Главная Обратная связь

Дисциплины:

Архитектура (936)
Биология (6393)
География (744)
История (25)
Компьютеры (1497)
Кулинария (2184)
Культура (3938)
Литература (5778)
Математика (5918)
Медицина (9278)
Механика (2776)
Образование (13883)
Политика (26404)
Правоведение (321)
Психология (56518)
Религия (1833)
Социология (23400)
Спорт (2350)
Строительство (17942)
Технология (5741)
Транспорт (14634)
Физика (1043)
Философия (440)
Финансы (17336)
Химия (4931)
Экология (6055)
Экономика (9200)
Электроника (7621)






Учебный центр сиб-группы 111. — Перестань надо мной смеяться, — прорычала Наяд



Лес Керенского

Айронхолд

Кластер Керенского

Пространство Кланов

Января 3060 года

 

Перестань надо мной смеяться, — прорычала Наяд.

— Я вовсе не над тобой смеюсь, — спокойно произнес Энди. — Собственно, я вообще не смеюсь, а просто улы­баюсь.

— Ты лжешь, страваг!

— Ничего я не лгу, и, кстати, ты сама страваг... да и ду­ра к тому же, — по-прежнему спокойно отозвался Энди.

— Ты обзываешь меня... я что, по-твоему, страваг?! — ахнула Наяд.

Ну да, ты и есть страваг... и вообще, ты первая нача­ла обзываться.

— Ты опять обозвал меня! Все слышали? Наяд повернулась, обращаясь к остальным членам сиб-группы, большинство из которых, вымотавшись на утренней тренировке, пластом валялись на своих койках.

Идания, ближайшая подруга Наяд, вяло махнула в ее сторону рукой:

— Эй вы, двое, достали уже, перестаньте орать...

— Идания, вольняга, сволочь!.. — вне себя завопила Наяд.

Это был довольно рискованный ход. Идания, которая только что валялась без сил и без единой кровинки на ус­талом донельзя личике, в долю секунды оказалась на но­гах — точнее, на одной ноге, потому что носок второй уже находился на полпути к разгоряченной физиономии по­дружки.

Однако Энди успел перехватить девушку за талию.

— Идания, извини, но с ней буду драться я, — заявил он.

— Нет, я! — прохрипела Идания, бешено вращая глаза­ми и пытаясь пнуть подружку.

Остальные члены сиб-группы вяло заворчали, явно не желая принимать участия в очередной дурацкой разборке.

Каким-то образом Энди все же удалось успокоить Иданию, и та отступила.

Повернувшись к Наяд, мальчик посмотрел прямо в злые серые глаза противницы.

Глаза эти, кстати, были почти точной копией его соб­ственных — как, впрочем, и у остальных членов сиб-группы, очень и очень похожих друг на друга.

— Ну что. Наяд, — произнес Энди, — выйдем раз на раз, я и ты?

Произнеся эту немудреную тираду, он широко, с удо­вольствием улыбнулся. Надо сказать, что Наяд просто не­навидела его постоянно улыбающуюся рожу — и вообще, как можно улыбаться сейчас, когда они будут биться в Круге Равных?

Сама Наяд просто не умела улыбаться. В те времена, когда она только что, несмышленышем, появилась, так сказать, из канистры, на ее лице, вполне вероятно, и заме­чалась улыбка, однако это было довольно давно и, скорее всего, неправда. Девочка смутно помнила какую-то ста­руху, которая без особого энтузиазма ухаживала за ней; эта сиб-нянька только следила за тем, чтобы у ребенка были сухие штанишки, каша в животе и поменьше синя­ков на теле — вот и вся забота.



Будущих воинов рано забрали у сиб-няньки и переве­ли в учебный центр, где они находились под наблюдени­ем сурового сиб-родителя Октавиана, бывшего воина, ко­торый состарился и коротал время, оставшееся до похода в могилу, обучая сиб-группу.

В обязанности сиб-родителя входило совершенствова­ние физических навыков будущих воинов и обучение их азам социальной ориентации — то есть Октавиан давал понять членам сиб-группы, кто они такие есть, что такое Клан и каковы права и обязанности вернорожденного.

Через определенное время сиб-группа поступала в ве­дение сокольничих, которые учили уже не элементарным навыкам, а тонкостям ремесла профессионального убий­цы...

Наяд скрипнула зубами. Кроме всего прочего, в Энди ее раздражало еще и то, что юноша был на целый сан­тиметр выше ее. Сама Наяд с рождения стремилась быть лидером во всем, и это ей вполне удавалось. Но вот что касается физических данных... Девочку приводило в бе­шенство, если кто-то был выше ее, шире в плечах и так далее.

К примеру, Дэниел был крупнее Наяд, Надя опережала ее на спринтерских дистанциях, а Эдриан с гораздо боль­шим изяществом обращался с холодным оружием. Но все равно Наяд первенствовала в большинстве воинских дис­циплин, стремилась совершенствоваться и дальше и на­деялась, что в конце концов станет самым великим вои­ном за всю историю Кланов — а иначе зачем вообще стоило появляться на свет?..

Лицом друг к другу — точнее, враг к врагу — Наяд и Энди вступили в Круг Равных. С лица мальчика не только не сходила насмешливая ухмылка, но он еще об­наглел настолько, что отвесил издевательский поклон.



Стоявшая за пределами Круга Идания, которая един­ственная из всей сиб-группы пришла посмотреть на по­единок, не выдержала и рассмеялась. Наяд бросила в ее сторону злобный взгляд.

— Я займусь тобой попозже, вольняга! — крикнула она.

Как известно, среди членов касты воинов слово воль­няга являлось самым сильным оскорблением. Вольнягами называли вольнорожденных представителей Клана, то есть появившихся на свет естественным путем. Все вернорожденные, такие как Наяд и члены ее сиб-группы, просто презирали тех, кто не был продуктом деятельнос­ти выдающихся генных инженеров Клана.

Хотя Наяд и знала, что без вольнорожденных в жизни не обойтись (должен же кто-то убирать, строить, ухажи­вать — одним словом, работать), она все равно относи­лась к ним с большей брезгливостью, чем, скажем, к бо­лотным жабам. Вернорожденные — это да, люди, высшая ступень эволюционной лестницы, а вольняги — это так, пыль. Грязь, одним словом.

Энди, не поднимая головы после своего поклона, вне­запно бросился вперед. Подобное поведение привело На­яд, которая всегда и всюду атаковала первой, в дикое бе­шенство. Мальчик, очевидно, это понимал, и его опере­жающий удар имел целью именно разозлить соперницу.

Однако в чем-то Энди просчитался, потому что ему не удалось попасть в Наяд. Девочка увернулась от его кула­ка, уйдя резко влево, а потом, развернувшись вокруг соб­ственной оси, сильно ударила его ногой по спине.

Против ожидания, прием оказался не только эффект­ным, но и эффективным: Энди рухнул лицом вниз. Наяд моментально вскочила ему на спину.

Чаще всего подобные поединки на этом и заканчива­лись: стальной захват, удушающий или болевой прием — и все, сопротивление бесполезно. Однако сейчас номер, что называется, не прошел: Энди оказался сильнее, чем думала Наяд.

Неожиданным резким движением он сбросил девочку со спины. Наяд совершенно не ожидала этого и кубарем покатилась по земле, в довершение всего крепко прило­жившись затылком о довольно крупный булыжник.

Что за ерунда, — удивилась Наяд, — только что пло­щадка была совершенно чистой...

Девочка подняла глаза и внезапно увидела смеющееся лицо Идании, которая стояла на границе Круга.

Так вот оно что!.. Эта вольняга специально подбросила булыжник... Ладно, потом разберемся и с тобой, — мельк­нула у Наяд злобная мысль, но хорошенько планы мести она обдумывать не стала, потому как заметила бросивше­гося на нее Энди.

Стоя на одном колене, она снова резко повернулась (что поделать, любила девчонка изящные боевые разво­роты!) и локтем со всего размаху заехала бедному Энди прямо в нос. Противник неожиданно закатил глаза, ручь­ем хлынула кровь, и Энди повалился в пыль.

С торжествующим воплем Наяд выпрямилась. Она ра­довалась лишь долю секунды: Энди открыл глаза, корот­ким движением ухватил девочку за лодыжки и опрокинул ее навзничь, моментально навалившись на Наяд сверху.

Он дышал ей прямо в лицо, с торжествующей улыбкой вдавливая девочку в пыль, однако Наяд, которой дикая ярость придала просто нечеловеческую силу, ухитрилась выбраться из этого предосудительного положения, врезав Энди обеими руками по ушам — не очень, правда, силь­но.

Она вскочила на ноги, намереваясь ударить уже всерь­ез и на этом закончить бой — Энди стоял на коленях, вполоборота к ней, шея открыта, — но тут вдруг раздался властный голос:

— Прекратите, дети!

Наяд обернулась на голос.

Это оказался Октавиан.

У всех троих находившихся на площадке членов сиб-группы мгновенно повысился уровень адреналина.

Дети!..

Да как он только посмел!..

Так называли только вольняг, а они... Ужас!

Наяд оскалилась, Энди зарычал, Идания приняла бое­вую стойку.

Однако и Октавиан не мешкал. Внезапно он оказался совсем рядом, между Наяд и Энди, и, словно клещами, ухватил девочку за воротник рубашки, а ее соперника — за плечо.

Вообще-то в сиб-группе побаивались Октавиана. При достаточно субтильном телосложении он обладал недю­жинной физической силой, а на его лице, покрытом страшными шрамами, как два стальных гвоздя, сидели два глаза — если Октавиан смотрел на кого-то, то каза­лось, будто гвозди эти протыкают насквозь.

У Наяд иногда возникала самонадеянная мысль выз­вать наставника на поединок, но сейчас она поняла, что эта самая мысль была просто глупой. В пальцах Октави­ана чувствовалась такая сила, что ей стало немного даже не по себе.

Тем не менее она громко сказала:

— Вы зашли слишком далеко, Октавиан! Никто не имеет права входить в Круг Равных, пока идет поединок!

Октавиан улыбнулся, но уж совсем не так, как Энди, — никакого веселья: будто акула разинула пасть.

— Ты пока не воин. Наяд. Вы все — дети, и не забы­вайте об этом никогда!

Теперь он обращался уже ко всем членам сиб-группы, которые повылезали из казармы на звук его голоса.

— Можете это называть Кругом Равных, — презри­тельно улыбаясь, сказал Октавиан, — если вам так хочет­ся поиграться...

Он замолчал и с нескрываемой насмешкой обвел взглядом серьезные лица.

— Но это не есть настоящий Круг Равных и никогда им не будет! — крикнул Октавиан. — По крайней мере, до тех пор, пока вы находитесь под моей опекой. Перейдете на более высокую ступень подготовки — пожалуйста, ка­лечьте друг друга, отрывайте руки и ноги, сворачивайте шеи, но не сейчас! Из-за чего началась потасовка? — спросил он властно.

Наяд насупилась.

— Он надо мной смеялся, — сказала она угрюмо и по­смотрела на Энди.

— И всего-то?

— Да! — с вызовом выкрикнула Наяд.

— Расточительно, — покачал головой Октавиан. — Всем вернуться в казарму. Отдыхать.

Члены сиб-группы потянулись в казарму. Октавиан поднял руку, останавливая Наяд.

Когда они остались одни, Октавиан испытующе по­смотрел на нее и медленно произнес:

— Итак, драка началась просто из-за того, что кто-то улыбнулся, квиафф?

Афф.

— Глупо, Наяд, — покачал головой Октавиан. — Ты считаешь себя воином раньше времени. Ты пока в сиб-группе, и до Испытания Места остаешься просто ребен­ком. Можешь идти.

Наяд повернулась и пошла в сторону казармы. Окта­виан сказал ей в спину:

— Ты ощущаешь себя воином раньше времени, Наяд, но, надеюсь, ты им станешь.

Девочка замедлила шаг. Когда наставник спокойно по­вернулся и пошел прочь, она, ускорив шаг, направилась в сторону полосы препятствий — там же находились и си­ловые тренажеры.

Когда Наяд в сто сорок первый раз подтягивалась на перекладине, она уловила в кустах неподалеку какое-то движение и почувствовала пристальный взгляд. Не меняя ритма упражнений, она внимательно наблюдала за воз­можным соглядатаем.

Через некоторое время у Наяд уже не осталось сомне­ний, что за ней следят. Девочка невольно призадумалась. В чем, интересно, дело? Кому понадобилось устанавли­вать за ней наблюдение? Вопросы, вопросы...

Закончив свои экзерсисы. Наяд устало опустилась на скамеечку и принялась составлять план ответных дейст­вий.

 

III


Эта страница нарушает авторские права

allrefrs.ru - 2017 год. Все права принадлежат их авторам!