Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. 2 часть



Они услышали, как открывается дверь гаража, и Джулия с явной досадой обернулась. Вошел Билли, одетый в джинсы и запыленную футболку, положил пояс с инструментами на раковину в прачечной, соединявшей гараж с кухней. Вид у него был абсолютно измотанный.

— Ты что-то рано, — удивилась Джулия.

— Я на сегодня закончил. Мог бы поработать еще, но подумал, вдруг тебе нужна помощь.

Она рассмеялась:

— Интересно, какую помощь ты собрался мне предложить, когда дети уже в постелях?

— Господи, откуда я знаю. Может, надо дом покрасить или полы отциклевать?

Касси с силой потерла виски.

— Вам обязательно надо выяснять это сию минуту?

— Будь свидетелем, Кэсс. Все, что я сделал, — это только вошел в дверь.

— Да, в девять вечера, чтобы помогать! — произнесла Джулия.

— Ладно, пойду я домой, к Стиву, — сказала Касси, делая попытку встать.

— Нет, — схватила ее за руку Джулия. — Ты абсолютно права, мы прекращаем. И надо ведь рассказать Билли, что случилось.

— Зачем? — спросила она устало, снова опускаясь на диван.

— Затем, что этот тип сказал, что он парамедик, — объяснила Джулия.

— Кто сказал, что он парамедик? — спросил Билли. Он достал из холодильника пиво, принес его в гостиную и присел к кофейному столику напротив Касси. — Что-то случилось?

Касси рассказала всю историю с самого начала. Билли подался вперед, уперев локти в колени, сжимая в ладонях банку с пивом, и несколько раз опускал глаза в пол. Он так и не притронулся к пиву до конца рассказа. Потом отпил несколько больших глотков.

— Я только одно хотела бы знать, — добавила Касси, — а это все равно никак не узнаешь, даже если пойти в полицию, — нападал ли он на других женщин?

— Это и правда невозможно узнать, но мы, по крайней мере, можем проверить, точно ли он парамедик, — сказал Билли, поднимаясь. — И связан ли с пожарной службой? Вот что я скажу — если он и правда у нас работает и поступает так с женщинами, то сильно пожалеет об этом.

— Как бы мне не пришлось потом расплачиваться, если ты заставишь его пожалеть.

— Но я должен знать, Кэсс. И в нашей семье не без уродов, но о таком я слышу впервые.

— Не ты же нас знакомил, — заметила она. — К тебе это не имеет никакого отношения.

— А мне кажется, что имеет, и самое непосредственное. Я не от всех своих сослуживцев в восторге, но меня тошнит при мысли, что один из наших парней способен повести себя так с женщиной. Это меня просто убивает. Уж я все выясню непременно.



 

Билли настоял на том, чтобы проводить Касси домой — целых три километра, — и зашел к ней убедиться, что все в порядке. Пока он проверял окна, замки и прочее, Касси, присев на корточки, изливала свою любовь на Стива, целовала его и получала ответные поцелуи. Она не так уж и надолго его оставила — сегодняшний день был у нее выходной, и она ушла всего несколько часов назад, на свидание, которое обещало быть вполне приятным и не грозило затянуться допоздна. Сейчас было половина одиннадцатого, и Стив лежал на тахте на одеяльце со своими детьми — мягкими игрушками, которые он всегда носил с собой, как кошка носит котят.

Билли, собираясь уходить, спросил:

— Как ты себя чувствуешь, Кэсс?

— Нервничаю немного, но больше разочарована. Очень разочарована.

— Ты сильно испугалась?

— Признаюсь, это была порядочная встряска, но все длилось минут пять или даже меньше. Замки у меня надежные, а Стив известный пес-убийца. На самом деле мне часто приходится разочаровываться. Вы с Джу… я знаю, в последнее время вы ссоритесь, но ты даже не представляешь, до чего это противно: вечно искать, ждать, присматриваться, надеяться, что встретишь подходящего человека…

— Все твои друзья тебя очень любят, Кэсс.

Она улыбнулась:

— Спасибо.

Это, конечно, приятно слышать, хотя речь шла о несколько иной любви.

Он покачал головой и отвел глаза:

— Не знаю, что творится с Джу. Что бы я ни сделал, все не так. Не понимаю, что ее гложет.

Касси полагала, что она понимает. Трое детей, стесненный бюджет, много работы по дому, вечно отсутствующий муж. Но ей не стоило встревать в их отношения. Они сами решат свои проблемы, как уже бывало не раз.

— Может быть, тебе стоит спросить у нее? — только и сказала она.

— Ты думаешь, я не спрашиваю? Лучше б пошел сегодня в бар и выпил свое заслуженное пиво там. Да ладно, не хочу грузить тебя этим. В общем, если понадоблюсь, я дома. Если что случится, позвони. Я примчусь через пару минут.



— Ты сегодня сколько спал? — спросила она.

— Встал я в восемь.

— Это после суток на работе? Если что, я лучше позвоню в полицию, — сказала Касси.

— Очень хорошо, только после этого все равно позвони мне. — Он мягко взял ее за плечи и запечатлел на лбу братский поцелуй.

Стив, глядя на них, завилял своим куцым хвостом и заскулил.

— Тебя я целовать не стану, — сказал Билли собаке.

— Ну вот! А он так нуждается в поцелуе, — заметила Касси. — Он чувствует, что мамочка чем-то расстроена, и поэтому его надо утешить. Ведь от тебя не убудет, Билли.

— Нет уж. Я не целую собак, мужчин и собак-мужчин. Все время ты пытаешься меня заставить.

— Стиву так немного нужно, — продолжала Касси. — Кроме тебя он не знает никаких других мужчин. Он тебя обожает, разве ты не видишь? Даже смешно, что ты так упираешься. Легкий поцелуй в головку — и он счастлив. Это же Стив! Он все равно что твой сынок или, ну, племянник.

Билли, не вынимая рук из карманов, нагнулся и коснулся губами серой макушки Стива. Довольный, Стив сел и протянул лапу для прощания.

— Все-таки ты целуешь собак-мужчин, — засмеялась Касси.

— Бред. Ладно, запри за мной дверь. Если что понадобится, звони. Все равно что.

Он ушел. Касси, взглянув на Стива, вздохнула:

— Вот так, милый. Пошутить с ним — это все, что нам остается.

 

Касси переоделась в домашние шорты и футболку и защелкала пультом телевизора. Стив свернулся калачиком рядом с ней и приготовился смотреть старый фильм. У него под боком лежали зайчик, лягушка и осьминог. Фильм вовсе не был грустным — это оказалась комедия, — но каждые пятнадцать минут по ее щекам начинали струиться слезы.

У нее есть любимая работа, хорошие давние друзья, две семьи — Джулии и Фрэнка. Она ни от кого не зависит материально… и она одинока. Иногда так ужасно одинока!

Из вечера в вечер все повторяется — они со Стивом сидят на диване вдвоем. Ее более-менее серьезные романы можно пересчитать по пальцам, и все они оказывались удручающе короткими и с самого начала не обещали перерасти во что-то серьезное. Одни закончились по обоюдному согласию, другие, и их было больше, тем, что ее бросали, оставляли с разбитым сердцем и разрушенными надеждами. Ей ужасно не хотелось верить, что она одна из тех тоскливых одиноких женщин, вечно и безнадежно ищущих мужчину. Всякий раз при встрече с новым парнем она надеялась. Первой мыслью всегда было: «Пожалуйста, пусть он окажется тем самым! Хорошим человеком, который хочет иметь жену и детей, который действительно полюбит меня и будет относиться ко мне так, словно я — самое лучшее, что есть в его жизни». Но как далека она оказывалась от этого на практике! У нее даже не было опыта совместной жизни с мужчиной.

Сегодняшний вечер был не просто тоскливым — он был жутким. Касси снова и снова вспоминала случившееся и задавала себе вопрос — можно ли было предвидеть такой поворот заранее? Да, Кен был немного нетерпелив, но это даже забавно, если носит невинный характер. Она и подумать не могла, что он окажется насильником! Возможно, не подоспей помощь со стороны, он бы и пошел на попятную, встретив ее яростное сопротивление. Но в глубине души Касси чувствовала, что он был готов к насилию.

Так вот к чему все пришло! Значит, мало быть обманутой, брошенной, разочарованной, надо еще стать жертвой насилия. Вот к чему приводят поиски суженого. Это просто безумие, и его пора прекратить. Хватит уже искать мужчину своей мечты. Она больше просто не выдержит. Слишком много это приносит боли.

Одинокие двадцатидевятилетние женщины никогда никому не признаются — даже священнику на исповеди, — что больше всего боятся остаться навсегда одинокими. С той поры, как Касси исполнилось двадцать пять лет, самым страшным для нее стало — никогда не найти себе спутника жизни. Касси жила одна вовсе не потому, что так хотела, — у нее не было семьи в обычном понимании этого слова. Она знала женщин своих лет, которые, пробуя начать семейную жизнь, пару раз, даже несколько раз ошибались в выборе, прежде чем нашли своего мужчину, но у Касси самые продолжительные отношения тянулись всего лишь четыре месяца. И это были ужасные четыре месяца.

Она не знала никого другого такого, как она, — без родителей, без братьев и сестер, совсем без никого. Ей хотелось только любящего человека рядом, который хотел бы иметь детей, семью. И пусть у них даже будут ссоры, неизбежные при совместной жизни, которые кончаются примирением и грандиозным сексом. Она просто ненавидела, когда кто-то из подруг говорил ей: «Ну, ты еще такая молодая. У тебя впереди уйма времени». Уйма? Через полгода ей исполнится тридцать, а она еще ни разу не встретила мужчину, который выдержал бы полгода жизни рядом с ней. И еще: «Он встретится, когда ты меньше всего будешь этого ждать!» А потом обычно следовала история из собственного опыта о чудесной встрече с любовью всей жизни, но у самих-то не было за плечами многолетнего неудачного опыта! Если есть что-то хуже, чем смотреть в лицо ужасной правде, — это страх, что тебя не принимают всерьез. «Ты хорошенькая, умненькая — ты еще найдешь свое счастье». Но пока ничего похожего не случилось.

В голове у нее вертелись числа. «Если я встречу его в тридцать лет, год уйдет на то, чтобы узнать, подходим ли мы друг другу, еще год — чтобы притереться, а потом, если я не забеременею быстро, первого ребенка, выходит, смогу родить только в тридцать пять лет?» И постоянное: «А что, если он не встретится мне до тридцати пяти? Что, если он никогда не встретится? На самом деле — никогда? Да, мне хорошо с подругами, и я неплохо развлеклась, в конце концов, у меня был секс с двумя десятками мужчин…»

— Стив, — сказала она плачущим шепотом, — у меня был секс с двумя десятками мужчин. — Она почесала ему длинные уши. — И ты меня после этого уважаешь?

Первый мужчина у нее появился в семнадцать лет. Тогда она была страшно влюблена. А последний раз она занималась сексом пять месяцев назад. За тринадцать лет активной сексуальной жизни — двадцать или около того, это не так уж и много. Чтобы вспомнить их всех, ей пришлось бы взять бумагу и ручку. И все равно она не считала себя неразборчивой. Зато чувствовала себя абсолютно потерянной.

Стив посмотрел на нее своими прекрасными черными глазами и издал тоненький звук. Потом лизнул ей руку. Вот кто никогда ее не бросит!

Но и это не так, напомнила она себе, а ведь Стив — единственное близкое ей существо. Большие собаки живут недолго. Продолжительность жизни веймаранеров — лет двенадцать, а Стиву сейчас пять. Что же она будет делать без близкого человека и без мамы, совсем одна-одинешенька? Да, у нее есть подруги — Джу, Марта, Бет, но у них-то кроме нее есть родители, братья и сестры, мужья!

Слезы потекли уже потоком. До чего ей не хватало мамы, они были так близки. Хотя она и жила отдельно, они часто созванивались — раза четыре в неделю, и разговаривали по часу. И все месяцы маминой болезни она была рядом, ухаживала за ней и с любовью проводила в иной мир.

С детства Касси привыкла быть самостоятельной. Но все, чего она хотела, — это семейного счастья удачно вышедшей замуж женщины, такого, которое, пусть недолго, было у мамы с Фрэнком, которое есть у Джулии с Билли, у Марты с Джо. Чтобы рядом был добрый, надежный, сильный мужчина, на которого можно опереться, с кем делишь заботы и радости. Разве это такое уж заоблачное желание? Почему оно требует от нее таких затрат, таких усилий? Разве не у каждого есть где-то родственная душа?

Временами ей казалось даже, что жизнь вообще ничего не стоит без любви, без близких отношений. Невозможно вообразить, что она так и состарится, не узнав любви! Еще лет десять искать своего мужчину и снова и снова оказываться брошенной — даже думать об этом было невыносимо.

Глава 2

 

Хотя Джулия и Касси были лучшими подругами, всего их было четверо в компании, которая образовалась еще в средней школе. Марта и Бет были их двумя другими ближайшими подругами. В школе девочки вместе активно болели за школьную футбольную команду и с тех пор регулярно общались. Из них только Бет не всегда могла выкраивать время для встреч, она недавно получила диплом врача, и ее дни были заполнены до отказа.

Остальные регулярно встречались со дня окончания школы. Иногда встречи проходили в расширенном варианте, с другими старыми друзьями. Начало традиции положили Джулия и Билли, с тех пор как организовали вечеринку в день своего бракосочетания. Какое-то время спустя Билли познакомил Марту с одним из своих друзей-пожарных, и они в конце концов тоже поженились. Теперь дружеские вечеринки с застольем устраивались раз пять в году и включали как пожарных с женами и подругами, так и старых школьных приятелей.

В этом году Четвертое июля праздновали в доме Марты и Джо, в специально обустроенной комнате для приемов. Комната была просторной, с баром, бильярдом, пинболом, современной стереоаппаратурой, динамиками «квадз», множеством мест, где можно посидеть и потанцевать. Джулия ревниво оглядывала комнату. У супругов было много всяких игрушек для взрослых — сверхскоростной Интернет, плазменный телевизор. Еще яхта, кемпер и водный мотоцикл. Джо зарабатывал немногим больше, чем Билли, поскольку дольше работал в пожарном депо, но жили они на гораздо более широкую ногу, так как поженились после учебы, имели только одного ребенка, да и Марта работала полный рабочий день. Правда, она была парикмахером — не бог весть какая карьера, но имела большой список постоянных клиентов. Джулия определенно не могла себе позволить ее трат.

После рождения Джеффи Джулия некоторое время работала на полставки, а Билли в это время одновременно работал и учился в колледже, после окончания которого и получил работу в пожарной части. Потом несколько лет они жили на ссуды и урезывали себя во всем. Когда Билли начал получать твердое жалованье, вполне скромное, им пришлось думать о том, как расплатиться со множеством долгов. Тут у них родился Клинт, а через год — Стефи. И теперь они экономили даже на еде.

Джо, перед тем как встретить Марту, уже работал и имел собственный домик. Они не вступали в брак, с места в карьер, все продумали, поженившись, продали дом Джо и купили другой, побольше. Их мальчику было теперь три года, и, хотя Джо хотел еще детей, Марта заявила, что с нее пока достаточно. Джулия видела на примере других пар, что если они не планируют иметь детей, то и не имеют. Но Джулия с Билли, хотя и не планировали троих детей, все равно их имели.

За двенадцать лет старые друзья многого достигли, но только не Джулия и Билли, связавшие жизнь друг с другом в последний год школы. Они жили в маленьком домишке, и даже он был им не по средствам, ездили на подержанных машинах, имели кучу счетов и никаких побочных доходов. Никаких игрушек для взрослых, никаких отпусков. Они не устраивали вечеринок, ни даже романтических вечеров для двоих, не ужинали в ресторане, не выезжали на выходные. Они не могли себе позволить приходящих нянь — няни были дороги. Если Касси или мама Джулии не могли посидеть с детьми, они просто оставались дома. Джулия без конца вырезала купоны, ходила по распродажам, комиссионкам, прятала под покрывалом протертый диван. Не такой ей виделась будущая жизнь на выпускном вечере в семнадцать лет!

А сегодня, чтобы совсем заставить ее почувствовать себя полной неудачницей, объявилась еще одна одноклассница — Челси. Она всегда приходила на встречи раз или два в год, чтобы просто продемонстрировать свою по-прежнему стройную фигуру, девическую грудь, искрометную улыбку. Челси всегда была миленькой, а теперь хорошела с каждым годом. А Джулия со страхом думала, что преждевременно стареет. Но если бы в семнадцать лет ее спросили, что она предпочтет: расцвести к тридцати или быть во всеоружии красоты в семнадцать, она все равно выбрала бы семнадцать. Как это ни глупо.

И вот она наблюдала, как в другом конце комнаты Челси занимается тем, что у нее очень удачно получалось, — флиртует с Билли. Просто удивительно, сколько времени твой заклятый враг может преследовать тебя, не теряя интереса к твоему мужчине. Джулия грозила Билли немыслимыми карами, если он только дотронется до Челси, даже если случайно прикоснется к ней. И сейчас Билли, смеясь над каждым сказанным Челси словом, послушно держал руки сложенными на своей широкой груди. А она то и дело поглаживала его по предплечью и болтала, болтала без умолку, а он слушал ее и улыбался как идиот!

— Некоторые особы никогда не меняются, — заметила Касси, садясь с ней рядом на высокий табурет.

К Челси присоединился Джо — принес другу пиво. Он наклонился к Челси и что-то спросил у нее. Принести тебе выпить? Она со смехом покачала головой, вовлекая в разговор и Джо. Потом к ним подошел еще один мужчина. Да-а-а… Челси отловила трех привлекательных мужчин, поймав их на крючок своего декольте. И снова она положила ладонь Билли на руку!

— Если он еще раз засмеется, я метну в него дротик, — пообещала Джулия. — А потом порублю на котлеты.

Касси отпила вино.

— Может, тебе тоже выпить? Это расслабляет.

— Сегодня я назначена шофером, и минут через десять вывезу его вон отсюда. — Она повернулась к Касси: — Тебе не кажется, что я превратилась в унылую клушу?

— Ну, хохотушкой тебя сейчас действительно не назовешь. Но раньше…

— А я когда-нибудь вот так флиртовала? — спросила Джулия.

— Помню раз или два, но это было обычно с твоим собственным парнем, — ответила Касси. Она перевела взгляд на Челси. — Как она, не выходя замуж, умудряется так хорошо выглядеть, тогда как я становлюсь… все жирнее?

— Касси, ты вовсе не жирная, ты…

Касси подождала немного окончания фразы, но не дождалась и, положив ладонь ей на руку, попросила:

— Раз ищешь нужное слово дольше трех секунд, значит, просто подбери синоним.

— Помнишь, какие мы штуки проделывали? Утащили ночной горшок и поставили его в палисадник к тренеру по футболу. Было смешно. Ведь было?

— Мы его еще расплескали и облились…

— Потому что дико хохотали.

— Да. Что за идиотки мы были. — Касси еще глотнула вина. — Помнишь, как мы ходили в поход — предполагалось, что пойдут одни девчонки? Но парни как-то сумели просочиться. Тогда-то я и потеряла невинность. — Она сделала еще глоток. — Может быть, стоит это повторить? Поход для девушек, я имею в виду. Только в этот раз он действительно будет для нас одних.

— Я не смогу. Если Билли узнает, что я хочу походной жизни, моя жизнь кончена. Спать на земле — это единственное развлечение, какое нам осталось. — Она вздохнула. — Мне уже давно не до шуток, я превратилась в ломовую лошадь.

Сзади подошел Билли и положил руку ей на плечо. Джулия повернулась и испытующе взглянула на него:

— Ты к ней прикасался?

— Нет, Джу, мне, видишь ли, дороги мои яйца. Но если она и дальше собирается тереться грудями о мое плечо, мне потребуется еще порция выпивки.

— Забавно, — процедила она. — Сколько еще мы должны тут проторчать?

— Джо приготовил фейерверк, — сообщил ее муж.

— Фейерверки могут запылать прямо в этой самой комнате, если мне придется и дальше наблюдать, как Челси таращится на тебя коровьими глазами.

— Что с тобой? Да все только потешаются, глядя на то, как она трясет сиськами и вертит попкой, — усмехнулся он.

— Догадываюсь, что это крайне занятно, но я вспомнила, что по телевизору должны повторять «Закон и порядок». Выбор, конечно, мучительный, но я, пожалуй, составлю компанию телику.

— Только одному телику? — со смехом спросила Касси.

Было еще не поздно, всего около одиннадцати, но Джулия с Билли распрощались и покинули вечеринку. Они заехали к матери Джулии, забрали троих спящих детей и вернулись домой. Пока Джулия укладывала малышей, Билли включил телевизор. Она умылась, почистила зубы и заползла под одеяло. Но не успела заснуть — он быстро разделся, разбросав одежду по полу, и лег рядом. Она ощутила близко жар его нагого тела.

— О господи, — пробормотала она.

— Что? Ты же захотела вернуться пораньше. Но телевизор смотреть не стала…

— Билли…

— Знаешь что — давай для разнообразия не будем спорить. А просто сделаем это. После этого у тебя всегда поднимается настроение.

— Это Челси тебя так завела? — спросила она.

— Челси? — переспросил он со смехом. — Сколько лет ты еще меня будешь спрашивать? Мне не нужна Челси.

— Я не могу.

— Почему? У тебя месячные или что-то еще? Спазмы?

— Поздно, — сказала она.

Он приподнялся на локте.

— Ну, время еще совсем детское…

— Мне поздно, — сказала она. — У меня большая задержка.

Его красивое лицо перекосилось от изумления, потом в глазах мелькнула догадка.

— Так вот отчего в последнее время ты сама не своя! Мы снова залетели? Но это просто невозможно…

— Если подтвердится, я покончу с собой. А потом ты.

— А может, нам нужно еще одну девочку, для ровного счета? — улыбнулся он.

— Вазэктомия — вот что нам нужно!

— Да уж. Наверное. Сразу после этого раза…

— Билли!

— Что?

— Мы не можем позволить себе еще одного ребенка.

— Ты так говоришь, словно это я виноват.

— А по-твоему, Святой Дух?

Он улыбнулся и отвел с ее лба прядь волос.

— Я знаю, когда это случилось, — хрипло сказал он. — После того, как твои родители последний раз ужинали у нас. А потом, когда мы уложили детей, ты еще сама предложила… я даже удивился. Наверное, я тогда как следует взялся за дело. — Он поцеловал ее в нос, в губы, в подбородок. — Я хорошо постарался, и мой сперматозоид так устремился в тебя, что проскользнул через спираль…

Ее глаза наполнились слезами.

— Мы не можем позволить себе еще ребенка. Мы и тех, что есть, не можем позволить.

— Мы справимся. Не всегда будет так трудно, как сейчас.

— Всегда, если ты постоянно будешь меня брюхатить.

Он усмехнулся:

— Просто, глядя на тебя, я не могу удержаться. Ты такая красавица. И потом, я же не специально. Просто такой уж я могучий.

— Нет, подумать только, он радуется, какой он могучий сперматозавр, они у него проникают через презерватив, спираль, через что угодно… Он просто гордится собой!

— Да нет, вовсе нет, — проговорил он. — Хотя признаюсь — я люблю, когда ты с животиком…

— Нет, какой идиот! Мне нечем счета оплачивать. Ты что, не понимаешь этого?

— Я понимаю только, что тебя будет тошнить, и ты будешь постоянно капризничать, и это, конечно, минусы…

— А ты видел сегодня, как живут Марта и Джо? Большой дом, новая мебель, всякие модные штуковины. И знаешь почему? Потому что поженились они не в девятнадцать лет, у них всего один ребенок, и Марта работает, вот почему! А мы едим консервы из банки, а по праздникам куриные крылышки.

— Ну да, живем экономно, но не думаю, что мы захотели бы поменять наших детей на штуковины…

— Я не нахожу в этом ничего забавного! Нам никогда не вылезти из долгов.

— Слушай, разве можно знать, что творится у других, в их частной жизни? Может, у Марты и Джо долгу по кредитам на пятьдесят тысяч и все заложено-перезаложено. А я не променяю ни одного из наших детей на пинбол или бильярд. — Он закатил глаза. — Ну, Клинта я бы, пожалуй, еще выменял на яхту или кемпер.

— Мы даже одного ребенка с тобой не планировали, — плакала Джулия.

— Мы обошлись и без планирования.

— Я просто в самом деле не знаю, как со всем этим справиться. — Она сжала губы, пытаясь взять себя в руки.

— Все равно тебе не удастся меня расстроить. Да, мы старались не допустить беременности, но получали сюрприз, несколько раз, и мы принимали то, что получали. И не потому, что мы хотели еще одного именно сейчас, а просто, раз он уже на подходе, он — наш, и мы справимся.

— Не слишком увлекайся, это будет беременность со спиралью.

— Ты делала тест дома? — спросил он.

Она покачала головой.

— Тебя уже тошнит?

Она с несчастным видом кивнула.

— Но это, может быть, еще не значит…

Он придвинулся к ней, его большая рука скользнула под ее коротенькую ночную рубашку.

— Джу, мы с тобой делатели детей. Может, у нас нет яхты, но зато мы такие чертовски удачливые. Посмотри на наших деток! Они у нас шикарные. Здоровенькие. И все как один загляденье.

— Клинт чрезмерно активный ребенок. Я за ним не поспеваю. У меня терпения не хватает…

— Он угомонится. Джеффи тоже был таким. Слушай, я смогу взять дополнительные часы дежурства…

— Тебя и так не бывает дома!

— Я буду работать столько, сколько необходимо, куколка. И клянусь, что сделаю вазэктомию еще до того, как этот, новый, родится.

— Но если и это не поможет, я убью тебя во сне.

Он засмеялся и накрыл ладонями ее грудь.

— Одно хорошо — теперь тебе не надо бояться, что ты забеременеешь.

— Это не слишком вдохновляет. — Она шмыгнула носом.

— Сможешь теперь есть все, что захочешь, — сказал он.

— У меня послеродовая депрессия.

— Ну нет, это депрессия ранней беременности. Но когда ты возьмешь малыша на руки, то сразу оживешь. Так какой сейчас срок?

— Пара недель. Но ты же знаешь меня…

— У тебя три раза случались задержки. Но почему ты до сих пор не сделала тест?

— Он стоит семь долларов! И потом — я не хочу знать наверняка, — проговорила она тихо.

— Да, все получилось после ужина с твоими стариками, — мечтательно произнес он. — Это было незабываемо. Хотелось бы, чтобы так было почаще.

— Хотелось бы, чтобы ты не будил во мне желание, а гасил.

Он усмехнулся:

— Теперь понятно, почему ты была такой букой. Да, а как же вино? Ты сегодня пила вино!

Она покачала головой.

— В моем бокале был яблочный сок, — сказала она и расплакалась.

Он прижал ее к себе.

— Билли… — рыдала она, — Билли! Я не хотела, чтобы это случилось… только не сейчас. Если бы наше положение хоть немного выправилось…

— Все хорошо, все хорошо, куколка. Тебе трудно, я все понимаю. Но мы справимся. В конце концов нам все удается. Послушай, что я скажу тебе. У нас есть нечто, совершенно особенное. Еще с тех пор, как мы были детьми, и это не имеет отношения к деньгам. Мы не будем сидеть без гроша всю жизнь, милая. Но это нечто останется с нами навсегда. Я тебя люблю, Джу. Еще когда был мальчишкой, я всегда любил тебя, только тебя одну.

— Ты мне говоришь это всякий раз, когда я переживаю из-за очередной беременности…

— А переживаешь ты всякий раз, — засмеялся он. — Я не то чтобы очень верующий, но наши дети — им суждено было родиться. Они к нам подкрались незаметно, зато получились отличными.

— Ты, наверное, тайный мормон. И все время скрывал это от меня…

Он закрыл ей рот поцелуем.

— Наверное, — прошептал он. — Я всегда чувствую себя таким счастливым, когда наблюдаю, как ты округляешься, становишься большой и капризной. Пожалуйста, Джу! Не расстраивайся, потому что все устроится. Все всегда устраивается.

— Ох, Билли, — сказала она, проводя ладонью по его щеке. — Я просто не знаю, как снова все это выдержу.

— Скоро тебе будет получше. Ведь обычно тебе плохо всего первые два месяца, а потом ты снова как огурчик. Только не будь такой злюкой.

Она засопела.

— Я и правда последнее время немного вредничала.

— Что да, то да, милая, — засмеялся он. — А теперь будь со мной ласкова. Это же тебе ничего не будет стоить.

 

* * *

 

Несколько ночей Касси плохо спала. Билли рассказал ей, что расспросил множество людей, наводил справки в верхах и в низах и узнал, что был только один парамедик Кен — по фамилии Бакстер, пятидесяти лет, но не в Сакраменто, а в северо-западном округе. Билли справлялся даже в Фолсоме, а он находится далеко от бара в Сакраменто, где они встретились, но безрезультатно. Касси охватила нервная дрожь, когда она подумала, что все было ложью — он придумал и имя, и работу, добился того, что она ему поверила, и лишь с одной целью — чтобы овладеть ею силой.

— Мне представляется это так, — сказал Билли. — Сначала он послушал тебя, а потом вкрался в доверие. Ты рассказала, что работаешь медсестрой, что у тебя есть друзья среди пожарных и парамедиков, и вот тебе — он представляется парамедиком. Если бы он встретил преподавательницу аэробики, то назвался бы владельцем фитнес-центра.

— Страшно подумать, сколько раз этот прием приносил ему успех, — пробормотала Касси.

Получив эту информацию, она позвонила в полицию и попросила к телефону следователя, лучше женщину, которая ведет дела об изнасиловании.

— Вас изнасиловали, мэм?

— Нет, но я была на волосок от этого, и у меня есть информация, которая может быть вам полезна…

— Вы можете прийти и написать заявление.

— А можно мне сначала просто с кем-нибудь поговорить? — нетерпеливо спросила она.

Ее переключили на голосовую почту, она назвалась, сообщила телефон и подробно рассказала, что с ней произошло, как она чудом спаслась и что имеет полезную информацию. Но ей так и не перезвонили. Прошло несколько дней, и она уже перестала ждать. Раз полицию не заинтересовал ее рассказ, навязываться она не собирается. У них нет оснований для возбуждения дела.


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2018 год. Все права принадлежат их авторам!