегда мечтал увидеть вновь того мальчика, с которым когда-то играл в своём замке. Ты наверное и не помнишь уже того? - Солон отрицательно покивал головой. - Тебе было восемь лет тогда Больше я и не видел тебя. Всегда были дела в Радерхосте, а в те редкие случаи, когда я был здесь, тебя не было. Когда ты пропал... Элизабет очень тосковала. Но я не мог приехать. Но когда её состояние стало ухудшаться, я плюнул на все дела и мигом прискакал в Бурейден. И надо сказать — не зря. Ты вернулся.

- Я бы был рад никуда не уходиить отсюда.

- То, что сталось с тобой тогда, - продолжил Эсгрибур, - не пожелаешшь никому во всём Эо Карнаре. Я-то думал, что это тебя и убило. Ты, верно, и этого не помнишь? - Солон вновь отрицательно покачачал головой. - И лучше тебе и не помнить. Сейчас ты должен начать новую жизнь. Взамен старой.

- Именно поэтому я сюда и вернулся, - сказал Солон.

Они покинули закрытую чать замка и оказались сейчас на свежем воздухе. Каким блаженством было сейчас подышать им!

Они миновали за это столько залов, коридоров и поворотоов, что Солон просто ужасался тому, сколько же много ему предстоит теперь запомнить. Просто ужасно много. И об этом даже думать не хотелось.

- Я умоляю тебя, Энтоэн, – проговорил лорд, - делай побольше приятного матери. Её состояние настолько неважно сейчас, что я очень переживаю за её жизнь. В начале потеря твоего отца на войне. Затем просто по глупости смерть твоих старших братьев. Такое может убить любого — тем более старую женщину. Меня бы убило. Ты — это всё, что у неё оставалось. Всё, что осталось сейчас. Элизабет не чужой человек мне, и я беспокоюсь. И ты не чужой, Энтоэн, поэтому прошу — не подводи.

Солон кивнул, но на глазах его едва не навернулись слёзы. Знала бы королева, что и этого сына у неё нет? Стоит ли тешить её этой иллюзией даальше или же сказать правду? А не убьёт ли эта правда её? Хотя если эта правда вскроется потом, то ударит по ней вдвойне. А это будет в разы хуже. Но Солон не мог. Не мог. Он не был настолько силён.

- Я сделаю всё, что могу.

Солон и Эсгрибур оказались там, откуда было видно весь Бурейден. Свысока, и зрелище это более чем завораживало. Жаль, что не было видно грандиознейшего Аглун Хед, ведь они находились на нём.

- Как твоё ощущение, Энтоэн? - спросил Эсгрибур. - Ощущение того, что всей этой красотой вскорости придётся завладеть?

- Нет такого ощущения, - решил быть откровенным Солон.

- Это пока что. Пока твоя голова ещё не пришла в порядок. Скоро придёт и всё будет как всегда. Знаешь ли, а многие веровали в твою смерть. Уверовали в лишения страной наследника а это начало бы колоссальную войну за престол. Все готовились к ней, но никто не знал, что тебе и тот свет ни по чём и ты оттуда вернёшься!

Солон улыбнулся. Он конечно, пережил утопцев, но точно не тот свет.

- Я устал, – сказал он, - и хочу ещё немного отдохнуть.

- Что ж, тога не смею тебя задерживать!

И Эсгрибур улыбнулся. Солон понял, что он ни в чём его не запоозрил и это ннемного радовало. Он бы сейчас отдал всё, чтобы вернуться в Академию, и чтобы Энтоэн вернулся сюда с памяться и все были бы рады...

А Эсгрибур такой. Он ничего не знает и улыбается. Хотя лишь по его видно, что он хоть и честный человек, но и в меру суровый. Отдавало каким-то холодным булатом, чситой мужской солидарностью и честностью превыше всего. Что ж, в этой, новой жизни, Эсгрибур не станет для Энтоэна чужим человеком.

Весь оставшийся день прошёл для него в подобном ключе — лорды, знатный ужин, вежливые благопожелания. На ночь снова заставили мыться, что дало Солону понять — жизнь в королевском замке тоже достаточно нелегка.

А самым удивительным было то, что он так и не проснулся! И всё это либо просто слишком хороший сон, либо же... Реальность. То ли такая же хорошая, а то ли... Суровая, чудовищная и настоящая.

 


Просмотров 277

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!