Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ЭВОЛЮЦИИ СЕКСА



Столетиями вопросы секса, играющие в эволюции главную роль, все более запутывались и включали в себя все большее количество элементов. Кроме двух мужских ролей — соблазнителя и домоседа — появлялись их производные; иерархия значимости самцов, территориальные стычки самок, всякие штучки и уловки усиливались, поскольку были эффективны. Когда еще не было мемов, то есть, относительно недавно, разнообразие сексуального поведения было обусловлено его прямой связью с передачей ДНК. В шероховатой реальности генетической эволюции не было ни любви, ни впечатлительности, ни галантности, — в расчет бралось только потомство, которое по достижении зрелости должно было размножаться.

А теперь следующий противоречивый вопрос: обычно люди считают, что секс — это несущественный, и даже немного стыдный отрезок их прекрасной культуры, основанной на ценностях, этике, традициях и Законе Божьем.

 

Меметика считает, что все ценности, законы морали, традиции, а также представления о данных Богом законах — это продукты эволюции мемов. Эволюцией мемов управляют врожденные склонности человека, вращающиеся вокруг секса.

 

Прекрасный тому пример — иерархическая система, в которой доминируют мужчины, называемая патриархатом.Некоторые (феминистски настроенные) писательницы-феминистки предупреждают об опасности размножения ее схем. У них к этому имеется существенный повод: система эта возникла для облегчения самцам передачи своего ДНК. Можно ли ее назвать подходящей моделью функционирования хозяйства?

Почему мужчины не могут жить, не сравнивая себя постоянно с другими? Почему они постоянно выясняют, кто из них важнее, кто стоит выше, а кто — ниже на социальной лестнице? Думаю, это адаптация, служащая мирному установлению, которые из самцов имеют право на определенных женщин, ликвидирующая потребность ведения непрерывных изнурительных сражений. Именно в этом следует усматривать причины действия своего рода шестого чувства, благодаря которому мужчины всегда безошибочно определяют свою позицию по отношению к другим мужчинам. Что касается женщин, то их ощущение социального статуса более зависит от привлекательности или успеха, нежели от доминирования над другими представительницами своего пола.

Иерархическая структура большинства рабочих предприятий, учреждений, армии и даже католической церкви очевидна; не подлежит сомнению, кого вызывают на ковер, кто отдает приказы, а кто их исполняет. На первый взгляд, эти структуры имеют мало общего с завоеванием женщин, однако поступки и чувства мужчин, задействованных в них, остаются теми же. Установление иерархии, правда, исключает необходимость прямых столкновений за высшую социальную позицию, но все же мучительно для людей, убежденных, что они заслуживают повышения — получения доступа к большему числу интересных партнерш.



Сейчас, сейчас — ведь некоторые мужчины (и некоторые женщины) любят власть ради нее самой! Они испытывают радость от контролирования собственной судьбы, от возможности жить по собственным правилам — или попросту любят тот трепет, который дает власть. Все это правда, важнее однако, почемувласть над другими так нас возбуждает. Жажду власти закодировала в наших мозгах эволюция.

 

В ходе эволюции мужчины, которым нравилось и которые стремились управлять другими, прилагали больше усилий, чтобы взобраться на вершину иерархии и, благодаря этому, имели больше партнерш.

 

Эти мужчины не только пользовались большим успехом у женщин, но также располагали большими ресурсами и могли передать их своим детям, увеличивая их шансы воспроизводства. Самая безжалостная из эволюционных сил, половое размножение, вытеснила мужчин, которым не нравиласьвласть. Поскольку они не размножались даже приблизительно так интенсивно, как те, кто был на вершине иерархии, и не делали ничего, что могло бы помочь размножаться детям, их гены погибли, уступая место генам, отвечающим за желание власти. Ошибкой было бы предполагать, что мужчины сознательно рассуждают примерно так: «Я должен начать взбираться по служебной лестнице, потому что когда я окажусь на вершине, то смогу склонить больше женщин переспать со мной». Стремление к власти следует расценивать скорее как эволюционно сформировавшуюся инстинктивную потребность.



ЦИВИЛИЗУЮЩАЯ РОЛЬ ЖЕНЩИН

В то время, как мужчины провозглашали экспансионизм, завоевания и растущее значение власти, женщины представляли своеобразную цивилизующую силу. Это было обусловлено их потребностью в уверенности и безопасности, что непосредственно вытекает из различных приоритетов мужских и женских генов. Мужские гены успешны, если склоняют своих хозяев к совокуплению с как можно большим числом женщин, успех же генов женских зависит от того, смогут ли их кормилицы создать безопасные и спокойные условия жизни детям.

Почему так происходит? Потому, что мужчины тратили относительно мало времени и энергии на произведение потомка, женщины же не могли родить в течение года больше, чем одного ребенка и вынуждены были охранять свой генетический капитал. Участвовали ли мужчины в выживании своих детей? Наверняка. Так же ли (относительно) велика была ценность их вклада, как инвестиция женщины? Наверняка нет, по крайней мере не в случае мужчин, которые имели возможность оплодотворения множества женщин и передачи самого большого количества генов. Отсюда вывод, что именно женщины, чтобы сберечь свой вклад, должны были установить стандарты, определяющие принципы мужского поведения.

 

Поскольку отбор партнеров положительно сказывался на дальнейших судьбах женских генов, эволюция поощряла ситуацию, в которой женщины выбирали одного из ухажеров, а мужчины должны были соперничать между собой, чтобы оказаться избранными.

 

Короче говоря, женщины могли капризничать. Они могли подвергать своих ухажеров испытанию: проверять, серьезно ли они относятся к связи. Сопротивляясь до тех пор, пока мужчина не потратит значительного количества времени и денег, они уменьшали вероятность того, что окажутся героинями мимолетного флирта. Они проверяли, действительно ли обожатель хочет исполнять роль мужа и отца, а не ищет лишь мимолетного приключения.

Если это покажется тебе потрясающим холодным расчетом, помни, что женщины подвергают испытанию мужчин не обязательно сознательно. Просто эволюция так нас устроила: гены, способствующие проявлению у женщин таких тенденций, передавались чаще, чем те, которые не имели этой особенности. Как следствие, у женщин сложилось впечатление, что они хорошо поступают, убедившись в намерениях партнера до начала половой жизни.

ХИТРОСТИ

Я не претендую на то, что смогу представить роль пола кратко и исчерпывающе, даже если бы я мог посвятить этому всю книгу. Образы macho, мужа/отца; ухажера, а также подвергающей его испытанию женщины, воплощают только основные способы поведения мужчин и женщин во взаимных отношениях. Эволюция допускает все возможные способы поведения; поэтому стоит ли удивляться, что появляются гены, которые в своем неудержимом стремлении к самовоспроизводству приказывают своим хозяевам использовать других, оказывать на них давление, хитрить, обманывать и обкрадывать.

Одна из такого рода практик — тайные половые связи. В отношении мужчин здесь имеется ввиду внесупружеский секс. Что интересно, с генетической точки зрения у женщин нет причин для беспокойства по поводу неверности партнера до тех пор, пока мужчина не полюбит другую женщину и не бросит семью. (David Buss в книге «Эволюция похоти» сравнивает результаты исследований, которые выявили разительные отличия в причинах ревности мужчин и женщин. Одной из исследуемых самим Бассом группе мужчин был задан вопрос: Что бы ты предпочел: чтобы твоя партнерша вступила в эмоциональную связь с другим мужчиной или в половую связь? 60% мужчин выбрало первый вариант. В изучаемой группе женщин результаты оказались противоположными: 83% женщин скорее согласились бы с физической, нежели с эмоциональной изменой).

Женская хитрость может проявляться в том, чтобы втайне от мужа-домоседа забеременеть от стоящего выше генетически «настоящего мужчины». Но неверность для женщины — для ее генов — не так полез на, как для мужчины, поскольку лишь незначительно увеличивает шансы выживания потомства, зато повышает риск быть оставленной мужем; поэтому не следует ожидать, что влечение к измене будет у женщин столь же сильно, как у мужчин. Отсюда можно сделать вывод: мужчины гораздо более склонны к неверности; оплодотворение очередной женщины собственно ничего не стоит, зато увеличивает шансы появления на свет ребенка с их генами.

ОЧЕРЕДНОЙ ПЕРЕРЫВ ДЛЯ АВТОРА — ЭВОЛЮЦИОННЫЕ «МОТИВЫ»

Перерыв! Перерыв! Слово автору! Ведь люди, которые идут «налево», вовсе не желаютиметь ребенка! Как же я говорю, что они изменяют, чтобы иметь больше детей, если известно, что им это не нужно?

Необходимо уяснить разницу между нашими теперешними сознательными мыслями и действующими в далекие времена силами, управляющими естественным отбором ДНК. Проявляющаяся в определенных обстоятельствах неосознаннаясклонность к измене была в результате эволюции закодирована в мозгах, ее передали нам наши предки, и плод ее — мы сами!Несмотря на наши возвышенные мысли, этические нормы и идеалы, нашими действиями по-прежнему управляет доисторическая программа, под влиянием которой некоторые люди привлекают внимание, очаровывают и внушают любовь. Это необычайно сильное половое влечение — результат эволюционного естественного отбора.

Половое влечение послужило основой новых, немедленно принятых эволюционных решений. Антропологические исследования утверждают, что одна из главных целей женской неверности — не столько забеременеть, сколько добиться другого внимания, напр., дополнительной порции мяса для детей. «Настоящие мужчины» ходили на охоту не потому, что это был самый эффективный способ получения белка (собирательство гораздо более дорогостояще), а потому, что в случае успешного похода, у них было чем заплатить за благосклонность женщин всей деревни.

А вообще, трудно отказать людям в праве на секс-развлечение, которым можно заняться в свободное от дел время. Поскольку естественный отбор сделал таким приятным то, что призвано было служить воспроизводству, то — это очевидно — секс сам по себе, даже чуть менее приятный, будет любимым занятием, если не станет угрожать нашему выживанию или воспроизводству.

ЭВОЛЮЦИЯ ОБМАНА

С течением времени появились новые стратегии наступления и обороны в процессе полового отбора. Сексуальные обманщики совершенствовали свое ремесло, а их потенциальные партнеры все лучше распознавали обманщиков и учились, как обходить расставленные ловушки. Однако поскольку с генетической точки зрения обман окупается, то продолжает оставаться важным фактором в передаче генов.

Притворство — один из способов увеличения своих генетических шансов. Трудно изображать «настоящего мужчину», когда поблизости есть другие, которые быстро покажут смельчаку, где его место. Однако можно ожидать, что как только мужчина окажется в ситуации, когда его позиция будет самой сильной, то не преминет этим воспользоваться, распространяя свои гены.

Играть роль мужа и отца еще более выгодно. Женатые мужчины чаще всего убеждают своих новых партнерш, что они свободны. Кавалеры, как правило, обещают вечную любовь и привязанность, однако зачастую уходят после нескольких приятных минут, проведенных вдвоем. Ясное дело, женщины, которые со временем станут подозрительными и наловчатся распознавать эти «штучки», приобретут более выгодную позицию. Противоположные позиции обманщиков и детективов совершенствовались тысячелетиями. Подобная логика управляет продолжающимися почти до бесконечности брачными танцами некоторых птиц, неимоверно изнурительные для обоих партнеров. Самки этих птиц «знают» (в эволюционном значении), что ни один самец, уже связанный с другой, не стал бы вкладывать столько энергии в мимолетный роман, одновременно рискуя своей уже имеющейся семьей; самка заставляет его выложиться полностью, желая убедиться, что тот действительно одинок.

НАЙТИ НИШУ

Если бы все люди применяли одинаковые стратегии выбора партнера, то менее привлекательные всегда бы проигрывали — им бы никогда не удалось совокупиться. В связи с этим часть ухажеров разработала стратегию ниши,заключающуюся в поисках партнера там, где нет большого выбора, а конкуренция значительно слабее — приобретая тем самым больший вес на меньшем рынке. В конечном итоге стратегия ниши облегчает использующим стратегию наши особям передачу ДНК следующим поколениям.

Нишевые стратегии выбора партнера — это причина, объясняющая, почему люди так по-разному себя ведут. В то время, как большинство мужчин предпочитают женщин до тридцати, которые наиболее плодоспособны, другим нравятся старшие. Хотя большинство из нас считают привлекательными людей с типичными чертами, указывающими на присутствие общих генетических признаков, некоторые ищут партнеров с экзотической внешностью. Большинство женщин испытывают своих поклонников, но некоторые из них всегда готовы к сексу — благодаря чему они обеспечивают своим детям какую-то часть материальных ресурсов подразумеваемых отцов. Особи, применяющие стратегию ниши действуют немного «на авось», желая как можно шире распространить собственное ДНК.

НРАВЫ И ЛИЦЕМЕРИЕ

В состязаниях за воспроизводство выигрывает не только то ДНК, которое способствует наиболее эффективному размножению своего ДНК, но и то, которое затрудняет размножение других. Когда на свете еще не было мемов, то наиболее физически сильные самцы отпугивали остальных, «резервируя» для себя всех самок. Самцы, ниже стоящие в иерархии, чаще всего притворялись, что издалека обходят гарем доминирующего самца, но втайне все же использовали любую возможность, чтобы передать свое ДНК. Как показывают научные исследования, именно так ведут себя шимпанзе.

Когда уже существовали мемы, в генетических интересах самцов было распространять те из них, которые уменьшат шансы на совокупление других самцов. Провозглашать мемы, навязывающие обожателям определенное поведение, было полезно также и для женского ДНК. Наши деды были заинтересованы в распространении мемов, которые бы надлежащим образом влияли на внуков. Так возникли сексуальные нормы.

Сексуальные нормы — это своего рода правила игры, мемы-стратегии с содержанием «не делай того, что тебе хочется». Они удерживают от совокупления с определенной группой потенциальных партнеров; их прививают нам с самых младших лет.

 

Интересно в сексуальных нормах то, что когда мы их усваиваем, то действуем часто вопреки интересам своего себялюбивого ДНК.

 

Чего хочет Твое ДНК, определить не трудно: просто обрати внимание на то, кто Тебя привлекает сексуально. Это указание на то, что с генетической точки зрения совокупление с этим человеком было бы хорошим способом передачи Твоего ДНК.

Под эту модель подходят более древние сексуальные ограничения, содержащиеся в декалоге. Одна заповедь запрещает совокупляться с женой другого мужчины, а другие — даже желать ее. Мужчины, которые инвестируют свои ресурсы в создание дома и семьи, с эволюционной точки зрения могут много потерять, когда какая-нибудь кукушка отложит яйца не в своем гнезде. Ничего удивительного, что они заинтересованы в распространении мемов, отговаривающих других мужчин совокупляться с их женами.

Соблюдение сексуальных норм служит исключительно интересам ДНК других людей.Поэтому пока люди не уяснили себе, что смысл их жизни может заключаться в чем-то большем, нежели простое размножение ДНК, оптимальная стратегия себялюбивых генов состояла в пропаганде сексуальных норм с одновременным их тайным крушением при малейшей возможности. В этом заключалось эволюционное объяснение двуличия. Можно ожидать, что больше всего двуличное поведение будет проявляться в сексуальной сфере, поскольку одновременное распространение антисексуальных мемов и информирование их по отношению к себе самому полезно для любого ДНК.

С РАЗНЫХ ПЛАНЕТ

Если принять во внимание, как иногда бывает сложно общаться в партнерских союзах, то может показаться правдоподобным, что мужчины и женщины происходят с разных планет. Но вероятнее все же, что принципиальные различия — это следствие вышеописанной борьбы полов. Мужчины вообще склонны интересоваться властью, позицией в иерархии, а также быстрым и ловким использованием любой возможности совокупления. В наиболее общем представлении, их интересуют женщины наиболее плодоспособные, то есть, молодые и здоровые. Они в большинстве своем ревностно охраняют своих женщин от притязаний других.

Женщины вообще ценят безопасность, постоянство связи, а также мужчин, которые хотели бы посвятить им все. Их чаще всего привлекают мужчины сильные, с высоким положением, либо заинтересованные и щедрые. Преимущественно настороженно они относятся к другим женщинам, которые могли бы отбить у них мужей; они чутко реагируют на проявления ослабевающей заинтересованности со стороны своих партнеров и делают все, что в их силах, чтобы ситуация вернулась к норме.

Ты не задумывался, почему мужчины украдкой посматривают на привлекательных женщин? Это выработанное эволюцией орудие мгновенной оценки потенциальной партнерши, способствующее молниеносной реакции на встреченную возможность совокупления. По этой же причине мужчины легко реагируют на зрительные стимулы, и поэтому больше, чем женщины, интересуются порнографией.

 

Естественным образом мужчины стараются произвести на женщин впечатление своей силой и властью — с положительным результатом.

 

А почему женщины нервничают, если их партнеры не звонят целый день? Им кажется, что их уверенности и безопасности, которых они инстинктивно жаждут, что-то угрожает и, хотят они этого или нет, защитные механизмы психики начинают действовать. Даже эмоционально зрелые и доверяющие своим мужчинам женщины не могут не чувствовать беспокойства, такой силой обладает это первобытное чувство.

 

Естественным образом женщины, желая проверить привязанность своих партнеров, подвергают их испытанию — с положительным результатом.

 

На притяжении последних нескольких столетий стереотипные виды поведения оказались под влиянием эволюции мемов. Мы уже не размножаемся так успешно, мы зачастую ощущаем фрустрацию и дезориентацию в связях. Несложные общности, к которым мы привыкли в ходе эволюции, уступили место непонятным и мощным культурным явлениям. Несмотря ни на что, влечения, с которыми мы родились, не исчезают; они становятся мишенью атаки вирусов разума.

В разных культурах сложились различные комплексы сексуальных норм, детерминирующих различия в поведении женщин и мужчин. В Швеции, где социал-демократические принципы сочетаются с большой экономической независимостью прекрасного пола, у женщин больше сексуальной свободы. Поскольку их благосостояние не зависит от мужчин, то отпадает необходимость подвергать мужчин испытаниям на степень посвященности и щедрости. Вследствие этого женщины не так рьяно исполняют сексуальные нормы; в ходе научных исследований, посвященных сравнению разных культур, установлено, что девственность женщин представляет относительно малую ценность для шведов. Если говорить о мужчинах, то у шведов обнаружен один из самых низких в мире показателей насилия; поскольку женщины более доступны, мужчинам нет нужды прибегать к жесткому «мужскому» поведению, которое с генетической точки зрения способствует продвижению вверх по социальной лестнице и завоевание большего количества женщин. Поэтому жесткие юридические санкции за насилие становятся излишними.

В Саудовской Аравии, где очень строго соблюдаются сексуальные нормы, дело обстоит иначе. Экономическое положение женщин в большой степени зависит от мужчин. Аравийские женщины имеют весьма ограниченный доступ к сексу, а девственность высоко ценится потенциальными партнерами. Исключительная жестокость мужчин — реликт доисторических времен, когда такое поведение увеличивало шансы на совокупление — находит свое выражение в жестоких наказаниях за преступления с применением насилия.

 

Степень доступности секса — это скрытая сила, проявляющаяся во многих аспектах культуры.

 

Легкость нахождения сексуальной партнерши является фактором, который может косвенно влиять на нравы, увеличение фактов насилия, а также его юридические и культурные санкции. В Соединенных Штатах сексуальные нормы изменились начиная с 60-х годов, времен свободной любви, когда молодые женщины поколения демографического пика «делали свое» и заканчивая 90-ыми годами, когда из опасения перед СПИДом девушек призывают, чтобы они «попросту говорили нет» и воздерживались от секса. Этим переменам сопутствует рост жестоких преступлений, совершаемых мужчинами, что можно было предвидеть на основании нашей модели.

СЕКСУАЛЬНО ЗНАЧИМЫЕ ПУНКТЫ

А теперь представим чувствительные точки, которые возникли под влиянием полового влечения и связанных с ним ролей. Хотя первые три из нижеописанных наиболее часто встречаются у мужчин, а три остальные — у женщин, то, ввиду случайной природы эволюции и применения стратегии ниши, это разделение не ригористично: часто встречаются мужчины с «женскими» чувствительными точками и наоборот. В конце концов ведь оба пола относятся к одному виду!

Власть.Любая возможность обретения власти вызывает особый интерес у мужчин. Здесь имеется ввиду также контроль над территорией, независимо от того, будет ли это кусок земли или условное пространство, как, например, рынок компьютерного обеспечения или Сенат Соединенных Штатов. В давние времена благодаря такому подходу мужчины приобретали преимущество в глазах избранниц. Хотя женщины также имели возможность бороться за власть и увеличивать свои шансы выживания, естественный отбор был не столь безжалостен к тем из них, кто не имел инстинкта власти. Поскольку сексуальная привлекательность женщины изначально зависела от возраста и состояния здоровья, власть не стала их чувствительным пунктом.

Доминирование.Место в иерархии для мужчин очень важный вопрос. В доисторические времена высокое социальное положение давало им доступ к женщинам без необходимости ведения изнурительных сражений. Женщины не так ценили доминирование, как мужчины, поскольку это им дано было право выбора партнера.

Использование момента.С точки зрения ДНК мужчины, которые использовали любой момент возможности совокупления, ничего не теряли, но много приобретали. Умение заметить подходящую возможность можно использовать в другой области. («Если вы, Господа, еще сегодня оформите заказ, то получите в дополнение бесплатно нож Ginsu!») Поскольку каждый ребенок это инвестиция на 9 месяцев, женщины выработали другую черту: терпеливость.

Безопасность.Женщины жаждут безопасности; в давние времена этот инстинкт увеличивал шансы их детей на достижение зрелости. Интересно, что почти все программы власти, обеспечивающие права частных инвесторов, провозгласили вскоре после получения женщинами избирательных прав. Хотя мужчины также ценят безопасность, но все же часто рискуют, если могут таким образом «подняться».

Вовлечение.Мужчин интересует совокупление со многими разными партнершами, женщины же предпочитают мужчин, создающих видимость вовлеченности — таких, которые систематически появляются поблизости. Это использует реклама, откровенно играющая на этих чувствительных точках: их цель — привязать клиента к марке или продукту.

Инвестиция.Женщины обращают внимание на мужчин, которые в них инвестируют; благодаря этому цветочные магазины процветают. Эволюция не дала мужчинам повода ожидать того же самого от женщин, которые по природе вещей склонны заботиться о потомстве.

Размножение — это главный двигатель генетической эволюции. Инстинкты и склонности, которые позволили нам успешно плодиться, сложились задолго до возникновения культуры. Мы стоим на пороге XXI века, а нами по-прежнему управляют все те же допотопные схемы. Нет ничего удивительного, что полки книжных магазинов прогибаются под тяжестью рекомендаций по саморазвитию.

БУДУЩЕЕ СЕКСА

Эволюционной целью всех представленных здесь инстинктов и влечений было увеличение шансов на беременность и рождение ребенка. Однако, как я уже упоминал, наши желания зачастую противоположны: мужчины просто хотят заниматься сексом и уже не заинтересованы в оплодотворении женщин. Откуда взялась потребность избегания беременности? Почему мужчины перевязывают себе семенные канатики? Это наверняка не полезно для их ДНК!

Вот ответ:

 

Генетическая эволюция, которая на протяжении миллионов лет формировала инстинкты, не предусмотрела, что мы найдем способ отделить секс от положения детей.

 

Мы сбили с ритма генетическую фабрику с помощью маленького резинового приспособления. С тех пор, как мы узнали, как можно заниматься любовью и избежать беременности, совокупление перестало приносить генам прежнюю пользу, как в течение миллионов лет. Инстинктивно мы все еще отождествляем совокупление с воспроизводством, поэтому половое влечение по-прежнему так сильно. Но теперь все изменилось. В настоящее время действительно полезна для нашего себялюбивого ДНК потребность пложения детей,осознанное решение иметь ребенка. Генетическая эволюция обусловит, что для будущих поколений иметь детей станет непреодолимой потребностью. Если бы мы на самом деле ответственно подходили к предотвращению беременности и избегали всех «залетов», то половое влечение стало бы со временем излишним и совершенно исчезло.

Я бы не стал убеждать, что так случится. Естественный отбор быстро обращается против тех, кто не размножается. При существующем юридическом регулировании, гарантирующем здоровье и благополучие всем детям, можно ожидать демографического роста той части популяции, которая не использует методов контрацепции. Это реально касается многих, кто считает, что имеет хорошие гены и хочет их воспроизвести, но также людей безответственных и необразованных. К тому же некоторые религии запрещают избегать беременности: вот уж воистину стратегия генетических победителей!

 

Нравится нам это или нет, живем мы мало. Люди, проявляющие склонность к бездетности, быстро вымрут вместе со своим ДНК; те, у кого меньше детей, будут вытеснены многодетными.

 

Поэтому если мы будем вести легкомысленную жизнь, нашим поведением завладеют влечения, задача которых — способствовать распространению генов. Если же мы будем послушно приспосабливаться к социальным нормам, то не достигнем успеха даже в генетическом смысле. А как быть с бездетными? Что с гомосексуалистами? Каким образом гомосексуалисты просачиваются сквозь сито естественного отбора? Это одна из самых трудных проблем, с которой столкнулись эволюционисты, стремясь объяснить поведение человека с помощью понятий дарвинизма.

Одна из теорий, объясняющих это явление, полагает, что в настоящий момент эволюция, как и прежде, продолжается. Поскольку мемы стали важнее, чем гены только сравнительно недавно, гены еще не сократили образовавшуюся дистанцию. Если так обстоят дела, ДНК наверняка наберет обороты и мы скоро станем свидетелями увеличения рождаемости почти во всей популяции.

Возможно также, что люди бездетные стали генетическими рабами тех, у которых есть потомство. Родители как социальная группа распространяют соответствующую смесь мемов, заражают соответствующими вирусами ума и с удовольствием смотрят, как бездетные улучшают этот мир для пользы их детей. Так может выглядеть жизнь, если взглянуть на нее с перспективы размножающихся ДНК.

Тем не менее жизнь вовсе не обязана ассоциироваться исключительно с распространением ДНК.

 

Мы можем распознать и преодолеть все наши чувствительные пункты и склонности: жизнь может быть чем-то большим. Однако до тех пор, пока мы не поймем, что в нас заложено, мы не сможем создать собственной программы реализации жизненных целей.

 

Сложная и неоднородная эволюция сексуального влечения сформировала большинство из наших чувствительных мест и тенденций, которые вовсю используют программирующие нас вирусы ума. Другое такое влечение это инстинкт самосохранения, отвечающий за отдельную группу чувствительных пунктов, атакуемых вирусами ума.

Раздел 7

ВЫЖИВАНИЕ И СТРАХ

Теперь займемся подробнее

проблемой борьбы за

существование.

Чарльз Дарвин

 

В древние времена самым эффективным методом выживания была разумная оценка двух вопросов: пропитания и безопасности. В ту эпоху, когда угроза жизни была повседневностью, неоценимую услугу оказала нам та часть мозга, благодаря которой мы были всегда настороже. Я подумал, сколько времени должно было бы пройти от изобретения языка до появления первого обманщика, который отрезал первого наивного от собранных им запасов: «Эй, Ог! Моя видеть большой саблезубый тигр входить в пещеру, где ты спрятать еду! Ты туда лучше не ходить! Ха, ха, ха...»

Во многих мифах и религиях встречается угроза божьей кары, а также доктрины предостережения от различных запрещенных действий. Почему? Потому что мемы, связанные с опасностью, притягивают внимание! Когда начала развиваться устная традиция, человеческий мозг уже содержал встроенную склонность преувеличения угрозы и приписывания ему значения большего, чем реальное.

Также в этом случае эволюция началась с момента, когда люди начали предупреждать об опасности. Сегодня, несмотря на то, что мы искоренили из повседневности большинство угроз, мы неустанно натыкаемся на мемыугрозы; чем большей опасности они касаются, тем сильнее приковывают они внимание. Посмотри, на чем сосредоточены люди и кому это выгодно, начиная от производителей фильмов ужасов и кончая страховыми фирмами. Никто не хочет смотреть «безопасные» фильмы. В ходе школьного курса по вождению автомобиля нам демонстрировали фильмы, касающиеся безопасности на дороге; только один из них, под названием «Механическая смерть» имел успех. В отличие от скучных фильмов, представляющих правильное, безопасное ведение машины, в этом показано было несколько кровавых сцен катастроф, живо иллюстрирующих, чем может обернуться лихачество. Это был всего один час из двадцати с лишним лекций курса, но именно эта лекция отпечаталась в моей памяти — наверное потому, что только опасность способна была отвлечь мое внимание от нормальных школьных приоритетов: ланча и девчонок. Опасность, еда и секс...

ЭВОЛЮЦИЯ СТРАХА

Иногда мы боимся больше, чем следовало бы, потому что безопасность всегда была детищем эволюции. Почему? Да это ясно, как белый день: ничто так не способствует воспроизводству, как безопасность. Только выживание без изъянов способствует размножению. Эволюция направлена не на улучшение нашей жизни, а на увеличение нашего потомства. Естественным образом (естественнымв буквальном значении, то есть в ходе естественного отбора) инстинкт безопасного выживания играл все более важную роль в жизни людей и животных. Как и остальные влечения, этот инстинкт связан с одним из чувств — со страхом.

Сила страха в большой степени зависит от ситуации. Сам факт, что прогулка по темной улице одних наполняет тревогой, а других — вдохновляет, как было с Gen Kelly и его «Дождливой песней» — показывает, что универсальных лекарств не существует. Меня, к примеру, ужасало когда-то любое публичное выступление, а сейчас это доставляет мне радость. Могу подтвердить, что от страха можно избавиться еще в этой жизни.

С безопасностью связан еще один инстинкт, который можно было бы назвать отвращением.Это очередной пример случайной природы эволюции: неизвестно, почему в одних трудных ситуациях мы испытываем омерзение, а в других — страх. Мне кажется, что отвращение — более старшая и менее сложная реакция, чем страх; это подтверждает факт, что отвращение вызывают эволюционно старые угрозы, такие как очевидные проявления болезни, токсичные испарения или потенциально ядовитые субстанции. Природа сформировала много отдельных инстинктов у одноклеточных организмов, которые вообще избегают неблагоприятной среды, а ищут благоприятные условия.

 

Страх — это инстинктивная реакция людей на действительность, воспринимаемую через призму мемов. В высвобождении страха инстинкты выполняют пассивную роль «компьютерного обеспечения», включаемого меметической «программой», то есть всеми типами мемов (стратегиями, категориями и разнообразием), возникшими в ходе приобретения жизненного опыта, как результат собственных рассуждений, вещей где-то услышанных или заученных.

 

Врожденная способность к защите от опасности — великое достижение генетической эволюции.

Рассмотрим, какие генетические процессы могли выработать реакцию страха. Представим себе двух доисторических животных: Тямтю и Бродягу, которые нашли возможность предупреждать друг друга об опасности.Допустим, Тямтя заметил, что в отдаленной пещере прячется тигр. Он мчится со всех лап в противоположном направлении и, запыхавшись, кричит Бродяге: «Ухх, осторожно, брат! Уфф, опасность, там, в пещере!» Бродяга реагирует так, словно сам увиделврага, и тоже бросается наутек. Такая реакция — весьма полезное приспособление, уменьшающее вероятность для Бродяги быть съеденным. Сигналом, вызывающим реакцию, мог бы быть сам вид убегающего Тямти.

Однако вся эта беготня достаточно изнурительна; Тямтя быстро устанет и проголодается — и будет вынужден поискать чего-нибудь поесть. У Тямти наверняка все получалось гораздо лучше, чем у его предков, которые даже не умели заметить опасность, но его реакции по-прежнему оставляли желать лучшего.

У нашего Тямти появилась кучка детей, один из которых на угрозу реагировал несколько иначе. Тямтя Младший внимательно отслеживал любую опасность, но не убегал до тех пор, пока не возникала необходимость. Он достиг того же, что и отец, но не растрачивал энергии, что требует регенерации сил и не застраховывает от дальнейших опасностей. По этой причине гены старого Тямти со временем были замещены генами молодых Тямтей.

Шли годы, эволюция генов продолжалась... Сегодня в случае опасности мы испытываем несколько отдельных чувств. Усиленное сознание неопределенной опасности называется ужасом.Старый добрый страхпоявляется, если инстинкт подсказывает нам бегство; если же мы остаемся и боремся, то чувствуем гнев.Любой вид или смесь этих чувств имеет свое название: волнение, опасение, подозрительность, отчаяние и так далее. Само разнообразие терминов, связанных с опасностями, — которых у нас столько, сколько у эскимосов для обозначения снега — образно подтверждает, что это — ключевое понятие нашей жизни. А впрочем, надо ли кого-то об этом предупреждать?


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2018 год. Все права принадлежат их авторам!