Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Краткий перечень и характеристика основных этапов развития мировой гостиничной индустрии с древних времен до конца XX в. 21 часть



Чуть раньше, в 1714 г. при прокладке государственной дороги Санкт-Петербург—Архангельск, в 50 км от Петрозаводска были найдены железистые воды. До сегодняшнего дня существует деревня с названием Дворцы. В ней были возведены по личному плану Петра I деревянные строения как для царствующей фамилии, так и для ее свиты, кроме того, рядом были воздвигнуты жилые корпуса, где должны были проживать врачи и приехавшие лечиться. Основателем первого санатория был В. Гекинг, бывший до этого начальником олонецких заводов.

Сам Петр I с женой Екатериной выехал на марциальные воды (название получили по средневековому символу железа) первый раз в январе 1719 г. По возвращении им был издан Указ «О марци-альных водах объявление», где приглашали больных на этот курорт (что в дословном переводе с немецкого значит «лечебное место»), перечисляя болезни, от которых можно вылечиться благодаря местным водам. В указе четко оговаривалось, как должны вести себя больные до, во время и после лечения, какой соблюдать режим. Через год Петр I повторно приехал в Кончезерск, проведя там 16 дней. Его здоровье настолько улучшилось, что он на радостях не только произвел В. Гекинга в генералы (до этого у того было звание полковника), но и дал вольную и освободил ото всех налогов бывшего посессионного рабочего Ивана Рябова, который первый вылечился данными водами, т.е. открыл, по сути, курорт.

После смерти императора, который еще дважды приезжал в эти места, санаторий постепенно стал угасать. Елизавета Петровна вдохнула было в него жизнь, но не надолго. Он был восстановлен спустя почти два столетия — в 1964 г.

* В Бадене в 1698 и 1708 гг.; в Карлсбаде — в 1711—1712 гг.; в Бад-Пирмонте — в 1716 г.; в Спа — в 1717 г. и др.


В XIX в. уже не только привозили минеральные воды в бутылках из-за границы, но в Казенном ведомстве официально состояло шесть местностей, где были целебные источники: Кавказ, Старорусские, Липецкие, Сергиевские, Коммернские (Латвия), Бусинские (Польша). Кроме того, были известны десятки различных мест, где создавались курорты не государственного, но местного уровня и значения. Адъюнкт Отделения восточных языков в Санкт-Петербургской Академии Г. Ю. Клапрот, сопровождавший делегацию посла Головкина в Китай, замечает о водах Тифлиса следующее: «В воде содержится некоторое количество серы, и мыться ею очень полезно.».

Наиболее престижные курортные места: Ливадия, Мисхор, Алупка, Гурзуф, Боржоми и др. — были собственностью царской семьи и высшей аристократии. Принц Ольденбургский, муж сестры императора Александра I Марии Павловны, взял, например, в аренду Гагру.



Но тем не менее лечебный туризм в царской России существовал. Перед Первой мировой войной в нашем государстве насчитывалось до 60 санаториев, где могло одновременно отдыхать и лечиться 3000 человек, что, правда, составляло 0,0025 % от общего населения. Кроме того, в аристократической среде считалось хорошим тоном поправлять свое здоровье на зарубежных европейских курортах.

Паломнический туризм приобретал с каждым столетием в России все больший размах. Надо отметить, что в XIX в. произошли определенные социальные изменения среди участников паломнических туров. Все больше среди пилигримов, которые отправлялись за рубеж, стало встречаться крестьян.

Последним произведением, написанном в жанре «хожений» были «Странствия Василия Григоровича-Барского по Святым местам Востока с 1723 по 1747 г.». Автор этих записок В.Г.Григорович-Барский был прирожденным путешественником. Закончив Киево-Могилянскую академию, он в апреле 1724 г. отправляется в путешествие, которое продолжалось, практически, всю его жизнь. Сначала путь В.Г. Григоровича-Барского лежал в Европу: Рим, Пешт, Вена. В Бари он поклонялся мощам св. Николая Мирликий-ского, далее его путь лежал через Венецию, острова Корфу и Хиос к Афону. После посещения афонских монастырей он направляется в Палестину, оттуда в Египет, после чего вновь возвращается в Палестину через Синайский полуостров. В Дамаске паломник принимает монашеский постриг. Из Малой Азии он переправляется в Константинополь, откуда через Болгарию, Румынию и Польшу он возвращается на родину, где вскоре умирает.

Эстафету В. Г. Григоровича-Барского перенимает А. С. Норов, также заядлый путешественник. О своих европейских турах он рассказал в «Путешествии по Сицилии в 1822 г.», восточные вояжи




освещены в «Путешествии по Египту и Нубии в 1834— 1837 гг.», но особо надо выделить его «Путешествие по Святой Земле». А. С. Норов не просто описывает те или иные святыни и путь к ним, но он пытается, спустя восемь веков, идентифицировать некоторые из них с теми, что описывал игумен Даниил в своем «Хожении». Так, на месте некой обители, названной у Даниила Рувой, в XIX в. находится монастырь св. Харитона. Для этого А. С. Норов приводит и сопоставляет топографические данные [41].

Во время посещения им горного монастыря св. Саввы, путешественник случайно в одной из его башен обнаруживает свалку старых книг. Настоятель монастыря разрешает ему их разобрать. И А. С. Норов находит среди этих пергаментных и бумажных залежей рукописи на греческом языке, восходящие к IX в., и рукописи, как он пишет, «словенские» XIII —XIV вв. За проделанную работу в переборке этих рукописных сокровищ ему было разрешено взять с собой 15 книг.

Записки паломников, конечно, претерпевали жанровые изменения в связи с велением времени. К русской романтической прозе относятся произведения А.Н.Муравьева «Путешествия по Святым местам русским» и «Путешествие по Святым местам в 1830 г.». Они оказали значительное религиозное воздействие на русскую интеллигенцию и сделали его имя знаменитым среди всей читающей публики. А.С. Пушкин в неоконченной рецензии на эти книги отмечал, что «он посетил Святые места как верующий, как смиренный христианин, как простодушный крестоносец, жаждущий повергнуться во прах перед гробом Христа Спасителя».

Многие начинают пересматривать свои жизненные ориентиры под воздействием прочитанного. Знаменитый русский прозаик Н.С. Лесков писал, что «он первый из светских людей начал вещать о таких вопросах, которые до него «светских» людей не интересовали и они не умели до них тронуться».

А.Н.Муравьев, занимаясь профессионально историей христианства, дает определенные пояснения к описываемым им святыням. Перемежает свои повествования цитатами из Библии. Паломники стремились посетить Иерусалим во время праздника Пасхи. Поэтому описание празднования Пасхи занимает достойное место в его «Путешествии...».

А. Н. Муравьев внес свою лепту и в описание и «популяризи-рование» (если так можно сказать) русских Святых мест. Он посетил как паломник Троице-Сергиеву Лавру, монастыри Ростова Великого, Новый Иерусалим, Валаам и Киево-Печерскую Лавру и многие другие места. Специальный труд им был посвящен отечественным святыням.

Совершенно другим по стилю и восприятию увиденного является «Сказание о странствии и путешествиях по России, Молдавии, Турции и Святой Земле постриженника святыя Горы Афон-


ския инока Порфирия». Этот безыскусный, почти лубочный рассказ о путевых впечатлениях поражает глубиной восприятия христианских святынь.

Заметки Порфирия дают возможность ознакомиться с организацией паломнического туризма к середине XIX в. Инок отмечал, что всех паломников в Яффе встречал российский консул, по приказу которого из-за сильного волнения на море была налажена безопасная переправа пассажиров с корабля, который не мог подойти к пирсу, на лодки, а оттуда уже к берегу. Всех прибывших тут же перевезли в Греческий монастырь, где распределили «по номерам».

На следующий день паломникам помогли перенести вещи, выделили животных: «верблюдов, лошадей, ослов», на которых предстояло проделать путь до Иерусалима. В Иерусалиме прибывшие были размещены в гостинице Патриаршего монастыря [41].

Паломнический маршрут был детально разработан. Ежедневно пилигримы получали «повестки», как их называет Порфирий, с указанием, куда они пойдут на следующий день. «Поутру рано дали повестку, чтобы новые паломники шли в Гефсиманию, ко гробу Божией Матери...»

Русская духовная миссия в Иерусалиме, начавшая свою деятельность в 1847 г., играла огромную роль в организации паломнического туризма. В 1882 г. было создано Императорское православное палестинское общество (ИППО). В его задачи и круг деятельности входила не только организация паломников, но Общество вело значительную благотворительную и просветительскую работу, открывало больницы и школы в Святой Земле. Кроме того, нельзя забывать и об огромной научной работе, которая была бы просто невозможна без его поддержки и прямого участия. ИППО организовывало и отправляло археологические экспедиции, издавало серию трудов, посвященных Палестине, истории русского паломничества. Именно им в XIX в. были изданы двенадцать «Хожений в Святую Землю» (все известные на тот момент «мемуары» паломников начиная с XII в.).

О реальной заботе Общества о паломниках можем прочитать в записках Порфирия следующее. В Вифании после службы в Воскресенском храме, «когда начали выходить из церкви — дали всем повестку, что неимущие пешие, кому угодно, могут идти сегодня в Иерихон при экипаже» [41]. О своих паломнических впечатлениях в Святую Землю поведал Н. В. Гоголь в письмах к В. А. Жуковскому, а И.А.Бунин посвятил многие стихи и очерки.

О масштабах внутригосударственных паломнических туров говорит тот факт, что монастырская гостиница на острове Валаам была рассчитана на 1000 мест. Летом монастырь посещало до 10000 человек, представители всех слоев общества: от крестьян до монархов. В числе паломников, посетивших Валаамский монастырь,


были Н.С.Лесков, П.И.Чайковский, И.И.Шишкин, А.И.Куин-джи, Н.К.Рерих и многие другие представители русской художественной интеллигенции.

Царское правительство с уважением относилось к религиозным чувствам верующих и других конфессий. Так, находящемуся в ссылке имаму Шамилю было разрешено в начале 70-х гг. XIX в. совершить хадж в Мекку.

Паломнический туризм как массовое явление стал иссякать в годы Первой мировой войны. Зарубежное паломничество было прервано Октябрьской революцией 1917 г. и стало восстанавливаться только в последнее десятилетие.

Для возникновения массового туризма необходима соответствующая инфраструктура. Каково же было состояние дорог в Российской империи в XVIII в.? В первую очередь надо отметить, что россияне использовали водные пути, т. е. реки. Их протяженность составляла около 150000 км, но только одна треть из них была судоходна. М.В.Ломоносов в записке об «Экономическом лексиконе российских продуктов», написанной в 1763 г., писал о необходимости создавать карты, на которых «...по течению рек поставить значки судов, какие где ходят, например, лодка, баржа, струг...». В правление Екатерины II вновь был поднят вопрос о создании географического описания важнейших рек России, «...ибо не зная оного, о коммуникации каждой (реки) порознь рассуждать не можно...». Вопрос был не праздный, только на Волге было почти сто мелей и перекатов, а это была главная водная артерия нашего государства.

Что касается сухопутных дорог, то Москва, бесспорно, превратилась в их центр. От нее расходилось девять радиальных путей. Дорожник, составленный В. Г. Рубаном в конце XVIII в., выдержал несколько изданий. В нем было перечислено 400 наиболее важных транспортных маршрутов с указанием промежуточных станций и расстояний между ними. Некоторые тракты имели протяженность в тысячи километров.

Во всей империи соответствующей европейским стандартам можно было назвать лишь одну единственную дорогу: Санкт-Петербург— Царское Село. Она была вымощена камнем, имела придорожные канавы для стока воды, вдоль нее стояли мраморные верстовые столбы, имелись специальные поилки для лошадей. А в темное время суток вдоль ее тракта зажигалось 1100 фонарей.

Относительно неплохой была новая дорога, соединяющая Москву с северной столицей. С 20-х гг. XIX в. началось устройство Московско-Сибирского тракта. Вдоль всего пути следования из Центральной России в Сибирь стали создавать форпосты, зимовки и станции. Этот путь окончательно сложился лишь через полвека. А.Н. Радищев сумел оценить его (проследовав в ссылку), назвав «великим проездом через Сибирь».


Елизавета Петровна и Екатерина II издали ряд указов, направленных на благоустройство дорог. Началось их спрямление, обса-живание деревьями, стали выставляться верстовые столбы, организовываться постоялые дворы и ямы*, продолжена работа по составлению дорожников и карт. Но в целом дороги были ужасны. Достаточно сказать, что средняя скорость по дорогам Центральной России составляла около 10 км/ч летом и около 7 км/ч зимой. От Москвы до Киева можно было добраться за две недели, а от Москвы до Архангельска — за 10 дней.

Препятствовал развитию массового туризма и такой вид документа, как подорожная. Он представлял собой разновидность внутреннего паспорта, и без этой бумаги отправляться в путь было нельзя. Подорожная выдавалась каждому, кто хотел совершить сколько-нибудь дальнюю поездку. В ней указывался маршрут следования и его цель, имя проезжающего, количество подвод и лошадей, которые были ему необходимы, а также порядок оплаты проезда. Без этого документа путешествующие не могли получить лошадей, а соответственно и дальше передвигаться.

Но несмотря на все запреты закрытого и антидемократичного государства количество людей, совершавших различные поездки, росло год от года. Петр I в январе 1719 г. издает указ «Об учреждении постоялых и гостиных дворов».

Согласно этому указу необходимо было построить на дорогах «дворы с довольными покоями для людей и лошадей, со съестными харчами и конскими кормами, ...чтоб проезжим людям в тех домах ни в чем никакой нужды и от торговли в цене обиды не было» [59].

Продолжает совершенствоваться транспорт. В средствах передвижения наблюдается большое разнообразие различных его видов. Среди господствующих классов больше всего были распространены кареты. Иногда их делали, а особенно отделывали, годами. Кареты украшали инкрустациями, живописью, резьбой по дереву. Иногда эти средства передвижения представляли собой произведения декоративно-прикладного искусства. Кареты для царских выездов заказывались у лучших заграничных мастеров. Расписывали их известнейшие мастера-живописцы: Буше, Ватто. Для удобства путешественника стали использовать рессоры и поворотный круг. Кареты имели, как правило, по два окна, в которые вставляли хрустальные стекла, и застекленную же дверь.

Екатерина II во время своей поездки в Крым в 1787 г. использовала следующее средство передвижения. «Карета императрицы, запряженная тридцатью лошадьми, представляла из себя целый вагон, она состояла из нескольких отделений: из кабинета, гостиной

* Ям — селение на почтовом тракте на Руси в XIII —XIX вв., жители которого назывались ямщиками. Ямы располагались на расстоянии 20 — 30 верст, а в Сибири — 100 верст и более.


на восемь человек, игорного стола, небольшой библиотеки и была снабжена всякими удобствами... Движение было так плавно и покойно, как движение гондол» [60], — свидетельствовали очевидцы.

Публика менее состоятельная предпочитала на дальние расстояния ездить в возках. «Сверху и с боков возок был плотно закрыт и заделан так, что внутрь почти не попадал холодный воздух. С обеих сторон в нем находились окна и два помещения, куда клали взятые с собой для времяпрепровождения книги и все необходимое для жизни в пути. Спереди над головой висел фонарь Внизу возка помещались постели, на которых путники лежали днем и ночью во время переезда с места на место» [59].

Как средство передвижения пассажиров (туристов) и размещения их в гостиницах стала выступать почта, зачатки которой появились в России еще в XVII в. Правда, в то время по почте пересылали только дипломатическую документацию. В XVIII в. существовали почтовые тракты от Москвы до Санкт-Петербурга, Киева, Архангельска, Астрахани, как уже говорилось выше, стал строиться и тракт в Сибирь. При почтовом ведомстве и стали организовываться гостиницы, первая была создана в 1715 г. в Санкт-Петербурге. Видимо, от этой даты можно вести официальную историю нашего гостиничного хозяйства. Правда, сначала в них размещались, в основном, иностранцы. Именно в гостиницах Петр I любил устраивать приемы и ассамблеи. В гостиницах стали со второй половины XVIII в. продавать специальные почтовые карты и дорожники для проезжающих. К началу XIX в. в России имелось уже 3200 почтовых станций, где путники могли отдохнуть и поменять лошадей.

О влиянии туризма на развитие культуры в нашем обществе говорит тот факт, что именно благодаря гостиницам появились, в частности, общественные бани. В гостинцах стал расти уровень сервисных услуг. Проезжающие могли там не только переночевать и поесть, но и помыться с дороги. Постепенно в бани при гостиницах стали приходить и местные жители. А в 1782 г. появился «Устав благочиния», согласно которому в банях устанавливались специально мужские и женские дни.

Тяга к «гостеванию» у наших предков была огромна. И если они не могли насытить свою жажду новых впечатлений посредством зарубежного или внутригосударственного туризма по понятным причинам, то ходить в гости друг к другу им никто запретить не мог. Это явление не имело никаких сословных рамок и ограничений. Но, по всей вероятности, в провинции ходили в гости чаще, чем в столицах. О масштабах этого явления можно догадаться, прочитав, например, в дневнике купца И. А. Толченова из г.Дмитрова, что он за 16 лет был в гостях 905(!) раз, а после его переезда в Москву за 14 лет, с 1797 по 1811 гг., «всего» 457 раз [59].

В XVIII в. в России начинает зарождаться детский (школьный) туризм. Первоначально это были экскурсии с целью ознакомле-


ния учащихся с разнообразием местного растительного мира. Но постепенно экскурсии, связанные с различными краеведческими вопросами, становятся столь органичны в школьной программе, что их необходимость была зафиксирована в Уставах учебных заведений начиная с 1786 г. Школьники не только стали выезжать на природу, но посещать местные заводы и мануфактуры, рудники и т. п. В XIX — начале XX вв. для активизации экскурсионного дела стали привлекать выдающихся ученых: Д.И.Менделеева, П.П.Семенова-Тян-Шанского, Н.М.Пржевальского, К.А.Тимирязева, И.П.Павлова, В.И.Вернадского и др. Министерство народного образования и Синод проводили экскурсии, связанные с патриотическим и идеологическим воспитанием учащихся.

В Москве в 1899 г. начала свою работу Комиссия по организации экскурсий для всех средних учебных заведений столицы. Вопросы, связанные с экскурсионной работой среди школьников, можно найти в повестках дня педагогических съездов и совещаний в начале XX в. Начинают выходить журналы, посвященные экскурсионной работе со школьниками и проблемам краеведения: московский «Экскурсионный вестник», одесский «Школьные экскурсии и школьный музей». Разрабатывается экскурсионная методика и предлагается примерный план экскурсий для всего цикла обучения в школе в работе, вышедшей в 1910 г., «Школьные экскурсии, их значение и организация» под редакцией Б.Е.Райкова и Г.Н.Боча.

Параллельно со школьным краеведческим туризмом в конце 70-х гг. XVIII в. начинает зарождаться организованный зарубежный туризм. В Москве в 1777 г. появляется «План предпринимаемого путешествия в чужие края» В. Генша. План В. Генша предусматривал поездку студентов (из дворян) в один из западноевропейских университетов с «ознакомительными» целями. Кроме того, в Италии, Франции и Швейцарии предполагалось посещение наиболее значимых культурно-исторических туристских объектов.

В 1877 г. в Тифлисе возник альпийский клуб. За пятилетний срок его существования был организован ряд путешествий по горам Кавказа. Основным маршрутом, привлекавшим и иностранных туристов-одиночек, был тур по Военно-Грузинской дороге. Альпийский клуб пытался популяризировать свою работу, описывая красоты ландшафта и представителей, подчас редких, местной флоры и фауны, в сборниках под названием «Известия». Постепенно, с развитием инфраструктуры на Кавказе: строительством дорог, их благоустройством, открытием гостиниц и дорожных казарм — активизируется и туризм. В 1888 г. издается «Путеводитель по Кавказу», снабженный картой, на которой указывались девять наиболее разработанных и безопасных туристских маршрута.

В конце 80-х гг. XIX в. в Ялте возник «Кружок любителей природы, горного спорта и Крымских гор». В 1891 г. Кружок, преобразо-


ванный в Крымский горный клуб, принимает Устав. Организаторы Клуба особенно подчеркивали тот факт, что во время туристических путешествий будет проводиться «научное исследование Таврических (Крымских) гор и распространяться собираемые о них сведения». Таким образом, первые туристские организации возникли на юге нашего государства. И хотя они не стали по-настоящему массовыми организациями, но они, без сомнения, способствовали становлению туристско-экскурсионной работы в Российской империи.

В апреле 1895 г. в Санкт-Петербурге было создано «Общество велосипедистов-туристов». Очень скоро членами общества стали более 150 человек. В 1897 г. был опубликован Устав этой организации, согласно которому «Общество» представляло собой элитарный мужской клуб. (Но впоследствии в него стали принимать и женщин. Так, в списке кандидатов в члены Клуба в 1911 г. была записана некая Леман Амальда Юльевна, проживающая в Санкт-Петербурге на 6-й линии Васильевского острова, д. 21, кв. 11.) Членские взносы были довольно высокими, кроме того, спортсменам-профессионалам, нижним военным чинам, судимым или исключенным из какого-либо другого общества членство запрещалось*.

В задачи «Общества» входило содействие выработке условий для путешествий на велосипедах по России; издание дорожников, путеводителей и карт; организация путешествий. А своеобразной «сверхзадачей» была выработка дорожной карты Российской империи. Руководство устраивало различные конкурсы по туристическим маршрутам, путеводителям.

При «Обществе» вскоре были созданы секции других видов туризма и путешествий. Популярность его была настолько велика, что его отделения появились в 24 городах России, а в 1898 г. на Люксембургском конгрессе «Общество велосипедистов-туристов» было принято в Лигу туристских обществ.

В 1902 г. в России утверждается Устав Русского туринг-клуба, который к последнему предвоенному 1913 г. насчитывал около 5000 членов. На смену журналу «Велосипедист», который был печатным органом «Общества велосипедистов-туристов», приходит «Русский турист». Русскому туринг-клубу принадлежала инициатива по организации и практической реализации дисконтной программы для своих членов на туристические услуги, в частности на услуги гостиниц и магазинов в больших городах. Как говорилось в различных рекламных изданиях, члены Клуба могли приобретать по особому минимальному тарифу не только карты, но и все другие его издания, кроме того, они ежемесячно получали и журнал «Русский турист». В рекламе также говорилось, правда, весьма туманно, о «некоторых таможенных льготах».

* Подобные требования к членам клуба можно встретить и в Уставах более ранних туристских организаций России.


Клубом издавались «Ежегодники», которые представляли собой дорожно-справочную книгу для туриста. Был издан «Дорожник» для туристов-велосипедистов и автомобилистов(!). Публиковалась в виде брошюр и информация об отдельных турах: Москва — Торжок; Торжок—Валдай; Валдай — Новгород; Новгород—Санкт-Петербург и др. К каждому выпуску прилагалась дорожная карта и описание встречающихся на пути городов и селений с их достопримечательностями.

Роспись маршрутов, предлагаемых Клубом и напечатанная в «Русском туристе», предлагала 12 маршрутов, которые, в свою очередь, распадались на несколько разновидностей. Например, путешествие по Крыму предлагало маршрут «а» с недельным отдыхом в Судаке «для менее выносливых, утомленных зимней работой экскурсантов», и пешеходный маршрут «б», предполагающий постоянное передвижение туристов: Феодосия —Судак —Ялта и ее окрестности—Севастополь—Бахчисарай—Симферополь. В Феодосии туристы должны были «осмотреть Музей древностей, картинную галерею Айвазовского, развалины Генуэзского монастыря, а потом пойти пешком в Коктебель» [61].

Маршруты охватывали следующие регионы: Север России с заходом в Норвегию, Москва —Архангельск —Соловки —Вердэ (Норвегия)—Архангельск —Москва; круизы по Волге, куда входило три различных маршрута; восточная часть России с замечательной рекламой о Прикамье и Каме. «Живописные берега этой широкой и многоводной реки изобилуют такими чудными и подчас дивными пейзажами, которые не повторяются ни на Волге, ни на Днепре. Река очень извилиста, и пейзажи быстро меняются, как в калейдоскопе.» Предлагались маршруты по Кавказу и Средней Азии. При описании маршрута по Южной России была сделана специальная оговорка, что маршрут доработан в связи с пожеланиями туристов, прошедших его в предыдущем году.

Забота о туристах прослеживается во многом. Например, в описании пешеходного маршрута № 9 по Военно-Грузинской дороге говорится, что «для багажа будут предоставлены лошади с таким расчетом, чтобы на них всегда могла ехать часть уставших или почему-либо не могущих идти пешком» [61]. В списке рекомендованных вещей указываются не только вещи первой необходимости, как «2—3 кофточки немарких» или «запасная пара обуви, достаточно плотная, на низком каблуке», но не забыты и носовые платки «в количестве 10 —12 штук», «запасная тетрадь (для конспектов. — М. С), 1—2 книги для чтения, бинокль и фотоаппарат».

О том, что познавательной стороне туров придавалось огромное значение, говорит рекламное объявление, приглашавшее на работу экскурсоводов «хорошо знающих город», чьи услуги будут необходимы «при посещении музеев, картинных галерей, фаб-


рик, заводов, рудников и т.п.», так как «нужны знания лиц, близко стоящих к делу, непосредственно в них работающих специалистов». И, как было добавлено, «опыт прошлых лет показал, что в этом деле можно рассчитывать на успех» [61].

Довольно жесткие правила при заказе путевок, приоритет для членов Клуба вроде бы говорят о том, что нехватки в желающих не было. Но при 120 млн населения Российской империи в то время 5000 членов клуба составляли десятитысячные доли процента.

И если невозможно говорить о массовом внутрироссийском туризме, то тем более говорить о массовом зарубежном туризме в царской России не приходится из-за того, что на любую поездку за рубеж требовалось высочайшее дозволение. Необходимо было личное «утверждение» каждой кандидатуры императором. Хотя с правления Екатерины II (1762 — 1796) дворянам, согласно «Жалованной грамоте дворянству», можно было уехать за границу и вернуться в любое время. Поэтому основными видами зарубежного туризма оставались традиционные: лечение, паломничество, первооткрывательство. Хотя и существовали ознакомительные поездки, о чем регулярно информировал своих читателей «Русский турист», публикуя, правда, анонимные заметки о посещении различных стран: Португалии, Финляндии, Франции, Италии и др. Судя по приводимым в этих путевых очерках впечатлениях, они не были взяты из путеводителей и не являлись заказными рекламными акциями. («В Финляндии, как и в Германии — прекрасные дороги, вымощенные гранитом. Они содержаться в таком порядке, что нужно проехать не мало верст, чтобы найти на шоссе малейшую выбоину». Или описание любви португальцев к животным. «Кто не любит животных — у того нет сердца», — гласит португальская поговорка. Автора поразили специально оборудованные водопои и навесы для животных, а также обилие кошек, «которых в Лиссабоне десятки тысяч». Вряд ли этот материал способствовал бы массовому наплыву туристов [61].

Контрольные вопросы и задания

1. Какие виды туризма появились в правление Петра I?

2. Расскажите об известных Вам вояжах Петра I.

3. Опишите наиболее значимые российские научно-исследовательские экспедиции XVIII в. и их результаты.

4. Каких знаменитых русских путешественников-естествоиспытателей

XIX в. Вы знаете?

5. Как и когда зародился лечебный туризм в России?

6. Как развивался паломнический туризм в России в XVIII — начале

XX вв.?

7. Охарактеризуйте школьный туризм и деятельность первых туристс -ко-экскурсионных организаций в России.

8. Что Вам известно о деятельности Русского туринг-клуба?


Литература

Долженко Г. П. История туризма в дореволюционной России и СССР. — М., 1988.

Емельянов Б. В. Основы экскурсоведения. — М., 1985.

История Русской Америки (1732-1867). — Т. 1. - М., 1997; — Т. 2. -М., 1998.

Карамзин Н. М. Записки русского путешественника. — М., 1995.

Ключевский В. О. Сочинения: В 9 т. — М., 1995. — Т. 4.

Кудинов Б. Ф. Из истории развития туризма. — М., 1986.

Курилова В. И. Туризм. — М., 1988.

Логинов Л. М., Рухлов Ю. В. История развития экскурсионного дела. — М., 1989.

Платонов С. Ф. Учебник русской истории. — М., 1993.

Путешествия в Святую Землю: Записки русских паломников XII — XIX вв. — М., 1995.

Сафронов Ф.Г. Русские на северо-востоке Азии в XVII — середине XIX в. -М., 1978.

Соловьев СМ. Сочинения: В 18 кн. — М., 1989. — Кн. IV. История России с древнейших времен. — Т. 7 —8.

Шаповал Г. Ф. История туризма. — Минск, 1999.


Глава 4

ТУРИЗМ В ДВАДЦАТОМ ВЕКЕ

4.1. Генезис международного туризма в XX в.

Туризм как массовое явление начал свое шествие по планете в XIX в. в значительной степени благодаря эпохе модернизации, которая привела к возникновению индустриальных обществ. Уровень и качество жизни трудящихся в результате всех достижений промышленного переворота значительно повысились по сравнению с предыдущими эпохами. Служащие по найму добились включения в рабочие законодательства в XX в. законов о 8-часовом рабочем дне, что предусматривало, по сути, пятидневную рабочую неделю. Появлялась возможность отдыха, и в том числе туристского. Очень быстро туры «выходного дня» становятся крайне популярны. Надо отметить, что и в настоящее время по статистике этот вид туризма занимает наибольшую долю.


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!