Главная Обратная связь Поможем написать вашу работу!

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Quot;Коснись рукой солнца". 1 часть



Да не собирался он никого убивать! Тем более это девчонку. Как ей вообще угораздило встать на его пути? Что она вообще делает здесь, и почему с той же целью, что и Геррер? Геррер вновь и вновь махал своим мечом, но по большей части защищаясь от дерзких выпадов этой девчонки. Поначалу ему казалось, что в любой момент он сможет закончить этот цирк и обезоружить ей, но в итоге его слова остались только мифом.

Он была не так уж и проста, и в мастерстве фехтования ничем не уступала опытному Герреру. Хоты с виду она лет на 7 была младше его, да и на полголовы уступала в росте. Да она же совсем ещё юна – как эта девчонка оказалась в таком месте? И кто её научил так драться?

А ведь сейчас я мог бы лишиться головы, - подумалось Герреру после опасного удара Гельфиды. Она не убьет его, а он её – но делать-то что-то надо.

Разве можно поуродовать такое симпатичное личико, как у неё? Она, естественно, сконфузило его до неузнаваемости, да ещё попыталась сделать и злым, но это мало у неё получалось.

Чтобы чуточку перевести дух, Геррер решил наконец-то перейти с места в карьер. Вместо парирования он применил уклон, сделал шаг к стороне девушки, и в половину силы ударил кулаком её в бок. Затем он собирался вывернуть её руку и накенц-то лишить оружия, но…

Он сам получил удар по носу, откуда немедленно прыснула кровь и заиграли искорки, словно танцующие огоньки. Если бы помутнение в глазах длилось хотя бы на полсекунды больше, Геррер точно лишился бы своей головы. На этот раз серьёзно. Она действительно намерена его убить. Что же с ней такое.

Забежав за первую попавшую колонну и уже начав бороться с девушкой сквозь неё, Геррер понял, что интересует его побольше этой передряги. Где Ринк? Куда она испарился? Уже убегает с той игрушкой, которую они собирались украсть? Не выполнив своей части обязательств? Гнев Геррера должен быть страшен. Избавиться бы только от этой девчонки, да только не убивать же её!

- Где ты научилась так драться? – спросил Геррер.

- Там где тебе никогда не побывать, бродяга!



- Может, хотя бы своё имя скажешь?

Вместо ответа Геррер получил ещё один сильный удар, который он опять сумел лишь с трудом парировать. С этой девкой не надо шутить шуток. Хотя гораздо приятнее было бы с ней именно пошутить, а не подраться.

И как поступать с Ринком? Этот полоумный был с ним, когда они через чёрные ходы проникали в этот дворец, они вместе блуждали по тёмным коридорам. И сравнительно недавно они разделились. Неужто Ринк… Использовал его как приманку? Да как Геррер сразу не догадался? По одному бесчестному взгляду этого поддонка было видно, что честности от него не жди.

Геррер вообще ищет своего друга Ферцена. Зачем этот Путеводитель вообще сдался ему? Зачем он воюет за него? Тем более с красивой молодой девушкой, которая собирается его убить!

- Хочу тебя расстроить, - произнёс Геррер, - но того, что ты собираешься забрать, сейчас уже там нет.

- Не пытайся обмануть меня. Я только недавно видела Путеводитель своими глазами и они меня не обманывали, в отличие от тебя!

- Можем проверить.

Девушка перестала атаковать, но свой клинок всё же оставила наготове. Она дышала уже тяжелее, чем до этого, а волосы были растрепаны и свисали на лицо.

- Только попробуй ударить мне в спину, - сквозь зубы произнесла она.

Сведя друг с другом свои мечи, они боком, медленно и плавно, словно каждый шаг стоил жизни, направились к саду.

- Я не собирался убивать тебя, - сказал Геррер и натяжно улыбнулся.



- Не я первой вытащила клинок.

- Но и не ты первой убрала его. Мне не нужно то, что находится там. Я ищу своего друга, которого потерял несколько дней назад…

- Мне неинтересно, - грубо произнесла девушка, что привело Геррера врасплох.

- Не груби мне, а то ведь я и разозлиться могу.

- Я не боюсь твоего гнева, потому что ты похож на варвара.

Геррер легонько засмеялся, потому что девчонка отчасти была права. Не хотелось ей целиком и полностью рассказывать всю свою историю, к тому же ситуация этого не требовала. Но спустя некоторое время не хотелось бы забывать её. По крайней мере очень быстро.

- Бойся варвара не за его гнев. А за его спокойствие, - сказал Геррер, войдя в сад.

 

Не то чтобы Путеводителя не было на нужном месте… Немного другое. Не было вообще того места, где ещё недавно он находился. Сад остался, но немного изменил очертания. Место среди деревьев, где находилось это сокровище, теперь было полностью заросшим.

- Его здесь нет, - сказала Гельфида.

- Значит, этот подлец его всё-таки унёс с собой, - ответил ей Геррер.

- Какой ещё подлец?

- Мой спутник. Который и втянул меня во всё это, - сказал Геррер, опустив меч. Ему показалось, что теперь уже нечего опасаться.

- Навряд ли твой спутник смог бы утащить его. Если он конечно же не маг. Он не мог украсть целое место.

- Место? – удивился Геррер, но тут же обернулся.

Там, внизу, были слышны голоса, и их было так много, будто бы они пришли сюда не с дружеским визитом, а с целью что-то захватить.

Геррер и Гельфида, словно в секунду объединившиеся одной целью выскочили из сада и побежали к ближайшему окну. Внизу, на расстоянии в пятнадцать или даже больше этажей, столпилось с две-три сотни мощно вооружённых воинов. Ни Герреру, ни Гельфиде не было известно, какому лорду они принадлежали, ибо стиль их доспехов не был знаком им.



Рогатые шлемы, широкие мечи и топоры, а так же тяжёлые доспехи с множеством шипов украшали неведомых гостей. Их принёс с собой алый рассвет - с высоты Академии виднелись первые лучи Солнца, что восходило для того, чтобы принести нового врага и четвёртую сторону в сегодняшнем противостоянии.

- Кто это? – испугавшись, спросила Гельфида у Геррера.

- Не знаю. Но и добрых намерений у них не вижу.

- А кто ты?

- Я Геррер. И не имею к ним никакого отношения.

Внизу раздался звук рога. Стало понятно, что сейчас начнётся невиданное сражение. Но за что? Неужто и они пришли за Путеводителем? Что в нём вообще такого, что он нужен всем?

Геррер и Гельфида мгновенно и единогласно рванулись вниз, чтобы узнать, в чём всё-таки дело. Повсюду на стенах трубили рога – магически заколдованные, работающие тогда, когда возвещается тревога. Свои спальни покидали более-менее взрослые ребята, учившиеся на старших курсах и уже обученные кое-чему. В убежище в подвале же убегали те, кто помоложе – четырнадцати- и пятнадцатилетние, толка в бою от которых не предвиделось бы. Преподаватели – совершенно различные – старые и молодые, большие и маленькие, вели своих подопечных вперёд. Всюду слышался шум и гам – и никто не замечал Геррера и Гельфиду – лишних здесь людей, пробирающихся сквозь толпу.

- Им ещё надо постараться, чтобы продавить защиту, - сказал совершенно маленький профессор, рождённый, судя по всему из рода эльфов-фей.

- Без профессора Сёгмунда нам не справиться, - сказала женщина в толстых очках.

- Он появится.

Знали бы они, что их достопочтимый и уважаемый Себастиан Сёгмунд сейчас мёртвым пластом лежит в своём кабинете, лишенный сознания молодым наёмником, оказавшимся тут случайно. И догадываются ли они вообще, с чем столкнулись?

Но между тем удивляло то, что в атмосфере замка не было ни капли паники. Все хотя и галдели без перебоя, но сами знали, что они делают, и как будут поступать дальше. Будь то опасность, или же наоборот – они были к этому готовы.
- Придётся принять бой, - сказал Геррер, когда они уже находились внизу, в огромном холле возле главных ворот.

- А ещё я хочу знать, кто это, - ответила Гельфида, всё же смотря на Геррера с небольшой долей неприязни.

Они не знали имён друг друга, но сейчас это и не требовалось. Точнее сказать, Геррер сказал своё девушке, но навряд ли она запомнила его. И навряд ли в ближайшее время будет называть как-нибудь по-другому кроме «варвара».

- Это углуки, - сказал появившийся герр Сёгмунд.

Он лежал без сознания не очень долго, но всё же вышел из него только что. У старика не было времени для того, что бы спускаться сюда на ногах, поэтому он попросту применил телепортацию и эффектно материализовался прямо из воздуха, попутно кого-то напугав.

- Они пришли сюда, чтобы забрать Путеводитель, - сказал он какому-то близ стоящему высокому профессору.

- Зачем он понадобился им?

- Об этом позже. Я предвидел то, что за ним придут. А за ним пришли не одни углуки.

- Как вообще углуки смогли проникнуть сюда? – удивилась пожилая женщина, подошедшая к Сёгмунду. – О них уже не было слышно очень давно. Как они проникли сюда обратно?

- Я разберусь. Но сейчас оборона. – и герр Сёгмунд резко сменил тихий голос на низкий и громкий бас: - Громить это отродье! Не жалеть никого! Мы не уступим то, что по праву наше.

Тут же раздались громкие хвалебные возгласы сопровождающие самих же себя в путь. Геррер тоже было собирался это сделать, но потом понял, что не стоит, так как в этом месте он сам и враг и чужой.

Донёслись тяжелые толчок и стук – это углуки применили свой огромный таран. Проломить ворота – иного пути у них не было. С высоких башен на них посыпались стрелы, которые пускали юные адепты из своих зачарованных луков. Но углуков оттого меньше не становилось – таран стучал всё с большей и большей силы. Они и сами пускали в ответ стрелы – но скорее всего, ни в кого не попадали.

Сёгмунд начал бормотать какие-то заклинания, придающие защиту этим воротам. Но уже становилось очевидно, что надолго их не задержать. Огромная толпа, состоящая из адептов-воинов и преподавателей, уже заняла свои позиции, выставила наружу волшебные палочки и приготовилась к бою. Магия сильнее мечей, но другое дело, если этих мечей на порядок больше.

Бой начался тогда, когда углуки всё же проломили ворота. Огромные и восхитительные ворота разломались, словно краюшка хлеба, слегка подсушенная, но такая же хрупкая. Из-за получившегося отверстия поползли углуки, принеся с собой первые лучи солнца. Под их ногами уже виднелись несколько корчившихся бойцов, подкошенных стрелами. Но эти потери нисколько не ослабили тех, кто нападал.

Геррер и Гельфида вновь и вновь махали мечами, протыкая плоть углуков. К счастью, им приходилось видеть их впервые, и тем более убивать. Углуки не были слишком искусными бойцами, но давили по большей части числом. В их сторону летели магические разноцветные лучи, которые поначалу ломали их доспехи, а потом уже и подкашивали. Те падали – некоторые обратно поднимались, некоторые погибали, оставаясь на полу.

Некоторые адепты тоже были вооружены мечами. Они и приняли первыми бой наряду с Геррером и Гельфидой. Было немного жаль этих ребят – ведь они рисковали сейчас своей жизни.

Только для чего ей рискует Геррер, он не понимал. Бьющаяся рядом Гельфида тоже. По одиночке они искуснее любого углука, но смогут ли они истребить всех? Навряд ли. Нужно либо убегать, либо с гордостью принимать смерть.

Проклятый Ринк Милиэр не пришёл – он либо где-то прячется, либо уже умудрился покинуть это место. Если так, то он окажется настолько подлым, что хуже и представить нельзя.

Когда Геррер срубил какому-то незадачливому углуку половину черепа и оттуда струей брызнули кровь и остатки мозгов, он понял, что это не люди. Не эльфы. А что-то иное. Противное, и уж тем более больше походящее на варваров, чем Геррер.

Углуки были сильны, но и герра Сёгмунда был на это свой козырь. Лёгкий взмах его руки – и кирпичи в стенах начали двигаться. Кирпичи группировались, преображались и становились каменными бойцами. Они были оснащены тяжелыми топорами, а в руках держали круглые щиты.

- Пусть Академия защищает сама себя! – воскликнул Сёгмунд. - Все, кроме преподавателей – уходите в подземелье! Спасайте свои жизни.

К сожалению, свои жизни смогли спасти не все – на полу, между углуков, было несколько совсем молодых ребят – 18-20 лет, с совсем ещё молодыми лицами и едва начинавшей расти бородой. Их обратно уже навряд ли моно вернуть – но и оплакивать точно не к месту. Те, которые среди погибших возможно, имели близких друзей, стали покидать поле боя.

Каменные вои умело защищали адептов – они крушили черепа углуков, но и сами временами теряли свои конечности и лишались возможности двигаться. Они преградили углукам путь, пока адепты покидали занятые позиции.

- Дочь Георега! – закричал Сёгмунд, окликая Гельфиду.

Та обернулась, попутно отрубая руку какому-то углуку. Геррер тоже обернулся вместе с ней и увидел стоящего на вершине лестницы герра Сёгмунда.

- За мной! – крикнул он ещё раз.

И, прежде чем она успела сделать хотя бы шаг, что-то перенесли её на много этажей вверх, обратно в кабинет Сёгмунда.

- Как я здесь… - начала было лепетать она, но увидев лежащего рядом Геррера, тон её ещё более сменился: - а ты как здесь оказался?

- Нам не удержать Академию, - сказал Сёгмунд, - я не рассчитывал, что когда-то её атакует сразу целая армия.

- Мне очень жаль, герр… - начало было Гельфида, но старик её перебил:

- Ни к чему мне эти любезности, наивная девчонка. Я знаю, что тебе всё равно на то, что случится с моим замком дальше, но…

- Пусти меня обратно и я убью их всех, - заговорил поднимающийся Геррер.

- И геройства мне тоже ни к чему. Твой друг отлично разыграл тебя, использовав в качестве приманки. И, прямо говоря, ему это отлично удалось. Только он не украл Путеводитель. Не знаю, к лучшему это или нет.

- В любом случае я после поймал бы его и убил, - сказал Геррер, услышав слова о Ринке, - я не терплю обмана.

- Тебе не это предстоит. Раз уже тебе удалось атаковать меня, значит на тебя можно положиться.

- О чём вы? – удивилась Гельфида.

- Взглянем правде в глаза – Академию мне не удержать. Если даже сегодня каким-то чудом нам удастся отбить её, то придут новые. Их будет ещё больше, и они станут приходить и приходить, пока не убьют нас всех. В любом случае они захватят Путеводитель, а чем это обернется, вам расскажет Норд, потому что сейчас на это времени нет. Поэтому заберите его сейчас и в любом случае доставьте в Обсерваторию. Норд знает что делать. Даже если не знает, другого выбора нет.

Сёгмунд протянул Гельфиде какую-то изрядно украшенную рубинами шкатулку. Она уже собиралась её открыть, но старик быстрым движением остановил её руку и сказал:

- Не надо открывать её. Путеводителю там мало места, и он рвётся обратно. Поэтому и время у вас тоже не бесконечное. Быстрее отправляйтесь в Обсерваторию. Любой ценой. Ценой своей ли жизни, ещё чей-то – меня не волнует. Спасите его.

Гельфида и Геррер стояли в исступлении и смотрели друг на друга. На кой чёрт судьба свела их вместе именно сейчас? Она считала его неотесанным варваром, а он её – сопливой девчонкой. И что ещё за инструмент в их руках? По крайней мере Гельфида знает что это.

Хотя Геррера больше волнует сейчас всё равно Ферцен. Да ещё и Ринк Милиэр. Всё это обернулось для Геррера ужаснейшим днём за последнее время. Таким днём, какой он себе и представить не мог. Срубил с полтора десятка углучих голов, подписался на какое-то задание. Да и вообще, кто такие эти углуки?

- Ты бы рассказал, что тут происходит, - попросил Геррер.

- Сейчас не до этого. Я, конечно же, ненавижу вас обоих за то, что вы устроили. Но положиться больше не на кого. Сегодня сразу трое пришли за сокровищем, а значит, что ему суждено покинуть эти стены. Так решила судьба, а не вы… Потому…

Герр Сёгмунд щёлкнул пальцами и наступила темнота. А потом они ощутили, как падают в пропасть сквозь какую-то невидимую узкую трубу, что не давала им даже дышать. А ещё через секунду они с грохотом упали друг на друга на каком-то зелёном луге. Гельфида мигом же слезла с незнакомца , оглянувшись по сторонам. Академия виднелась только вдалеке, а это значила, что к ним снова применили телепортацию Ощущение не из лучших, надо сказать. Хотя когда они перемещались из холла в кабинет Сёгмунда, было не так туго. Может, дело в расстоянии? Или Сёгмунд просто решил поиздеваться?

- Тогда, может быть, ты расскажешь мне, что происходит? – требовательно сказал Геррер.

- Отвали, - грубо пробубнила Гельфида, пряча заветную шкатулку себе в дорожную сумку.

- Почему опять так грубо? У тебя теперь не будет другого выбора, кроме как довериться мне!

- С чего ты взял?

- Нам же теперь вроде бы куда-то идти вместе…

- Кто тебе сказал, что я возьму тебя с собой? – не бросив ни единого взгляда в сторону Геррера, сказал Гельфида.

- Этот самый старик же!

- Он не друг мне, - сказав это, Гельфида принялась куда-то идти.

- Зачем ты уходишь? Мы же не спали всю ночь!

- Для того, чтобы спать, у нас должно быть время, - сказала Гельфида, - а его у нас нет, варвар.

Увидев, что девушка ушла уже достаточно от него, он приподнялся с мягкой травы в росе и приспустился за ней, словно она была для него чем-то более важным, чем просто случайная попутчица.

- Я не варвар. Меня зовут Геррер.

- Я Гельфида, - ответила она, даже не обернувшись, но Герреру этого было достаточно, чтобы продолжить путь.

 

Бродячий Бард - мой Бог».

Солона не покидала мысль о том, что он заблудился. И с каждым часом он убеждался в этом всё больше и больше. И теперь уже совершенно точно не знал, где он находится. Вдалеке уже виднелись горы с изощрёнными пиками, скалами и обрывами. Это могло лишь наводить на мысль о том, что это Эредгриттские горы на границе Карнарии и старого Ненгара. Но ведь это же всего лишь предположение, которое не обязано быть правдой.

Наверное, только Старые Боги могли описать то, как сейчас выглядел Солон. Благородному адепту Солнечной Академии точно уже не пристало быть похожим на грязного бродягу, похожего на лесных леших да вурдулаков, от которых Солон слышал от отца. Очень давно.

А ещё и на душе было как никогда погано. Не из-за внешнего вида, конечно. Перед глазами до сих пор стояла смерть Кенгорма. А ещё неизвестная судьба Райлега и Эрика не давала покоя. Вдруг они тоже сейчас мотаются по неизвестным землям в поисках дома? Это был бы неплохой вариант, учитывая то, что их могла постичь участь погибшего Кенгорма. Это и привело Солона к тому выводу, что ему очень повезло. Хотя почему же он тогда чувствует то, как разрывают его душу, а затем обратно сшивают? Почему же он не радуется своей участи, прыгая от счастья?

По ночам в этих краях было холодновато, хотя ещё даже не закончился май. Приходилось страдать в эти ночи, плохо спать и в целом просто переживать их. Как же хорошо было бы вернуться сейчас в родную теплую постель и не покидать её несколько суток, чтобы рассчитаться сполна с теми испытаниями, которые Солону угораздило пережить.

Спустя четыре-пять часов после полудня юноша смог найти тракт. Не самый главный в Королевстве, но всё же вполне себе пригодную дорогу для того, чтобы по ней передвигаться.

Тракт – это очень хорошо. Это даже очень хорошо, потому что любая дорога приведёт в какой-никакой город. И пусть в этом городе не все будут рады Солону, зато там он по крайней мере не будет беспокоиться за своё выживание.

Горы теперь уже были как никогда близко. Солон впервые за свою жизнь мог в такой непосредственной близости любоваться ими, и зрелище это поистине будоражило. Заснеженными пиками они упирались прямо в небо. А некоторые были даже выше самого неба, и потому этих пиков вообще не было видно.

Это точно Эретгриттские горы, потому нигде больше в Королевстве таких высоких гор не было. Если только Солон не успел за это время оказаться в каком-то другом королевстве, или его глаза не окутала волшебная туманная пелена.

Он двинулся на юг, потому что к Северу скорее всего скоро заканчивались карнарские владения, и начинались либо суровые и мёртвые Ненгарские Земли, либо сумрачный и забытый всеми Латьен. В стороне Юга же и были самые большие города Королевства, и вместе с ними и сама его столица – славный Бурейден.

Тракт не пользовался особой популярностью, потому что за последующий час он не встретил здесь ни единой души. Либо этот путь вёл в никуда, в давно уже забытые земли, либо же он просто уступал другому, более широкому и удобному тракту, идущему неподалеку от этого.

- Остановись, путник! – услышал Солон чей-то голос сзади.

Солон, словно крик сзади был для него призывом, мгновенно обернулся. В ожидании чуда и спасения. Это был всадник на белом коне, да и таком, что подобной красоты коня было почти нереально найти в карнарских землях. Сам всадник был человеком богатым, что было видно с первого же взгляда. Одежды были его настолько яркими да украшенными, что по меньшей мере должны были принадлежать какому-то графу. Если не считать то, что они были потёрты во многих местах, а в некоторых даже порваны.

Солон остановился.

- Куда путь держишь, добрый странник? – спросил незнакомец, равняясь с Солоном.

- Я? Эммм… В Акру…

- В Акру, значит… Тогда ты должен был идти в другую сторону.

И всадник тихо, но не очень весело, протяжно захохотал.

- Составь мне компанию, странник. Пообщайся со мной, - предложил всадник.

- Хорошо, - чуть робко ответил Солон. Людей с таким аристократически невежливым характером он не видывал раньше.

Незнакомец медленно спустился с коня и медленно отошёл к краю дороги. Было видно, как тяжело он хромает и мечтает поскорее присесть.

- Как тебя зовут? – спросил он, - и что ты делаешь на Старом Тракте?

- Меня зовут Солон. По правде говоря, я заблудился. И уже несколько дней не могу найти дороги.

- Таких ребят здесь не мало. Но вряд ли кто-то из них смог бы заинтересовать меня столь же сильно, как и ты.

Чем-то заинтересовал? Ничего не могло быть более странным в такое время и в таком месте. Пожалуй, побольше узнать не повредило бы.

- А как вас зовут? – спросил Солон.

- Пожалуй, тебе не стоит знать моего имени, Солон. Его звучание может тебя взбудоражить или напугать. Можешь просто называть меня «незнакомцем». Или «одиноким путником». Как хочешь называй меня, но только не по имени.

Солон не стал настаивать. Не смог. Лицо незнакомца уж точно не было похоже на лицо, которым должен обладать типичный граф. Под глазами огромные синяки, кожа бледная и какая-то потрепанная, частично укрытое небольшими шрамами. Не такими, которыми обладает опытный вояка. А такими, какими обладает то, кого часто бьют.

- Вы не знаете дороги до Акры? – спросил Солон.

- Если даже и знал, то давно забыл, - тихо ответил незнакомец, - да и не туда совсем тебе надо, Солон.

- А куда же тогда?

- Не знаю. Твоей же судьбе решать это. Не просто так ты оказался здесь. Как тебя вообще угораздило заблудиться?

Солон на секунду уже был уверен, что пора рассказать про Академию герра Сёгмунда, заставы в Королевском Лесу, и нападение утопцев. Но потом эта идея мигом вылетела у него из головы. Он даже не знает имени незнакомца, ни к чему ему рассказывать такие тайны!

- Я шёл с друзьями через лес. Но потом я заблудился и потерял их. Не зная дороги, я оказался здесь.

- А шёл ты в Акру? – спросил незнакомец.

- Да.

- Будет тебе ещё Акра. Не желаешь отведать моего табака?

Он вытащил из-за пазухи небольшой мешочек, набитый чем-то мягким, наверное, табаком, и длинную курильную трубку.

- Я не курю табак, - ответил Солон.

- И я не курю. Но такой табак не грех и отведать, - сказал незнакомец и принялся набивать трубку содержимым мешочка.

- Я не привык курить табак. У нас не разрешают.

- У вас не разрешают? Где же это? – спросил незнакомец, плотно затягиваясь табаком. Приятный аромат мигом наполнил и душу Солона.

- Отец не разрешает. Строгий отец.

- Но сейчас-то с тобой нет отца. Ты заблудился. И думаю, не скоро его увидишь.

Знал бы незнакомец, что Солон не видел своего отца уже более четырёх лет. И навряд ли вообще его когда-то увидит. Если, конечно, чудом не окажется в Акре, и там его случайно не встретит.

- Как-нибудь в следующий раз, - всё же ответил Солон.

- Понимаю тебя, - ответил незнакомец, - но ты никогда не поймёшь меня. Моя жизненная история прошла чуть больше лет, чем ты думаешь. Хотя не настолько много лет, как ты думаешь.

Странник выглядел на возраст тридцати-тридцати двух лет, хотя голос его был чуть помоложе, чем внешний вид. Было ли это только странное ощущение, или что-то значащий факт, Солон не знал.

- Подобные мне никогда не оказываются на таких дорогах, - продолжал незнакомец, планомерно покуривая свою длинную трубку.

- Где же оказываются подобные вам? –спросил Солон.

- Если я расскажу тебе, то ты просто рассмеёшься. И не поверишь мне. Никто не верил с тех пор, как я покинул свой город. В который я никогда не вернусь.

- Почему?

- Потому что это больше не мой город, Солон. Ты, наверное, ещё слишком юн, чтобы понять.

- Я молод, но я не глуп, - ответил Солон.

- Так многие говорят. Почти все, если считать только тех, кого я встретил за период своих скитаний. Почему у них никогда не вставало вопроса – правильно ли то, что они сейчас сидят рядом со мной, наравне с мной, и всем предлагаю я тот табак, что курю сам?

- А что в этом странного? – поинтересовался Солон, так как незнакомец уже полностью запутал его.

- Вот я и говорил, что не поймёшь. Скажи мне – не возникало ли у тебя никогда вопроса – заслуженно ли ты занимаешь то место, на котором сейчас находишься?

Только вот что считать за то «место, где он находится»? Судя по всему, это должна быть Академия, но… Он не в ней и потерял её…

- Порой я думаю, что я не заслуживаю своего места.

- А я тебе по-другому скажу, - промолвил незнакомец, - то, что твое место совсем не в твоем обществе, твоём доме или в компании твоих друзей. В данный момент оно находится здесь, на этой траве. На обочине этой дороге, рядом с бродягой, курящим трубку с самым дорогим табаком в Родевиле.

- К чему это всё?

- К тому, что ты прав, - ответил странник и улыбнулся. После чего сразу стало заметно, что у того нет одного зуба. – Не заслуживаешь. Точнее не заслуживал бы, если бы я заслуживал того, которого недавно лишился.

- Я не понимаю, - сказал Солон.

- Знаю, что не понимаешь. Но скоро поймёшь. Твоё место не там, к чему привязано твоё сознание. А там, где находится тот кусок мяса, которым является твоё тело. И ты не можешь знать, что с тобой будет через несколько дней, часов, или даже минут! Этим и прекрасно то блаженное неведение, которым обладаем сейчас и ты, и я.

- Мне не особенно нравится перспектива через несколько дней оказаться в руках разбойников, сдохнуть от голода, или оказаться растерзанным зверьми.

- Тогда почему ты ещё не разорван? Судьба бережёт тебя, Солон. Она много кого бережёт, но только для того, чтобы однажды использовать в нужный момент. Меня, как видишь, она уже отберегла. И использовала.

- Не говорите так. Никогда нельзя отчаиваться настолько сильно. Отчаяние губит людей.

- Можно. Можно убить свою судьбу, но всё же закончить свой путь не зря, передав правильный огонёк надежды другому, если уж для себя я его использовать не смогу.

Но что за огонёк? Что за надежда? И что за судьба? Солону даже не хотелось спрашивать об этом у незнакомца, поскольку он знал, что тот всё равно не ответит ему. Или ответит, но настолько размывчато, что Солон сотню раз пожалеет о том, что сделал это.

- Почему не сможете?

- Место, которое я занимал раньше, я считал незыблемым для себя. Но был глубоко не прав, потому и пытаюсь уберечь от этого каждого, кого встречаю на этой дороге. Все наши положения в этой жизни временны и неустойчивы. Они могут только прельщать своими красками, но внутри может показаться их настоящая гниль и чёрные тона.

- А оттого вы мне предлагаете отказаться от стабильного положения в обществе, обменяв его на жизнь странника и авантюриста?

- Твоя жизнь – твоя и судьба. Не моя. Я не могу тебе ничего предлагать, и тем более заставлять чего-то делать. Но могу направить на истинный путь. Попытаться наставить. Хотя какое я имею на это право? Если сейчас наше место находится рядом, на одной обочине одной и той же дороги. И нет среди нас ни неба, ни земли, ни грязи, ни князя.

Когда табак в трубе странника закончился и истлел до конца, он спрятал её обратно, туда, откуда и взял. Только сейчас Солон заметил, что левую руку незнакомца украшали два огромных перстня. Один из них был золотым, с огромным рубином посередине, а вот другой перстень был обрамлён каким-то диковинным, голубым и блестящим драгоценным камнем. Неужто и впрямь этот человек богат? Или был богат когда-то, а сейчас на его кисти красуются лишь следы былого величия и богатства?

- Откуда же я могу знать, кто из нас земля, а кто небо? – сказал Солон.

Странник неожиданно застыл, будто бы уснул с открытыми глазами. Слегка подрагивал лишь правый уголок его верхней губы. Солон придирчиво всмотрелся в его лицо, но тут незнакомца резко передёрнуло, и он будто бы очнулся.

- А ты любишь себя, - сказал он и улыбнулся, - но не в этом деле. Видел ли ты, юный Солон, когда-нибудь спектакль? Неважно – в обустроенном ли дорогом театре или просто на улице.

- Когда я был маленьким, на улицах Акры частенько появлялись бродячие труппы актёров. Иногда они даже привозили и гномов. Порой было так весело.

Незнакомец ещё раз улыбнулся и проговорил:

- Акра тут не при чём. Ты видишь театр каждый день, каждую ночь, да что говорить – каждую секунду времени. И этот спектакль вы все называете жизнью и относитесь к ней настолько серьёзно, что боитесь потерять эту роль больше всего. Хотя в этой жизни ты актёр, только пока не знаешь этого. И исполняешь свою роль. При чём довольно неплохо, чего ты тоже не знаешь. На тебе раскрашенная яркая маска, и на мне тоже.


Просмотров 253

Эта страница нарушает авторские права




allrefrs.ru - 2021 год. Все права принадлежат их авторам!