Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Исследования после 1985 года



 

Эпоха перестройки и поворот России на путь либерально-демократического развития наложили свой отпечаток и на исследования в области социологии образования. Вместе с вторичной «реабилитацией» социологии и снятием цензурных ограничений появилась возможность привлечения новых фактических и статистических материалов, возникли реальные перспективы для более глубоких теоретических обобщений в данной сфере и для практических решений проблем, назревших в системе образования.

В целом в социологии образования после 1985 г. можно выделить ряд направлений. Одно из них связано с обобщением опыта социологических исследований, проведенных в предыдущие годы. В 1985 г. выходит книга Г.А.Чередниченко и В.Н.Шубкина «Молодежь вступает в жизнь» [54], где в сравнительной перспективе разрабатываются материалы эмпирического исследования «Двадцать лет спустя» уже без цензурных ограничений.

В середине 1980-х гг. осуществляется международное исследование под эгидой ЮНЕСКО и Европейского центра исследований в области социальных наук (Венского центра) «Молодежь и новые технологии: ориентации европейской молодежи в отношении работы и окружающей среды» В рамках этого исследования изучалось отношение молодых людей к новым техническим средствам, с которыми они сталкиваются в учебе, на работе и дома, анализировались изменения во взглядах и поведении, обусловленные проникновением новых технологий в жизнь подрастающего поколения [63].

Среди аналитических монографий, обобщающих опыт эмпирических исследований, появляются новые работы Ф.Р.Филиппова. В книге «От поколения к поколению: социальная подвижность» [50] автор анализирует опыт проведенных под его руководством лонгитюдных обследований одних и тех же групп молодежи на протяжении относительно длительного периода их жизненного цикла. Изучались группы населения в возрасте 15—30 лет различных регионов страны (Урал, средняя полоса России, Москва и Московская область, Ленинград и Ленинградская область, Псковская область и др.), различного социального происхождения (из села, малых, средних и крупных городов, городов-миллионеров). Исследования были сфокусированы на роли образования в формировании жизненных стратегий, самоопределении основных групп молодежи. Фиксировалась ярко выраженная поэтапность самоопределения молодежи, отмечалось, что каждый пройденный этап детерминирует прохождение следующих. Этапы самоопределения различались исследователем по социальным условиям, в которые включается молодежь по мере своего созревания и по «социальному возрасту», достигнутому в данном процессе. Лонгитюдная стратегия позволила проследить процесс самоопределения по внешним (ситуативным) и внутренним (психологическим) параметрам смены этих этапов.



Во второй половине 1980-х гг. осуществляются исследования социального облика учащихся на базе Института молодежи, бывшей Высшей комсомольской школы (Л.А.Коклягина). Особенность этих исследований — акцент на региональные проблемы. Изучались процессы воспроизводства социальных структур регионов за счет включения в трудовую жизнь когорты учащейся молодежи, составляющей значительную часть молодого поколения. Регионы были типологизированы по ряду критериев: социально-классовым, образовательным, поселенческим с преобладанием воспроизводства и развития. В регионах разного типа одни и те же процессы (например, урбанизационной миграции молодежи) имеют социально различные последствия.

Выяснилось и обратное — зависимость процессуальных моментов от структурных характеристик. Наличие сети средних профессиональных учебных заведений существенно влияет на межрегиональную миграцию молодежи. Различия в социально-структурных характеристиках регионов определяют специфику социального облика выпускников школ и направленности их жизненных планов, связанных с включением в различные социальные подструктуры региона.



Во второй половине 1980-х годов продолжались исследования системы образования, в частности высшей школы. Важную роль играла межвузовская программа «Общественное мнение» (руководитель А.А.Овсянников), поддержанная и финансируемая Министерством высшего образования. В ее рамках (она осуществлялась в режиме мониторинга) объединились социологи более 90 вузов. Было выполнено 114 проектов. В их числе: проекты по оценке состояния и реформированию системы образования, экономике системы образования, условиям труда и быта студентов, преподавателей, учителей, ценностным ориентациям учащейся молодежи и студенчества, национально-культурным взаимодействиям в системе образования, социально-психологическим последствиям Чернобыльской катастрофы, социальному престижу учительства, вузовского преподавателя и т.п. Изучались взаимодействия института образования и общества, причины невостребованности знаний, умений, профессионализма, что вело к снижению интереса к приобретению знаний. Доля студентов с установкой на получение высшего профессионального образования снизилась за период с 1988 г. по 1994 г. с 58 до 24%. Такие явления среди студентов, как пьянство, проституция, наркомания, воровство, выросли с 1,2 случая на 10 тыс. студентов в 1985 г. до 15,9 случая в 1993 г. Исследования обнаруживали, что высшая школа становится институтом усиления социального неравенства. Так, в 1996 г. 58% студентов были выходцами из состоятельных семей (20% в общем числе семей), а 42% студентов — выходцами из среднеобеспеченных и бедных семей (80% в общем числе семей). Доступность высококачественного образования все в большей степени определялась социальным статусом семьи.

По существу, программа выполняла важную профессионально-интегрирующую функцию в прикладной социологии образования. В этом территориально разбросанном по всей стране сообществе выдвинулись лидеры — руководители исследовательских проектов: российские социологи С.С.Балабанов (Нижний Новгород), Л.С.Гурьева (Томск), А.К.Зайцев (Калуга), Ю.С.Колесников (Ростов-на-Дону), В.ТЛисовский и В.М.Маневич (Санкт-Петербург), Н.Н.Маликова и А.П.Мерен-ков (Екатеринбург), В.Г.Немировский (Красноярск), Н.М.Тартаковский (Самара), А.В.Филиппов и А.Н.Эфендиев (Москва), АЛ.Салагаев (Татарстан), Ф.С.Файзулин (Башкирия), социологи из других республик — В.Л.Арбенина и Е.А.Якуба (Украина), С.Н.Бурова и Д.Н.Ротман (Белоруссия), Э.А.Кюрегян (Армения), Ю.ИЛеонавичюс (Литва), М.Д.Хасанова (Таджикистан) и др.

Важным направлением в социологии образования пореформенного периода выступили работы новых исследовательских коллективов. В их числе — лаборатория педагогической социологии Временного научно-исследовательского коллектива (ВНИК) «Школа», созданного в 1987 г. при Академии педагогических наук СССР. Здесь изучались проблемы современного состояния средней школы, основные направления перестройки системы среднего образования, взаимодействие средств массовой коммуникации и школы [56]. Школьное образование, структуры и взаимосвязи различных субъектов, участвующих в педагогическом процессе (учителя и ученика, школы как института, телевидения), рассматривались с точки зрения перспектив демократизации образования. Выявлялись различные «тормозящие» демократизацию факторы: снижение уровня культуры и профессиональной этики, приспособление подрастающих поколений к требованиям командно-административной системы, наличие затяжного конфликта учителей с учениками. В то же время выявились инновационные моменты в ориентациях большой группы учительства, выступающие базовым основанием демократизации школы.

Коллектив ВНИК «Школа» стал основой созданного в 1992 г. при Российской Академии образования Центра социологии образования (руководитель В.С.Собкин). Здесь были проведены исследования ценностно-нормативных ориентации, динамики художественных предпочтений, отношения к образованию, политических взглядов старшеклассников [33, 34]. Был проведен международный кросскультурный социологический опрос учителей, учащихся и родителей Москвы и Амстердама 137) и выявлены различия оценок респондентами своих жизненных перспектив, межнациональных отношений, уровня криминогенности в молодежной среде, отношения к профессиональной деятельности и семейной жизни, а также мнения учителей, учащихся и родителей о современном состоянии системы образования, их характеристики основных целей современного школьного образования и той мотивации, которая определяет необходимость повышения уровня образования.

Сотрудниками Центра социологии образования при поддержке Фонда фундаментальных исследований в 1994 г. было проведено эмпирическое исследование ценностных ориентации старшеклассников в связи с выбором будущей профессии. Изучались представления об образовании, профессиональные намерения и жизненные ориентации выпускников девятых и одиннадцатых классов Москвы, Новосибирска, Новосибирской области и Краснодарского края. Результаты представили большой материал для понимания современных профессиональных склонностей молодежи.

Снятие прежних запретов на развитие контактов российских социологов с европейскими и американскими учеными сказалось на использовании новых теоретических подходов в отечественной социологии образования. Так, Г.А.Чередниченко [42] изучает учащихся средних специальных школ с углубленным знанием иностранного языка, ставя задачу выявить скрытые стратегии обретения разнообразных социальных ресурсов (капиталов), позволяющих в дальнейшем выпускникам данных школ занимать более высокие позиции в социальной структуре, нежели их сверстникам из обычных школ. При этом обнаруживается, что данные образовательные институты создают и воссоздают социальное неравенство, воспроизводят латентные механизмы присвоения одними людьми власти, собственности, престижа при недостаточности или отсутствии этих атрибутов у других. Таким образом, система образования становится ключевым моментом в стратегиях по обеспечению преемственности в среде высших слоев (элит).

В последнее время появляются также работы на стыке социологии, социальной психологии и психосемантики. Ведутся исследования, связанные с восприятием учащимися представителей новых социальных групп и профессий (имидж предпринимателя и пр.). Наконец, все большее внимание уделяется социологическому изучению конфликтов в коллективах учащихся, педагогов, конфликтов в системе образования.

 

Взгляд в будущее

 

По мере развития социологии образования ее задачи усложняются. К тому же в настоящее время эта область знания находится на распутье Помочь ей найти свою подлинную роль — одна из важных проблем, которые стоят перед работающими в этой области [41, 42].

Функции института образования расщепляются на открытую (задачи освоения знаний, навыков, социализации) и латентную (воспроизводство социального неравенства). Латентная функция образовательной системы сближает проблематику этого социологического направления с исследованиями в области социальной стратификации.

В стране, переживающей острый экономический и политический кризис, резко возрастает непредсказуемость действий различных социальных групп и организаций. Это также ставит новые задачи перед обществоведами, поскольку нельзя изучать такое общество с помощью доктрин, рожденных веком Просвещения. Новое состояние социума требует и новых подходов [60]. Все более ощущается потребность в использовании концепций и теорий, которые расширяют возможность изучения таких сложных, многослойных феноменов [30]. Если социология, в том числе и такая ее ветвь, как социология образования, возрождалась в СССР как область знания, широко использующая статистические и математические методы, то сегодня ей предстоит значительно расширить применение качественных методов. Без этого трудно понять роль образования в социокультурном воспроизводстве, в развитии экономики, его влияние на социальную структуру, на демографические процессы.

Общество, которое в своем развитии стремится ориентироваться на либеральные модели, неизбежно сталкивается с их позитивными и негативными последствиями, и социальные исследования в области образования призваны обнаруживать возникающие конфликты, их механизмы. Социальная селекция в таком обществе осуществляется при помощи тонкого, замаскированного и тем не менее четко работающего механизма. Он включает в себя разнообразие каналов обучения, формальную и неформальную иерархию типов школ, явные и латентные ценностные ориентации различных образовательных организаций, специфические критерии оценки успеваемости, «судей-педагогов», которые принимают должные правила игры. Без понимания этих скрытых от прямого наблюдения механизмов невозможно оценить плюсы и минусы различных моделей образования в контексте происходящих социальных сдвигов.

Если ориентироваться лишь на экономические показатели темпов роста национального дохода, рентабельности, конкурентоспособности и т.п., т.е. рассматривать систему образования как придаток производства, то мы получим структуру, далекую от демократических традиций, ориентированную на подготовку элиты — специалистов высокой квалификации, которые затем получают доступ к рычагам власти в экономике и политике. Что же касается образования широких масс населения, то оно будет консервироваться на весьма низком уровне. В качестве придатка к диплому об образовании учащиеся освоят и эрзац-культуру Ее определяют как массовую культуру, но, вероятно, более точно можно было бы сказать: стандартизированная, не требующая для освоения работы ума и души. Некоторые западные социологи называют такое явление в национальных культурах процессом «макдоналдизации».

В современных условиях социология образования все более расширяет свои границы, смыкаясь не только с проблематикой социального расслоения, но и с анализом широкого спектра социокультурных процессов, происходящих в российском обществе.

 

Литература

1. Бестужев-Лада И.В.К школе XXI века. Размышления социолога. М.: Педагогика, 1988.

2. Борисова Л.Г., Ершов А.П. (отв. ред.). Проблемы и перспективы развития образования в Сибири. Новосибирск: Наука, Сиб. отделение. 1982.

3 Водзинская В. В. Ориентация на профессии // Социальные проблемы труда и производства. М.: Мысль, 1970.

4. Выготский Л. С. Педагогическая психология. М.: Педагогика, 1991.

5. Выготский Л. С. Собр. соч. в 6-ти т. Т. 3. М.: Педагогика, 1982.

6. Высшая школа в зеркале общественного мнения / Отв. ред. А.А.Овсянников. М.: Высшая школа, 1989.

7. Высшая школа как фактор изменения социальной структуры развитого социалистического общества/ Отв. ред. М.Н.Руткевич, Ф.Р.Филиппов. М.: Наука, 1978.

8. Гурова Р.Г. К вопросу о конкретных социально-педагогических исследованиях // Советская педагогика. 1966, № 2.

9. Донцов А.И. Психологическое единство коллектива. М.: МГУ. 1979.

10. Жизненные планы молодежи / Отв. ред. М.Н.Руткевич. Свердловск: УГУ, 1966.

11. Жизненные пути молодого поколения / Отв. ред. М.Х.Титма. Таллинн: Ээсти раамат, 1985.

12. Зборовский Г.Е. Социология образования: В 2-х т. Екатеринбург, 1993—1994.

13. Иконникова С.Н. Молодежь. Социологический и социально-психологический анализ. Л.: ЛГУ, 1974.

14. Иудин А., Овсянников А., Стрелков Д. Новое поколение: надежды, цели, идеалы. М.: Изд. НИИ ВШ, 1992.

15. Коган Л.Н. Рабочая молодежь. Труд, учеба, досуг (Социологический очерк). Свердловск: Сред.-Урал. кн. изд-во, 1969.

16. Количественные методы в социологических исследованиях / Отв. ред. А.Г.Аганбегян и В.Н.Шубкин. Новосибирск: НГУ, 1964.

17. Колотинский П.Н. Опыт длительного изучения мировоззрения учащихся выпускных классов. Краснодар: Красная новь, 1929.

18. Кон И.С. В поисках себя. Личность и ее самосознание. М.: Политиздат, 1984.

19. Кон И.С. Социология личности. М.: Политиздат, 1967.

20. Константиновский Д.Л., Шубкин В.Н. Молодежь и образование. М.: Наука, 1977.

21. Лисовский В. Т. Советское студенчество: Социологические очерки. М.: Высшая школа, 1990.

22. Лисовский В. Т., Дмитриев А.В. Личность студента. Л.: ЛГУ, 1974.

23. Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры. Т. 2. Ч. 2. Искусство. Школа. Просвещение. М.: Прогресс-Культура, 1994.

24. Молодежь и образование / Отв. ред. В.Т. Лисовский. М.: Молодая гвардия, 1972.

25. Молодежь: Ориентации и жизненные пути / Под ред. М.Х. Титма. Рига: Зинатне, 1988.

26. Народное образование в условиях перестройки: Социологические очерки / Под общ. ред. Е.А.Якубы. М.: Изд-во НИИ ВШ, 1990.

27. Начало пути: Поколение со средним образованием / Под. ред. М.Х.Титмы, Л.А.Коклягиной. М.: Наука, 1989.

28. Нечаев В.Я. Социология образования. М.: МГУ, 1992.

29. Образ жизни современного студента: социологическое исследование / Отв. ред. В.Т.Лисовский. Л.: ЛГУ, 1981.

30. Образование в социокультурном воспроизводстве: механизмы и конфликты / Отв. ред. В.Н.Шубкин. М.: ИС РАН, 1994.

31. Прогнозирование социальных потребностей молодежи. Опыт социологического исследования / Отв. ред. И.В.Бестужев-Лада. М.: ИС АН СССР. 1978.

32. Радин Е.П. Душевное настроение современной учащейся молодежи по данным петербургской общестуденческой анкеты 1912 года. СПб.: Н.П.Карбасников, 1913.

33. Российская школа на рубеже 90-х: Социологический анализ / Отв. ред. В.С.Собкин. М.: ЦСО РАО, 1993.

34. Российское образование в переходный период: программа стабилизации и развития / Под ред. Э.Д.Днепрова. В.С.Лазарева, В.С.Собкина. М.: ЦСО РАО, 1991.

35. Рубина Л.Я. Советское студенчество. М.: Мысль, 1981,

36. Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности / Под ред. В.А.Ядова. Л.: ЛГУ, 1979.

37. Собкин B.C., Писарский П. С Жизненные ценности и отношение к образованию: Кросскультурный анализ. Москва— Амстердам. М.: ЦСО РАО. 1994.

37а. Социальные аспекты формирования молодого поколения: тенденции, проблемы, опыт (Международные исследования под редакцией Е.Андича и В.Шубкина). Будапешт: ИОН, 1986.

38. Социально-профессиональная ориентация молодежи / Отв. ред. М.Х.Титма. Тарту Ээсти раамат, 1973.

39. Социальные проблемы труда и производства Советско-польское сравнительное исследование / Отв. ред. Г.В.Осипов, Я.Щепаньский. М.- Мысль, 1969.

40. Социология и высшая школа / Отв. ред. А.А.Терентьев. В.В.Туранский. Горький: ГГУ, 1975.

41. Социология образования. Т. 1 . Вып. 1 / Под ред В.С.Собкина. М.: ЦСО РАО, 1993.

42. Социология образования. Т. 2. Вып. 3 / Под ред. В.С.Собкина. М.: ЦСО РАО, 1994.

43. Социология образования. Библиографический указатель публикаций на русском языке / Отв. ред. В.С.Собкин. М.: ЦСО РАО, 1993.

44. Студенчество: социальные ориентиры и социальная практика. Актуальные очерки / Под общ. ред. А. Овсянникова, А.Иудина, М.: Изд-во НИИ ВШ, 1990.

45. Титма М.Х. Выбор профессии как социальная проблема. М.: Знание, 1975.

46. Титма М.Х.. Саар Э.А. Молодое поколение. М.: Мысль, 1986.

47. Трудящаяся молодежь: ориентации и жизненные пути / Под. ред. Ф.Гажо и В.Н.Шубкина. Будапешт: ИОН, 1980.

48 Турненко В.Н. Научно-техническая революция и революция в образовании. М.: Политиздат, 1973.

49. Филиппов Ф.Р. Всеобщее среднее образование в СССР. Социологические проблемы. М.: Мысль, 1976.

50. Филиппов Ф.Р. От поколения к поколению: Социальная подвижность. М.: Мысль, 1989.

51. Филиппов Ф.Р.Социология образования. М.: Наука, 1980.

52. Филиппов Ф.Р. Школа и социальное развитие общества. М.: Педагогика, 1990.

53. Человек и его работа / Под ред. А.Г.Здравомыслова, В.П.Рожина и В.А.Ядова. М.: Мысль, 1967.

54. Чередниченко Г.А., Шубкин В.Н, Молодежь вступает в жизнь (социологическое исследование проблем выбора профессии и трудоустройства). М.. 1985.

55. Черноволенко В., Оссовскип В., Паниотто В. Престиж профессий и проблемы социально-профессиональной ориентации молодежи. Киев: Наукова думка, 1979.

56. Школа 1988. Проблемы. Противоречия. Перспективы / Отв. ред. В.С.Собкин. М.: ВНИК «Школа», 1988

57. Шубкин В.Н. Выбор профессии в условиях коммунистического строительства // Вопросы философии. 1964, № 8.

58. Шубкин В.Н. Молодежь вступает в жизнь (на материале социологического исследования проблем трудоустройства и выбора профессии) // Вопросы философии. 1965, № 5.

59. Шубкин В.Н. Начало пути. М.: Молодая гвардия, 1979.

60. Шубкин В.Н. Пределы // Новый мир. 1978, № 2.

61. Шубкин В.Н. Социологические опыты. М.: Мысль, 1970.

62. Шубкин В.Н., Артемов В.И., Москаленко Н.Р., Бузукова КВ., Калмык В.А. Количественные методы в социологических исследованиях проблем трудоустройства и выбора профессии // Количественные методы в социологических исследованиях / Отв. ред. А.Г.Аганбегян и В.Н.Шубкин. Новосибирск: НГУ, 1964.

63. Astafiev J., Firsova О., Shubkin V. Youth and New Technologies in the USSR // European Youth and New Techologies: A Comparative Analysis of 12 European Countries / Ed. by R. Furst-Dilic. Vienna, 1991.

64. Social problems of the young generetion today International Comparative Study. Board of Editors: K.Gospodinov, V.Shubkin, J.Andies. Sofia, 1986.

65. Youth and Labour. Editorial Board: V.Shubkin, K.Gospodinov, F.Gazho. Sofia 1983.

 

Глава 14. Социология науки (В.Келле, Р.—Л.Винклер)

Предварительные замечания

Как самостоятельная дисциплина отечественная социология науки возникла в 1960-е гг. [1; 36; 43, с. 3-24; 68, с. 42-56; 78, с. 11-12]. Ее вызвали к жизни потребности времени: возрастающая роль науки в развитии производительных сил и всего общества, научно-техническая революция, превратившая и науку в массовую профессию и вызвавшая быстрый рост расходов на науку. В советской России научная деятельность была престижным занятием. Это определялось не только практическими запросами обороны и народного хозяйства, но и идеологией, согласно которой новое общество созидается на научной основе. Поэтому можно было полагать, что исследования науки не встретят серьезного сопротивления.

Эмпирическая социология в Советском Союзе переживала в это время свой ренессанс, впервые после более чем 30-летнего перерыва получив возможность, хотя и ограниченную, исследовать социальную реальность своими методами. Однако социологический анализ научной деятельности находился на обочине ее интересов. Недоставало импульса, который бы стимулировал эмпирическое изучение социальных аспектов функционирования и развития науки. Этот импульс пришел извне самой социологии. Им послужило появление нового направления в изучении науки, которое получило название науковедения. Оно объединило целый комплекс дисциплин, предметом которых была наука и ее взаимоотношения с обществом.

Что касается идейных предпосылок социологии науки, то здесь дело обстояло сложнее [64]. В 20-е гг. социальные аспекты развития науки привлекали к себе внимание философов, экономистов, историков науки и даже естествоиспытателей и стали предметом конкретных исследований и обсуждений, освещались в журналах и книгах. Однако в период сталинизма это направление, как и многие другие, было задушено, журналы закрыты, дискуссии прекращены. С корнем вырывалось все, что было связано с эмпирическими исследованиями советской действительности, ибо их результаты могли вступить в противоречие с теми идеологическими штампами, которые предписывалось воспринимать как выражение реальности. Методологические положения марксизма в отношении науки как социального явления воспроизводились в философской литературе, но вне связи с социальными фактами они превращались в идеологические заклинания. Философия специальным анализом науки не занималась, ограничиваясь общими гносеологическими проблемами, критикой идеализма и защитой материалистической теории познания. Об изучении науки в двадцатые годы в России знали весьма приблизительно, ибо почти вся литература тех лет была малодоступной. Эта ситуация оставалась неизменной до второй половины 50-х гг. Сейчас очевидно, что основы социологии науки закладывались именно в первой половине столетия, и прежде всего в 20-е гг., когда в области социальных исследований еще не была полностью подавлена возможность проявления научной инициативы.

 


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2019 год. Все права принадлежат их авторам!