Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Эллинизм и эллинистические государства:Египет,государство Селевкидов. Греция и Македония в период эллинизма



Сразу после кончины Александра Македонского в созданной им огромной державе разразился острый кризис власти, вызванный проблемой престолонаследия. Началась ожесточенная борьба за власть между его полководцами – диадохами (т. е. преемниками). Закаленные в битвах воины, сильные политики, диадохи разделили сатрапии огромного царства между собой, и каждый из полководцев получил в управление одну из областей «наследия Александра». Борьба между диадохами вылилась в череду почти непрерывных кровопролитных войн, которые продолжались 40 лет.

На месте распавшейся огромной державы Александра Македонского сложилось несколько новых мощных государственных образований – так называемых эллинистических монархий. В этих государствах утвердилось правление наследников диадохов. Власть над Египтом осталась у потомков Птолемея (династия Птолемеев, или Лагидов). Большая часть азиатских владений Александра оказалась в руках потомков Селевка I (династия Селевкидов). Селевку, однако, пришлось отказаться от территорий, завоеванных Александром в Индии, которые он не в состоянии был удерживать. В Македонии укрепились потомки Антигона Одноглазого и Деметрия I (династия Антигонидов).

Таким образом, результатом восточного похода Александра стало не господство Греции в Египте и Азии, но взаимопроникновение древнегреческой и древневосточной цивилизаций, синтез Востока и Запада, который обозначают довольно емким и многозначным термином "эллинизм".

Термин "эллинизм" образован по правилам немецкой грамматики от древнегреческого глагола "подражаю грекам" и был введен в научный оборот в 30-х гг. XIX в. немецким ученым И.Дройзеном. Некоторые ученые рассматривают эллинизм как чисто культурное явление и в рамки эллинистического мира включают все области, где в античную эпоху обнаруживается взаимодействие эллинской и местной культур. Другие придают эллинизму более широкую трактовку и прослеживают помимо общности в культурном развитии в рамках определенного региона - Восточного Средиземноморья - ряд характерных общих черт в формах политической организации и социально-экономических отношений. Нередки были попытки попытки рассмотреть эллинизм как некую единую политическую и социально-экономическую систему, присущую определенному этапу истории древнего мира.

Эпоха эллинизма была временем очень большой мобильности населения. Особенно это касалось греков: решив переселиться на Восток, они зачастую начинали постоянно перемещаться из одной страны в другую. Эллинские воины, торговцы, деятели культуры могли оказаться сколь угодно далеко от родины: и в новой столице Египта Александрии, и в древнем Вавилоне, и где-нибудь в Бактрии или Согдиане. И повсюду они чувствовали себя в известной мере как дома, ибо оказывались среди соотечественников, говорящих на родном греческом языке, среди близких и понятных культурных ценностей.



Хронологические рамки охватывают период от похода Александра Македонского на Восток (начало - 334 г. до н.э.) до включения последнего эллинистического государства - Птолемеевского Египта в состав Римской империи (30 г. до н.э.).

Эллинистическая государственность. Наиболее интересно проследить элементы синтеза в политической сфере - эллинистической монархии, которая представляла собой своеобразное сочетание восточной деспотии, македонской монархии и полисной системы.

Новые формы приобрели в эллинистическом мире и политические структуры. \

Правители частей распавшейся державы Александра Македонского были македонянами и, став во главе вновь образованных государств, сохранили основные черты и структуры управления. Они являлись верховными собственниками земель по праву завоевания и обладали абсолютной властью, они обожествлялись и опирались на существующий бюрократический аппарат управления. Однако вновь созданные монархии уже не были прежними восточными деспотиями. От македонской государственной системы во вновь образованные государства была привнесена роль армии (а она по началу оставалась греко-македонской), участвовавшей в решении наиболее важных вопросов государственной жизни, и роль греко-македонской знати, из которой царь назначал на высшие должности в государстве и которая порой весьма существенно влияла на принятие государственных решений. Монархи уже не выступали по отношению к греко-македонскому населению в качестве столь же неограниченных властителей, как по отношению к местным жителям. Характерно, что в большинстве эллинистических государств вооруженные силы комплектовались именно из греков– граждан полисов, а не из представителей народов Востока. Интересно, что в Птолемеевском Египте даже существовало своеобразное разделение труда чиновников по национальному признаку: военно-политической властью в каждой области обладал стратег-македонянин, финансовые вопросы обычно находились в ведении грека, а гражданскими делами ведал номарх из местной знати.



Еще более интересным феноменом эллинизма было "перенесение" на восток греческого полиса, хотя и в совершенно ином качестве. В самом Египте существовало только три города греческого типа с полисным устройством, хотя множество полисов было во внеегипетских владениях Птолемеев. Зато в царстве Селевкидов - самом огромном из всех эллинистических государств - было создано в общей сложности около 70 полисов, и к ним типологически примыкали военные колонии, находившиеся вдоль границ и в неспокойных районах. Землю вновь образовываемому полису выделял царь, как верховный собственник, и эта земля делилась на наделы между гражданами. Эти участки находились в условном владении, так как за землю граждане были обязаны царю военной службой. Полисы пользовались довольно широкой автономией, в них существовало народное собрание, совет, система магистратур. При этом полис подчинялся не чиновникам, а непосредственно царю, и гражданский коллектив находился в тесной социальной связи с династией. Воспитание в этих полисах велось в духе греческих традиций, а граждане были носителями греческой культуры в самых далеких от Эллады регионах. Полисы занимали привилегированное место в общественной структуре государства. Но их роль не ограничивалась только военной службой царю.

Тем не менее, в отличие от полисов предшествующих столетий они не были независимыми государствами. Теперь у полисов был верховный суверен – царь. Как бы ни пытались эллинистические монархи затушевать этот неприятный для греческого свободолюбия факт, давая полисам различные привилегии, даруя им земли, населенные местными жителями, тем не менее новая реальность эпохи постоянно давала о себе знать: отныне полисы ни в какой мере не решали вопросы внешней политики и их гражданским коллективам доверялось лишь внутреннее самоуправление.

Если сравнить систему управления Египтом и царством Селевкидов, то сразу бросается в глаза несравнимо меньший бюрократический аппарат у значительно большего по площади Селевкидского государства. Это странное на первый взгляд наблюдение становится легко объяснимым в контексте все того же полиса. В царстве Селевкидов те полисы, о которых шла речь, выполняли функцию по удержанию в повиновении завоеванного населения и делали бюрократию если не ненужной, то, во всяком случае, немногочисленной. Обычно полисы контролировали обширные территории, населенные местными общинами. Эти общины нередко приписывались к полису вместе с землей, и жители тем самым попадали в зависимость к гражданам полиса и эксплуатировались ими. И если в классическом греческом полисе гражданин был обычно земледельцем и сам обрабатывал участок, используя рабов лишь как вспомогательную силу, то на эллинистическом востоке гражданин полиса уже не работал сам, а эксплуатировал местное население, проживавшее на земле, владельцем которой он являлся. Таким образом, правомерно считать полисы своеобразным костяком всей селевкидской державы.

Птолемеевский Египет. Египет находился под властью династии Птолемеев (все без исключения цари этой династии носили имя Птолемей в память о своем родоначальнике Птолемее І, одном из активнейших участников войн диадохов). Царство Птолемеев по размерам было второй, а по политическому значению и экономическому могуществу, пожалуй, первой державой эллинистического мира. Оно оказалось и наиболее долговечным: последним пало под ударом римлян в 30 г. до н. э. (не случайно именно эту дату традиционно считают концом эпохи эллинизма).

Основанная Александром Македонским в 332 г. до н. э. на узком перешейке между побережьем Средиземного моря и большим озером, обладавшая прекрасными гаванями и хорошо защищенная от нападений врагов, Александрия стала крупнейшим городом всего эллинистического мира. Население Александрии на рубеже нашей эры достигало 1 миллиона человек. Кроме столицы, в эллинистическом Египте было лишь два полиса греческого типа: Навкратис в дельте Нила, основанный еще в архаическую эпоху, и Птолемаида на юге страны. Правда, было достаточно много полисов во внеегипетских владениях Птолемеев. Но эти территории, в сущности, так никогда и не стали полноценными частями державы, оставаясь своеобразными «придатками».

Птолемеям досталось более «однородное» наследство, нежели Селевкидам. Они воцарились в регионе одной из древнейших мировых цивилизаций, в стране с моноэтничным населением и многовековыми традициями, существовавшими в политической жизни, экономике, в области религиозных представлений и культов. Греки и македоняне, поселившиеся в полисах, представляли собой лишь незначительные «вкрапления» в массе местных жителей – египтян. Эти специфические традиции образовывали некое устойчивое цивилизационное единство, сохранявшееся в течение тысячелетий, несмотря на все перипетии внешнего характера. Какие бы завоеватели – будь то эфиопы, ассирийцы или персы – ни овладевали территорией в долине Нила, эта страна по-прежнему оставалась все тем же «вечным Египтом», державшимся на устоях, заложенных еще древними фараонами.

В государстве Птолемеев наблюдалась также более значительная, нежели в любой другой эллинистической монархии, бюрократизация управления. Высшие придворные чины назывались «родственниками» и «друзьями» царя, хотя в действительности такое определение их отношений было лишь традицией. Из числа этих «родственников» и «друзей» назначались руководители основных ведомств, среди которых следует особо отметить диойкета, возглавлявшего финансовую систему государства. Царю и высшей бюрократии подчинялись многочисленные мелкие чиновники, осуществлявшие управление на местах – в административных подразделениях государства: номах (областях), топосах (районах) икомах (деревнях). Все это были должностные лица, назначавшиеся вышестоящими органами, отвечавшие только перед ними и получавшие от них разного рода распоряжения. Роль местного самоуправления была минимальной; некоторые его элементы существовали на территории Египта лишь в трех греческих полисах. Сельское же население, состоявшее из потомков древних египтян, находилось всецело на положении бесправных подданных.

Что же касается внеегипетских территорий, подконтрольных Птолемеям, то там правители проводили совершенно иную политику. За пределами Египта они выступали не как самовластные восточные деспоты, а как просвещенные монархи, опирающиеся в своей власти на гражданские коллективы полисов и уважающие их автономию, поскольку она не вступала в противоречие с высшим суверенитетом царя.

Естественным следствием доведенной до предела бюрократизации управления в государстве Птолемеев была подробнейшая регламентация всех сторон жизни. Особенно это относится к экономике Египта, существенно отличавшейся от экономики остального эллинистического мира. Верховным собственником всей земли являлся царь. Египетские крестьяне (царские земледельцы, как они назывались) считались арендаторами этой земли и вносили крупную арендную плату в натуральной форме. Она была столь значительна, что уместно говорить даже об изъятии чиновничеством у крестьян всего урожая, кроме минимума, необходимого для того, чтобы не дать умереть голодной смертью. Все отобранное у крестьян в качестве арендной платы (зерно, скот и т. п.), помещалось в государственные хранилища. В начале каждого нового земледельческого сезона крестьяне получали из этих хранилищ зерно для посева, орудия труда, рабочий скот, поскольку сами они всего этого не имели.

Ход сельскохозяйственных работ полностью определялся направлявшимися в деревни циркулярами, в которых было расписано буквально все – от набора посевных культур, которые необходимо высадить на том или ином участке, до сроков посева и жатвы. Государственное регулирование сельского хозяйства в совокупности с благоприятными природными условиями (плодородные почвы долины Нила) сделали Египет эпохи эллинизма исключительно богатой страной. Сокровищницы александрийских владык достигали колоссальных размеров. Но при этом в богатейшем государстве рядовой крестьянин жил в крайней нищете, поскольку у него изымали все, что могло бы принести доход.

Формально египетские крестьяне считались лично свободными, но на деле находились в полной зависимости от государствувенных структур. Часть своих земель цари уступали разного рода привилегированным лицам: чиновникам, жрецам, военным колонистам. На эти земли жесткая регламентация и бюрократический контроль распространялись в меньшей степени. На них могли даже возникать хозяйства античного типа, с широким использованием труда рабов. Впрочем, рабовладельческие отношения не являлись определяющим типом экономической структуры, характерной для эллинистического Египта.

Высокого развития достигло в Египте ремесленное производство, главными центрами которого выступали города, и прежде всего Александрия.

Государство Селевкидов. Самым большим по территории было так называемое государство Селевкидов – по имени правившей монархией династии, основанной диадохом Селевком I Никатором. Селевку удалось объединить под своей властью большую часть земель, завоеванных Александром Македонским в Азии, основную территорию бывшей державы Ахеменидов. царство раскинулось от восточного побережья Эгеиды до границ Индии.

Потомкам Селевка I пришлось отказаться от владений в Малой Азии. В результате восстания местного еврейского населения во главе с братьями Маккавеями стала свободной Палестина, где образовалось небольшое теократическое государство. Греко-Бактрия и Парфия вновь обрели независимость. Особенно опасными врагами оказались парфяне, поставившие под свой контроль Иран и Месопотамию. Ослабление государства Селевкидов усугублялось кровопролитной междоусобной борьбой за престол между членами правящей династии. В результате в последние десятилетия своего существования, в начале I в. до н. э., власть этого государства распространялось на одну лишь Сирию.

По своей внутренней структуре держава Селевкидов была самой неоднородной среди эллинистических государств. Не случайно она даже не имела собственного названия, а в международно-правовых актах обозначалась именем правящего царя («царь Селевк», «царь Антиох» и т. п.). Во многом она напоминала существовавшую прежде на той же территории персидскую державу. Под владычеством Селевкидов находились самые различные по уровню развития области. Там были и регионы древних восточных цивилизаций: Вавилония, Ассирия, Финикия, Персида, и земли племен, находившихся еще на стадии родо-племенных отношений (ряд территорий в Иране и Средней Азии), и многочисленные полисы, населенные прибывшими из Европы греками. Следует отметить, что во владениях потомков Селевка І полисов было намного больше (несколько десятков), чем в любой другой из эллинистических монархий. Полисы представляли собой один из главных структурных элементов государства Селевкидов, важнейшую опору власти его правителей. Их основание всячески поощрялось, цари даровали им разные привилегии.

Во главе государства Селевкидов стоял царь. Власть его была пожизненной, наследственной (хотя нередко случались государственные перевороты и конфликты между несколькими претендентами на престол) и практически абсолютной (во всяком случае, она не была ограничена никакими законами). Царь возглавлял гражданскую администрацию, являлся главнокомандующим вооруженными силами, верховным судьей. По сути дела, он считался даже олицетворением справедливости, от которого могут исходить только благие распоряжения. Кроме того, власть царя в государстве Селевкидов (как и всегда на Востоке) имела ярко выраженный сакральный характер. Монарх воспринимался как существо неземного порядка, как сверхчеловек, который становился предметом почитания, а подчас даже и обожествления.

Для эффективного управления государством при царе существовал достаточно большой бюрократический аппарат, отвечавший за сбор податей, функционирование судебной системы и др. Впрочем, ввиду огромных размеров царства, разобщенности его областей многие полномочия оставались в руках наместников, осуществлявших власть на местах (по образцу державы Ахеменидов государство Селевкидов делилось на сатрапии). В этом таилась определенная опасность сепаратизма.

Особый государственно-правовой статус имели греческие полисы, существовавшие на землях, подвластных потомкам Селевка І: они подчинялись непосредственно царю. Полисы сохраняли самоуправление во внутренних делах, систему традиционных органов управления и магистратур, владели прилегающими сельскими местностями; их граждане получали от царской власти разного рода привилегии, в том числе свободу от податей. Оказывая полисам разного рода благодеяния, монархи из династии Селевкидов воспринимали их как своих естественных союзников.

За пределами полисов лежали огромные пространства, населенные местными крестъянами, объединенными в общины. Они подвергались эксплуатации со стороны государства: платили в пользу царя налоги, выполняли различные повинности. Верховным собственником всей земли в государстве считался царь. Часть принадлежащих ему земельных богатств он передавал во владение полисам. Положение крестьян, живших на «полисных» землях, было наиболее тяжелым, поскольку им приходилось вносить подати и в царскую казну, и в казну полиса. Классическое рабство в государстве Селевкидов было распространено в меньшей степени, чем в Греции. Однако рабский труд использовался, особенно много рабов было в греческих полисах.

Пергамское царство.

Одно время на роль четвертой «великой державы» эпохи эллинизма претендовало Пергамское царство со столицей в городе Пергам. Это государство возникло в северо-западной части Малой Азии, его центром была область Мисия. Вначале Пергамское царство было небольшим и не играло значительной политической роли. Однако со временем, в конце ІІІ– начале ІІв. до н.э., его территория во много раз увеличилась, а значение в эллинистическом мире сильно возросло. Новоприсоединенные территории были отняты в основном у государства Селевкидов руками римлян, верным союзником которых выступал Пергам. Накопив значительные богатства, умело маневрируя в сложной внешнеполитической обстановке, Атталиды стали достаточно могущественными правителями. Был период, когда они контролировали большую часть Малой Азии. История Пергамского царства закончилась тем, что по завещанию последнего царя Аттала III в 133 г. до н. э. оно отошло к Риму и стало первой римской провинцией в азиатской части света (эта провинция так и называлась – Азия).

В состав пергамского государства входили области хотя и восточные, но наиболее близкие к греческому миру и поэтому издревле освоенные эллинами. Существовавшие на северо-западе Малой Азии многочисленные греческие полисы теперь подчинились Атталидам. Местные народности тоже давно уже находились под сильным греческим влиянием. По этим причинам в Пергамском царстве греческий элемент был не единственным, но бесспорно преобладающим. В частности, в экономической жизни заметное место занимали классические рабовладельческие отношения; не столь жесткой эксплуатации, как в державах Селевкидов и Птолемеев, подвергалось и местное население. Цари из династии Атталидов, стремившиеся избегать грубого деспотизма, пользовались в эллинистическом мире репутацией просвещенных и даже демократичных монархов. Они демонстративно именовали себя «гражданами Пергама», не предпринимая попыток организовать царский культ. Невелик был в Пергаме и бюрократический аппарат. Пергамское войско, комплектовавшееся в основном на наемной основе, состояло не только из греков, но и из представителей местных народностей.

Греческие федерации. Определенный интерес представляет рассмотрение путей греческой государственности в эллинистический период в самой Элладе.

Возникновение системы эллинистических государств превратило Грецию и Македонию в сравнительно второстепенный регион античного мира. Ядро Эллады в эллинистическую эпоху стало переживать упадок, связанный с массовым оттоком населения на восток, перемещением туда торговых путей и ростом новых экономических центров. Грекам не удалось реализовать лозунг Исократа: если часть персидских богатств была перенесена в Грецию, то перенести беды Греции на восток оказалось невозможным, и кризис полиса продолжался, вступив в новую стадию. Продолжалась борьба между греческими полисами, не утихали внутренние столкновения.

Исторический опыт наглядно показал, что самостоятельное существование разрозненных полисов в условиях новой системы эллинистических монархий становилось практически невозможным, к тому же тенденции социально-экономического развития полисов требовали создания более широких государственных объединений. Поэтому в эллинистическую эпоху в международной жизни возрастает роль политических союзов греческих полисов, построенных на федеративных началах. Характерно, что инициатива образования таких федераций теперь исходила не из старых экономических и политических центров, а из слаборазвитых районов. К концу III в. до н.э. наибольшее значение приобретают Этолийский союз, который охватывал полисы почти всей Центральной Греции, некоторые полисы Пелопонесса и островов Эгейского моря, и Ахейский союз, включавший около 60 полисов и занимавший большую часть Пелопонесса. В 222 г. до н.э. после разгрома Спарты Ахейская федерация присоединилась к образованному под эгидой македонского царя Антигона Эллинскому союзу, в который вошли и другие греческие полисы, кроме Афин и полисов Этолийского союза.

Для греческих союзов-федераций эллинистической эпохи были характерны: общесоюзное гражданство, общие законодательные и исполнительные органы, построенные по принципу представительства, наличие союзных законов, союзного суда и постоянного союзного войска. Центральная власть имела дело не только с целыми полисами, но и с отдельными гражданами, которые, в свою очередь, подчинялись не только законам своего полиса, но и общесоюзным законам. Свидетельством государственного единства можно считать и компактность территории: например, вступление в Ахейский или Этолийский союз было невозможно для территориально удаленных полисов. Любые попытки самостоятельных внешнеполитических акций полисов без санкций союзных органов рассматривались как незаконные и недопустимые. Вместе с тем, полисы-члены союзов могли издавать собственные законы, иметь свои политические институты, даровать гражданство иностранцам, заключать договоры с центральной властью в качестве равноправного партнера. В составе союзов полисы продолжали сохранять две главные функции государства: удержание в повиновении рабов и защиту населения от внешней угрозы, поэтому в союзах отсутствовал бюрократический аппарат, а армия формировалась из полисных ополчений.

Новый этап кризиса полиса был связан с появлением новых черт этого кризиса. Во-1-х, не остается следа от былого единства и сплоченности полисного коллектива: возникают очень крупные состояния, с одной стороны, и снижается жизненный уровень большинства граждан, с другой. Во-2-х, хотя античная форма собственности сохраняется, исключительное право собственности граждан на землю становится преимущественным правом, а стабильность и замкнутость гражданских коллективов окончательно уходит в прошлое. В-3-х, оживление межполисных контактов и образование федераций ведут к обмену гражданством и постепенному отделению гражданских прав от земельной собственности. В-4-х, в политической сфере происходит постепенное стирание разницы между олигархией и демократией, ввиду ограничения политических прав обедневших граждан.

Дальнейшая судьба греческих союзов была тесно связана с Македонией и Римом. Этолийский союз противостоял вначале Македонии и воевал на стороне Рима в I и II Македонских войнах, в 192 г. до н.э. этолийцы вступили в союз с сирийским царем Антиохом III и воевали против римлян, что способствовало упадку союза в виду успехов последних, пока в 146 г. до н.э. Этолия не стала римской провинцией. Ахейский союз фактически распался еще раньше в ходе экспансии римлян на Балканы и из-за внутренних распрей, но в 146 г. до н.э. после восстания союзников против римского господства был окончательно разгромлен римлянами. С этого времени Греция окончательно стала римской.

 

 


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2017 год. Все права принадлежат их авторам!