Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Причин, почему я люблю тебя



Л.А. Кейси

Серия «Братья Слэйтер» - 1,5

«Брона»

Оригинальное название: L.A. Casey, «Bronagh», Slater Brothers, #1,5
Л.А. Кейси, «Брона», серия «Братья Слэйтер» #1,5

Переводчик: Виктория Ч.

Редактор: Оля П.

Вычитка: Чуча

Оформление и обложка: Mistress

Переведено для группы: https://vk.com/stagedive

Любое копирование без ссылки

на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!


 

 

За последние несколько лет Брона Мерфи прошла через очень многое, поэтому, когда наступает её двадцать первый день рождения, все, чего она хочет – это расслабиться и провести день с семьей. Спокойно. Её парень, Доминик Слэйтер, не расслабляется и не ведет себя спокойно. Никогда не поступал так и никогда не будет. Он планирует день для Броны, одновременно романтичный и захватывающий. Однако, как в скором времени выяснит Брона, понятие Доминика о захватывающем очень сильно отличается от её собственного. Когда все оборачивается просто кошмаром, и из-за сильной ссоры Доминику вновь приходится бороться за свою девушку, Брона должна решить раз и навсегда, будет ли она драться в углу Доминика или же уйдет и никогда не оглянется назад.

Брона любит Доминика, а кого Брона любит, Брона защищает.


Содержание:

 

1 глава. 4

2 глава. 12

3 глава. 16

4 глава. 26

5 глава. 34

6 глава. 41

7 глава. 46

8 глава. 51

9 глава. 56

10 глава. 65

 

 


 

 

— С днем рождения! — донесся до меня голос моей сестры, и я уже собиралась ответить ей, однако открыть рот в тот момент мне казалось непосильной задачей.

— Би? Ау? Тебе сегодня двадцать один, так что поднимай свою ленивую задницу!

Я лишь простонала в ответ, даже не подумав пошевелиться.

— Ладно, я хотела по-хорошему, но раз ты не собираешься вставать, то у меня просто не остаётся выбора...

Я услышала, как она развернулась и вышла из спальни, поэтому улыбнулась сама себе, глубже зарываясь в подушку и запутываясь в пододеяльнике. Мне было так комфортно и блаженно, но это блаженство, конечно же, закончилось через несколько минут, когда моя сестра снова вернулась в комнату, но на этот раз с оружием в руках.

Смертельным оружием.

— Проснись и пой! — выкрикнула Бранна.

На долю секунды все было тихо и спокойно, однако затем ни с того ни с сего я почувствовала холод и влагу. Я вскрикнула и начала кашлять, когда вместо кислорода вдохнула воду. Запаниковав, я сбросила одеяло, подскочила и встала посреди кровати. А когда боль от покрывающей меня ледяной воды коснулась всех до единого моих нервных окончаний, я завизжала.



— Бранна! — гневно завопила я.

— Я сказала тебе подниматься, но ты не желала слушать.

Я снова вскрикнула, вытирая воду с лица, открыв глаза как раз вовремя, чтобы успеть увидеть спину Бранны, вылетающей на предельной скорости из моей спальни.

— Я, мать твою, прикончу тебя!

С рыком, я спрыгнула с кровати и почти свернула себе шею на мокром полу, который, кстати говоря, вытирать не собиралась. Как только я вернула себе равновесие, осторожно вышла из комнаты, пока не очутилась в безопасности на сухой поверхности, где вытерла ноги о ковер. После чего со всех ног помчалась вниз по лестнице в поисках моей так называемой сестры. Первым делом я проверила гостиную, но там оказалось пусто, поэтому вернулась в коридор, где уставилась на закрытую дверь кухни. Помедлив мгновение, я направилась к двери и резким рывком открыла её.

— С днем рождения!

Я проигнорировала поздравления мужчин, которые заполняли мою кухню, выискивая среди их тел свою жертву.

— Черт, Бамблби, ты хотя бы слышала о пижамных штанах? — поинтересовался хриплых голос Кейна.

Кейн Слэйтер был братом моего парня, Доминика Слэйтера. У Доминика было три старших брата: Райдер, Алек и Кейн. И ещё младший, но всего на три минуты, брат. Да-да, идентичный близнец по имени Дэмиен Слэйтер.

Братья Слэйтер были пятью горячими, умопомрачительными придурками, и «браво!» мне, потому что одного из них я по праву называла своим парнем.

Я посмотрела на Кейна, когда он заговорил, и приподняла брови, заметив, что его взгляд пробежался вниз по моему телу. Нахмурившись, я повернула голову в сторону Алека и Райдера, чьи глаза также были прикованы к моим ногам.



Когда мои глаза остановились на моем парне, Доминике, я закатила уже упомянутые глаза, потому что этот идиот жевал нижнюю губу и смотрел на меня так, словно хотел съесть.

Я перевела взгляд вниз на своё тело, и, конечно же, на мне были одни только трусы. Мои мокрые трусы. А пижамных штанов и в помине нигде не было видно.

Была ли я смущена?

Нет.

Была ли я в гневе?

Чертово гребаное да.

— Бранна, — прорычала я.

Каждый из братьев улыбнулся мне, а затем посмотрел через плечо, где, присев на корточки, пряталась Бранна...ну, или пыталась прятаться.

— Вы предательские ублюдки! — выкрикнула она, а затем заорала как резаная, когда я бросилась в её сторону.

Протискиваясь вперед, она маневрировала вокруг Кейна, который сейчас потирал грудь и немного покашливал. Бедняга не очень хорошо чувствовал себя в последнее время. Я бы остановилась и спросила, как он, но в тот момент была слишком занята, находясь на задании. Проигнорировав его и крики остальных братьев: «оставить Бранну в покое», я сосредоточилась на своей сестре, которая выбегала через кухонную дверь на задний двор.

— Оставь меня в покое. Я лишь сделала то, что мне сказал Доминик! — прокричала Бранна, взбираясь на батут, который Доминик выиграл в конкурсе на «Фейсбуке» в прошлом году.

Я понятия не имела, зачем он учувствовал в конкурсе, честно думая, что батут будет пропадать зря, но вы будете очень удивлены, узнав, как часто братья скачут на нем, словно кучка маленьких детишек.

— Я не говорил тебе выливать на неё воду, ты лживая маленькая...

— Давай Доминик, рискни, закончи это предложение, — голос Райдера резко оборвал Доминика.

Я стащила мокрую резинку с волос, после чего завязала их в неряшливый пучок. А когда посмотрела на Доминика, то из моей груди вырвался легкий смешок, потому что в тот момент он выглядел так, словно хотел возразить Райдеру, но знал, что этого лучше не делать. Вероятно, Доминик мог уложить Райдера на лопатки, но опять же, я никогда не видела Райдера в деле, поэтому, насколько мне было известно, он вполне мог бы вырубить Доминика.

— Как мне кажется, он собирался назвать её лживой маленькой, переносящей венерические заболевания, шлюхой... что было бы в высшей степени точным описанием.

Было ли это лишком жестоко?

Доминик ахнул:

— Я всего лишь собирался назвать её стервой, а не так, как ты только что сказала!

Райдер пихнул Доминика в плечо, что заставило его зашипеть от боли. Мне это показалось забавным. Я повернулась к батуту, на котором сейчас прыгала моя сестра, как какой-то ребенок, переевший сладостей.

— Отстань от меня, Брона, — небрежно бросила она, и насколько я могла видеть, сучка улыбалась.

Она думала, что была забавной?

Ещё посмотрим.

— Ты думаешь, это забавно? Думаешь, обливать меня водой — это забавно? — прорычала я, взбираясь на батут.

— Над чем я смеюсь, так это над тобой, гоняющейся за мной в майке и трусах... хотя, лучше даже сказать в мокрых бабушкиных труселях. Они выглядят ужасно.

Я отшатнулась назад, как если бы она ударила меня.

— Возьми свои слова обратно! Они удобные... я не могу спать в стрингах или в ещё каком-нибудь подобном дерьме!

Бранна дьявольски улыбнулась.

— Что Доминик думает о твоих бабушкиных труселях?

Я сузила глаза и прокричала:

— Доминик, тебя заботит, что я надеваю бабушкины труселя в постель?

— Что? Эм, нет. В смысле, я, конечно, предпочитаю, чтобы на тебе вообще ничего не было, ну, или, по крайней мере, стринги, но все они соскальзывают одинаково, так что мне все равно.

Я услышала, как Алек прыснул со смеху, в то время как я разочарованно покачала головой. Доминик никогда не упускал возможности сказать не то, что нужно.

— Его это не заботит.

Бранна улыбнулась.

— Да, я слышала.

Я сощурила глаза.

— Иди сюда.

— Нет.

Я улыбнулась.

— Почему?

— Я что, по-твоему, идиотка?

— Да.

Бранна проигнорировала меня и сказала:

— Я не собираюсь приближаться к тебе, потому что знаю, что ты ударишь меня сразу же, так только я подойду достаточно близко.

Я нашла равновесие на движущимся батуте.

— Ты вылила ледяную воду мне на голову и испортила мою постель... Как мне кажется, один удар — это не большая расплата за такое ужасное пробуждение.

— Но твои удары очень болезненны.

Я приподняла бровь.

— Все удары болезненны.

Бранна покачала головой.

— Ты бьешь как мужчина, поэтому твои удары гораздо болезненнее.

Я была оскорблена, но в то же время странным образом польщена тем, что она назвала меня сильной.

— Бранна, ты тридцатиоднолетняя женщина, так начинай уже вести себя подобающе своему возрасту.

Бранна с шумом выдохнула.

— Тебе сегодня двадцать один, но, тем не менее, ты гоняешься за мной по дому как десятилетка. Посмотрись в зеркало, прежде чем говорить людям вести себя «подобающе их возрасту».

Я фыркнула.

— Пофиг. Через девять лет тебе уже будет сорок.

С тех пор, как Бранне исполнилось тридцать, никому не было позволено упоминать число сорок в её присутствии, что, конечно же, означало, что я постоянно дразнила её тем, что сороковой поезд приближался к ней все больше и больше.

Завизжав, Бранна бросилась на меня, словно разъяренный бык, но по той причине, что она стояла на батуте, она плашмя шлепнулась у моих ног, не успев и пальцем меня коснуться. До меня донесся хохот парней, и сама я тоже тихо рассмеялась, однако через мгновение Бранна уже обернула руки вокруг моих лодыжек, потянув за них. Я взметнулась в воздух и приземлилась спиной на батут, предварительно отскочив от него.

— О, боже мой. Это было невероятно! Доминик, ты видел? — заливаясь хохотом, прокричала я.

— Да, видел, детка... и кроме того я вижу, как Бранна приближается к тебе.

— Бро, ты испортил весь элемент неожиданности! — рявкнул Алек на Доминика, вызвав у него смешок.

Я перестала смеяться и оторвала голову от батута как раз вовремя, чтобы увидеть надвигающуюся на меня Бранну.

— Никакой пощады! — прорычала я и откатилась в сторону.

Бранна лицом плюхнулась на батут, и пока она ещё не успела сориентироваться, я прыгнула на неё, заложив руки ей за спину и сев ей на задницу, чтобы удержать остальную часть её тела.

— Слезь с меня! — рявкнула Бранна.

Я приподняла бровь и склонилась вперед, приблизив рот к её уху.

— Какую часть от «никакой пощады» ты не поняла?

— Всю фразу! Слезь с меня!

Я даже и не подумала пошевелиться.

— Попроси прощения за то, что облила меня водой — и я слезу.

Бранна закричала от досады.

— Я не сдвинусь, пока ты не извинишься.

Бранна сделала несколько глубоких вдохов, а затем гневно выплюнула:

— Прости меня, довольна?

С мгновение я поразмышляла над тем, чтобы принять или нет её извинения, а затем поднялась с неё. Бранна застонала и осторожно поднялась на ноги. Она положила руку на задницу, а затем зарычала на меня.

— Я вся мокрая из-за тебя.

Вполне заслуженно.

— Ого. Вся мокрая. Ах ты грязная штучка.

Мы с Бранной посмотрели на Алека, когда он заговорил, и просто покачали головами на его отвратительную задницу.

— Ты омерзителен, — сказала я ему.

Улыбнувшись, он ответил:

— Я в курсе.

Я фыркнула и снова перевела взгляд на Бранну, которая неуверенно шла в мою сторону. Я думала, что она собирается ударить меня, и поэтому прикрыла лицо ладонями, но вместо пинков, почувствовала, как её руки обернулись вокруг моей талии.

— С днём рождения, детка, — пробормотала она.

Я открыла глаза и, улыбаясь, крепко обняла её в ответ.

— Спасибо, Бран.

Я думала, что она собиралась отпустить меня, но вместо этого она внезапно обернула ногу вокруг моей и, схватив меня за плечи, толкнула. Я плашмя шлепнулась на батут, что выбило из меня весь дух.

— За что? — прохрипела я.

— За то, что повалила меня, — отозвалась Бранна, а затем начала прыгать на батуте вверх и вниз.

— Прекрати! — простонала я, качаясь из стороны в сторону.

Открыв глаза, я увидела, как Бранна с помощью Райдера слезла с батута. А когда она обернулась, я подняла руку и показала ей средний палец, заставив её усмехнуться. После чего она потянула Райдера и Алека в дом, в то время как Доминик взобрался на батут, закрыв за собой сетку, окружавшую его, и подполз ко мне. Он перекатил меня на спину и, проложив себе путь ко мне между ног, навис надо мной.

— Я могу тебе чем-то помочь? — забавляясь, спросила я.

Доминик улыбнулся.

— Да, ты можешь меня поцеловать. Я ещё не получил ни одного поцелуя за сегодня.

Я покачала головой.

— Я ещё не почистила зубы.

— И?

— И моё дыхание пахнет как задница.

Доминик рассмеялся.

— Это не так.

Он склонился ко мне и вытянул губы. Я усмехнулась и быстро прижала свои губы к его, но лишь на короткое мгновение.

— Это была жалкая попытка, попробуй ещё.

Я простонала.

— Я зацелую тебя до смерти после того, как почищу зубы... и приму душ.

Доминик ухмыльнулся.

— Душ тоже подойдет, — сказал он, на что я невозмутимо возразила:

— Ты ведь уже принимал душ утром после того, как вернулся с пробежки, я слышала.

Доминик потерся носом о мой.

— Ты знаешь, во сколько это было?

Я пожала плечами:

— В ненормальном часу?

Доминик фыркнул.

— В полшестого.

Как я и сказала, в ненормальном часу.

Моё лицо в ужасе вытянулось.

— С тобой что-то не так. Это слишком рано, чтобы делать что-то ещё, кроме как спать.

— Я всегда встаю рано, ты же знаешь.

Я закатила глаза.

— Да, знаю, потому что ты каждый раз гладишь мою задницу, прежде чем выбраться из постели, и тем самым будишь меня.

Доминик нахмурился.

— Ну, я же должен попрощаться со своей малышкой и уверить её, что скоро вернусь.

Я спрятала улыбку.

— Перестань относиться к моей заднице как к отдельной персоне, это меня раздражает.

Доминик перенес вес на левую руку, а правую использовал, чтобы прикрыть мне рот.

— Ш-ш-ш! Она тебя услышит.

Я лизнула его ладонь, на что Доминик в отвращении скривился.

— Это ужасно.

Фыркнув, я передразнила его голос и акцент:

— Это ужасно.

Доминик посмотрел на меня, прищурив глаза, и, сымитировав мой акцент, проговорил:

— О, боже мой, это, черт побери, отвратительно.

Я взорвалась хохотом.

— Ладно, ты попал в самую точку.

Доминик широко улыбнулся.

— Я в совершенстве овладел твоим акцентом.

Я фыркнула.

— Да? А я в совершенстве овладела тобой.

Доминик проворчал:

— Как будто я этого не знаю.

Я улыбнулась, глядя на него снизу-вверх, и на мгновение он тоже задержал на мне взгляд, прежде чем склонить голову ко мне, заявляя свои права на мой рот. Он схватил мои руки и завел их мне за голову, проникая языком в мой рот.

Я простонала от удовольствия, когда Доминик перенес часть своего веса на меня. Я обожала ощущать его всем своим телом, когда он прижимался ко мне.

Почувствовав, как определенная часть Доминика затвердела и встала по стойке смирно, я открыла глаза и повернула голову в сторону, разрывая наш поцелуй.

— Даже не думай об этом, мы на заднем дворе! — прошипела я, все ещё задыхаясь от нашего поцелуя.

Доминик немного отстранился от меня и улыбнулся.

— Батут окружен черной сеткой. Мы едва ли можем видеть что-то отсюда, поэтому кому-то снаружи увидеть нас будет так же проблематично.

Он хотел заняться публичным сексом?

— Доминик, ты шутишь!

Он лишь пошевелил бровями, прежде чем отпустить мои руки. После он отстранился немного и зацепил пальцем резинку моего мокрого нижнего белья. А затем одним быстрым движением стянул их с моего тела.

— Доминик! — взвизгнула я и попыталась сжать ноги, но это было невозможно, поскольку он по-прежнему располагался между ними.

Когда моя попытка свести ноги провалилась, я использовала руки, чтобы прикрыть свою вагину, стараясь вернуть хоть какую-то благопристойность.

— Все в порядке? — прокричал Алек откуда-то со стороны задней двери.

— Нет, Доминик...

— Пытается заняться сексом со своей девушкой. Скажи ей, видишь ли ты нас или нет.

Я подняла руку и попыталась врезать Доминику, но он перехватил её прежде, чем она смогла встретиться с его лицом, и снова прижал её над моей головой, ухмыляясь при этом как настоящий самодовольный засранец.

— Он закрыл сетку. Ничего не видно, Би, когда она закрыта, цвет сетки делает это практически невозможным, — уверил меня Алек.

Господи, помоги мне.

— Мне. Пофиг. Я хочу…

— Музыку, включи музыку, — прокричал Доминик, перебивая меня.

— Ладно, сейчас принесу свои колонки.

Что. За. Черт?

— Алек, не слушай, черт побери, его! — прокричала я, однако ответа никакого не получила.

Я резко повернула голову к Доминику и строго на него посмотрела.

— Я не шучу, отпусти меня или же я, богом клянусь, кастрирую тебя.

Доминик рассмеялся.

— Тебе понадобятся мои яйца для наших будущих детей, поэтому последнее, что ты захочешь с ними сделать, — это отрезать.

От мысли о детях у меня разлилось тепло в груди, но я сохранила хмурое выражение на лице.

— Ты так в этом уверен? — медленно проговорила я.

Доминик поколебался с мгновение, но затем кивнул.

— Да, да и ещё раз да. Абсолютно уверен.

Я убью его.

— Как же ты меня бесишь, прямо сейчас мне чертовски хочется сделать тебе больно.

Доминик широко мне улыбнулся.

— Тогда хорошо, что я держу твою сильную руку, да?

Я дернулась под ним, пытаясь использовать свои бедра в качестве оружия, но безрезультатно.

— Что именно ты делаешь?

Я прикрыла глаза и, едва ли не хныча, проговорила:

— Я просто хочу встать и пойти в душ. Я вся промокла и замерзла.

Доминик ничего не сказал, поэтому через двадцать секунду или вроде того я открыла глаза и обнаружила, что он улыбался, глядя на меня сверху вниз.

— Я знаю разницу между тем, когда ты по-настоящему расстроена и просто жалуешься, красавица. Ты не расстроена, а лишь злишься, что я не сделаю так, как тебе хочется.

Я убрала свою единственную свободную руку от вагины и замахнулась на Доминика, но он перехватил и её. Снова.

— Знаешь что? Я разочарован тем, как часто ты замахиваешься на меня и мажешь. Я либо перехватываю твою руку, либо ты полностью промахиваешься. Ты должна быть точно уверена, когда решаешь нанести удар. Серьезно, детка, разве отношения со мной ничему тебя не научили?

Мои глаза сощурились до маленьких щелочек.

— Они научили меня тому, что весь мужской род — это кучка ублю...

— Не принижай моих собратьев, просто потому что злишься на меня.

Я не знала, что такого ему ответить, что не содержало бы миллион угроз и нецензурных слов, поэтому просто закрыла рот и отвернула голову от него и его тупости.

— Подожди секунду… ты… ты не разговариваешь со мной? — спросил Доминик.

Его не должно было это так удивлять.

— Ты серьезно не разговариваешь со мной? — спросил Доминик.

Я продолжала сохранять молчание, по-прежнему не поворачивая к нему головы.

— Брона? — рассмеялся Доминик.

Я, черт побери, не заговорю с тобой сейчас!

— Я люблю тебя, моя красавица, — пробормотал Доминик, что только ещё больше разозлило меня, потому что он пытался использовать любовь, чтобы заставить меня заговорить с ним.

Он может забыть про это; я не собираюсь разговаривать с ним, по меньшей мере, часов десять.

— С днем рождения тебя, — мягко пропел он.

О, боже мой.

— С днем рождения тебя.

Господи, останови это.

— С днем рождения, моя дорогая красавица.

О, боже мой, нет.

— С днем рождения тебя.

Это нечестно.

Я медленно повернула голову и пристально посмотрела на Доминика.

— Дерьмовый из тебя певец.

Доминик улыбнулся.

— Ты нарушила свой обет молчания.

Я приподняла брови.

— Как ты узнал, что я дала обет?

— Ты постоянно даешь всякие обеты, когда злишься, — рассмеялся он.

Я отвернулась, и на губах у меня расцвела улыбка.

— Ага, так значит, я прощен.

Широко улыбаясь, я покачала головой и снова повернулась лицом к Доминику.

— Спасибо, что спел для меня, это было так мило.

Доминик улыбнулся и склонил голову ко мне.

— Я люблю тебя, — произнес он.

Я потерлась носом о его нос.

— И я тебя люблю, малыш.

Доминик открыл рот, чтобы сказать что-то, но вместо этого поднял взгляд и улыбнулся.

— Ладно, я оставлю здесь свои колонки, поэтому не забудьте забрать их, если начнется дождь. Мы все уже уходим, так что можете не волноваться на тот счет, что кто-то внезапно сюда заглянет... веселитесь.

Алек гребаный Слэйтер!

Я хотела начать осыпать его проклятьями, но он бы все равно меня не услышал, поскольку мелодия «Birthday Sex», Jeremiah гремела на весь задний двор.

— Отличный выбор песни, — прорычала я, мысленно проклиная Алека.

Доминик улыбнулся, накрыв мой рот своим и перенеся вес своего тела на меня. Он отпустил мои руки и приподнялся на локтях, чтобы не раздавить меня. Я пробежалась ладонями вверх по его рукам к плечам и вниз по спине.

— Снимай, — пробормотала я напротив рта Доминика.

Он сел на корточки, взялся за край своей футболки и стянул её через голову. Как и обычно, от одного только вида его обнаженной груди и живота по мне пробежала дрожь.

Он был портретом совершенства.

— Трахни меня, — тихо выдохнула я.

Доминик зарычал.

— Это я и собираюсь сделать.


 

 

Доминик снова занял своё положение надо мной.

Я провела ладонями по его обнаженной спине, чувствуя каждый изгиб и мускул, прежде чем остановила их у него на животе.

— Я чертовски люблю твой пресс и V-линию. Они так сексуальны.

Доминик склонил голову к моему теперь уже твердому соску.

— Я вижу его сквозь твою футболку, — пробормотал он.

— Спасибо Бранне, окатившей меня водой.

Когда Доминика взял в свой горячий рот мой сосок, я почувствовала, как мои глаза блаженно закрылись, и прикусила нижнюю губу, пока жар его языка кружил над моей ареолой.

— Доминик, — прошептала я.

Он пробежался языком по моему соску, прежде чем отпустить его с хлопающим звуком, а затем приблизил свою голову к моей, захватив мой рот в поцелуе. Он целовал меня страстно и с желанием, прежде чем положил ладонь мне на шею и помог мне сесть, мгновенно озадачив меня этим, но только до тех пор, пока не разорвал наш поцелуй и через голову не стянул с меня майку.

Я ахнула и невольно вздрогнула, когда прохладный ветерок окутал меня. Доминик мягко подтолкнул меня, заставляя лечь на спину, и накрыл моё тело своим. Это спрятало меня от холода.

Я могла почувствовать, как мой клитор, запульсировав, ожил, и уже потянулась к нему, однако Доминик схватил меня за руку, останавливая.

— Моё, — прорычал он.

Я сглотнула.

Боже, он так сексуален.

— Мне нужно...

— Я знаю, что тебе нужно, красавица, и я дам тебе это.

Мои глаза были обращены к синему небу, поэтому, когда Доминик внезапно исчез из поля моего зрения, я подняла голову, посмотрев вниз как раз в тот момент, когда он раскрыл меня пальцами и пробежался языком по моему чувствительному клитору.

— О, господи, — простонала я.

Я не могла ничего поделать с тем, что постоянно оглядывалась по сторонам, пока Доминик лизал и посасывал меня. Я была уверена, что нас все-таки было видно, и ненавидела то, что это втайне меня заводило.

«Birthday sex, birthday sex».

Я простонала, в то время как припев «Birthday Sex» заполнил задний двор, и начала в такт песне двигать бедрами, подаваясь к лицу Доминика. Он прорычал и осторожно сомкнул зубы на моем клиторе, заставив нижнюю часть моего тела самопроизвольно дернуться.

С лицом, спрятанным у меня между ног, левой рукой он сжал моё бедро, удерживая меня на месте, а правой двинулся к моему входу, где, поддразнивая, начал выводить едва ощутимые круги.

Было щекотно, и к тому же от этого по мне пробегала дрожь.

— Ох, пожалуйста, — тихо простонала я, стараясь, чтобы нас никто не услышал.

Доминик усмехнулся и скользнул в меня одним пальцем, затем двумя.

Да.

Он начал двигать пальцами, ритмично входя и выходя из меня, и это вкупе с его языком, кружащим по моему клитору, подвело меня к краю.

Моё дыхание ускорилось, пульс участился, а кожа начала покрываться испариной.

— Доминик, я близко.

Руку, что была у меня на бедре, он теперь переместил к моей груди и начал ласкать её, отчего моя спина выгнулась. Я облизнула свои пересохшие губы и сжала руки в кулаки, поскольку ухватиться мне было не за что.

— Аххх, — протяжно выдохнула я.

Я почувствовала, как мои внутренние мышцы начали сокращаться вокруг пальца Доминика, — это было предупреждением, что моё тело вскоре испытает экстаз.

— Да! — вырвалось у меня, когда Доминик внезапно скрутил палец, начав поглаживать мою точку «G», а затем яростно тереть её, параллельно посасывая мой клитор.

Моё тело взорвалось. Бедра машинально подались к лицу Доминика. Глаза блаженно закатились, спина выгнулась, дыхание замерло, и каждое нервное окончание ожило и вспыхнуло пламенем.

Когда я снова вспомнила, как дышать, то открыла глаза и увидела перед собой лицо Доминика.

Его ухмыляющееся лицо.

— Первый подарок на день рождения — доставлено.

Что?

— Понятия не имею, о чем, черт побери, ты говоришь, но, откровенно признаться, мне плевать.

Доминик фыркнул, а затем наклонил голову и чмокнул меня в кончик носа.

— Как ты себя чувствуешь?

Я лениво улыбнулась.

— Удовлетворенной.

Доминик подмигнул мне.

— То ли ещё будет, малышка.

Я приподняла брови и раздвинула ноги немного шире.

— Я готова.

Доминик положил руки мне на бедра.

— Я знаю, что ты развратная девочка, но проникновение станет последним подарком на сегодня.

Погодите, погодите…

— Ты хочешь сказать, что не собираешься меня трахать? Что с тобой? Ты заболел? Это серьезно?

Доминик посмотрел мне прямо в глаза, выражение его лица было хмурым.

О, боже.

Это серьезно!

— Брона, я в порядке.

Ложь.

— Нет, ты не в порядке. Секс всегда следует за оралом, так было всегда... что-то не так, если...

— Все нормально, — рассмеялся Доминик. — Сегодня я просто придерживаюсь списка, и всё.

Списка? Чего?

— Я ничего не понимаю.

Доминик пошевелил бровями.

— Отлично, пошли.

Я не шелохнулась.

— Я голая... ты отбросил мою одежду себе за спину. Сперва подай её мне.

Вздохнув, Доминик потянулся за своей футболкой и, уронив её мне на грудь, неуверенно встал на ноги.

— Эта футболка достаточно длинная, чтобы ты смогла добежать до дома, не демонстрируя всему миру свою отпадную задницу.

Придурок.

Ворча себе под нос, я натянула через голову простую белую футболку, что было немного трудновато сделать, поскольку Доминик прыгал вверх и вниз на батуте.

— Прекрати! — выкрикнула я, чего он, естественно, не сделал.

— Мы просто обязаны потрахаться здесь. Будет идеально, если ты сверху... почему мне это раньше не приходило в голову?

У меня было пару идей.

— Потому что твой маленький мозг...

— Заткнись, Мерфи. Сегодня я не стану выслушивать твои оскорбления. У меня есть план, и оскорбления в мой список не входят.

План и список?

— Ты под кайфом? — спросила я, осторожно вставая на ноги.

Доминик посмотрел на меня, и на его лице отразилось недоумение.

— Я не принимаю наркотики... ты же знаешь.

Я рассмеялась.

— Знаю, просто ты ведешь себя странно, вот я и спрашиваю.

Доминик перекатился на батуте к выходу и проскользнул через сетку. Я последовала за ним и сперва высунула голову, чтобы он мог помочь мне спуститься, взяв меня за подмышки. Я придерживала край футболки Доминика, пока он опускал меня, стараясь не светить задницей.

— Так что это за список и план, о которых ты говорил? — спросила я, подхватив колонки Алека, и вошла следом за Домиником в наш дом.

Да, наш дом.

Мы с Домиником теперь жили в моем доме, в то время как Бранна с Райдером, Кейном и Алеком — в их доме в Аптоне. Пока это всего на всего эксперимент, просто чтобы посмотреть, сможем ли мы жить друг с другом. С тех пор, как Доминик переехал сюда, а Бранна выехала, прошло уже два месяца, и пока ещё никто не умер или не получил тяжких телесных повреждений.

— Сегодня твой день рождения, и я распланировал для тебя весь день.

Я повернулась к Доминику после того, как он закрыл за нами дверь.

— Серьезно?

Доминик кивнул.

— Мне хочется сделать что-то особенное для тебя, раз уж ты так много для меня значишь.

О, боже мой.

— Доминик, — прошептала я, в то время как слезы начали застилать взор.

Его глаза расширились, и он мгновенно ринулся ко мне.

— Не плачь, никаких слез в твой день рождения.

Я рассмеялась сквозь слезы и обернула руки вокруг его талии.

— Я не могу не плакать, когда ты говоришь и делаешь что-то настолько романтичное.

Доминик положил подбородок мне на макушку, и крепко меня обнял.

— Алек может пойти нахрен. Он сказал, что я не смогу быть романтичным. Как видишь, он ошибся.

Я рассмеялась и поцеловала Доминика в его по-прежнему голую грудь.

— Я люблю тебя.

Доминик наклонился и поцеловал меня в лоб.

— И я тебя люблю, очень сильно.

Я улыбнулась, а затем, почувствовав жгучий шлепок на заднице, взвизгнула.

— Иди в душ, мы должны следовать расписанию.

Бурча себе под нос и потирая зад, я сделала несколько шагов в сторону коридора. Остановившись на полушаге, я оглянулась через плечо.

Он усмехнулся.

— Давай, иди.

Черт, он не шутил.

Я развернулась и с внезапно появившейся энергией побежала по коридору и вверх по лестнице, торопясь поскорей принять душ и одеться.

Я сгорала от нетерпения посмотреть, что же Доминик для меня приготовил.


 

 

— Скалолазание? Серьезно? По-твоему, скалолазание — это что-то романтичное, чем мы могли бы заняться в мой день рождения? Я ненавижу физические упражнения, с таким же успехом ты мог бы притащить меня в долбаный спортзал!

Двое мужчин, стоявших за стойкой регистрации центра скалолазания «Гравитация», усмехаясь, отвели взгляды.

Доминик опустил руки мне на плечи.

— Знаю, ты не самый большой фанат упражнений... — он запнулся, увидев гримасу отвращения у меня на лице. — Ладно, знаю, ты вообще не фанат упражнений, но это не просто скалолазание... твой второй подарок находится на вершине стены.

Я простонала.

— Ты ещё и работать меня ради него заставишь?

Доминик пошевелил бровями.

— О, да, детка.

Мужчины засмеялись, но, когда я бросила на них хмурый взгляд, попытались замаскировать это под кашель. Я прищурила глаза, а затем перевела взгляд обратно на Доминика.

Я не могла на него злиться, когда он делал для меня что-то, что, как ему казалось, было милым, поэтому решила усмирить немного свою стервозность и быть просто благодарной.

— Ладно, я согласна, малыш. Так на какую стену мы должны взобраться? — спросила я.

Доминик бросил взгляд на двух мужчин, и они моментально опустили глаза на экран компьютера, а затем улыбнулись.

— «Террорайзд».

Я замерла.

— На кой черт вам называть стену для скалолазания так устрашающе?

Доминик хлопнул себя ладонью по лицу, в то время как оба мужчины пожали плечами. Я осознавала, что вела себя, как какая-то грубиянка, но, черт возьми, по сути, они назвали её стеной страха.

— Так где эта стена? — спросила я.

Оба мужчины указали на что-то позади меня. Я сделала глубокий вдох, после чего развернулась и почувствовала, как у меня отвалилась челюсть. Мне пришлось откинуть голову назад, просто чтобы увидеть вершину стены.

— Доминик, да ты, мать твою, шутишь.

Доминик и оба мужчины хохотнули.

— Эта стена для начинающих.

Она была огромной.

— Я не хочу видеть стену для продвинутых, если эта стена для гребаных новичков.

Я умру.

— Хотя, я все равно не доживу до этого дня, — пробормотала я.

Доминик закинул руку мне на плечо.

— С тобой всё будет хорошо, я буду прямо позади тебя.

Это не особо-то меня успокоило.

Я понуро посеменила следом за Домиником к этой пугающей стене и безмолвно уставилась на маленькую спортивную женщину, которая давала нам инструкции и советы, уже зная, что провалюсь со всей этой затеей, потому что к тому моменту, как она закончила говорить, я не могла вспомнить ни единого слова.

Ни единого гребаного слова.

Я сглотнула, когда она наклонилась и подняла с пола какое-то снаряжение. Черное она передала Доминику, а себе оставила розовое, которое, как я поняла, предназначалось мне.

— Брона, я помогу вам надеть «беседку»[1], раз уж вы пока ещё новичок.

Я кивнула и положила руки ей на плечи после того, как она нагнулась, чтобы помочь мне просунуть ноги в петли.

— Думаю, я немного ослаблю захват на бедрах, чтобы вам было комфортнее.

Я резко перевела взгляд на Доминика, когда он фыркнул и руками изобразил форму моей задницы.

Идиот.

Женщина поправила снаряжение на моём теле и застегнула его на талии. Я нервно облизнула губы, когда она взяла маленькую сумочку с белым порошком и прикрепила её к моему бедру.

Женщина улыбнулась, а затем развернула меня к Доминику. В руках у него был черный шлем. Он сделал шаг в мою сторону, надел его мне на голову и застегнул ремешок под подбородком.

— С тобой все будет хорошо.

Не будет.

— Тогда почему я чувствую себя так, словно делаю что-то неправильное?

Доминик рассмеялся.

— Просто тебе страшно, вот и всё.

Я с шумом выдохнула и повернулась к стене.

— А где та штуковина, которая прикрепляется к снаряжению, чтобы я не умерла в случае, если буду падать?

— Сара обо всем позаботится.

Я повернула голову вправо и улыбнулась женщине, которая помогала мне надеть снаряжение. Похоже, я прослушала, что её звали Сарой, но теперь, зная её имя, я чувствовала себя значительно лучше.

Я посмотрела на Доминика и нахмурилась: на нем было надето то же, что и на мне, вот только на его снаряжении не было серебряного зажима, да и шлема на нем тоже не было.

— А где твой зажим для каната и шлем? — спросила я.

— Я занимаюсь свободным скалолазанием.

Он выдал это так, будто я знала, что это значит.

— Что это значит?

— Я лазаю без снаряжения.

Что?

— Ты не приблизишься к этой смертельной ловушке без страховочного троса и шлема!

Доминик прикусил нижнюю губу, сдерживая смех.

— Я не шучу, Доминик, это опасно, — твердо произнесла я, а затем повернулась к Саре.

— Скажите ему, что ему нужно страховочное снаряжение.

Сара усмехнулась.

— Доминик здесь завсегдатай, он свободно лазает все время.

Правда?

Я повернулась к Доминику.

— Правда?

Он рассмеялся.

— Куда, по-твоему, я хожу, когда говорю, что иду на скалодром?

Честно признаться, я понятия не имела. Обычно, когда он брал с собой сумку для зала и был в спортивной одежде, я всегда думала, что он идет поработать с одним из своих клиентов и поэтому никогда особо-то не прислушивалась к тому, что он говорит.

— Не знаю, — пробормотала я.

Доминик притянул меня к себе.

— Всё будет хорошо.

Я сделала глубокий вдох и с недовольством пробурчала:

— Лучше бы это был чертовски хороший подарок.

Доминик улыбнулся.

— Готова?

Нет.

— Да.

Он развернул меня и, шлепнув по заду, подтолкнул к Саре. Сара подошла ко мне и присоединила страховочный трос к моему снаряжению.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась она.

— Как будто меня вот-вот стошнит.

Сара кивнула.

— Это из-за адреналина, который начинает вырабатываться в вашем теле, вы будете в полной безопасности. Ваше страховочное устройство — вот оно, — она указала на серебряный зажим на моем снаряжении, — затормозит, если вы упадете. Оно также прикрепляется к тросу здесь, внизу, поэтому, если вам вдруг будет нужно спуститься, просто крикните мне, и я спущу вас на землю, хорошо?

Нет.

— Хорошо.

— Отлично, теперь нанесите мел на руки, так вам будет легче цепляться за зацепы.

Я понятия не имела, о чем она говорит. Ну почему я впала в ступор, когда она объясняла, что нужно делать?!

Сара шагнула вправо, и Доминик внезапно появился прямо передо мной. Он потянулся к маленькой сумочке у меня на бедре и окунул туда пальцы. Затем его теперь уже белые пальцы накрыли мои ладони, равномерно распределяя по ним мел.

— Как же мне сейчас хочется тебя трахнуть, — пробормотал Доминик.

Я подняла на него взгляд, недоумевая, что, черт побери, с ним не так.

— Я боюсь, что могу умереть, а ты думаешь о перепихе?

Доминик ухмыльнулся.

— Во всем виновата эта страховка, когда я вижу тебя в ней, у меня встает.

Его было так легко завести.

— Готова поспорить, моя задница выглядит в ней просто огромной.

— Твоя задница и так огромная.

Урод.

— Ладно, — выдохнула я. — Давай уже с этим покончим.

Доминик быстро чмокнул меня в губы, а затем встал рядом, вытянув перед собой руку.

— Дамы вперед.

Ну что за гребаный момент для того, чтобы проявлять благородство!

Я неуверенно шагнула к стене и, откинув голову назад, посмотрела наверх.

Стена была высокой, хотя не то чтобы уж слишком высокой.

У меня получится.

Я положила руки на выпиравшие из стены штуковины, не помню, как Сара их назвала, но для меня они были ручками, поэтому так я их и решила называть.

— Слишком сильно не напрягайся, а то соскользнешь.

Я глянула через плечо и вздрогнула, не ожидав увидеть Доминика так близко.

— Расслабься, детка, с тобой все будет хорошо.

Если он повторит это ещё хоть раз, я ему тресну.

— Отстань, у меня все под контролем.

Доминик поднял руки перед собой и сделал пару шагов назад.

Я снова повернулась к стене и сконцентрировалась на своей задаче. Пытаясь не напрягаться слишком сильно, я положила ладони на ручки, а затем, чтобы найти равновесие, поставила ноги на те, что поменьше, после чего потянулась к ручке надо мной. Хорошенько ухватившись за неё, я подтянулась вверх, а после переместила и ноги.

У меня получалось.

Несколько минут я вскарабкивалась вверх и думала, что уже достигла значительного прогресса, но только пока не посмотрела вниз.

Я была лишь в ста девяносто трёх сантиметрах от земли, и знала это настолько точно, потому что голова Доминика была прямо на уровне моих ног!

— О, боже мой! Я думала, что нахожусь выше... всё, я больше не хочу!

До меня донесся смех Доминика и Сары, что только разозлило меня.

— Это не смешно, я хочу спуститься!

— Не торопись, у тебя отлично получается. Медленно и плавно, малышка.

Медленно и плавно. Ха!

— Ты никогда в своей жизни не делал ничего медленно и плавно! — рявкнула я, за чем последовал мужской смех.

— Не с тобой, детка.

Я огляделась по сторонам и обнаружила, что по стене карабкались и другие люди, и, как и у меня, у них был кто-то вроде Сары, державший их страховочный трос на земле, но те, кто не был на стене, смотрели на меня и смеялись над словами Доминика.

О, боже.

— Я убью тебя, — прорычала я и направила свой гнев на скалолазание.

Однако его хватило лишь на тридцать секунд, как и моей энергии.

— О, господи, мне действительно нужно заняться спортом, — прохрипела я и потянулась к следующей ручке.

Я вскрикнула от неожиданности, внезапно соскользнув. Мне удалось ухватиться за ручку, но я все равно не удержалась и посмотрела вниз, заметив, что на этот раз была выше.

Значительно выше.

— Держись, — прокричал Доминик.

— Да неужели! — с ехидством выкрикнула я.

Я постаралась проигнорировать смех вокруг себя и сконцентрироваться на том, чтобы не отпускать ручки, хотя всё мой тело и кричало об обратном.

К тому моменту мне уже стало действительно страшно.

— Доминик. Помоги, — позвала я.

Тишина.

— Ладно, я уже иду, не бойся.

Я прикрыла веки и попыталась думать о чем-нибудь другом, но мой мозг никак не хотел сосредотачиваться, поэтому я открыла глаза и посмотрела вниз. Я прищурилась, когда Доминик подпрыгнул и, схватившись за ручку, подтянулся вверх. Он продолжил карабкаться ко мне, как какая-то гребаная паукообразная обезьяна, добравшись до меня за десять секунд.

— Привет, красавица.

Он был позади меня, положил руку на мою сумочку и окунул туда пальцы.

— У тебя хорошо получается, ты уже почти на полпути.

Почти на полпути.

Почти.

— Кто изобрел это?

— Скалолазание в целом или скалодром?

— И то, и другое.

— Зачем тебе?

— Потому что я хочу знать имя ублюдка, который сегодня станет причиной моей смерти, чтобы я потом смогла написать жалобу, когда прибуду к жемчужно-белым воротам.

Доминик рассмеялся.

— Как тебе это может нравиться? — недоумевала я. — У меня все конечности просто горят.

— Я привык к этому, детка, стену для новичков я прохожу за считанные секунды.

Я закатила глаза.

— Сейчас не время рисоваться, Доминик.

Доминик усмехнулся и поцеловал меня в заднюю часть шеи.

— Я с тобой и не дам тебе упасть.

Я фыркнула.

— На тебе нет страховки, поэтому сейчас свою жизнь тебе я не доверю... И вообще, если ты упадешь, то окажешься по уши в дерьме, потому что я не позволю тебе ухватиться за мой трос. Не настолько я храбра, чтобы пытаться спасти тебя на такой-то высоте.

Я взвизгнула, когда он шлепнул меня по заднице.

— Хватит визжать и берись за дело.

Любящий покомандовать ублюдок.

— Ладно-ладно, — выдохнула я.

Я посмотрела вверх и потянулась к ручке повыше, однако ухватиться за неё не смогла, упасть я не упала, но равновесие все же сохранить мне не удалось.

— Согни колено и поставь ногу на синий зацеп, затем оттолкнись от него и потянись к фиолетовому зацепу прямо над тобой. От него ты сможешь легко оттолкнуться.

Зацеп?

— Я, черт побери, понятия не имею, о чем ты там болтаешь! Что такое зацеп?

Доминик расхохотался, что ровным счетом ничем мне не помогало.

— Ты имеешь в виду эти ручки, торчащие из стены? Мне плевать, как они там называются, но я зову их ручками, потому что держусь за них, чтобы не потерять пока ещё дорогую мне жизнь!

Мне кажется, Доминик прижал лицо к моей спине, потому что я почувствовала его дыхание через майку.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Мне так сильно хочется поцеловать тебя, я ненавижу то, что ты сейчас такая милая, и вне зоны моей досягаемости.

Мне нужно было слезть с этой долбаной стены, а он хотел поцеловать меня.

С его системой приоритетов было что-то не так.

Я постаралась игнорировать Доминика и согнула колено, как он сказал, после чего поставила ногу на синий маленький выступ, а затем достала до большой фиолетовой ручки и подтянулась вверх.

— Хорошая девочка, продолжай в том же духе.

Что я и делала.

Руки у меня к тому моменту уже адски устали, а ноги болели как ошалелые, но я продолжила карабкаться и через минут пять добралась до вершины.

— Я сделала это. Доминик, я наверху! — в восторге провизжала я.

Доминик тоже вкарабкался наверх и, улыбнувшись, сел рядом, а затем поцеловал меня.

— Говорил же, что у тебя все получится.

Меня просто распирало от гордости.

Доминик засунул руку в задний карман и, достав оттуда телефон, включил камеру.

— Улыбайся.

Я сделала, как было велено, и улыбнулась широкой счастливой улыбкой.

Доминик усмехнулся и придвинул голову к моей. Он вытянул руку с телефоном перед нами, и я повернула голову, поцеловав ямочку на его правой щеке, когда он улыбнулся.

Он рассмеялся, а затем повернул голову и поцеловал меня, делая и такую фотографию. Мы ещё немного пофотографировались, просто улыбаясь, после чего он спрятал телефон.

— С чего столько фотографий? — спросила я.

Он пожал плечами.

— Просто так.

Я пристально на него посмотрела, но вспомнила о моем подарке и начала осматриваться по сторонам. Заметив розовую коробку на большой ручке, я подползла к ней, схватила, зажала между зубами, а затем подползла обратно к Доминику.

— Нашла, — сказала я, с коробкой во рту.

Доминик улыбнулся.

— Откроешь его здесь или когда мы спустимся?

— Подержи меня, чтобы я не упала, и я сделаю это сейчас.

Одной рукой Доминик хорошенько взялся за ручку на стене, а другой крепко ухватился за моё снаряжение.

— Я держу тебя.

Я полностью доверяла ему, поэтому отпустила стену, и двумя руками начала открывать коробку. Там оказалась маленькая черная книжечка, на которой фиолетовыми буквами было выгравировано «Брона». Я достала книжку, поставив коробку на ручку.

Я хорошенько рассмотрела книгу, а затем открыла её.

Весь воздух мгновенно покинул мои лёгкие, когда я прочитала первую страницу.

причин, почему я люблю тебя.

 

— Доминик, — прошептала я, и слезы мгновенно заструились по щекам.

Доминик усмехнулся и притянул меня к себе.

— Перестань плакать, большой ребенок.

Всхлипнув, я перевернула страницу и прочла все причины, почему он любит меня.

 


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2018 год. Все права принадлежат их авторам!