Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Ксенофобия и толерантность по отношению к мигрантам



Проблема ксенофобии и толерантности актуальна не только в России. Взаимоотношения коренного населения с иммигрантами осложняются во Франции, Германии, США, Италии, Испании, Бельгии, даже таких благополучных странах, как Дания, Норвегия, Финляндия и Швеция. Случай с публикацией в датских газетах карикатур на тему святынь ислама был воспринят как антимигрантский выпад и в буквальном смысле шокировал не только мусульманские страны, но и широкие слои Европы. Интересен и другой пример. Лидер Национального фронта Бельгии Д. Ферэ был осужден на 250 часов общественных работ и лишение права избираться в органы власти в течение 10 лет. Наказан он был за то, что в своих предвыборных листовках и брошюрах распространял призывы нетерпимости к иммигрантам, использовал слово «террорист» как синоним слова «мусульманин» и изображал на карикатурах иммигрантов из Африки в виде животных.

Но самое интересное, что суд, учтя взгляды Ферэ, постановил, что в качестве общественных работ он должен был заниматься именно социальной работой, т. е. интеграцией иммигрантов в бельгийском обществе.

Или же он мог выбрать в качестве альтернативы этим общественным работам 10 месяцев тюремного заключения[54].

Почему появляется ксенофобия (от древнегр. ksenos — чужой, фобия — боязнь, страх — нетерпимость к чужим)? Откуда берется мигрантофобия — боязнь мигрантов? Вообще различение «свой — чужой» — одна из наиболее древних базовых антиномий, т. е. обозначений в сознании и мышлении противоположностей, позволяющих дифференцировать общественные отношения. Издавна с «чужими» («пришельцами») связывали некую опасность: «чужой» вносил неопределенность в привычный порядок. Неопределенность идентифицировалась с нестабильностью, непривычностью, расхождением с обычаями, признаваемыми всеми «своими». Недоверие к «чужому» — естественное явление. Но в то же время различные племена и народы строили отношения с «чужими» упорядоченно, устанавливая традиции домашнего гостеприимства, защиты гостя, обмена подарками, заключения договоров, закрепляющих взаимные права и обязанности. Важнейший фактор, способствующий ксенофобии, — деградация духовно-культурной среды. Как правильно отметил В.В. Путин, массовая неграмотность является питательной средой для идеологов межцивилизационного раскола, пропаганды ксенофобии, национального и религиозного экстремизма, а в конечном счете — для террористической деятельности[55].

Проблема формирования толерантного сознания и определения понятий толерантности затронута в международных актах. В частности, таких как Декларация принципов толерантности ЮНЕСКО, Севильская Декларация по проблемам насилия, Декларация по ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений. Декларация принципов толерантности принята Генеральной конференцией ЮНЕСКО на 28 сессии в Париже 16 ноября 1995 г. В ней говорится (ст. 1): «Толерантность означает уважение и правильное понимание богатого многообразия культур нашего мира, форм самовыражения и проявления человеческой индивидуальности»[56]. Толерантности способствуют знания, открытость, общение и свобода мысли, совести, убеждений. Толерантность — условие нормальной аккультурации.



В России в отношении развития толерантности предстоит немало работы. В Москве периодически проводились социологические исследования «Групповой портрет современного столичного жителя», в ходе которых анкетным опросом (в частности, в 2003 г.) по случайной многоступенчатой выборке было охвачено 1113 чел., представлявших различные статусно-дифференцированные категории горожан. Исследование показало рост мигрантофобии. Так, из всех проблем общегородской жизни жителей беспокоили в 2003 г. больше всего три проблемы: охрана правопорядка и борьба с преступностью (65,97%); постоянный рост цен и потребительских тарифов (51,8%); нелегальная массовая миграция и колонизация Москвы лицами «неславянской» наружности (50,95%). На долю этой проблемной «триады» в итоге приходится 45,65% от общего числа определений. После этого шли проблемы бюрократизации и коррупционного беспредела (43,29%), борьбы с беспризорностью, засильем профессиональных нищих и попрошаек (36,01%), трудности в области образования и здравоохранения (35,26%). И только далее следовало состояние жилищного фонда и коммунального хозяйства (25,90%), охрана окружающей среды (25,71%), уровень социальной защищенности малоимущих (21,08%). Лишь 10-е место в этой иерархии занимали проблемы, связанные с работой городского транспорта и предприятий связи, — всего 12,67 или 3,26% от общего числа определений.



На вопрос, как вы оцениваете пропагандируемые определенными силами лозунги: «Россия — для русских», «Москва — для москвичей», 29,96% опрошенных ответили, что «считают их вполне правомерными и справедливыми», а поэтому поддерживают; 39,70% — «в принципе не против» этих лозунгов; 26,97% — «безусловно, осуждают, исходя из убеждения, что эти лозунги неконструктивны, лишены созидательного начала». Обращает на себя внимание рост числа приверженцев лозунга «Россия — для русских» в последние 7 лет: с 38,51% от общего числа опрошенных москвичей весной 1997 г. до 50,19% — весной 2000 г. и 69,66% — в конце 2003 г. За указанный период времени он составил +31,15%[57]. Свой выбор респонденты объяснял и тем, что, якобы, именно массовая нелегальная миграция создает угрозу Москве — городу единой русской культуры. Миграция, по мнению значительной части респондентов, деструктивно воздействует на инфраструктуру жизнеобеспечения (жилье, транспорт, школьное образование, медицинское обслуживание и пр.), на цены и конкуренцию на рынке рабочей силы, преступность, наркоманию, проституцию. Часть мигрантов, плохо говоря по-русски, якобы «лезет в чужой монастырь со своим уставом», притязает на национально-культурное и даже территориальное обособление.

Международная организация по миграции (MOM) провела в начале 2000-х гг. в Свердловской области оценку взаимоотношений населения и мигрантов. Опрос показал, что большинство мигрантов (78%) оценивает отношение к себе как нормальное, 14% — как хорошее и лишь 6% — как враждебное. Отношение со стороны правоохранительных органов оценивают как нормальное 46%, а как плохое или враждебное 45% мигрантов. Возможно, поэтому 43% мигрантов ответили, что стараются не бывать в общественных местах, поскольку боятся определенных действий, направленных на унижение, понуждение к даче взятки, уничтожение миграционной карты или свидетельства о регистрации места пребывания. Исследование MOM в 6 регионах (Санкт-Петербург, Саратовская, Ставропольская области, Бурятия, Хабаровский и Приморский края) показало, что незаконные мигранты оценили отношение местного населения (соответственно в том же порядке перечисления, в %): как «хорошее» — 30,1; 43,3; 27,8; 22,6; 43,4; 31,8; «нейтральное» - 47,9; 41,2; 35,2; 58,1; 31,3; 23,4; «не очень доброжелательное» — 9,7; 13,4; 13,9; 19,3; 18,5; 28,6; «плохое» — 8,8; 2,1; 14,8; -; 5,8; 14,6. Как «враждебное» оценили в Санкт-Петербурге — 3,5%, Ставропольской области — 8,3, Хабаровске — 0,5, Приморье — 1,6%[58].

Решить проблему ксенофобии до конца не удавалось еще ни в одной стране, хотя во многих странах сдерживались националистические настроения. Эксперты связывают оживление ксенофобии в России с вакуумом идеологии. Атмосфера безыдейности, как отметил политолог В. Никонов, способствует подъему националистических идей и ксенофобии. «Когда рушатся ориентиры, а именно это произошло с нашим обществом в результате распада СССР, людям проще выстраивать новое восприятие мира по простому признаку "свой — чужой". И главными параметрами здесь как раз выступают иной цвет кожи, другой язык и культура»[59]. Кроме того, называются и другие причины: военные действия в Чечне, терроризм, этническая преступность, реакция на быстрый рост отдельных этнических групп в том или ином регионе, в частности в Москве, засилие криминалитета, социальная несправедливость, психические болезни и даже национальная вражда. Другие эксперты отметили, что возрастание в стране ксенофобии связано и с тем, что россияне очень чутки к тому, что поощряет власть (массовое атеистическое поругание церковных святынь, массовое самоуничижение и беспрецедентные уступки Западу по призыву партийных лидеров во время перестройки). Если в 2001 г. Совет безопасности РФ обозначил ужесточение миграционного контроля, участились облавы на мигрантов и их депортации, то и население стало хуже относиться к мигрантам. А это ведет к ухудшению имиджа страны в целом и, в частности, в глазах русских за рубежом и близких нам народов[60].

Разумеется, в такой атмосфере в общественном и индивидуальном сознании усиливалась антиномия «свой — чужой». Мигранты — носители иной культуры — воспринимаются частью населения как субъект, который заслуживает перенесения на него ответственности за определенные проблемы. Это субъекты, ценности которых не всегда и не во всем разделяют граждане принимающего региона (государства). И от того, насколько быстро происходит адаптация мигрантов к российским традициям и культуре (в самом широком смысле слова), зависит и возникновение конфликтов в обществе, проявляющихся и как ксенофобия. Ксенофобия может проявляться не только со стороны «коренных» жителей, она бывает присуща и самим мигрантам, если они не желают считаться с культурой принимающего общества. Порой ксенофобия со стороны мигрантов становится мобилизующим мотивом шовинистов. В работу по борьбе с таким обоюдным национализмом так или иначе включаются социальные педагоги, социальные работники, которым приходится овладевать определенными знаниями по конфликтологии.

Проявление ксенофобии — объективная реальность в современной России. СМ. Маркедонов, зав. отделом Института политического военного анализа, считает возможным снижение издержек взаимной ксенофобии, соблюдение некоего баланса интересов автохтонного населения и аллохтонов (мигрантов). Конфликт, базирующийся на обострении антиномии «свой — чужой», необходимо переводить в другую плоскость. Плохих и хороших этносов не существует, равно как хороших или плохих мигрантов. Люди есть люди; они нуждаются в социальной помощи, обслуживании, коррекции поведения. При этом необходимо корректировать и даже наказывать проявления нелояльности к законам государства, традициям коренного населения со стороны мигрантов как потенциальных российских граждан, или претендующих на постоянное жительство, или же временных трудовых мигрантов. Бороться необходимо не с самими мигрантами той или иной национальности, а с проявлениями идеи национальной и религиозной исключительности, с непринятием действующих в России, в том или ином ее регионе законов, обычаев, традиций.

Некоторые специалисты рассматривают разработку проблемы геокультурной парадигмы как способной показать некоторые направления в противовес ксенофобии. В частности, сторонники концепции «антропотока» (А. Пятигорский, С. Дахин) выделяют понятие «геокультурная парадигма», сочетающееся с понятиями «антропоток» («базовый антропоток» — воспроизводство коренного населения; «сущностный антропоток» — соединение миграции и коренного населения), «идентичности» («базовый набор идентичностей»), «социокультурная переработка», «социокультурное ядро», «геокультурный шлейф». Известный современный философ В.В. Ильин, отмечая значение миграционных процессов в развитии мира, пишет о настоящем и перспективах как «надвигании аллохтонов»[61], усиливающем востребованность толерантности, мира между народами.

Термин «геокультура» ввел в оборот американский социолог И. Валленстайн. Для него геокультура — синоним культурного давления индустриального центра капиталистической миросистемы на афарную периферию. Так обеспечивается легитимность мирового глобального порядка, позволяющая внедрять в условиях глобализации модернизационные установки в национальное развитие разных народов. Понятие «геокультура» используется и в других трактовках. Например, с точки зрения Е. Островского и Л. Радзиховского, геокультурный подход представляет собой альтернативу геополитическому подходу. Если, по мнению последнего, нация определяется в первую очередь единой территорией, то «геокультурный взгляд» предполагает, что современные нации представляют собой сообщества людей, объединенные культурой и языком, а не общей территорией. В. Цымбурский трактует геокультуру как способ «политического проектирования и политического оперирования, основанного на мобилизации тех или иных культурных признаков, позволяющих субъекту по-разному выделять в мире "свое" и "чужое"»[62].

 

 

В применении к проблеме мигрантов, соотечественников, социальной работы по их аккультурации и интеграции в культуру России важно отметить, что геокультура в данном контексте обозначает сохраняющуюся социокультурную связь России с населением и территорией бывших советских республик, где немало соотечественников, людей испытывающих симпатию к России, а также государств, с которыми СССР, Россию связывали и связывают союзнические соглашения. Развитие отношений с этими государствами очень важно для поддержания образа России как государства с великой культурой, по-прежнему развитой экономикой, комплементарного к представителям других народов, культур и конфессий, а также поддержания русского языка как языка интернационального общения.

 


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!